Юй Чэнь закинул голову к небу и тяжело, про себя вздохнул.
Обвели вокруг пальца. Снова эта пёсья игра обставила его как младенца.
Он-то свято верил, что для возвращения из мира паранормальной игры в реальность ему жизненно необходимо человеческое тело-носитель. Думал, потеряет его — и канет в небытие, рассыплется безликим призрачным духом или улетит обратно на изнанку... Но ему и в голову не приходило, что он сможет предстать перед этим миром в своём исконном обличье.
Вместилище прежнего владельца вовсе не являлось нерушимым якорем. Оно было кандалами.
Сбросив оковы плоти, он обрёл абсолютную свободу. Что вообще в этом мире могло теперь его ограничить?
И ведь верно! Тот мордастый карапуз с размытым лицом обладал более высокой концентрацией силы проклятия лишь потому, что сам Юй Чэнь всё это время томился в тесной человеческой оболочке.
А эта собачья игра то подсовывала грибы с живой культурой, то заставляла собирать табуированные артефакты, подманивая кристаллами проклятия и паранормальной энергией. Всё ради одного — превратить его в дарового раба и заставить пахать на благо реального мира!
До чего же хитро. Какая подлая, изворотливая тварь — эти правила! Впрочем, и выбранные ими игроки стоили их: те ещё проныры и мерзавцы.
Поплатятся. Если совсем доведут — он просто плюнет на всё и уйдёт в табуированный домен. Не так уж ему и сдался этот мир.
Вот только при уходе придётся прихватить с собой своего кота, своего человека да Теневого Братца. Вот и все его привязанности.
И лишь теперь к нему пришло осознание смысла тех древних, доносившихся из глубины веков слов.
Будь он человеком — его способности и кругозор навсегда остались бы заперты в рамках, установленных законами этого мира. Но не будучи человеком, он превращался в абсолютную неизвестность. Правила реального мира более не имели над ним власти.
Этот чертов проклятый мир просто использовал его как уборщика, загребающего мусор за людьми, которые сами же себя и угробили!
Да он же — ходячий сбой в системе. Настоящий БАГ обеих реальностей!
Строго говоря, к человеческому роду он не принадлежал. Но при этом обладал плотским телом, из-за чего ни законы реальности, ни правила табуированного домена не способны были скрутить его в баранку.
Он являл собой ошибку мироздания для обоих миров. А раз ограничить его нельзя — остаётся только заманивать, ублажать и втираться в доверие, чтобы он выполнял чужую работу.
Сколько табуированных предметов он перетаскал за эти годы? Да и душой он, чего уж греха таить, сочувствовал людям. Родился-то он здесь, да и те, кто ему дорог — и люди, и питомцы, — принадлежали этому миру.
С самого рождения его позиция была предопределена.
— Собачья игра! Собачьи правила! Заставили работать за спасибо!
— Ты... не табуированный дух?! — выбил его из размышлений изумлённый, дрожащий от ужаса голос.
Юй Чэнь перевёл взгляд на перекошенное страхом лицо Чэн Жуншэна, а затем опустил взгляд ниже — к длинному копью в его руках.
Копьё, зажатое в пальцах главы общества Чэн, будто обрело собственный разум. Руки Чэн Жуншэна помимо его воли начали медленно подниматься, наводя острие клинка аккурат себе в грудь, напротив сердца.
Лицо Юй Чэня оставалось безучастным.
— До чего же ты глуп. Поверил сказкам про табуированных духов? Сущность, которой они поклоняются, до сих пор заточена в глубинах табуированных земель. С чего бы ей исполнять твои жалкие желания?
— Пока есть хоть капля надежды, я буду ждать! — взревел Чэн Жуншэнь.
Юй Чэнь смерил его прохладным взглядом и внезапно спросил:
— А тебе знакомо имя Гуанькуйюэ? Или, скажем, что ты знаешь о призрачных подземных людях?
Чэн Жуншэн изо всех сил сопротивлялся собственному эксклюзивному предмету, пытаясь удержать наступающее на сердце острие:
— Каких ещё призрачных подземных людях?! Не знаю я ничего!
— Игроки, чьи тела после смерти забирает Собиратель Трупов, возвращаясь в реальный мир, становятся именно ими — призрачными подземными людьми.
Зрачки Чэн Жуншэна сжались в иголочные ушки.
Юй Чэнь неспешно продолжил:
— Как думаешь... есть ли вероятность, что Гуанькуйюэ давным-давно вернулся к жизни?
Чэн Жуншэн обомлел. Челюсть его отвисла, но из горла не вырвалось ни звука.
Собиратель Трупов... Собиратель Трупов... Неужели эта легенда — правда?!
— Впрочем, жаль, — равнодушно оборонил Юй Чэнь. — Правда это или ложь, тебе уже не узнать.
Острие копья сантиметр за сантиметром впивалось в плоть Чэн Жуншэна, пока не вонзилось прямо в сердце.
Вытаращив глаза, тот в отчаянии протянул дрожащую руку, пытаясь схватить Юй Чэня, но юноша уже стоял в нескольких шагах от него.
Пошатываясь, с залитым кровью лицом и налитыми багровой юшкой глазами, глава общества Чэн прохрипел:
— Он... он жив?! Скажи мне... он жив...
Силуэт Юй Чэня мгновенно растаял в воздухе. В то же мгновение по периметру один за другим затянутые в чёрные балахоны сектанты начали взрываться, рассыпаясь кровавым туманом.
Если погибал обычный игрок — его тело уничтожалось без остатка. Если же гибнул табуированный дух, на месте разрушенного табуированного тела оставался лишь тёмный, иссиня-чёрный силуэт из концентрированной силы проклятия.
Юй Чэнь мелькал то тут, то там, словно собиратель на жнивье, ловко подбирая выбитых из тел табуированных духов.
Сгусток иссиня-чёрной энергии проклятия парил в воздухе. С каждым брошенным туда духом он разрастался всё сильнее, пока в него не отправился последний табуированный дух.
Наконец Юй Чэнь снова обрёл плотную форму:
— Теневой Братец, обед подан.
Застывшая неподвижная тень на земле стремительно вытянулась, расползлась плоским тёмным полотном и, словно чёрная ткань, накрыла сгусток энергии. Иссиня-чёрный ком проклятой силы под ней стал быстро усыхать и съёживаться, пока не исчез окончательно.
Чэн Жуншэн захаркал кровью и рухнул на землю. Потерявшие сфокусированность глаза всё ещё цеплялись за Юй Чэня, а губы беззвучно шептали одни и те же слова:
— Скажи... он жив?.. Жив?..
Он испустил последний вдох, так и не получив ответа. Остекленевшие глаза остались широко распахнутыми, застыв в немом неприятии.
Юй Чэнь возник подле трупа Чэн Жуншэна и, поведя рукой, извлёк его эксклюзивный талант.
Затаившиеся в тени остававшиеся трое Посланников бога мгновенно бросились в атаку: чисто-чёрная энергия проклятия хлынула на юношу исполинской цунами.
Юй Чэнь снова растворился в пространстве.
Эпицентр боя превратился в бушующий океан угольно-чёрной силы. Теневой Братец с наслаждением плескался в этих тёмных водах, жадно впитывая чистейшую проклятую энергию.
Свинокошка, убедившись, что с хозяйским пареньком всё в порядке, облегчённо перевела дух. Помня о поручении, она вытащила одну за другой проклятые картины, обмотала их призрачной ци и зашвырнула прямо в беснующийся океан чистой чёрной энергии.
Увешанная швами Свинокошка летала под небесами, таща за собой целую гирлянду из картин — уж она-то позаботится, чтобы живопись пропиталась проклятой силой до последнего холста!
Шестеро Посланников бога, выжав из себя всю чёрную энергию до последней капли, превратились в иссохшие мумии и камнем пошли к земле. Однако, не успев коснуться чёрных вод, они зависли в воздухе под действием неведомой силы.
Юй Чэнь промчался мимо, на лету выхватывая из них сияющие сферки эксклюзивных талантов. Шесть мёртвых тел мгновенно обратились в прах.
В одной руке Юй Чэня зависли восемь светящихся шариков. Паря над полем битвы, он принялся сжимать и переминать их пальцами, словно комки глины.
Постепенно потускневшие было крошечные искры слились воедино, превратившись в один слепящий, огромный сгусток светящейся плазмы.
Восемь эксклюзивных талантов? Восемь сил мировых правил? Ну и что с того?!
Раз уж эта собачья система столько времени держала его за дарового ишака, он с превеликим удовольствием уничтожит эти хвалёные восемь талантов!
Он влил собственную силу прямо в законы правил реального мира. Какую способность он пожелает — в ту этот сгусток и превратится! Посмотрит он теперь, дерзнёт ли собачья система заявить свои права!
Юй Чэнь был очень недоволен. Юй Чэнь был в ярости.
Ему мало этих восьми сил. Он разыщет остальные, вырвет их с корнем и заставит собачьи правила пожалеть о том дне, когда они решили его обдурить!
Юй Чэнь уже собирался испариться, чтобы отловить остальные эксклюзивные таланты снаружи, как вдруг в самом центре океана чёрной энергии закрутился гигантский водоворот.
Воронка разрасталась с каждой секундой, и из её недр медленно поднялась человеческая фигура. Человек стоял прямо на поверхности тьмы, а за его спиной и под ногами поднимались колоссальные твари, сотворённые из сгущённой чёрной энергии.
Юй Чэнь воззрился на мужчину.
Туманная дымка, окутывавшая правую половину его тела, полностью рассеялась, вернув ему облик обычного человека. Вот только теперь у него не один глаз был залит непроглядной тьмой — оба его глаза превратились в две бездонные чёрные бездны.
Глухой, рокочущий голос отдался прямо в сознании Юй Чэня:
«Время его жизни истекло. Теперь это тело принадлежит мне. Он — это я, а я — это он».
Юй Чэнь молча смотрел на него. Сияние силы правил в его левой руке разгоралось всё ярче и ярче.
Глухой голос продолжил:
«Мы не враги. Мы вполне можем сосуществовать в мире».
Юй Чэнь лишь презрительно хмыкнул:
— Уничтожил моё тело-носитель, а теперь заявляешь, что мы не враги?
— Это была лишь жалкая оболочка, — отозвался рокот. — Ты легко можешь вернуться в своё истинное тело.
Юй Чэнь больше не произнёс ни слова, лишь до предела сконцентрировал силу правил в кулаке.
Свинокошка быстро сгребла все пропитавшиеся энергией картины обратно в инвентарь и отлетела на безопасное расстояние.
В ситуациях, когда враг не по зубам, она никогда не лезла на рожон и не путалась под ногами — просто сбегала, оставляя всё пареньку!
Теневой Братец, распластавшись по земле, продолжал жадно поглощать остатки чёрной энергии.
Юй Чэнь тянул время разговорами исключительно ради него — чтобы Тень успел сожрать как можно больше чужой силы. Чужого добра не жалко!
Когда Теневой Братец наконец оторвался от чёрного океана, Юй Чэнь понял: энергии собрано с избытком.
Только тогда он произнёс:
— Разрушить мою оболочку... Ты ведь сделал это только для того, чтобы заставить меня искать своё настоящее тело, верно? Столько ухищрений... неужели ты не в состоянии полностью подчинить себе тело Сэ Яня и жаждешь получить вторую половину крови проклятой молитвы?
Стоило уколоть сущность в самое уязвимое место, как чёрная энергия взмыла дыбом. Строившая из себя величину тварь мгновенно сбросила маску человечности, явив свой лютый, оскаленный лик!
Чёрная сила мгновенно превратилась в исполинского монстра и накрыла небосвод. Пространство вокруг Юй Чэня замкнулось, отрезая все пути к отступлению и погружая его в беспросветный океан чёрного проклятия.
Однако...
Тень юноши стремительно нырнула в глубину пространственных складок.
Дрогнули небеса и земля. Плотный чёрный туман погнал перед собой взрывную волну, мгновенно выкачав весь воздух. Чёрная пелена расступилась, и между небом и землёй медленно проявились исполинские чёрные врата!
* * *
И внутри, и снаружи табуированного домена люди онемели от ужаса перед столь грандиозными катаклизмами.
За пределами зоны сотни глаз с тревогой следили за чёрным барьером.
Когда земля содрогнулась, снаружи увидели лишь, как клубятся и ходят кругами выплескивающиеся из-за барьера клубы тёмного тумана, словно потерявшие ориентир. Никто не ведал, что творится внутри и остался ли там хоть кто-то в живых.
Тех же, кто находился в самом домене, давила невидимая тяжесть. Воздух спрессовался, выбивая дыхание. Слабые духом валились с ног от дикой боли в груди, точно им на рёбра обрушилась каменная глыба.
Открытая кожа горела от мелких порезов, будто по ней полосовали тысячи невидимых лезвий. У некоторых по щекам струились алые ручейки — проведя рукой, они со страхом обнаруживали на пальцах свежую кровь.
Все сотрудники, стажёры и призрачные подземные люди незамедлительно пришли в движение, эвакуируя людей в безопасные укрытия, запирая двери и окна.
Энергетические всплески в домене достигли такой силы, что даже пролетавшие мимо порывы ветра и струи чёрного тумана резали человеческую плоть, не говоря уже о прямых ударах энергии. Обычным людям в этой мясорубке выжить было невозможно!
* * *
Появившиеся чёрные врата с неумолимой мощью придавили чёрную силу к земле.
В воздухе стоял непрерывный глухой рёв:
— Невозможно! Как твои Врата табуированного домена смогли проявиться в материальном мире?! А как же правила мира?! Почему ты не подвластен законам этого мира?!
И впрямь, почему?
Юй Чэнь спокойно ответил:
— Наверное... потому что я симпатичнее тебя.
Чёрная энергия бушевала и билась, пытаясь отбиться от давящей мощи створки Врат.
Монстр забился в безумной истерике:
— Совершенное табуированное тело! Моё... Моё совершенное табуированное тело!..
В тени за спиной Юй Чэня поднялась исполинская чёрная лапа и упёрлась в гигантские чёрные врата.
Мировые законы всеми силами воспротивились тому, чтобы эта теневая рука распахнула Врата.
Чёрный туман, само пространство и твердь под ногами заходили ходуном. Мир огласился гулким стенанием, сдерживая открытие Врат.
Юй Чэнь ощутил колоссальное сопротивление. Теневой Братец не мог в одиночку распахнуть эти врата, но сам Юй Чэнь на подсознательном уровне знал: он способен их открыть!
Белоснежные, изящные пальцы коснулись чёрного створчатого массива. Медленно, непреклонно, преодолевая сопротивление мироздания, он толкнул створку, открывая узкую щель...
В то же мгновение небеса будто дали трещину. Угольно-чёрный туман под воздействием неведомой тяги устремился в щель исполинским потоком!
Даже вылитая на землю чёрная энергия оторвалась от поверхности и устремилась к щели ревущим чёрным водопадом.
Но в тот самый миг, когда тьма готова была хлынуть внутрь, перед щелью возник тёмный человеческий силуэт. Он стремительно вытянулся, перекрыв собой проём и заблокировав путь чёрной энергии!
Куда бы ни пыталась прорваться чёрная сила — в верхнюю часть щели или в нижнюю — чёрный силуэт неизменно сбивал её напор.
Обычный чёрный туман и паранормальная энергия свободно утекали во Врата, но проклятой чёрной силе путь был заказан!
Разъярённая чёрная энергия перестала метаться и обрушила всю свою ярость на заступившую путь тень.
Но теневой силуэт был не из пугливых. Пользуясь поддержкой Врат, он вступил со сгустком тьмы в смертельную схватку.
Пространство сотрясалось, небо и земля меняли цвет. Всё вокруг заволокла непроглядная, густая тьма — куда более плотная, чем обычный чёрный туман. Она бурлила и захлёстывала горизонт.
Энергетические потоки метались во все стороны. Постройки поблизости рассыпались на глазах, будто пропустили через себя тысячи лет тлена и разрухи.
Юй Чэнь тем временем уже покинул порог Врат. Он оказался подле Сэ Яня и без малейших колебаний вонзил сияющий ком силы правил прямо ему в грудь!
В тот же миг выросла стена из отторжения, сопротивления и мировых ограничений. Сила правил вспыхнула слепящим светом, и Юй Чэня с Сэ Янем отбросило друг от друга!
Юй Чэнь мгновенно сократил дистанцию и попытался снова — и опять безуспешно!
Сэ Янь начал стремительно падать вниз. Юй Чэнь метнулся следом и подхватил его на лету.
«Собачья игра! Собачьи правила! Думали, я отступлю?!»
Подхватив Сэ Яня, Юй Чэнь мгновенно перенёсся к щели чёрных врат.
Зажав мужчину в объятиях, он изо всех сил стал пихать его в проём Врат. Сила отторжения здесь вспыхнула в тысячи раз свирепее, чем при попытке внедрить силу правил!
Сэ Янь был смертным человеком. Ни правила реального мира, ни законы табуированного домена не позволяли ему переступить эту черту.
Юй Чэнь собственным телом вдавливал Сэ Яня, зажимая его аккурат посередине щели, и снова впечатал ком правил в его грудь —
И точно! На сей раз сопротивление и ограничения оказались неизмеримо слабее!
Здесь пролегала межа между двумя мирами — точка, где законы обеих реальностей были одновременно и самыми мощными, и самыми уязвимыми! Всё зависело от того, кто берётся за дело!
«А ну... ПОШЁЛ ВНУТРЬ!»
Когда сияющий ком правил наполовину погрузился в грудь Сэ Яня, сопротивление окончательно сошло на нет. Сила правил наконец без остатка растворилась в его теле!
Чернота в глазах Сэ Яня спала, возвращая им естественный вид. Распахнув глаза, он узнал лежащего на нём юношу. Вот только Юй Чэнь вновь выглядел как восемнадцатилетний юнец...
Сердце Сэ Яня пропустило удар:
— Чэнь-Чэнь...
Юй Чэнь не откликнулся. Его красивые персиковые глаза были широко раскрыты и неотрывно уставлены в глубину за створкой Врат.
— Т-то... неужели это я? — Юй Чэнь запнулся, едва веря собственным глазам.
Сэ Янь повернул голову к щели, но в ту же секунду чудовищная сила отторжения вышвырнула его прочь вместе с крепко прижавшимся к нему Юй Чэнем!