Оставшиеся две картины Юй Чэнь тоже не стал придерживать у себя — передал У Наню, чтобы тот при удобном случае продал их.
Приехав за полотнами, У Нань привёз с собой ещё две «картины в картине». По дороге салон его машины до отказа заполнился призрачной скверной, но, к счастью, у У Наня имелся игровой предмет, сдерживающий эту нечисть. До жилого комплекса «Фуань» он добрался без происшествий.
Юй Чэнь попросил его подождать и запечатал обе привезённые работы. В итоге У Наню достались все четыре картины. Разобравшись с наследием прежнего владельца тела, Юй Чэнь снова заперся дома — готовить новые игровые предметы.
В инвентаре Свинокошки скопилась уйма материалов, и их требовалось куда-то девать. Самое время пустить их на артефакты, а потом продать и подзаработать кристаллов проклятия. В трудах прошло ещё несколько дней. Лишь когда на связь вышел Сэ Янь, Юй Чэнь собрался и вместе с котом вышел из дома.
Сэ Янь не стал вдаваться в подробности по телефону — лишь сказал, что выслал за ним машину и дело не терпит отлагательств.
Автомобиль уже ждал у подъезда, а за рулём сидел Цзэн Дунху.
— Где Сэ Янь? — спросил Юй Чэнь.
Цзэн Дунху бросил взгляд на заднее сиденье через зеркало заднего вида:
— Босс велел везти вас в Третью народную больницу.
Юй Чэнь замер в недоумении. Зачем Сэ Яню понадобилось звать его в больницу?
Цзэн Дунху снова посмотрел в зеркало и замешкался:
— Вы разве не слышали?
— О чём?
Юй Чэнь целыми днями просиживал в мастерской, колдуя над игровыми предметами, и был практически отрезан от внешнего мира. Когда большущий чёрный кот приволок ему телефон, Юй Чэнь как раз закончил работу над очередным артефактом.
Поняв, что юноша действительно не в курсе, Цзэн Дунху пояснил:
Смысл сообщения сводился к следующему: ровно в двенадцать часов ночи проклятая картина Юй Чэня породит паранормальное поле на территории Третьей народной больницы.
— Сегодня в полдень в сети внезапно появился анонс-предупреждение...
Анонс провисел во главе всех сетевых трендов ровно минуту.
Большинство пользователей не понимало, о чём речь, но имена Юй Чэня и проклятых картин в последнее время слишком часто мелькали на слуху. Сеть взрывалась от вопросов: «Неужели проклятые картины действительно существуют?», «Что ещё за паранормальное поле?».
Ответа не дал никто. Те, кто не знал правды, так и остались в неведении, а те, кому ведать надлежало, всё поняли без лишних слов.
Едва получив известие, Бюро расследования табуированных дел созвало экстренное онлайн-совещание. Заместитель начальника Дун с пеной у рта требовал немедленно арестовать Юй Чэня, чтобы задушить угрозу в зародыше.
Сэ Янь отрезал без экивоков:
— Арестовать Юй Чэня? А у вас есть такие полномочия?
Представители нейтральной фракции чуть не усмехнулись, глядя на фанатичный порыв заместителя руководителя.
Участвовавший в совещании Юйлинду и вовсе в открытую усомнился, не является ли господин Дун засланным казачком из стана проклятых предметов — иначе отчего он не способен уразуметь столь очевидные вещи?
Юй Чэнь, как и Сэ Янь, способен в одиночку уничтожать табуированных духов. Очевидно, что проклятые сущности до смерти боятся Юй Чэня, оттого и измышляют козни, пытаясь подставить его при каждом удобном случае. Не имея возможности расправиться с ним своими силами, враг вознамерился убрать его руками людей.
Истина, понятная каждому, никак не давалась заместителю начальника Дун Чжаочжаню, который раз за разом пытался навредить Юй Чэню... Впрочем, дело было вовсе не в глупости. Просто Дун Чжаочжань считал собственные амбиции и власть куда более важными, чем жизнь табуированного сотрудника пятого ранга.
Спор в виртуальном кабинете разгорелся нешуточный, пока в сеть не вышел начальник Бюро Хэ, разом пресекший перепалку.
Хэ Байсянь лично назначил Сэ Яня ответственным за это дело, строго добавив: посторонним не следует вмешиваться и указывать, каждый обязан заниматься своими обязанностями и не превышать полномочий.
Кому предназначался этот упрёк, объяснять не требовалось — разыграть карту превышения власти не вышло, и заместитель начальника Дун позеленел от злости.
С тех пор как стало известно, что за Юй Чэнем охотится табуированный дух, Сэ Янь неустанно шёл по его следу. Поймать за руку сущность, затаившуюся среди людей, — задача не из лёгких, а планомерная проверка зацепок требует времени. Тварь же ждать не намеревалась.
Сэ Янь не сомневался: за всеми интригами стоит одна и та же затаившаяся нечисть. Нахальный анонс в сети — безусловно, её последний отчаянный ультиматум, когда прежние уловки не принесли желаемого результата.
Цепь возникающих паранормальных полей доказывала: враг действительно нашёл способ провоцировать их появление.
Едва заседание окончилось, Сэ Янь помчался в Третью народную больницу, чтобы лично возглавить поисковую операцию. Сейчас было не до опасений, что скопление нескольких табуированных сотрудников спровоцирует аномалию, — предотвратить анонсированную катастрофу было куда важнее.
Сэ Янь лично переговорил с главным врачом и добился отмены всех приёмов на вторую половину дня и ночь. И всё же в корпусах кипела жизнь. Дабы не сеять панику, оперативники и стажёры действовали предельно скрытно.
Больница — место слишком уязвимое: рождение, болезни, старение и смерть переплелись здесь воедино. Если здесь развернётся паранормальное поле, последствия окажутся чудовищными.
Однако эвакуировать крупный больничный комплекс из-за одной лишь сетевой строчки было невозможно. Времени не хватит, да и куда перевезти сотни тяжёлых больных? Сделай Бюро столь радикальный шаг — и слухи о призрачных духах, а также о том, что картины Юй Чэня порождают аномальные зоны, мгновенно превратятся в жуткую реальность для общественности.
Время для раскрытия правды ещё не пришло, секретность следовало хранить до последнего, иначе вспыхнувшая паника приведёт к непредсказуемому хаосу.
Лучший выход — не допустить возникновения поля. А если предотвратить ритуал не удастся, остаётся лишь отправить внутрь сильнейших игроков, дабы те проникли в аномалию и спасли как можно больше людей.
Сэ Янь решил остаться. Он намеревался лично вступить в паранормальное поле и поставить в этом деле точку.
* * *
Машина остановилась у главных ворот. Ту Сэнь ждал Юй Чэня на входе и сразу повёл его на четвёртый этаж, где уже находился Сэ Янь.
Облачённый во всё чёрное Юй Чэнь появился с большим чёрным котом за спиной.
Рядом с Сэ Янем на этот раз не было секретаря Суна — только две знакомые фигуры: Юйлинду в своей белой маске и угрюмый, измождённый Фан Фу.
— Есть зацепки? — с ходу спросил Юй Чэнь.
— Пока нет, ищем, — откликнулся Сэ Янь.
— Уверены, что именно этот корпус?
— Нет. Другие здания тоже прочёсывают.
Юй Чэнь повернулся к питомцу:
— Цанцан, ищи.
Кот, восседавший на рюкзаке, мгновенно преобразился: морда сделалась предельно суровой, он задрал нос, втягивая воздух. Куда только делся ласковый пушистый лежебока — перед ними стояла надёжная, собранная ищейка на демонов.
Юйлинду ошеломлённо пробормотал:
— Это... правда сработает?
Фан Фу молча уставился на кота; его щетинистое лицо оставалось непроницаемым. Сэ Янь тоже не знал наверняка, но верил: Юй Чэнь не стал бы тратить время на глупости.
Описав круг на рюкзаке и тщательно понюхав воздух, кот подал голос: «Мяу».
Юй Чэнь понял без слов: следов призрачной скверны здесь нет. Придётся обойти лестничные пролёты этаж за этажом — если жуткое полотно хоть раз проносили здесь, кот непременно уловит шлейф эманаций.
Юй Чэнь шагал впереди, а Юйлинду и Фан Фу следовали за ним по пятам.
Сэ Янь поначалу порывался пойти с ними, но Фан Фу придержал его за плечо. Довод Фан Фу был прост: если аномальное поле всё же развернётся, находящиеся в здании игроки мгновенно окажутся внутри. Их двоих и Юй Чэня хватит с лихвой — Сэ Яню вовсе не обязательно рисковать. К тому же, удерживать контроль снаружи секретарю Суну одному не под силу; Сэ Янь обязан оставаться во главе операции снаружи, дабы замначальника Дун не утворил очередную подлость.
Сэ Янь хотел предложить Фан Фу остаться, намереваясь лично шагнуть в аномалию, но наткнулся на спокойный взгляд Юй Чэня.
— Положись на меня, — произнёс юноша. — Жди снаружи.
Сэ Янь вгляделся в его лицо и произнёс со всей серьёзностью:
— Если прорвётся паранормальное поле... спаси как можно больше людей.
Пока человек жив, выбравшись из аномалии, он сможет вернуться к нормальному существованию. Чем меньше окажется жертв, тем меньше грязи выльют на имя Юй Чэня.
И пусть они знали наверняка, что обращение картин в проклятые артефакты — не его рук дело, кисть принадлежала Юй Чэню, и от этого факта никуда не деться. Если аномалия разразится вновь, положение станет бедственным. Сэ Янь жаждал лишь одного: свести число жертв к минимуму.
Он протянул Юй Чэню куклу Вуду, надеясь, что тот возьмёт её для защиты гражданских.
Юй Чэнь качнул головой:
— Не нужно, оставь себе.
Спасать людей он собирался вовсе не повязками, а вырывая их из цепких лап проклятых правил и запретов духов. К тому же у него и без этой куклы хватало проклятых духов.
Сэ Янь ничуть не сомневался в силах Юй Чэня. Наказав напоследок быть осторожным, он покинул здание и отправился к секретарю Суну.
* * *
Юй Чэнь с котом за плечами прочесал весь амбулаторный корпус, но следов жутких полотен так и не обнаружил. Троице пришлось перейти в корпус диагностики и лечения.
Лечебный и стационарный корпуса стояли вплотную и соединялись крытой галереей. Обследовав лечебное крыло, они вновь ничего не нашли.
Оставалось по крытому переходу направиться в стационар. Собрались было подниматься с первого этажа по лестнице, как вдруг у лифтового холла притихший кот зашевелился.
Он соскочил с рюкзака и метнулся прямо в толпу, ожидавшую лифта.
— Это ещё что такое?! Откуда тут такой большущий кот?
— Бездомный, что ли? Разве в больницу пускают с животными?
— Прогоните его скорее! На шкуре полно заразы, а тут больные, у них же иммунитет никакой, не дай бог наверх проскочит...
Невзирая на поднявшийся шум, кот пробрался в самый перед и тщательно обнюхал пол у дверей кабины. Замрев, он задрал голову и уставился на табло этажей.
Юй Чэнь раздвинул недовольную толпу, подхватил питомца:
— Уверен?
— Мяу!
Юй Чэнь водрузил кота обратно на рюкзак и повернулся к спутникам:
— Идём по лестнице.
Ожидавшие лифта люди недоуменно глядели им вслед. Странная троица: один в такую жару запакован с ног до головы — длинные рукава, брюки, чёрная маска, кепка, будто прячет лицо. Второй выряжен вполне обычно, да вот только лицо закрывает глухая чёрная маска — неведомый маскарад. Третий казался самым обыкновенным, если не считать щетины и потухшего, апатичного взгляда, от которого разило глубокой депрессией.
Покачав головами, родные больных переглянулись, и кто-то потихоньку прошмыгнул к посту охраны — уж больно подозрительно выглядели эти визитёры.
Не подозревая, что их приняли за злоумышленников, Юй Чэнь и его спутники поднялись на второй этаж и осмотрели лифтовый холл. Следов скверны не обнаружилось — вероятно, искомый объект не выходил из кабины. Пришлось подниматься выше, проверяя площадку за площадкой.
Лишь на четырнадцатом этаже, стоило им выйти в коридор, кот спрыгнул с рюкзака и сорвался в галерею. На бегу он требовательно мяукал, призывая Юй Чэня не отставать.
Все трое бросились вдогонку.
Этаж стационара утопал в тишине, нарушаемой лишь поскрипыванием колёсиков медицинской тележки. Внезапный топот и кошачий гвалт пронеслись над коридором; медсестра вздрогнула и обернулась. Мимо прошмыгнула чёрная тень, а за ней промчались трое мужчин.
— Эй, вы куда?! — крикнула она, но визитёры уже скрылись за поворотом.
Бросить процедурную тележку с медикаментами медсестра не могла, потому поспешила на пост — позвать коллегу.
Кот замер у двери самой последней палаты. Он нервно метался из стороны в сторону, не прекращая мяукать.
Поспевший Юй Чэнь с размаху вышиб дверь ногой.
В центре палаты стоял силуэт в чёрной мантии. В его руках покоилось полотно — та самая картина «Надежда», что прежний владелец тела оставил на мольберте. Под поверхностным слоем скрывалось жуткое произведение — «Сумасшедший дом».
Эта работа отличалась от остальных полотен прежнего хозяина: в ней сгустился небывалый концентрат ненависти и ужаса. Юй Чэнь помнил отчётливо — он запечатал её собственным именем. Тогда, дабы искоренить угрозу без остатка, он воздержался от бессменных красок из «Бесконечного этюдника» и задействовал пигменты из своего сокровища — «Большого чёрного деревянного этюдника». Даже кисти были изготовлены из останков табуированного зародыша. По всем законам, проклятие не могло вырваться.
Однако действительность доказала: правила не абсолютны. Ухищрения табуированных духов изощрены и коварны, предугадать их наперёд неисполнимо.
Юй Чэнь помнил, как хотел оставить картину у себя, но покупатель устроил скандал у дверей, и пришлось уступить. Покупателем был грузный мужчина средних лет. Как полотно оказалось в лапах табуированного духа — оставалось загадкой.
Картина смотрела ликом прямо на вход, а фигура в балахоне неустанно накачивала холст густой, иссиня-чёрной силой проклятия.
Слой скверны на поверхности казался столь плотным и вязким, словно вот-вот закапает на пол тяжёлыми каплями.
— Долго же тебя пришлось ждать! — донёсся из-под капюшона хриплый голос.
Всё произошло в мгновение ока. Едва Юй Чэнь ворвался в палату, человек в балахоне с силой рванул руку, подающую силу проклятия. Изображение на холсте потеряло плоскую форму, взбухло объёмом и накрыло Юй Чэня с Фан Фу.
Юйлинду на бегу пытался дозвониться Сэ Яню, дабы сообщить: «Жуткое полотно обнаружено на четырнадцатом этаже стационара...»
Связь обвалилась. Юйлинду захлестнула и поглотила багрово-алая пелена.