Юй Чэнь всё ещё пребывал под впечатлением от невероятной концентрации паранормальной энергии, однако воришку, сбывавшего табуированные артефакты, из виду не упустил.
Он повернулся к тихо стоявшему Призрачному Зонту:
— Ты что-нибудь видел?
Под зонтом, из черных глубин плаща, где должно было находиться лицо, медленно открылся одинокий алый вертикальный зрачок. На всём лице был лишь этот единственный глаз.
Алый зрачок опустился и уставился Юй Чэню прямо под ноги.
Юй Чэнь в немом вопросе опустил взгляд на свои ступни и отступил на шаг в сторону. Алый зрачок сместился вслед за ним, по-прежнему неотрывно смотря ему под ноги.
Юй Чэнь переместился ещё раз — зрачок неуклонно последовал за ним.
Лишь сейчас парень осознал, насколько тяжело иметь дело с сущностями, не способными к человеческому общению. Всё-таки дух проклятия — это просто дух, ожидать от него разума, как у людей, не приходилось.
Призрачный Зонт дал подсказку, но Юй Чэнь просто не смог её расшифровать.
— Ладно, проехали, — с вздохом пробормотал он. — В следующий раз, когда я стану забирать табуированный предмет, просто стой рядышком и наблюдай. Посмотрим, осмелится ли вор показаться.
Алый вертикальный зрачок медленно сомкнулся, и под плащом Призрачного Зонта снова воцарилась непроглядная тьма.
— Возвращайся, — произнёс Юй Чэнь.
Зонт мгновенно растаял в воздухе, вернувшись в свиток проклятой картины, лежавший в инвентаре Свинокошки.
Шагая обратно, Юй Чэнь размышлял о произошедшем. Из-за столь чудовищного всплеска паранормальной энергии жилой комплекс Фуань оказался под угрозой. Неужели этот район теперь окончательно непригоден для жизни и его придётся забросить?
Отбросив эти мысли, парень переключился на подсчёты: сколько грибов с живой культурой выйдет купить на имеющиеся кристаллы проклятия и сколько раз накопленная паранормальная энергия позволит запустить материализацию станции переработки мусора.
Выходило, что кристаллов хватит больше чем на две сотни грибов, а энергии — на десятки сеансов материализации.
Он уже давненько не наведывался на мусорную станцию в поисках утиля. Кто знает, сколько ценного добра скопилось там в ожидании своего хозяина?
Чтобы избежать ненужных рисков, проецировать станцию стоит прямо дома. Если что-то и пойдёт не так, происшествие не выйдет за пределы четырнадцатого корпуса. А поскольку этот корпус всё равно принадлежит ему, он вправе делать там всё, что душе угодно.
* * *
Вернувшись, Юй Чэнь увидел Сэ Яня, всё так же стоявшего на прежнем месте. Большой чёрный кот развалился прямо на его ботинках, плотно обняв ноги туловищем и хвостом — напрочь лишив мужчину возможности сделать хоть шаг.
Вид этой картины мгновенно развеял назойливые мысли в голове Юй Чэня, принеся странное умиротворение.
Поимка табуированного духа прошла так гладко исключительно благодаря помощи босса Сэ. Затянись поимка — и кто знает, какими неприятностями обернулся бы побег сущности.
Размышляя, чем бы отблагодарить генерального директора Сэ, Юй Чэнь поинтересовался:
— Почему ты пришёл в такой час? Что-то случилось?
Сэ Янь наклонился и поднял с пола тяжёлого чёрного кота, сковывавшего его движения:
— В Бюро зарегистрировали мощную паранормальную вспышку в этом районе и попросили меня съездить проверить.
Юй Чэнь с озадаченным видом вскинул взгляд:
— Ты стал табуированным сотрудником?
Сэ Янь принялся размеренно поглаживать кота, вызывая у того довольное урчание:
— Нет, я не табуированный сотрудник... Просто временно помогаю Бюро решать кое-какие вопросы.
Столько лет пробыв вдали от призрачной игры, Сэ Янь полностью утратил паранормальный отклик, из-за чего маска табуированного сотрудника просто не способна была его распознать. Пока он не активировал свой эксклюзивный талант, он выглядел самым обычным человеком.
Так что надеждам Начальника Хэ сделать его третьим табуированным сотрудником пятого ранга в Лочуане не суждено было сбыться — он не мог стать табуированным сотрудником.
В полумраке жилого комплекса Сэ Янь посмотрел на стройную фигуру юноши и со слабой улыбкой произнёс:
— Слышал, у тебя не хватает людей. Как насчёт того, чтобы взять меня к себе в подчинение?
Юй Чэнь вряд ли догадывался, какой фурор произвело в городском отделении Бюро появление нового табуированного сотрудника пятого ранга. Желающих последовать за табуированным сотрудником пятого ранга — табуированных сотрудников спиритического чутья и стажёров — было множество, однако подобрать ему помощников казалось задачей почти невыполнимой.
Этот парень либо сидел безвылазно дома, либо отправлялся на задания в одиночку. До него невозможно было дозвониться, да и сам он не имел привычки пользоваться мобильной связью. В Бюро ломали голову, не зная, кого приставить к нему связным.
К тому же Юй Чэнь не отчитывался о передвижениях и не участвовал в совместных операциях. Даже став табуированным сотрудником пятого ранга, он оставался абсолютно независимым.
Настоящий волк-одиночка — мощный, несокрушимый, не признающий чужих рамок. Он относился к окружающему миру с предельной осторожностью, и любой неверный шаг мог спровоцировать непредсказуемую реакцию.
Но главное — сам Юй Чэнь совершенно не стремился к этой службе. Руководству Бюро пришлось проявить недюжинную изобретательность: они задабривали его подарками, передали в собственность целый жилой корпус с квартирами и ремонтом, только бы уговорить его стать табуированным сотрудником. Причём на особых условиях: никаких расспросов, никаких требований, иначе он просто повернётся и уйдёт. В Бюро с него буквально пылинки выдували.
Осведомлены об этом были немногие. Все остальные видели лишь сухие факты: в Лочуане появился второй пятизвёздочный специалист. В то время как во многих провинциях не было ни одного, в одном городе оказались сразу двое! Поэтому филиалы по всей стране с вожделением ждали, когда Главное управление переведёт одного из экспертов к ним.
Однако в столичном руководстве прекрасно понимали реальное положение дел. Двигать Юй Чэня с места никто не собирался, да и использовать его как обычного сотрудника пятого ранга было нельзя. Он оставался козырем на крайний случай — козырем, который достают лишь тогда, когда требуется гарантированная и стремительная победа.
Сам Юй Чэнь о подобных тонкостях даже не догадывался, да и дела ему до них не было, хотя при желании он мог бы разузнать всё у любого сотрудника Бюро.
Сейчас же юноша лишь изумлённо хлопнул глазами, распахнув выразительные миндалевидные очи. Надо же, как иронично поворачивается судьба: ещё вчера ты был моим боссом, а сегодня я становлюсь твоим.
— Вообще-то я твой временный телохранитель, — напомнил Юй Чэнь.
— А я могу стать твоим временным подчинённым, — легко парировал Сэ Янь.
Его бархатистый, мягкий голос звучал настолько усыпляюще, что у Юй Чэня даже мысли не возникло насторожиться:
— И в таком случае ты всё равно будешь платить мне жалование?
Сэ Янь едва сдержал улыбку, изо всех сил сохраняя серьёзную мину:
— Пока ты числишься моим телохранителем, я обязан платить тебе за работу.
Юй Чэнь умолк, пристально вглядываясь в лицо собеседника и что-то лихорадочно высчитывая в уме.
— Я обойдусь тебе недорого, — добавил Сэ Янь. — Жалования не прошу, а пользы могу принести немало.
Юй Чэнь, кажется, додумал свою мысль до конца, и его глаза азартно блеснули:
— Договорились. Ты ведь теперь игрок, вокруг тебя постоянно будет опасность. Если я пришлю ещё двоих телохранителей отработать вместо себя, я смогу получать три жалования?
Сэ Янь замер:
—... Три жалования?
Юй Чэнь убеждённо кивнул:
— Именно. Мне полагается почасовая оплата, а двоим помощникам — суточная. В сумме — три жалования.
Сэ Янь потерял дар речи.
Ход мысли оказался настолько нестандартным, что генеральный директор едва улавливал суть:
— То есть ты, будучи моим телохранителем, планируешь нанять для меня ещё двоих охранников: я предоставляю деньги, а ты — людей?
— Не людей, — поправил его Юй Чэнь. — А моих духов проклятия... и артефакты.
Услышав об артефактах, Сэ Янь достал из кармана куклу Вуду:
— Кстати, я так и не поблагодарил тебя за неё. Она спасла двоих моих людей...
Голос Сэ Яня запнулся — он вспомнил специфическое описание этого предмета.
Маленький коричневый человечек на его ладони смешно задрыгал ножками, напоминая о своём присутствии, словно боялся, что про него забудут.
Забыть такое Сэ Янь точно не мог:
— Как и обещал, я выплачу за неё десятикратную премию. Переведу всё вместе с твоим жалованием.
Юй Чэнь протянул руку и аккуратно ткнул пальцем куклу в животик:
— Отличная работа.
Тканевый малыш тут же кувыркнулся, поднялся и, обхватив палец верёвочными ручонками, прижался к нему круглой головой. Но не успел он понаслаждаться похвалой, как сверху налегла плотная тень. Подняв глазки, кукла встретилась взглядом с парой горящих зелёных зенок, не сулящих ничего хорошего...
— Цанцан! — крикнул Юй Чэнь, пытаясь вмешаться, но было поздно.
Большой чёрный кот мгновенно цапнул добычу пастью, и человечек испарился.
Сэ Янь совсем не ожидал, что кот решит сжевать бечёвку, и попытался было отнять артефакт, но получил от кота отмашку лапой. Животное соскочило на землю и в мгновение ока скрылось в темноте.
Сэ Янь лишь руками развёл:
— Прости, я сейчас же заберу её у него...
— Не стоит, — остановил его Юй Чэнь и, оставшись на месте, строго крикнул в темноту: — Цанцан, верни малыша.
Кот притаился, всем видом показывая отказ от переговоров.
— Если не вылезешь, я отдам весь твой корм и консервы бездомным котам.
— Мяу-у! — донеслось из темноты.
Голос раздался из помятого кустарника у дороги, и в этом вопле слышалось крайнее возмущение.
— Вылезай, — повторил Юй Чэнь.
— Мяу-мяу-мяу-а-а-а! — раскатился возмущённый клёкот. Кот вовсю протестовал, обвиняя хозяина в предательстве.
В своё время, когда Свинокошку только подрали и принесли домой, непоправимо ослабленный кот получил жестоких тумаков от проклятого духа-артефакта, которого Юй Чэнь подобрал для ремонта.
Для духов проклятия вражда с иными паранормальными сущностями — естественный инстинкт. Впрочем, атаковали они обычно по приказу хозяина; сильно повреждённые духи без владельца редко проявляли агрессию.
Однако тот дух, которого приволок Юй Чэнь, отличался невероятной свирепостью. Едва восстановив силы, он сразу набросился на кота. Не окажись в составе восстановительных материалов энергии самого Юй Чэня, досталось бы и хозяину.
Такая неадекватная тварь вызвала у Свинокошки лютую ненависть. Желание стать сильнее подталкивало кота переносить одну починку за другой, пока он не превратился в того, кем был сейчас. Случись им сойтись в схватке снова, кот ни за что бы не уступил!
Спасая тогда питомца, Юй Чэнь поклялся: в доме больше никогда не появится проклятых духов-артефактов, и сам он не станет создавать ничего подобного. С ним рядом останется только Свинокошка.
Ему разрешалось подбирать повреждённые артефакты на станции переработки — всё-таки это был доход, ведь починённая вещь приносила кучу кристаллов проклятия, — но создавать их самому запрещалось. Своё слово нужно было держать.
— Мяу-а-а-а... — удручённо жаловался котяра.
Сэ Янь уловил в кошачьем вопле нетипичные нотки — животное звучало откровенно обиженно. Переведя взгляд на молчаливого Юй Чэня, он так и не понял, какая муха укусила эту парочку.
Мастеря куклу Вуду, Юй Чэнь просто не задумался о последствиях и уж точно не планировал создавать духа проклятия. Ему срочно требовалось сделать хоть какой-нибудь предмет на продажу, а пробуждение духовной сущности стало полной неожиданностью...
Впрочем, оставлять у себя артефакты с духами — будь то найденные или сделанные своими руками — он не намеревался. При хорошей цене он готов был расстаться с каждым.
Но Свинокошка была совсем иным делом. Её нельзя было измерить никакими кристаллами. Да и духи с его проклятых картин являлись его личной неотъемлемой собственностью и продаже не подлежали.
Что же до маленького тканевого человечка, коль скоро ошибка уже произошла, отмахиваться от неё не имело смысла. Малыш проявил незаурядную разумность, и его дальнейшая судьба зависела от того, сможет ли он ужиться со Свинокошкой.
В любом случае, отказываться от кота Юй Чэнь не собирался.
— Свинокошка, надо поговорить, — вздохнул Юй Чэнь.
Сэ Янь молча наблюдал за ними.
У Цангоу было множество прозвищ, хотя официальной кличкой оставалось только «Цанцан». Всякие «Свинокошка», «Пёсик» или «Котопёс» срывались с губ Чэньчэня исключительно по настроению.
Сэ Янь помнил слухи о том, что Юй Чэнь в игре звался «Цангоу». Янь Цзюньхуай тогда сразу отмёл эту версию — мол, в первой сотне национального рейтинга такого ника нет, а такой топовый игрок, как Юй Чэнь, просто не мог не попасть в топ-100.
Но едва услышав имя «Цангоу», Сэ Янь ощутил, как с сердца спал тяжёлый камень.
Какие ещё доказательства были нужны, чтобы подлинно узнать его?
Сэ Янь смотрел, как понурый чёрный кот выбредает из кустов. К его мордочке прилипла травинка, и он уныло замер перед хозяином, виноватый и несчастный.
Юй Чэнь нагнулся и взял кота на руки.
Заметив в глазах зверя влажный блеск, Сэ Янь почувствовал укол жалости.
— Пойду принесу кое-что из машины, — негромко сказал он и отошёл в сторону, давая им возможность высказаться наедине.
Юй Чэнь крепко прижал кота. Не найдя в его пасти куклы, он понял, что хитрец успел спрятать её в игровой инвентарь.
Столько лет выживая бок о бок, Цанцан прекрасно перенял хозяйскую привычку: он ни за что бы не выкинул то, что можно превратить в кристаллы проклятия. А ведь дух-артефакт стоил немалых денег.
Юй Чэнь неторопливо объяснил питомцу, как именно создавалась кукла Вуду, заверив, что совсем не намеревался пробуждать в ней духа.
Кот прижался лбом к подбородку юноши, сопереживая его тогдашней беде, но настроение у зверя всё равно оставалось паршивым. Духи-артефакты были ему глубоко противны.
Видя, что питомец всё так же невесел, Юй Чэнь продолжил:
— Сбыть духа не так-то просто. Пусть пока поработают и подзаработают нам денег на твои любимые консервы, а как найдётся подходящий покупатель — сразу же продадим...
Кот удивлённо вскинул мордочку:
— Мяу?
Юй Чэнь аккуратно вычесал травинку из кошачьей шерсти:
— Именно. Отправим обоих пахать и зарабатывать.
Глаза кота блеснули хитрым азартом, и он мгновенно повеселел:
— Мяу-а-а!
— Договорились, — улыбнулся Юй Чэнь. — Заставим того агрессивного духа работать в поте лица и приносить кучу денег.
Кот с ходу соскочил на землю, выгреб из инвентаря ядро того самого агрессивного духа и швырнул его на асфальт. Следом он вытолкал из карманного «карцера» и бедного коричневого человечка, настойчиво понукая хозяина скорее сбыть их на работу.
Куколка пару раз перекатилась по земле и замерла в полном оцепенении, совершенно не понимая, в какую переделку попала. Едва успев опереться на ручки и сесть, малыш столкнулся нос к носу с огромным котом. Верёвочные конечности тут же подкосились, и кукла опять шлёпнулась на спину, всем своим крошечным видом выражая крайнюю степень беспомощности и ужаса.
Когда Сэ Янь вернулся с двумя увесистыми пакетами, юноша и кот уже миролюбиво ладили.
— Что там у тебя? — спросил Юй Чэнь.
Сэ Янь поставил пакеты на землю:
— Подарки для Цанцана. Лакомства.
Услышав, что принесли еду для него, кот моментально подскочил и уставился в пакеты. Он-то думал, что сухой корм и консервы — вершина кулинарного искусства, а тут ещё какие-то «лакомства»!
Выудив из пакета герметичный контейнер, кот уловил невероятно аппетитный запах. Зажав край коробки зубами, он вытащил её наружу и требовательно замяукал, прося Сэ Яня открыть защёлки.
Мужчина уже потянулся к крышке, но в последний момент остановился и взглянул на Юй Чэня:
— Ему точно можно?
Кот тоже перевёл на хозяина умоляющие глаза, из усов от вожделения едва не капала слюна.
Глядя на эту парочку, Юй Чэнь ощутил неожиданный прилив теплоты:
— Можно.
Лишь после согласия Сэ Янь сорвал защитную плёнку и приподнял крышку. В воздух хлынул густой, слегка солоноватый запах свежего мяса. Кот ткнулся носом, осторожно попробовал один кусочек — и его глаза мгновенно расширились от восторга.
В следующее мгновение он вцепился зубами в контейнер и со всех ног помчался к Юй Чэню:
— Мяу-мяу-мяу, мяу-а-а-а!
Это же невероятно вкусно! Давай вместе!
Юй Чэнь присел на корточки, разглядывая аккуратные кубики оранжево-алого лакомства. Сняв перчатку, он взял один кусочек и поднёс к носу — пахло лёгким сырым мясом.
Спустив маску, он уже собрался отправить угощение в рот, как его запястье перехватила сильная, крепкая ладонь. Юй Чэнь в замешательстве вскинул глаза.
Сердце Сэ Яня заколотилось как сумасшедшее — ведь с момента их первой встречи он впервые видел лицо Юй Чэня без маски...
Сходство не ограничивалось глазами. Сами черты лица были невероятно похожи на Чэньчэня — даже ближе, чем на тех снимках, что ходили по сети. Если бы не разница в возрасте, перед ним стоял бы сам Чэньчэнь.
Не будь рядом кота, он ни за что не поверил бы, что этот юноша может оказаться его Чэньчэнем.
И дело было не только в чужом теле. Сам характер парня кардинально отличался от прежнего — в нём не осталось ни единой знакомой черточки.
Лишь кот давал разгадку. Помимо клички и повадок, было нечто большее: обнюхав Сэ Яня, кот проявил к нему подсознательное, глубокое доверие. Всё это неопровержимо доказывало — перед ним Цангоу. Но ни кот, ни юноша, похоже, совсем его не помнили.
— Мне нельзя? — спросил Юй Чэнь.
Сэ Янь изо всех сил совладал с накатившими чувствами:
— Это лакомство для Цанцана.
Юй Чэнь замер. Он в упор уставился на мужчину, и его взгляд заметно остыл.
Осознав, как двояко прозвучали его слова, Сэ Янь торопливо пояснил:
— Это специальный кошачий корм. В него добавляют ингредиенты, полезные именно для животных, человеку такое лучше не есть.
Юй Чэнь посмотрел на маленький кубик мяса в пальцах и решил отказаться от этой идеи.
Теперь он был человеком, а человеку не стоит есть кошачью еду.