В город Лочуань Юй Чэнь вернулся на персональном автомобиле — их с котом доставили к самому подъезду. Выбравшись из салона, юноша сразу направился к дому, даже не взглянув по сторонам.
Оба смертельно устали. Первым делом после возвращения — душ, свежая одежда, сытный перекус и крепкий сон. Ни единая душа не смела потревожить их отдых.
Проспав с полудня до самого вечера, Юй Чэнь по привычке потянулся за телефоном, но пальцы лишь черпнули воздух. Гаджет остался в рюкзаке и давно разрядился, а поставить его на зарядку никто так и не вспомнил.
Мысли поневоле вернулись к трофеям этой поездки: сотня и два призрачных духа, два подобранных тела... В общей сложности копилка пополнилась на восемьсот двадцать три кристалла проклятия и сто шестьдесят девять единиц паранормальной энергии.
Настоящий куш, какого у него ещё не бывало!
Радость переполняла юношу, но продлилась она недолго — ровно до тех пор, пока на пороге не возник У Нань.
У Наня просто не оставалось выбора. Едва узнав о возвращении Юй Чэня, он тут же помчался к нему. Дозвониться не получалось, пришлось непрерывно звонить в домофон, чтобы наконец застать неуловимый дуэт. Выйти на связь с господином Юй всегда было задачей не из лёгких.
Гость принёс с собой три полотна — те самые «картины в картинах», выявленные в ходе проверок. После долгих переговоров покупатели согласились вернуть работы в обмен на забранные средства. Финансовые издержки, разумеется, легли на семейство Сюй Чжу. Уладив все юридические и денежные тонкости, У Нань доставленные полотна передал владельцу.
Однако на этом визит не закончился. У Нань принёс и скверные вести: двоих владельцев сокрытых полотен нашли мертвыми, а сами холсты с подписью Юй Чэня бесследно исчезли.
В своё время У Нань выходил на одного из них с предложением выкупить работу или вернуть её после ритуала очищения, но коллекционер наотрез отказался, заявив, что безума от жуткого сюжета и хочет оставить его в коллекции.
И вот итог: человек мёртв, картина испарилась.
Люди, способные бездумно выложить сотни тысяч или миллионы за холсты Сюй Чжу, были далеко не простыми. Когда здоровые, богатые граждане отправляются на тот свет из-за каких-то холстов, их влиятельные родственники и друзья не берут паузу. Подняв связи и воспользовавшись тем, что скандал с «призрачным авторством Сюй Чжу» ещё не утих, они раздули историю до вселенских масштабов. Члены семей погибших публично потребовали от Юй Чэня ответов.
В битву включились известные художники, блогеры-миллионники и популярные медиа. Сеть гудела, смакуя детали «убийств, совершённых картинами».
А Юй Чэнь молчал.
Нарастающий шквал обвинений оставался без ответа, что распаляло толпу ещё сильнее: юношу обвиняли в трусости и попытке уйти от ответственности, требуя от властей немедленно запретить и изъять все его проклятые полотна.
Полиции пришлось выпустить официальное опровержение: расследование продолжается, а мистическая подоплека — лишь вымысел. Преступник убивал людей, забирал картины и инсценировал чертовщину, чтобы сбить следствие с толку и избежать наказания. Граждан призвали не поддаваться панике и не распространять слухи.
Но интернет-сообщество было не подкупить логикой. Пользователи принялись приводить доказательства, вспомнить хотя бы знаменитую «Плененную марионетку», взявшую премию — про её аномалии ведал весь интернет.
Затем под шквал уведомлений попали обладатели полотен «Глаза» и «Человек с фонарем». Сеть помнит всё: из архивов выудили их старые посты с мольбами о помощи, пропитанные паникой и липким ужасом перед паранормальными явлениями, которые они пережили лично.
Под давлением общественности оба покупателя вынуждены были сделать заявления: мол, полотна давно возвращены Юй Чэню, а их жизнь вернулась в нормальное русло и никакой аномальщины больше нет.
Разъярённая толпа тут же сделала умозаключение: пока жуткая картина на руках — происходит чертовщина; стоит избавиться от неё — и всё стихает! Вывод один: полотна прокляты, там действительно водятся призраки.
Скандал разгорелся до такой степени, что в сети начался массовый бойкот всех работ Юй Чэня.
Юй Чэнь молча переваривал услышанное.
«Бойкотируют мою живопись? Но ведь ни одной моей настоящей картины свет ещё даже не видел».
— Что конкретно произошло на месте? — нахмурился юноша. — Неужели действительно убила картина?
— Трудно сказать точно, — поморщился У Нань, чувствуя, как раскалывается голова. — Остаточные следы призрачной скверны там определенно есть. Но больше всего смущает способ убийства. Судя по всему, действовал один и тот же человек... или сущность.
— Что за способ?
— Оба погибших умерли от перелома шейных позвонков, — У Нань изобразил руками неестественный изгиб. — Их головы были закинуты назад до такой степени, что затылки плотно касались лопаток. Позвоночник сломан полностью, словно... словно убийца намеренно оставил нам эту подсказку...
Голос У Наня осекся.
Юй Чэнь смотрел прямо на него. В прекрасных миндалевидных глазах юноши вспыхнул ледяной, мертвенный огонь, дышащий чистой, неразбавленной яростью.
— Ч-что такое? — заикнулся У Нань. — Я сказал что-то не то?
Ярость, затаившаяся в груди Юй Чэня, предназначалась вовсе не собеседнику, а той твари, что дергала за ниточки из тени. Почерк был очевидным посланием: манипулятор знал о ритуале призыва, знал о гибели прежнего владельца тела... и, возможно, догадывался, что перед ним больше не человек.
В памяти всплыли слова Цю Шуйсин: правда о его природе перестала быть тайной в кругах табуированных духов. Если Го Юй и Цю Шуйсин прознали об этом, то сколько ещё монстров в курсе?
Весь этот балаган с «убийственными картинами» — персональная ловушка, расставленная специально для него.
Раздражение захлестнуло Юй Чэня. Почему просто жить как обычный человек оказывается настолько сложной задачей? Ему безумно захотелось прямо сейчас перебить всех табуированных духов до единого!
Черный кот, тонко почувствовав вспышку гнева своего хозяина, притерся к его ноге и сочувственно мяукнул.
— Где тела? — ледяным тоном спросил Юй Чэнь.
— В... в морге.
У Бюро расследования табуированных дел имелся собственный морг. Трупы людей, сгубленных призрачными духами, нельзя было оформлять как обычные смертные случаи: требовалось провести ритуал очищения от ауры скверны, дабы исключить риск посмертного перерождения, и лишь затем передавать их родным.
— Веди.
Юй Чэнь сгрузил полученные три холста за входную дверь квартиры и запер её. С картинами он разберётся позже.
У Нань прекрасно понимал состояние юноши. Любой на его месте сорвался бы. Столько лет гнуть спину, выступая безымянным «призраком» для чужой славы, терпеть лишения, наконец вернуть себе имя и право писать под собственным авторством... и тут же получить такой удар под дых в виде тотальной травли. Кто бы не разъярился?
Не произнеся больше ни слова, он отвёл Юй Чэня и кота к машине.
Юй Чэнь ни разу не бывал в Бюро. Он полагал, что штаб-квартира столь специфической службы укрыта в глуши, однако комплекс располагался прямо в черте города, ничуть этого не скрывая.
Для рядовых обывателей это был самый обычный деловой центр без каких-либо вывесок. Но глаза табуированных сотрудников и стажёров видели совершенно иную картину: фасад здания украшали крупные, пульсирующие буквы: «Бюро расследования табуированных дел».
Морг занимал двухэтажный флигель, стоящий за главным корпусом.
У Нань предъявил часовым удостоверение стажёра, въехал на территорию и припарковался у входа. Когда они вышли из машины, У Нань переговорил с охраной и провёл юношу с котом внутрь.
Часовой долго провожал взглядом фигуру Юй Чэня, облаченного во всё чёрное. У Нань не назвал имени своего спутника, но этот облик уж слишком напоминал слухи о загадочном новом табуированном сотруднике пятого ранга...
Летний зной не прощал промедлений, поэтому тела хранили в холодильных секциях. У Нань сверялся с номерами и выдвинул два секционных лотка. Оба трупа лежали ничком, их головы всё так же противоестественно покоились на лопатках.
Черный кот запрыгнул лапами на край каталки и вытянул шею, тщательно обнюхивая останки.
Юй Чэнь попросил снимки с места преступления. У Нань тут же открыл нужную галерею в телефоне и протянул ему экран.
На фото один из погибших распластался на полу, а второй застыл на коленях, но головы обоих висели за спиной под абсолютно одинаковым, немыслимым углом. Эта пугающая идентичность на фоне разных поз жертв выглядела как демонстративный почерк.
Теперь Юй Чэнь убедился окончательно: за убийствами стоит табуированный дух, осведомлённый о его тайне.
Кот закончил осмотр, издал короткое мяуканье и грациозно направился к выходу.
— Идём, — ровно произнёс Юй Чэнь.
У Нань не стал задавать лишних вопросов. Задвинув лотки обратно, он поспешил вслед за юношей.
У Нань сжал руль, Юй Чэнь занял пассажирское кресло. Кот устроился у юноши на коленях, поводя носом у приоткрытого окна и улавливая тончайший шлейф призрачной ауры. Зверь время от времени подавал голос, а Юй Чэнь спокойным тоном корректировал маршрут.
Город погрузился в вечернюю кутерьму. Машина продвигалась к самому центру, пока не уперлась в плотный затор на оживленном перекрестке.
— Тормози, — скомандовал Юй Чэнь.
Прижав кота к груди, он толкнул дверцу.
— Возвращайся.
— Э... — У Нань растерянно огляделся: стоянка здесь была запрещена.
Он сгорал от любопытства и тревоги, порываясь прийти на помощь, но опасался стать обузой. Ему оставалось лишь провожать взглядом темный силуэт, стремительно шагающий в сторону Торгового центра.
Следуя за едва уловимым следом призрачной энергии, кот провел хозяина через лифтовой холл на последний этаж, а оттуда — по пожарной лестнице прямо на крышу. Запах скверны казался коту знакомым — точно такой же исходил от картины «Плененная марионетка».
Юй Чэнь рассчитывал обнаружить здесь улику или хотя бы брошенный холст, однако крыша встретила его лишь порывистым ветром да морем огней мегаполиса. Значит, следы ауры были оставлены намеренно — как приманка, чтобы завлечь его сюда.
Застыв на самом краю парапета, Юй Чэнь вглядывался в сияющий бездонный океан вечернего города, дожидаясь того, кто прислал «приглашение».
Ожидание длилось недолгие мгновения. Вздулась волна паранормального поля, и кот, доселе смирно созерцавший пейзаж, резким движением повернул голову и предостерегающе зашипел.
Юй Чэнь обернулся. На противоположной стороне крыши, на самом краю, неподвижно высились две фигуры, задрапированные в пышные черные балахоны. Ночной ветер бился о парапет, но полы их одежд оставались абсолютно неподвижными, словно потоки воздуха огибали их стороной.
Кот соскользнул на бетон, выгнул спину и, подобно затаившейся пантере, принялся кружить вокруг юноши, не сводя глаз с незваных гостей.
Из-под капюшона более высокого силуэта раздался глухой мужской голос:
— Юй Чэнь.
Юй Чэнь небрежно опёрся о парапет.
— Ну же. Вы заманили меня сюда — так выкладывайте, чего хотите.
Незнакомец выдержал паузу.
— Это мы хотим понять, чего добиваешься ты. Ты действительно вознамерился помогать смертным в борьбе против собственного рода?
Под тенью капюшона Юй Чэнь поморщился. Сама мысль о том, что его причисляют к категории «табуированных предметов» или монстров, вызывала у него отвращение. Да, он обладал силой проклятия, но ни секунды не считал себя нечистью.
— Я уже говорил это Цю Шуйсин и повторю вам в последний раз: я вам не сородич, — отрезанно проговорил он.
Из-под второго, более приземистого балахона раздался звонкий женский голос:
— И кто же ты тогда?
— Человек, — без тени сомнений отчеканил Юй Чэнь.
Высокий мужчина издал сухой, лающий смешок.
— Что ж... А теперь угадай, кто я такой?
Юй Чэнь мысленно закатил глаза.
«Угадай? Угадай, как я пропишу тебе по загривку!»
— Твою шею... — медленно процедил незваный гость, — я сломал собственными руками.
Юй Чэнь замер.
Вот так встреча! Настоящий виновник изначальной трагедии собственной персоной!
Юноша мгновенно выпрямился, размягчённость и показное равнодушие испарились без следа.
— Так ты и есть тот табуированный дух, которого призвал прежний хозяин этого тела?
Монстр уклонился от прямого ответа:
— Я принял его жертву и исполняю его последнюю волю. А вот как именно всё завершится — зависит от твоего выбора.
Лицо Юй Чэня оставалось скрыто маской и глубоким капюшоном, но голос прозвучал с отстранённой твердостью:
— Я занял это тело, а значит, сам доведу его месть до конца.
— Доведешь? Воспользовавшись ничтожными человеческими законами? — с презрением хмыкнул затейник. — Не слишком ли это милосердно для твоих обидчиков? Моё понятие о каре кардинально отличается от твоего. Именно поэтому я захотел взглянуть на тебя лично. Твои способности уникальны. Ты создан для того, чтобы усиливать нас, а не прикрывать жалких смертных. Подумай хорошенько. Я жду твоего ответа.
Юй Чэнь сделал шаг вперёд.
— Тут не о чем думать. Мы никогда не встанем по одну сторону.
Ещё бы! Призрачные духи и табуированные объекты — его единственный источник кристаллов проклятия, залог его выживания в человеческом обличье. Станет он делиться с добычей!
— Ты пожалеешь об этом решении, — фыркнул монстр. — Ты даже не представляешь, насколько смертные ненавидят наш род. Стоит им прознать, что ты — не человек... Угадай, что они с тобой сделают?
Юй Чэнь продолжал надвигаться, а вокруг его фигуры заклубилась плотная аура силы проклятия.
— А ты угадай, как именно ты сегодня сдохнешь!
Приземистая фигура спрыгнула с парапета. Едва её ступни коснулись бетона, под ногами Юй Чэня распахнулась иссиня-чёрная паутина из силы проклятия. Вязкая, густая дымка взвилась вверх, устремляясь к застрявшему в центре ловчей сети юноше.
Юй Чэнь замер. Темный туман ринулся к нему, пытаясь просочиться сквозь поры кожи.
Кот метнулся было на помощь, но вовремя затормозил у самого края проклятого узора. Он принялся беспокойно кружить и тревожно мяукать, пытаясь привести хозяина в чувство.
Оба лазутчика одновременно перевели дух. Они не рискнули бы встретиться с Юй Чэнем лицом к лицу без надежного козыря: способность убрать Цю Шуйсин без шума и пыли уже говорила об его огромной боевой мощи.
Полный спектр его сил оставался загадкой. Известно было лишь одно: Юй Чэнь умеет восстанавливать повреждённые табуированные тела — редчайший дар, необходимый абсолютно каждому табуированному духу. Но этот дикий табуированный дух, неважно, по молодости лет или из-за особой строптивости, обладая столь важной способностью, встал на сторону людей — этого не потерпит ни один табуированный дух!
— Юй Чэнь, ты такой же дух, как и мы. Твоё место не среди людей. Подойди, — елейным тоном проговорила женщина.
Юй Чэнь застыл истуканом. Темная дымка продолжала клубиться, облепляя его фигуру, создавая видимость, будто проклятая скверна проникает внутрь. Но в действительности вся эта муть беспомощно билась о невидимый барьер — тончайший, но непробиваемый панцирь из чистого проклятия, покрывавший его кожу.
— Юй Чэнь, подойди, — повторила нечисть.
Высокий мужчина первым уловил неладное. Он впился взглядом в фигуру, погружённую в темный туман.
Дымка больше не пыталась проникнуть внутрь — она скапливалась на ткани одежды, превращая Юй Чэня в ярко сияющий, иссиня-черный факел...
— Назад! Ловушка! — рявкнул он.
Силуэт, объятый мерцающим пламенем, мощным толчком взмыл в воздух, с легкостью разорвал хвалёную сеть и метнулся к краю парапета!
Оба лазутчика, словно вспугнутые вороны, сиганули назад, за пределы крыши, зависнув в воздухе благодаря развернувшимся под их ногами теневым дискам.
— Как такое возможно?! — в голосе женщины прозвучал первобытный ужас.
Её ментальный контроль, сработавший без промаха сотни раз, не оказал на парня ни малейшего воздействия! Но факт оставался фактом: её сила была бессильна против Юй Чэня.
Юй Чэнь легко приземлился на парапет.
— Я подошёл. Чего же вы драпаете?
— Ты думаешь, мы случайно выбрали это место? — прорычал высокий. — Торговый центр, час пик! Снизу кишат сотни людей. Неужели ты решишься устроить бойню прямо над их головами?
Если на крыше вспыхнет полномасштабная схватка, пострадают вовсе не духи, а ни в чём не повинные посетители комплекса.
Юй Чэнь смерил их ледяным взором, досадуя лишь на то, что сам не умеет летать.
— Призрачный Зонт! Сбей их!
Из воздуха соткался Призрачный Зонт — сущность, рождённая проклятым холстом. Сложив купол, усеянный острыми костяными шипами, зонт с оглушительным свистом прошёлся дугой по зависшим в воздухе врагам.
Высокий дух просчитывал варианты, но подобного пассажа не ожидал даже он: откуда у табуированного духа сотворённый дух проклятия — тварь, предназначенная исключительно для истребления нечисти?!
Женщина выбросила вперёд руку, выставляя заслон из теневой паутины и принимая на себя сокрушительный удар зонта.
— Я погляжу, как ты запоешь, когда тебя лишат статуса человека! — выплюнул напоследок незваный гость.
Спустя мгновение обе фигуры метнулись вниз и растворились в распахнутом окне одного из нижних этажей.