Юй Чэня раздирали вопросы, но он предпочитал молчать, чтобы случайно не выдать себя. Впрочем, если он сам не спешил с расспросами, то у остальных терпение уже лопнуло.
Го Юй, стоявший в двух шагах от дивана, нервно спросил:
— Господин Юй, да что здесь вообще происходит? Что за красный туман на улице? И то, что мы только что видели… это был труп?
Юй Чэнь от такого напора на мгновение лишился дара речи. С чего этот парень решил, будто ему всё известно? Неужели он похож на ходячую энциклопедию? Юй Чэнь и сам был бы не прочь с кем-нибудь проконсультироваться!
Юй Чэнь перевёл взгляд на побледневшего мужчину. Ни завернутый в белые бинты труп в коридоре, ни гниющая призрачная клешня, скребшаяся в железную дверь, не заставили Генерального директора корпорации Сэ потерять самообладание. Оставалось лишь гадать — то ли у того нервы из стали, то ли он начисто отрицал существование потустороннего.
Го Юй всё так же упорно смотрел на него, ожидая ответа.
— Не спрашивай меня, — прозвучал из-под маски бесстрастный голос Юй Чэня. — Я знаю не больше твоего.
— Но вы же одним ударом ноги затолкнули ту тварь обратно в квартиру 1404… Вот я и подумал… Извините, — смутился Го Юй.
Услышав, как тот намеренно подчеркнул этот эпизод, Юй Чэнь слегка приподнял козырек кепки. Его угольно-черные глаза напомнили Го Юю бездонную пропасть, не пропускавшую ни единого луча света…
Грохнул оглушительный удар — входную дверь квартиры наискосок выбило с петлями, а в следующий миг тяжелый грохот сотряс их собственную железную дверь.
Стример едва не взвизгнул от ужаса. Он зажал рот обеими руками, мелко дрожа всем телом.
Юй Чэнь снова надвинул кепку на самые глаза. Действие выглядело немного странно, но если не присматриваться, ничего особенного. Прихватив черный мешок, он обошел комнату и с заговорщицким видом спрятал его в углу за мольбертом, а для надежности еще и прикрыл холстом.
Остальные, наблюдавшие за этой сценой:
«…»
[Юйлинду] уже давно подмывало спросить:
— Что у тебя в мешке?
Юй Чэнь не удивился вопросу. Весь мешок был настолько густо окутан призрачной скверной, что казался сплошным черным сгустком. Обычные люди этого не замечали, но [Юйлинду], будучи Игроком, непременно должен был уловить аномалию.
Юй Чэнь отряхнул ладони и отрезал:
— Личная коллекция. Меньше знаешь — крепче спишь.
[Юйлинду]: «…»
Игрока терзали смутные сомнения: уж не засунул ли этот юный художник в мешок какого-нибудь призрачного духа? Иначе откуда взяться столь плотной, давящей тьме?
Юй Чэнь покосился на Орудие Разрыва Духов в его руках:
— Чем удовлетворять свое любопытство, лучше иди и переговори с тварью снаружи. А то выломает мне дверь — у меня нет денег на ремонт.
[Юйлинду]: «…»
Удары в дверь становились всё более частыми и неистовыми, казалось, стальное полотно вот-вот рухнет в комнату. Тяжело вздохнув, [Юйлинду] сжал рукоять лопаты и направился к выходу. Кроме него и художника, все в квартире были обычными людьми — случись стычка со злым духом, они станут лишь легкой добычей.
Он совершенно не знал этого паренька. Призрак с картины, выставленной в музее, явно имел к нему прямое отношение, но какими силами тот обладает и чего добивается — оставалось загадкой. Приходилось соблюдать осторожность.
Едва [Юйлинду] протянул руку к замку, как тяжелая ладонь опустилась на дверное полотно, блокируя его. Обернувшись, он обнаружил за спиной художника.
— Одолжи лопату, — спокойно произнес Юй Чэнь. — А сам оставайся здесь и охраняй моего босса.
[Юйлинду]: «?»
[Юйлинду] перевел взгляд на «босса». Сэ Янь восседал на диване; алый свет из окна очерчивал его суровый профиль, пока само лицо тонуло в тени.
Пока Игрок колебался, оглушительный треск сотряс прихожую — петли двери не выдержали.
У Юй Чэня дернулась жилка на виске. Он уже собрался подловить момент следующего удара, чтобы выскочить и впечатать тварь в стену, как вдруг железная дверь с грохотом распахнулась наружу. [Юйлинду], все еще державшийся за ручку, не удержал равновесия и вылетел вслед за ней в коридор.
Коридор тонул в непроглядном мраке. Навстречу рванул поток спертого воздуха, неся тошнотворную вонь разложения. Не раздумывая ни секунды, Юй Чэнь вслепую нанес мощный удар ногой — что-то с глухим стуком отлетело в сторону.
Он чиркнул пальцем по экрану телефона, зажигая фонарик. Луч света выхватил из тьмы лишь скрюченный, обмотанный белыми бинтами труп. Никаких следов [Юйлинду] не было.
Юй Чэнь резко повернулся и направил свет внутрь квартиры — помещение было совершенно пусто. Ни Генерального директора корпорации Сэ, ни остальных!
Юй Чэнь: «…!!!»
Первый же рабочий день — и такой провал! Да что за проклятие?!
Грохнуло снова.
Юй Чэнь вскинул телефон и успел заметить, как с сокрушительным щелчком захлопнулась дверь квартиры 1404.
Убежденный, что за исчезновением босса и остальных стоит нечисть из 1404-й, он подскочил к двери и с размаху врезал по ней ногой. Сбив темную силу, блокировавшую замок, Юй Чэнь рывком распахнул дверь.
Внутри царил сумрак. Никаких плененных людей здесь не было — лишь алые лучи из окна выхватывали из темноты туманный силуэт, застывший посреди тесной гостиной.
Фигура была приземистой, раздутой и тучной, а воздух в комнате пропитался удушливой мерзостной вонью. Системное уведомление не выскочило, из чего Юй Чэнь сделал вывод: перед ним ни табуированный предмет, ни живой человек.
Он направил луч фонарика прямо на нечисть. Разглядев облик твари, даже Юй Чэнь, повидавший на своем веку сотни призраков, не удержался от глухого стона. Перед ним стояла та самая взбалмошная старуха!
Ещё вчера вечером она наводила шорох в больнице, а теперь превратилась в раздутый, смердящий труп, покрытый гнилостными язвами.
Если старуха оказалась здесь, значит, тот одноногий труп в бинтах из коридора — её сынок, столкнувшийся со скверной. Впрочем, Юй Чэня мало волновало, как они тут очутились и во что превратились. Главное — босса в квартире не было, а значит, и задерживаться незачем.
Он уже повернулся к выходу, как вдруг луч света скользнул по раздутой туше, и та прямо на глазах стала вытягиваться вверх.
Седые пакли на ее голове стремительно чернели и удлинялись, спутываясь в грязно-липкие патлы, с которых капала черная жижа. По раздутой, гниющей коже расползались алые кровавые жилки, сплетаясь в жуткие узоры. Сквозь спутанные волосы на Юй Чэня воззрились два черных провала глаз.
Юй Чэнь: «…»
И именно в этот момент ожила хранившая доселе молчание Система.
[Злой дух: 20 кристаллов проклятия / шт.]
[Примечание: Домашние тираны должны умереть!]
Тварь, стоявшая перед ним, оказалась тем самым лифтовым озлобленным духом, за которым он охотился несколько дней! Вот только за прошедшее время монстр разительно изменился. Алые кровавые нити на его теле обозначали загубленные человеческие жизни — дух переродился из простого мстительного призрака в настоящего Злого духа!
Инцидент набрал смертоносную силу. Изрыгая потоки черной скверны, тварь накрыла Юй Чэня, точно кроваво-черный саван.
Но не успел Юй Чэнь обрушить шторм своей силы проклятия, чтобы развеять скверну, как пред глазами вспыхнул резкий свет, а уши заложило от истошного человеческого крика.
Юй Чэнь обнаружил себя стоящим посреди ветхой улицы. По обе стороны тянулись убогие самодельные домики, а вокруг царила мертвая тишина — ни души. Вся округа была погружена в серо-пепельные тона. Юй Чэнь на мгновение заподозрил, что угодил в какой-то древний «подземелье-фасеточный мир», сошедший со старого снимка. Это явно была не реальность.
Неужели Генерального директора корпорации Сэ и остальных затянуло сюда же?
Оглядевшись, он сориентировался по звуку и двинулся на недавний крик. В тишине пустынной улицы отчетливо раздавался шорох — будто по земле волокли нечто тяжелое.
Завернув за угол старого кирпичного дома, Юй Чэнь увидел широкую кровавую полосу, тянувшуюся по земле прямо в открытые ворота соседнего двора. Именно оттуда доносились звуки.
Затаив дыхание, он осторожно шаг за шагом приближался, намереваясь выследить источник шума. В этот миг створки деревянных дверей соседнего дома приоткрылись. Из щели крадучись вылез человек и тут же столкнулся взглядом с юношей в черном, стоявшим посреди улицы.
Упитанный парень тут же приложил пухлый палец к губам, отчаянно зашипев и боязливо посматривая на соседний двор. Юй Чэнь лишь скользнул по нему равнодушным взглядом и продолжил путь.
— Эй! Не ходи туда… — еле слышно прошептал толстяк.
Из-за ограды раздался слабый стон. Лицо Юй Чэня мгновенно сделалось суровым. Он ускорил шаг, но выбежавший парень перехватил его. В тот же миг за стеной послышались глухие удары — словно кто-то с нечеловеческой силой колотил дубиной по сырому мясу. Временами доносился сухой хруст ломающихся костей, быстро сменившийся чавкающим, липким месивом.
Парень побледнел как полотно и отчаянно замахал рукой остальным. Трое человек — двое мужчин и женщина, прятавшиеся в доме, — ринулись наружу, но застряли в узкой дверной щели с громким треском.
Удары по ту сторону стены затихли.
— Бежим! Живее! — в ужасе заорал толстяк.
Он дернул Юй Чэня за рукав, и тому пришлось побежать вместе с ними.
Троица, бежавшая позади, устремилась прочь изо всех сил. Женщина в летнем платье и босиком — модные туфли она сжала в кулаке — никак не могла поспеть за двумя мужчинами и быстро отстала. Споткнувшись об острый камень, она с маху грохнулась на землю, ободрав до крови ладони и колени. Заливаясь слезами, бедная женщина бросила туфли и, превозмогая боль, поковыляла дальше.
Юй Чэнь оглянулся и увидел, как из открытых ворот вывалилось высокое чудовище.
Рост твари превышал два метра. Из-под спутанных космы чернели два пустых провала: ни носа, ни рта — лишь вывернутое мясо, под которым копошились гниющие черви-отростки. Монстр выглядел невероятно сильным; его бугристая кожа была вымазана кровью и обрывками плоти, а в мощной лапище он сжимал дубину толщиной с человеческую голень, с которой стекали густые алые капли.
Юй Чэнь повидал немало нечисти, и встречались ему твари куча мертвее и уродливее этой, однако его удивило другое: Система упорно молчала.
Станция переработки мусора специализировалась на табуированных предметах и призрачных духах — на прочую дрянь она попросту не реагировала. Те же трупные гули, что ползали по коридорам, по сути являлись лишь движимыми призрачной скверной мертвыми телами. Но этот гигант явно не был обычным гулем — ни один человек при жизни не имел бы подобного облика.
Раз Система молчит, а на трупного гуля это не похоже, остается лишь один вариант.
Чтобы проверить свою догадку, Юй Чэнь резко остановился.
— Не останавливайся! Беги! Поймает — сразу смерть! — отчаянно закричал толстяк.
Монстр шагал будто неспешно, но каждый его шаг покрывал огромное расстояние, молниеносно сокращая дистанцию до отстающей женщины.
Бедняжка снова рухнула на землю. Ее ступни были изрезаны камнями в кровь. Задыхаясь от ужаса и отчаяния, она поползла вперед. Ей нельзя умирать! Мать все еще не найдена, а дома ждет шестилетняя дочка… У малышки уже нет отца, она не может потерять еще и мать!
Женщина с мольбой уставилась на замершего Юй Чэня, моля о спасении.
Уже в следующий миг огромная дубина со свистом устремилась вниз, готовясь размозжить бедняжке голову. Юй Чэнь рванулся вперед. Сгустив на ноге силу проклятия, он в прыжке нанес сокрушительный удар по деревянной дубине.
Деревянная дубина разлетелась в пыль, словно сотканный из дыма, а сам монстр качнулся. Не успев коснуться земли, Юй Чэнь снова взмыл в воздух. Окутанный вихрем силы проклятия, он взлетел по массивной туше монстра и оседлал его плечи.
Сковывая тварь духовной мощью, Юй Чэнь мертвой хваткой сжал ногами его шею, а руками обхватил уродливую голову. Монстр вскинул огромную, точно лопата, лапу, намереваясь размозжить череп наглого обидчика.
[Предмет проклятого духа: Кукла Вуду активирует защитную контратаку. Никто не смеет обижать моего папочку!]
[Примечание: Папа любит меня больше всех, я папочкино сокровище.]
Густая призрачная скверна хлынула наружу, соткав гигантскую черную голову. Та разверзла огромную пасть, усаженную острейшими клыками, и с маху впилась в занесенную лапу.
Конечность монстра мгновенно рассеялась. Тварь забилась в диком исступлении, пытаясь сбросить Юй Чэня. Напрягши жилы, юноша выплеснул всю силу проклятия — и с жутким треском оторвал чудовищу голову.
Обезглавленное туловище с грохотом рухнуло на землю. Юй Чэнь легко приземлился на ноги, наблюдая, как труп обращается в дым и тает в воздухе, не оставив после себя абсолютно ничего.
Сотканная из скверны черная голова принялась виться вокруг Юй Чэня, точно выпрашивающий подачку пес. Юй Чэнь небрежно швырнул ей оторванную голову монстра. Черный сгусток мгновенно метнулся вслед и «ам!» — успел заглотить добычу до того, как та окончательно рассеялась, после чего с сытым урчанием растаял.
Юй Чэнь осмотрел свою одежду: брызги крови и куски плоти исчезли вместе с тварью, словно всё произошедшее было лишь мороком.
Спасенная женщина, глядя на то, как монстр угас за считанные мгновения, замерла в немом шоке.
Не меньше был ошарашен и упитанный парень, успевший оглянуться. От увиденного он даже забыл, что спасается бегством. Пробежавшие мимо него мужчины оставили его позади, а он так и остался стоять с раскрытым ртом.
Этот парень в черном... Он только что одним ударом ноги сокрушил здоровенный брус, заскочил чудовищу на плечи и голыми руками... о-оторвал ему голову?! А та жуткая черная пасть... Она что, сожрала голову монстра? Это у них так подзарядка работает?!
Толстяка аж перекосило от ужаса. Не будь на этом парне ни капли призрачной скверны, он бы резво принял его за куда более кошмарного монстра! Разве может человек быть свирепее нечисти?!
Хотя... говорят, Игроки из Национального рейтинга — сплошь монстры во плоти с кучей диковинных предметов! Для них эти твари — развлечение на один зуб.
Неужели он наткнулся на топового Игрока?!
Парень тут же развернулся и припустил обратно, с намерением отвесить самый нижайший поклон и уцепиться за спасительное бедрышко!
— Спа... спасибо вам, — заикаясь от дрожи, с трудом выдавила женщина.
Юй Чэнь, погруженный в свои мысли, поднял взгляд. Перед ним стояла Дун Циндай — дочь той самой Тётушки с кудряшками, Ли Чжихуэй! По идее, она должна была вместе с полицией искать пропавшую мать. Каким образом ее занесло сюда?
Юй Чэнь только открыл рот, чтобы расспросить ее, как неподалеку снова раздался истошный женский вопль. Не теряя секунды, он рванулся на звук. Если в округе бродит еще одна такая же тварь, его догадка окончательно подтвердится.
Приготовившийся падать на колени толстяк:
«…»
С-стой, босс-с-с, подожди-и-и!
Видя, как вершитель испаряется вдали, он опомнился и припустил следом. Упустить такого мастера — верная смерть!
Дун Циндай, все еще не пришедшая в себя от пережитого ужаса, устремилась за ними, хромая и оступаясь. Ей нельзя умирать здесь любой ценой!