Юй Чэнь прикинул оставшиеся кристаллы проклятия: отняв три потраченных, выходило всего двадцать три.
Настоящая нищета. К тому же проклятая призрачная рука лишила его десяти часов лимита времени! Её необходимо поймать и пустить на материалы — скрафтить качественные предметы и загнать пополнее.
Юй Чэнь отлично понимал: эта рука — не рядовой неупокоенный дух. До сих пор все твари, что встретились ему в мире людей, испускали лишь призрачную скверну. А вот с проклятой силой он столкнулся впервые.
Призрачная скверна подобна дыму — клубится и расползается без четкой формы. Сила же проклятия — чистая, сфокусированная энергия.
Он слишком долго пребывал в забытьи, витая бестелесной тенью по паранормальной игре. С трудом обретя осознанность, Юй Чэнь сперва счел себя игроком: радовался, прибивался к отрядам, вместе со всеми выполнял задания... Пока система не аннулировала его результаты, заклеймив багом.
Затем подумал, что он — дух-NPC. Но и тут вышла осечка: местная нечисть кидалась на него, пытаясь сожрать.
В итоге он оказался системной ошибкой, которую одинаково ненавидели и люди, и призраки.
Одинокий, лишённый соратников, он прятался по тёмным углам и по крупицам копил кристаллы проклятия, пока наконец не вырвался в реальный мир, дышащий человеческой жизнью.
В паранормальной игре хватало загадок, но одно Юй Чэнь усвоил твердо: далеко не каждый дух обладает силой проклятия. Даже среди игровых NPC ею наделены лишь единицы.
А те, кто ею владеет, — неизменно боссы территорий, способные в порошок стереть любую мелкую нечисть.
Ведь именно сила проклятия служит первоосновой для создания игровых предметов!
Чтобы не потерять человеческий облик, Юй Чэню пришлось сжать зубы и раскошелиться на «Гриб с живой культурой». Зато голова встала на место, а левое плечо и рука вновь наполнились жизненной силой, исцелившись без следа.
В очереди он приметил человека, сильно смахивающего на игрока. Впрочем, вести дела в нынешнем виде было неразумно... Тем более пока рядом Мяо Цайинь и её дочь. При желании через них раздобыть его человеческий адрес не составит труда. Во избежание лишних проблем лучше проявить осторожность.
Быстро разыскать Цангоу не выйдет. А если продавать артефакты и при этом скрывать личность — лучше всего купить в игровом магазине «Плащ Скрытности».
Штука, конечно, бесполезная: кроме маскировки, ни защиты, ни атаки. К тому же стоит немилосердно. За всё время странствий по игре Юй Чэнь не встречал ни одного игрока, позарившегося на этот хлам. Тридцать кристаллов проклятия — солидная сумма, на неё можно взять отличный защитный или боевой предмет. С какой стати тратить ресурсы на пустышку?
Игрокам без надобности, а вот Юй Чэню — жизненно необходимо. Жалел он лишь об одном: кристаллов катастрофически не хватало.
Погружённый в мрачные мысли, Юй Чэнь отпер бронированную дверь квартиры и вышел наружу.
Люди в коридоре так и стояли колонной — никто не дерзнул сдвинуться с места, пусть даже красная черта на полу и номерные значки на груди давно исчезли.
Мяо Сяосяо распласталась на полу коридора в той самой позе, в какой упала, не смея шевельнуться.
Юй Чэнь окинул взглядом пролёт: труп женщины, свернутый в мясной шар, уже куда-то пропал.
Мяо Цайинь со страхом и трепетом уставилась на господина Юя. Не успела она вымолвить и слова, как тот с ледяным равнодушием прошёл мимо, направляясь к лестничной клетке.
Игрок [Наришэнь] несколько раз перепроверил: и табличка с номером, и алая линия на полу действительно растворились без следа. Только после этого он отважился сделать осторожный шаг вперёд. Предупреждения от сущности не последовало.
Парень стоял в абсолютном оцепенении, не понимая, с чего вдруг системные правила рухнули.
Но если правила исчезли, куда делась нечисть?
Выйдя из строя, [Наришэнь] поспешил к дверям квартиры 1404 и заглянул внутрь. Кровавые иероглифы на полу испарились.
Обычное жилье. Словно и не было здесь никакой чертовщины. На месте, где стояла кровать, теперь аккуратно расположился диван, а от старой лампы не осталось и следа.
[Наришэнь] резко обернулся, но загадочного человека в чёрном уже и след простыл.
Он ринулся в погоню. Этот парень точно был игроком — притом мощным, с высоким уровнем! Неужели он столкнулся с кем-то из первой десятки Национального рейтинга?
Вскочив в пролёт, [Наришэнь] услышал удаляющийся вниз торопливый шаг и бросился следом. Пробежал несколько пролётов — шаги гремели где-то внизу, заставляя перебирать ногами ещё быстрее.
Мигающий свет ламп выхватывал обшарпанные стены. Спустя какое-то время парень заподозрил неладное. Запыхавшись, он замер и поднял глаза на настенную табличку: «11 этаж».
По спине [Наришэня] прошёл морозный озноб.
Вспомнив, что Толстая тётушка под номером четыре вроде как знала того мастера, [Наришэнь] бросил бессмысленную погоню и метнулся назад. Выскочив из лестничной клетки в коридор, он застал лишь гулкую пустоту — в пространстве не осталось ни единой души.
* * *
Сэ Янь и двое его спутников наконец поднялись на четырнадцатый этаж. За весь путь им не попалось ни души, вокруг царила мёртвая, гнетущая тишина.
Но стоит им шагнуть из лестничного пролёта в коридор, как в носы ударила настолько невыносимая вонь, что всех троих едва не вывернуло наизнанку.
Цзэн Дунху мгновенно напрягся всем телом — каждый мускул, каждый нерв вошли в состояние боевой готовности. Этот запах был не просто гнилостным; от него веяло чистой, концентрированной жутью.
Го Юй шагал первым. Под его тяжелой поступью один за другим зажигались сенсорные светильники. В длинном пустом коридоре под потолком беспорядочно кружили жирные мухи.
Цзэн Дунху держался вплотную к Сэ Яню, бдительно следя за каждым шорохом.
Го Юй заметил на бронированных дверях соседних квартир приклеенные бумажные записки и тянул руку, чтобы сорвать одну, но Цзэн Дунху рявкнул:
— Не трогай!
Телохранителю совсем не хотелось провоцировать новые неприятности.
Го Юй бросил на Цзэн Дунху нечитаемый взгляд.
Подойдя к квартире 1415, он вскинул руку, чтобы постучать, как вдруг раздался оглушительный грохот. Бронированную дверь словно со всей дури таранили изнутри. Все трое от неожиданности вздрогнули.
Звук доносился наискосок — из двери напротив.
Цзэн Дунху уставился на старую зелёную металлическую дверь. Его охватило липкое, леденящее чувство, будто из-за неё прямо в душу вперился чей-то невидимый, злобный взгляд.
Даже человеку, далёкому от суеверий, в этом месте стало бы не по себе.
Цзэн Дунху заслонил босса и сделал осторожный шаг назад, отводя его подальше от подозрительной двери.
Го Юй снова занес руку, но не успел коснуться косяка, как проход сотряс новый удар: БУМ!
На этот раз гул не стихал — удары сыпались один за другим с одинаковым, исчисляемым до секунды интервалом. Будто кто-то с той стороны с упорством безумца бился головой о железный лист.
Го Юй перевел взгляд на квартиру 1404, а затем вопросительно посмотрел на генерального директора Сэ.
Нервы Цзэн Дунху были на пределе. Видя, как спутник мнется перед дверью, он нервно выкрикнул:
— Чего застрял?! Стучи давай!
Чем терпеть это неизвестное кошмарное нечто, он лучше бы встретился лицом к лицу с самим Юй Чэнем.
Рука Го Юя двинулась к двери, и в то же мгновение раздался оглушительный грохот. Зелёный металл накренился, и прямо из поверхности двери выперло искаженное человеческое лицо с широко разинутым ртом — словно несчастный задыхался в предсмертных муках.
В голове Цзэн Дунху будто взрыв прогремел. Мозг отключился, и он на автомате прикрыл Сэ Яня, оттаскивая его назад.
БУМ! БУМ! БУМ!
От яростной канонады со старой двери хлопьями посыпалась краска. По металлу, выгибая его наружу, расползались всё новые и новые силуэты человеческих лиц — одно уродливее другого.
— Уходим! Господин Сэ, быстрее!
Цзэн Дунху отступал, увлекая за собой босса, как вдруг чьи-то пальцы вцепились ему в плечо. Он едва не всыпал наотмашь, но вовремя разглядел, что его держит Сэ Янь.
Сэ Янь смотрел на телохранителя с холодным недоумением. Тот покрылся градом холодного пота, а в глазах застыл животный ужас.
— Что с тобой? — спокойно спросил Сэ Янь.
Цзэн Дунху резко оглянулся на квартиру 1404.
Старая зелёная дверь стояла ровная, гладкая. Никаких выпирающих лиц. Никаких ударов.
У телохранителя ушла земля из-под ног. Утирая липкий пот со лба, он судорожно соображал, не сошёл ли с ума на нервной почве.
— Всё в порядке? — донёсся голос Го Юя. — Ты выглядишь так, будто черта увидел.
Для телохранителя галлюцинации на ровном месте — приговор. Ни один серьёзный наниматель не станет держать при себе человека со съехавшей крышей.
— Всё... норма... — слово застряло у Цзэн Дунху в горле.
Го Юй стоял у двери 1415 и только-только поднял руку для стука.
То есть... грохот был не галлюцинацией? И лица...
Цзэн Дунху диким взглядом впился в дверь 1404.
Со скрипом, от которого зубы заныли, тяжелая створка начала медленно отворяться. Из темноты на бетонный пол коридора со стуком вывалился сверток, сплошь перемотанный белыми бинтами.
Сквозь ткань просочилась мутная жижа. Волна удушливой гнили накрыла коридор.
Сердце Цзэн Дунху сжалось в ледяной комок. Он стиснул зубы, боясь выдать себя тихим стоном.
Настоящее это или морок? Он повернул голову к Го Юю — и обомлел. Губы Го Юя расползлись в неестественной, жуткой ухмылке от уха до уха, образуя глубокую букву V.
Нет! Нет, этого не может быть! Это точно глюк!
Он зажмурился изо всех сил, сосчитал до трех и открыл глаза. Го Юй смотрел на него со свойственным ему бесстрастным выражением. Никакой ухмылки.
Однако, опустив взгляд вниз, Цзэн Дунху увидел: разлагающийся сверток в белых бинтах по-прежнему лежал посреди коридора.
Цзэн Дунху застыл. Зрачки его расширились.
— Господин Сэ... нам нужно уходить. Срочно.
Любой нормальный человек при виде такого трупа ударился бы в панику. Но Сэ Янь оставался совершенно спокоен. Он не испугался — он хладнокровно оценивал, реальна ли туша перед ними или это иллюзия паранормального поля.
Цзэн Дунху осторожно тянул босса назад, пока в голове выли тревожные сирены. Он снова посмотрел на Го Юя — тот всё так же застыл у двери 1415 с поднятой рукой.
Если труп настоящий... тогда что с Го Юем?!
ТУК! — палец Го Юя наконец опустился на металл.
Звук был тихим, но эхо от него прокатилось по всему коридору, будто ударили в похоронный колокол.
И в то же мгновение замотанный в бинты труп подпрыгнул!
Тварь на полу задергалась, с хрустом ломая окоченевшие кости. Из белого кокона с треском вырвались две полусгнившие, покрытые язвами руки. Смердящее чудовище выгнулось, встало на три конечности и с невероятной скоростью рвануло прямо на Цзэн Дунху!
Цзэн Дунху был человеком не из пугливых, но эта тварь окончательно подорвала его рассудок.
Видя, как мертвец стремительно приближается, телохранитель вскрикнул и выскочил вперёд.
Какая разница — мистика или реальность! Его задача — защитить нанимателя!
С размаху Цзэн Дунху всадил тяжелый армейский ботинок в несущуюся на трех конечностях тварь.
Удар пришелся будто по монолитному стальному листу! Ногу прожгла острая боль, Цзэн Дунху изменился в лице.
Мертвец даже не шелохнулся, но белые бинты, обвивавшие его туловище, вдруг ожили и, точно щупальца, рванулись к Цзэн Дунху и Сэ Яню!
В этот момент дверь одной из квартир с грохотом распахнулась. Из неё выскочил [Юйлинду], за которым выбежало несколько полубезумных от страха людей. Увидев посреди пролёта сгнившую тварь, выжившие зашлись в истошном крике.
[Юйлинду] мгновенно оценил обстановку. Заметив, что грязные бинты тянутся к Сэ Яню, парень прищурился. Не раздумывая ни секунды, он метнул вперед какой-то предмет и сам рванулся вслед за ним.
Черный силуэт с сокрушительным треском врезался в тушу мертвеца. Тварь замерла на месте, а рванувшиеся полосы ткани застыли в воздухе.
[Юйлинду] на лету подхватил слетающее с монстра оружие и заскользил по полу, заслоняя собой Сэ Яня. В его руках блеснуло тяжелое «Орудие Разрыва Духов» — стальная лопата.
Застывшие было бинты вновь взвились в воздух, но [Юйлинду] с размаху обрушил на них лопату, отбивая атаку. Сделав стремительные выпады вперед, он со всей дури впечатал лезвие в ползущего мертвеца.
Раздался тяжелый БУМ!
Труп вдавило в бетон. [Юйлинду] вонзил «Орудие Разрыва Духов» прямо в сплетение бинтов. Белые полосы, уже успевшие захлестнуть ноги Цзэн Дунху, будто от ожога, мгновенно втянулись обратно в тело твари.
Не успел [Юйлинду] перевести дыхание, как волосы у него на затылке встали дыбом. Волна дикого, первобытного ужаса накрыла его — кто-то или что-то неимоверно жуткое зафиксировало на нём свой взгляд.
Схватив Цзэн Дунху за шкирку, [Юйлинду] швырнул его в сторону Сэ Яня. Затем зацепил черенком лопаты створку двери 1404, пытаясь захлопнуть её, но наткнулся на мощнейшую неведомую силу.
Превозмогая сопротивление, он навалился всем телом, пытался закрыть проход, но стальная дверь буквально выталкивала его наружу.
— Бегите! Быстрее! — зарычал [Юйлинду], упираясь изо всех сил.
Тварь внутри слишком опасна! Если она вырвется — никто не уйдёт живым!
Выжившие, застрявшие в коридоре, с белыми как мел лицами взвизгнули и бросились прочь к лестнице.
Цзэн Дунху упал на пол. Нижняя часть его тела, успевшая соприкоснуться с бинтами, на глазах опухала и покрывалась мерзкими гнойными язвами. Ноги перестали слушаться.
Сэ Янь сделал шаг вперед, намереваясь помочь, но [Юйлинду] рявкнул:
— Назад! Уходите с четырнадцатого этажа!
Будь здесь другие игроки, от них был бы толк. А обычные люди здесь — просто пушечное мясо!
Упершись плечом в стальную створку, [Юйлинду] принялся с размаху колотить лопатой по двери: КЛАЦ! КЛАЦ! КЛАЦ! С каждым ударом щель становилась всё уже.
И вот, когда дверь оставалось лишь захлопнуть, из тьмы проёма высунулась полусгнившая, черная рука и мертвой хваткой вцепилась в край металлического полотна...