Две несущиеся на полной скорости машины так и не добрались до заброшенной фабрики. Впереди простиралось лишь бескрайнее море огня.
От раскалённого гудящего марева перехватывало дыхание; подступить ближе было невозможно. Едва автомобили замерли, как пламя со страшным рёвом взвилось до небес и в одно мгновение поглотило обе машины.
В окнах далёкого офисного здания раздались испуганные возгласы. Люди с изумлением наблюдали, как фабрика, брошенная после пожара много лет назад, опять пылает — да так сильно, что огненный вал стремительно расползался во все стороны. Глазеющие снимали происходящее на телефоны, а едва пламя пожрало автомобили, наперебой бросились звонить в службы спасения.
Впрочем, водители среагировали мгновенно: едва огненный шквал ударил в лобовые стёкла, машины рванули назад и, точно стрелы, выскочили из ревущего ада.
Как бы быстро они ни отступали, пассажирам досталось: одежда обгорела, лица покрылись сажей. К счастью, никто из них не был обычным человеком. Сработавшие защитные артефакты приняли на себя главный удар, позволив вырваться из огненной ловушки.
Качество артефакта определяет прочность и количество срабатываний. Юй Чэнь и сам мог свободно ступать по пламени, сотворённому густой душевной скверной. Юйлинду же повезло с дядей — тот щедро снабдил племянника спасительными приспособлениями, так что и он мог позволить себе рискнуть.
А вот Цайфуту, табуированный сотрудник первого ранга, остался ни с чем: подходящей защиты у него не было, и шагни он в огонь — сгорел бы дотла.
Даже Цзеду, табуированный сотрудник третьего ранга, не решался подступить к бушующему аду. На удалении душевная скверна стояла настолько плотной, едва ли не осязаемой стеной, что от одного её дыхания становилось дурно.
В машине остались только Цайфуту и огромный чёрный кот; Юй Чэнь уже испарился, а Юйлинду с гиканьем бросился вслед за ним в самое пекло.
Чёрный кот, не имевший возможности защитить себя душевной скверной, сильно обгорел: роскошная шубка пошла опалёнными клочьями. Взбешённое животное тут же выместило всю злобу на сидевшем за рулём Цайфуту — ведь именно этот криворукий водила довёл до беды!
Не успел бедолага прийти в себя от испуга, как кот перемахнул через спинку сиденья и обрушил на его голову град яростных ударов лапами. Цайфуту пригнулся, закрывая голову и отчаянно вопя, пока кот едва не содрал с него маску.
Однако вся его досада мгновенно испарилась, стоило лишь взглянуть на агрессора: кот дымился, а его пышные усы скрутились в жалкие спирали. Водитель жутко опешил — кто ж знал, что пламя рванёт прямо на них!
* * *
Юй Чэнь мчался на пределе возможностей, применив силу проклятия, и в то же мгновение оказался среди руин разрушенной текстильной фабрики.
Мазнув взглядом по завалам строительного мусора, он устремился к самому эпицентру энергетического всплеска.
Сквозь клубы ядовитого дыма и пляшущие языки пламени вдали прорисовывались два силуэта. Один — в грязных белых одеждах, с растрёпанными бинтами, волочащимися по земле. Второй беспомощно распростёрся на полу; изорванная одежда на нём всё ещё тлела.
Фигура в белом тщетно пыталась передать раненому собственную душевную скверну, чтобы укрыть его от удушливого дыма и жара. Он из последних сил норовил приподнять мужчину, но руки не слушались. Из-под разъехавшихся бинтов виднелись грубые швы, скрепляющие разорванную плоть, и сквозь эти стежки сочилась струящаяся скверна.
Юй Чэнь узнал этот замотанный в бинты силуэт. В ту ночь у коттеджного посёлка именно он разнёс в щепки первый труп, который юноша подобрал в реальном мире...
Юй Чэнь подошёл ближе. Взгляд его прикипел к лежащему человеку.
Одежда Сэ Яня пропиталась кровью, алое покрывало запятнало лицо, губы и правое веко. Мужчина был смертельно бледен, его дыхание едва угадывалось...
Знакомое дикое чувство снова сжало грудь — будто туда вогнали сразу несколько лезвий. Пронизывающий, ледяной укол болью.
Юй Чэнь опустил взгляд: его грудная клетка была цела, ни раны, ни капли крови.
Кровью истекал Сэ Янь...
Юй Чэнь опустился на колени и судорожно прижал ладонь к рваному ранению на плече мужчины, пытаясь остановить алый поток. Обжигающее тепло чужой крови отозвалось в пальцах подобно раскалённой лаве. От этой боли всё его тело задрожало.
— Он... он умирает? — услышал Юй Чэнь собственный чужой голос.
В душе царило смятение. Юноша не понимал, зачем пришёл сюда, почему так упорно цеплялся за намерение стать человеком. Быть человеком оказалось вовсе не весело: слишком много оков, слишком много непонятных чувств... Никакой свободы, какая была у монстров.
Ему хотелось вернуться...
Но куда он мог вернуться?
Сэ Янь сквозь вату услышал смутный шорох. Он тяжело приоткрыл веки. Взор застилала мутная пелена, в ушах стоял невыносимый звон, а тело казалось налитым свинцом и ледяным.
Перед ним колыхались тёмные силуэты, но разглядеть их не удавалось — да и плевать.
Всё равно... Это был не тот, кого он ждал...
От этого взгляда у Юй Чэня перехватило дыхание.
Он успел рассмотреть правый глаз Сэ Яня — жуткий, нечеловеческий, дышащий злом. Левый же был абсолютной пустотой, лишённой искры, чувств, жизни.
Проблеск длился всего мгновение: карие миндалевидные глаза, обычно глубокие и властные, снова смежились, и высокое, истощённое тело окончательно погрузилось в небытие.
Белая фигура хотела что-то произнести, но, услышав приближающиеся торопливые шаги, замешкалась на долю секунды и растаяла в воздухе.
К месту подоспел Юйлинду. Увидев изувеченного Сэ Яня, он чуть не сошёл с ума. Парень толком не понимал, что произошло: дядя лишь сообщил координаты Лао Сэ и велел прихватить с собой Юй Чэня. Мол, в крайнем случае пусть Юй Чэнь покажется Сэ Яню — его лицо может подействовать успокаивающе.
Успокаивающе?! Да о чём разговор, когда Сэ Янь одной ногой в могиле!
— Быстрей, быстрей... В больницу его! — взмолился Юйлинду и кинулся вперёд, намереваясь взвалить Сэ Яня на закорки.
В эпицентре столь мощной аномалии связь не работала, скорую не вызвать — оставалось лишь тащить раненого наружу своими силами. Однако едва Юйлинду протянул руки, как невидимый импульс сбил его с ног и отбросил на пару шагов.
— Не трогай его, — проговорил Юй Чэнь.
Его глаза превратились в две бездонные тёмные пропасти, не отражавшие свет.
Юйлинду обомлел. Ему некогда было задумываться, почему он едва не растянулся на земле — от ледяного взора Юй Чэня кровь стыла в жилах. За внешним бесстрастием юноши угадывался такой всепоглощающий яростный шторм, что становилось жутко.
— Да давай же в больницу! — закричал Юйлинду. — Он ещё дышит, есть шанс спасти!
Юй Чэнь промедлил пару мгновений, затем легко подхватил Сэ Яня на руки и в ту же секунду растворился во мраке.
Юйлинду застыл с разинутым ртом.
«Я точно не проснулся... Откуда вокруг столько чертовщины?!»
Он развернулся и припустил обратно, с трудом вытирая пот. Выскочив из зоны пожара, он услышал лишь затихающий вдалеке вой сирены.
Оглядевшись, Юйлинду не обнаружил ни Юй Чэня, ни Сэ Яня, ни даже огромного кота.
— А где они?! — в растерянности выкрикнул он.
— В скорую сели и уехали, — ответил Цайфуту.
Как выяснилось, машину скорой помощи вызвали двое выбравшихся из огня телохранителей. Юй Чэнь с раненым на руках появился как раз в тот момент, когда врачи подъехали, и тут же поднялся в салон.
Пожар разрастался, аномальная угроза зашкаливала. К месту происшествия уже стягивались отряды табуированных сотрудников и стажёров. Перехватив чужую машину, Юйлинду бросился в погоню за реанимобилем.
По дороге ему позвонил дядя. Не дав тому и слова сказать, Юйлинду заголосил в трубку:
— Дядя, Сэ Янь при смерти!
Голос на том конце провода назвал адрес частной клиники, где уже подготовили операционную.
Юйлинду мгновенно перенабрал Юй Чэня. Тот, не отходивший от Сэ Яня ни на шаг, велел водителям изменить маршрут.
На теле Сэ Яня темнело множество глубоких рваных ран. Даже после первой помощи кровотечение не останавливалось: эманации силы проклятия препятствовали регенерации.
Юй Чэнь с помощью собственной силы проклятия бережно сцепил и извлёк сине-чёрную скверну, после чего погладил затихшего чёрного кота по голове и отправил сгустки проклятия прямо в пространственный инвентарь Свиноухой крольчихи.
В реальном мире эта тёмная сила представляла смертельную опасность и могла в любой момент спровоцировать всплеск аномалии, так что разбрасываться ею было нельзя.
* * *
Ранения Сэ Яня оказались слишком тяжёлыми. После нескольких часов в операционной его перевели в палату, но в себя он так и не пришёл.
Ту Сэнь и Цзэн Дунху встали у дверей мёртвым щитом: никого не впускали, даже специальный помощник Цюй примчался из Лочуаня.
Юй Чэнь с котом дневали и ночевали у дверей палаты, отлучаясь лишь ненадолго перекусить. А вот Юйлинду крутился как белка в колесе, не имея времени даже перевязать собственные царапины.
Пожар на фабрике продолжал бушевать, а концентрация душевной скверны подскочила до чудовищных значений. Ни о каком «выше ранга B», о чём твердил Цзеду, речи уже не шло — это была смертоносная инцидент-аномалия ранга S!
Юйлинду, всего лишь табуированный сотрудник второго ранга, обычно имел дело с мелочёвкой рангов D и E, от силы пару раз выезжал на ранг C. Ранг B казался ему чем-то недосягаемым — с такими паранормальными явлениями обычно справлялись лишь табуированные сотрудники четвертого ранга. Теперь же катастрофе на фабрике присвоили высший статус S, и рядовым исполнителям оставалось лишь держаться подальше.
Бюро расследования табуированных дел города Юаньцю гудело как улей. Юйлинду привлекли как внештатника — латать дыры и гасить мелкие вспышки аномалий, порождённые резонансом от основного эпицентра.
Лишь на четвёртый день он осмелился подойти к Юй Чэню с просьбой поставить точку в деле о проклятии жилого комплекса Чунтин.
— Я посижу с Лао Сэ, гарантирую — верну тебе его в целости и сохранности! — клятвенно пообещал он, но получил в ответ лишь ледяной, отстранённый взгляд.
Юйлинду только затылок почесал.
После ранения Сэ Яня юноша стал ещё более скрытным и неприступным. Прочесть его мысли не мог никто.
В жилом комплексе Чунтин действительно оставались незавершённые детали. Юй Чэнь забрал кота и отправился заканчивать работу.
И надо же было такому случиться: едва он уехал, Сэ Янь очнулся.
Обрадованный Юйлинду первым влетел за порог палаты, но его встретил омертвелый, лишённый тепла взор.
При поступлении правый глаз Сэ Яня был залит кровью, и врачи опасались худшего, однако осмотр показал: глаз цел, а алый след был чужим. Глаза действительно не пострадали. Вот только смотрели они с такой беспросветной тоской и отчаянием, будто принадлежали не живому человеку, а блуждающему призраку.
Юйлинду оторопел. Не успел он вымолвить и слова, как Сэ Янь попытался опираться на руки и подняться.
— Не дёргайся! — испуганно замахал руками Юйлинду. — Ты весь изрезан, тебе нельзя двигаться!
Сэ Янь слабым, но непреклонным жестом оттолкнул его руку.
— Домой... — сипло прошептал он, обращаясь к специальному помощнику Цюю и охранникам.
Цюй Су помялся, но, видя, что босс уже сел на кровати, поспешил подставить плечо.
— Господин Сэ, мы всё ещё в Юаньцю...
— Едем сейчас же.
— Куда едем?! — чуть не плакал Юйлинду. — Ты же довести себя решил! С такими ранами из палаты ни ногой...
Но никакие уговоры не действовали. Даже подоспевшие врачи не смогли удержать пациента.
Цюй Су оставалось лишь срочно вызывать медицинский вертолёт до Лочуаня.
Глядя на то, с каким упрямым безумием Сэ Янь пренебрегает собственной жизнью, Юйлинду вспыхнул от гнева.
— Да что с тобой такое?! — кричал он вслед идущему к выходу бизнесмену. — Если тебе плевать на себя, то подумай о тех, кто рисковал собой ради твоего спасения!
Сэ Янь шагал к вертолётной площадке, будто не замечая адской боли. Он отказался от носилок и двигался так ровно, словно чужое израненное тело не принадлежало ему.
— Ты хоть знаешь, что когда ты ринулся сюда за Го Юем, Юй Чэнь чуть не бросил целый жилой комплекс, лишь бы броситься на твои поиски?! — орал Юйлинду, не отставая ни на шаг. — А в корпусе 14 жилого комплекса Фуань? Там кишели твари, люди гибли каждую секунду! Но когда ты пропал, Юй Чэнь плюнул на смертельную опасность и пошёл за тобой один! Я думал, вы оба там костьми ляжете, а он вытащил тебя — целого и невредимого! Он каждый проклятый раз рискует жизнью ради тебя! А сегодня — да он первым в этот бушующий ад рванул! Вся твоя жизнь — это его заслуга, он буквально вырвал тебя из когтей смерти! Разве имеешь ты право вот так спускать в утиль то, за что он сражался?! Если уж так неймётся сдохнуть — сперва посчитай, сколько жизней ты ему задолжал, и верни долг!
Высокая, исхудавшая фигура Сэ Яня заметно дрогнула. По бледным, бескровным щекам катился холодный пот. В мёртвых глазах на мгновение мелькнула тень эмоций, но тут же угасла. Не произнеся ни слова, он при помощи Цюй Су продолжал идти вперёд.
Юйлинду от бессилия готов был рвать на себе волосы. И тут за спиной раздался чистый, спокойный окрик:
— Цанцан, фас!
Мимо ног Юйлинду пронеслась чёрная молния. Кот, вытянувшись точёной пантерой, выскочил перед шествием, оскалил клыки и угрожающе зарычал, перекрывая дорогу.
Этот голос отозвался в сознании Сэ Яня оглушительным взрывом. Душа его содрогнулась. В памяти звонким эхом зазвучал чистый, беззаботный голос юноши:
«Цанцан, опередил меня? Посмотри на себя, вся шёрстка в грязи...»
«Цанцан, доел консервы — выброси банку. Все воспитанные котики так делают...»
«Цанцан, где тебя носит? Сколько дней дома не появлялся?»
«Цанцан, ты же кот, а не собака, прекрати вести себя как пёс...»
«Гэге, кажется, мой Цанцан потерялся... Он так долго не возвращается...»
«Гэге, если я вдруг потеряюсь, ничего не делай. Просто стой на месте и жди. Я сам приду к тебе...»
Жди на месте... Я сам приду...
Сэ Яня охватил дикий приступ головокружения, тело забила крупная дрожь.
Юй Чэнь неторопливо подошёл ближе и прищурился, разглядывая мужчину:
— И куда ты собрался?
Сэ Янь замер, не сводя глаз с юноши. Голос его звучал ломко и глухо:
— Это... твой кот?
Юй Чэнь посмотрел в слегка дрожащие зрачки Сэ Яня, отмечая, что его правый глаз снова стал прежним.
— Мой.
Он кивнул зверю, оскалившемуся подобно пантере. Кот мгновенно сменил гнев на милость и кротко подбежал к хозяину.
Юй Чэнь протянул руку, и кот с привычной ловкостью вскарабкался по его одежде, усевшись на плече.
— Знакомься, его зовут Цанцан.
Официальное имя «Цангоу» юноша пока заимствовал себе, так что коту пришлось довольствоваться домашней кличкой.
Сэ Янь будто лишился последних сил. Ослабевшие ноги подкосились, лицо стало смертельно бледным, но он продолжал неотрывно смотреть на Юй Чэня.
В голове вихрем пронеслись слова Юйлинду... Самый первый день, когда Юй Чэнь сел к нему в машину... И те заветные слова: Стой на месте и жди, я приду за тобой...
— Юй Чэнь?.. — дрожащими губами выдохнул Сэ Янь.
— Я, — ответил юноша.
Взор Сэ Яня туманился:
—... Чэнь-Чэнь?
Ты вернулся... ко мне?..
Цюй Су и телохранители сжались от ужаса, подхватывая оседавшее тело. Юйлинду уже нёсся обратно в корпус за медиками.
Вскоре санитары подкатили каталку. Сэ Яня бережно уложили на матрас. Он уже ничего не различал вокруг, но продолжал упорно всматриваться в силуэт Юй Чэня — пока свет окончательно не погас.
* * *
И снова ожидание у дверей операционной.
Юйлинду от досады едва не колотился головой о стену, пытаясь дозвониться до дяди — он обязан выпытать, что за чертовщина происходит с Сэ Янем! Попытка не увенчалась успехом.
В этот момент в коридоре показались юноша и кот.
Юйлинду застыл как истукан.
«Всё... Не то что целым — я опять упёк его на операционный стол...»