Сэ Янь пришёл в себя только через три дня.
На сей раз Юйлинду не смел отпускать Юй Чэня. Он окончательно поверил словам дяди: юноша и впрямь действовал на старого Сэ умиротворяюще, причем даже без личного присутствия.
Но если сам Юйлинду удерживать его не пытался, то Юй Чэнь ушёл по собственной воле.
Парень с котом дежурили в больнице шесть дней подряд. Не получив ранений и не израсходовав ни капли силы проклятия, Юй Чэнь тем не менее потратил за это время шесть кристаллов проклятия — исключительно на поддержание жизни.
Теперь ему требовалось продлевать существование не только себе, но и огромному чёрному коту. Проедать сбережения он не привык, а значит, пора было отправляться на промысел.
Продавать игровые предметы — дело долгое: нужно маскироваться, искать покупателей... А вот на том пожарище валялись готовые кристаллы. Пройти мимо такой наживы противоречило всей его бережливой натуре.
* * *
Очнувшись и не обнаружив рядом Юй Чэня, Сэ Янь едва не вывалился из койки, порываясь броситься на поиски. Специальный помощник Цюй среагировал мгновенно, прижав начальника к подушкам, а подскочившие телохранители помогли удержать его, опасаясь, как бы у босса снова не разошлись швы.
— Господин Сэ, тише, прошу вас! — торопливо заговорил помощник Цюй. — Господин Юй не ушёл насовсем! Он провёл у вашей постели трое суток, а только что отлучился по делу. Он скоро вернётся...
— Мяу!
Суматоха в палате мгновенно утихла. Все обернулись к двери.
Огромный, похожий на пантеру чёрный кот стоял в коридоре, просунув в проём лишь усатую морду. Совершенно круглые зелёные глаза-сапфиры недоуменно уставились на присутствующих. Кошачий клик прозвучал словно вопросительное: «Что за шум, а драки нет?»
При виде Цангоу лихорадочная паника Сэ Яня и панический страх снова его потерять постепенно улеглись.
Лицо мужчины оставалось мертвенно-бледным, но голос прозвучал с небывалой доселе нежностью:
— Цанцан... Иди сюда.
— Мяу-у, — ответил кот, но переступать порог не спешил.
Помощник Цюй, видя, что шеф утихомирился, поспешил объяснить:
— Врачи запрещают пускать животных в палату, так что ему приходится оставаться в коридоре. Все эти дни господин Юй и Цанцан дежурили под дверью.
Цзэн Дунху подхватил:
— Кот невероятно смышлёный, будто человеческую речь понимает! Сказали, что в палату нельзя — мол, для выздоравливающих микробы опасны, — так он ни шагу внутрь не сделал. Только высунет морду, заглянет — и всё.
Сэ Янь не сводил глаз с кота. Тот снова высунулся из-за косяка.
Превозмогая боль, мужчина опустил с кровати дрожащую руку:
— Ничего со мной не случится. Иди ко мне, Цанцан. Дай я на тебя взгляну.
Кот застыл у порога, вытянув шею. Перекосившись туловищем внутрь палаты, он круглыми глазами пристально разглядывал Сэ Яня, словно проверяя, жилец ли тот ещё.
— Иди сюда... — едва слышно повторил Сэ Янь, шевельнув пальцами.
Вглядевшись в длинные, костистые пальцы, кот сделал пробный шаг. Убедившись, что человек на кровати дышит, он перешёл на лёгкую рысцу и подбежал к самой постели.
Запрокинув голову, принюхался к пальцам — запах ему явно понравился, — и тёрся щекой о ладонь.
Сэ Янь затаил дыхание, пальцы его едва заметно дрожали. На ослепительно белой простыне расположились две увесистые мохнатые лапы, а вслед за ними уткнулась и усатая морда.
Кот вытянулся в длинную струну, изо всех сил тяня шею к мужчине:
— Мяу-у...
Бледная, исчерченная венами ладонь медленно опустилась на пушистую лапу.
Кот скосил глаз, но отдёргивать лапу не стал — позволил человеку гладить себя.
Буря в душе Сэ Яня окончательно улеглась.
— Ты ведь кот Юй Чэня, верно? — тихо спросил он.
Кот смерил его взглядом, топорща изогнутые усы:
— Мяу.
Сэ Янь перевернул ладонь подставкой вверх:
— А ведь у тебя есть другое, настоящее имя?
Кот долго заворожённо смотрел на пальцы, а затем неторопливо уложил подбородок прямо в ладонь. Пальцы тут же принялись ласково почесывать ему горлышко.
Кот сладко зажмурился, и его мурлыканье стало совсем нежным, нутряным:
— Мр-р-мяу~
Взгляд Сэ Яня потемнел. Казалось бы — два совершенно разных кота. Но эти мелкие повадки... Они совпадали до мельчайших деталей.
Ловко взбираться на плечо Юй Чэню, по первому же движению подставлять лапу под пальцы, требовать почесать подбородок, стоит лишь перевернуть ладонь...
Все эти привычки принадлежали коту, которого когда-то опекал его Чэнь-чэнь. И у того кота было особенное, исполненное глубокого смысла имя.
Однажды он спросил маленького Чэнь-чэня, почему тот назвал кота Цангоу — «Пегим Псом»?
Маленький Юй Чэнь был удивительно красив, точёный и хрупкий, словно фарфоровая кукла.
Ребёнок постоянно смотрел на окружающих своими бездонными, темными глазами, впитывая каждое движение, каждую мимолетную улыбку.
Он учился. Учился быть человеком, ведь сам не умел выражать никаких эмоций, кроме полнейшего бесстрастия.
И вот этот крошечный мальчик, прижимая к груди чёрного котёнка, посмотрел на него своими непроглядными очами и произнес детским, звонким голосом ужасные, леденящие душу слова:
— Цангоу... приносит несчастье.
* * *
Тем временем Юй Чэнь направился к пепелищу заброшенной текстильной фабрики.
Окраины вокруг выгоревшего комплекса полностью опустели — жителей эвакуировали. Повод нашли убедительный: пожар слишком опасен, неизвестно, сколько ещё прогорит сухая ветошь, да и едкий дым ядовит для легких.
Оцепление выставили из сотрудников Бюро расследования табуированных дел, однако обойти их для Юй Чэня не составило ни малейшего труда.
Проникнув на территорию пожарища, он устремился прямо к эпицентру. Там концентрация душевной скверны достигала пика, а в плотном мареве тёмной энергии ощущались мощнейшие всплески силы проклятия.
Это было эхо силы «Го Юя». При столь колоссальной концентрации энергии сам «Го Юй», весьма вероятно, окончательно развеялся.
Если раздобыть хотя бы немного материалов для артефактов, пропитанных подобной силой, созданные из них игровые предметы выйдут далеко за пределы обыденного ширпотреба. Юй Чэнь с нетерпением предвкушал, какими свойствами и качеством они будут обладать.
Однако стоит юноше шагнуть в самую сердцевину пепелища, как аура его мгновенно сделалась мрачной.
Пусто!
Мощнейшие всплески силы проклятия испарились без следа. Ни единой искры!
Желанные материалы высшего качества попросту исчезли.
Без них не скрафтить легендарных предметов, не выручить целую гору кристаллов проклятия, а значит — не обеспечить себе и Цанцану долгую и сытую жизнь...
Какой подлец выгреб отсюда всю силу проклятия?!
Неужели местное отделение Бюро из города Юаньцю?
Но если в их распоряжении имелись средства, способные нейтрализовать энергию такого уровня — куда более опасную, чем хаотичные выбросы обычного табуированного зародыша, — то к чему были все эти отчаянные призывы о помощи?
Даже Юйлинду, табуированный сотрудник второго ранга, с ног сбился от перегрузок.
Судя по скупым обмолвкам Юйлинду, у отделения Юаньцю попросту не хватало ресурсов, чтобы сладить с аномалией подобного масштаба.
Конечно, если задаться целью лишь очистить душевную скверну и затушить призрачное пламя — это вопрос времени. Больше всего Бюро опасалось орды призрачных духов, заточенных на фабрике.
Не менее нескольких десятков неупокоенных сущностей неизвестного происхождения! Вырвись они наружу — и не то что Юаньцю, а и соседние округа захлестнула бы волна паранормального кошмара.
Людей катастрофически не хватало, пришлось запрашивать подкрепление из центра. В такой обстановке никто уже не думал о рисках: пусть скопление множества табуированных сотрудников само по себе способно спровоцировать паранормальную реакцию, катастрофа уже на пороге. Первоочередная задача — подавить имеющихся духов, а о потенциальных угрозах позаботятся потом.
И если это не Бюро... то кто?
Те раненые, которых он «собирал»?
Вряд ли. Хоть они и перестали быть чистокровными людьми, а душевная скверна в их телах была переплавлена его собственной силой проклятия до весьма высокого ранга, состязаться с монстром уровня «Го Юя» им пока не под силу.
Юй Чэнь прислушался к своим ощущениям. Пожар всё ещё бушевал, но его размах не шел ни в какое сравнение с тем адом, что встретил юношу в первый раз. Концентрация душевной скверны упала минимум наполовину.
Но главное — пропал главный источник силы «Го Юя».
А ведь энергии такого порядка хватило бы, чтобы с легкостью породить сотни паранормальных происшествий.
Взять хотя бы коттеджный поселок в Лочуанях, где «Го Юй» нитями силы проклятия вырезал стажёров-табуистов — все они до единого обратились в призрачных духов.
Предвкушать богатую поживу и обнаруживать, что всё ценное украли до тебя — паршивейшее чувство.
Под защитной маской лицо Юй Чэня исказилось угрюмой гримасой. Вокруг него зациркулировала сила проклятия. Юноше дико хотелось одной концентрированной волной разнести эти руины в щебень, но он волевым усилием подавил вспышку гнева.
Пусти он силу в ход — пострадает собственное тело. А потом опять тратить ценные кристаллы на покупку грибов с живой культурой ради исцеления? Абсурд и транжирство.
Кристаллы и без того наперечёт, не хватало ещё швыряться ими понапрасну.
Юй Чэнь замёрз истуканом. Если уж редких материалов и халявной энергии не досталось, возвращаться с пустыми руками он не намерен. Раз уж пришёл за кристаллами, придется выискивать духов поодиночке.
Достав из рюкзака Плащ Скрытности, он запахнул его на плечах. В тот же миг его аура сделалась потусторонней и неуловимой.
Словно бесплотная тень, юноша скользнул сквозь клубы ядовитого дыма.
Не успел он толком оглядеться, как перед глазами вспыхнула системная плашка:
[Озлобленный дух: 10 кристаллов проклятия за штуку. Примечание: Боль адская! Почему погиб именно я?!]
Едва надпись проявилась, как из гари прямо на него рванул чёрный сгусток. Не успел дух таранить юношу, как из-под полы чёрного плаща выпросталась бледная рука и стальной хваткой сжала сущность за горло.
Порыв душевной скверны штормовым шквалом ударил по полам плаща, заставив их взвиться. Окутанный дымом озлобленный дух наконец явил свой облик: обугленная, лишенная черт лица тварь, напоминающая обгорелый манекен.
Юй Чэнь покрутил пленника так и этак. Ни вам призрачной крови, ни призрачных волос — ни единого стоящего материала! Единственная польза — сдать системе на переработку.
[Извлечён 1 озлобленный дух. Получено: 10 кристаллов проклятия, 4 единицы паранормальной энергии.]
Похоже, эта тварь тоже подверглась воздействию силы «Го Юя», оттого и дала целых четыре единицы энергии.
Жертв здесь было сосчитано немерено. Если не брать в расчёт духов, сгинувших в пылу битвы, оставалось ещё немало. Если выгрести всё под чистую, выйдет весьма кругленькая сумма.
Подумано — сделано.
Юй Чэнь принялся методично прочесывать центральную зону. Впрочем, неупокоенных сущностей оказалось куда меньше, чем он рассчитывал. Попадались не только обугленные трупы, но и обычные мертвые духи, и озлобленные духи — все они порождались воздействием той самой силы проклятия.
Юй Чэнь не привередничал: мёртвый дух, озлобленный дух, злой дух — сгребал всех подряд и конвертировал в кристаллы.
Подобно самому скрупулезному скупердяю, он не оставлял за собой ни единой душонки. Зачистка шла так чисто, что не подкопаешься.
Обойдя зону по кругу изнутри наружу, он заготовил в общей сложности 5 мёртвых духов, 15 озлобленных и 2 злых.
Скромный улов, если сравнивать с общим числом погибших — большинство, видимо, сгорело дотла во время гибели «Го Юя».
—... Да что за чертовщина? — издалека донёсся звонкий девичий голосок. — Почему концентрация душевной скверны так резко рухнула?
— Эй, дохлая рыба, ты слышишь?! — снова рявкнула девчонка.
После шороха торопливых шагов раздался ленивый, непроснувшийся мужской бубнёж:
— А я-то откуда знаю...
Пара приближалась. Плащ Скрытности взвился в воздух и замер на вершине высочайшей руины, откуда Юй Чэнь свысока смерил взглядом две фигуры, шагающие сквозь дым и пламя.
Первый — высоченный, под метр восемьдесят пять, тощий сухарь, с головы до ног закованный в жутковатый каркас из ослепительно-белых костей. Скелетная броня покрывала даже его череп, но движениям ничуть не мешала.
Вторая — миниатюрная девчушка ростом едва ли метр пятьдесят восемь, с двумя растрёпанными задорными хвостиками-фонариками, забавно подпрыгивающими при каждом шаге.
Особый контраст ее хрупкому облику придавал гигантский, зеркально отполированный тесак, вальяжно лежащий на её плече.
Лица обоих скрывали фиолетовые маски. С таким цветом Юй Чэнь сталкивался впервые.
Прежде ему попадались серые, белые и чёрные — символы сотрудников первого, второго и третьего рангов соответственно. Стало быть, фиолетовые маски принадлежат высокопоставленным табуированным сотрудникам четвёртого ранга?
Девчонка тараторила без остановки:
— Рыбина, давай веселей двигай ластами! Как начну махать тесаком — сваливай подальше, зацеплю — сама не виновата!
Она принялась вертеть головой:
— Слушай, а тут точно затаился свирепый дух? Мы тут уже столько тащимся, а я не то что свирепого — даже захудалого мёртвого духа не приметила...
Свирепый дух?!
За одного злого духа дают 20 кристаллов... А сколько же отвалят за свирепого?!
Юй Чэнь мгновенно потерял интерес к парочке. Плащ Скрытности растворился в гари и проявился уже в иной точке. Юноша отправился на охоту — за своим заветным кушем.
Он вновь прошерстил центр — ни единого призрака.
Широкие полы плаща зарейдшировали по сгоревшим цехам. Раз снаружи пусто, значит, добыча укрылась в руинах.
Стоило этой мысли оформиться, как Плащ Скрытности материализовался в полуразрушенном цехе — и едва не столкнулся нос к носу с бабой в алом платье!
Чисто на инстинктах Юй Чэнь впечатал кулак ей в морду, и плащ ураганным порывом отлетел назад...
В тот же миг выскочила системная плашка:
[Свирепый дух: 50 кристаллов проклятия за штуку. Примечание: Никому не жить! Все сдохнете!]
Юй Чэнь: «...»
Осознав, что сам же только что сокрушил желанный улов, юноша экстренно затормозил в воздухе и метнулся обратно.
Но свирепый дух от его удара уже разлетелся на куски, обратившись в багровую тучу душевной скверны и растаяв без следа...
Юй Чэнь: «…………»
Вот каково это — спустить вчистую целое состояние?!
Юй Чэнь успел заметить лишь алый силуэт и длинные развевающиеся волосы. Впрочем, морда под ними была то ещё зрелище: вся в дырах и выбоинах, словно кусок прогоревшего угля.
А вот волосы были ровными и густыми, да и напитанное кровью платье послужило бы превосходным материалом.
Юй Чэню ничего не оставалось, кроме как с горестным вздохом возобновить поиски. Он нарезал круг за кругом по выгоревшему заводу, но больше не встретил ни единой сущности — лишь пару раз едва не наткнулся на патрули табуированных сотрудников.
Долгое пребывание в густом мареве душевной скверны, пусть даже под защитой силы проклятия, давало о себе знать — обычное человеческое тело не выдерживало нагрузки. Израсходовав второй гриб с живой культурой, Юй Чэнь решил поставить точку.
Барыш за этот рейд и без того вышел знатным. Продолжать гоняться за ушлым свирепым духом, постоянно сжигая кристаллы на лечение ради туманного шанса — чистый убыток.