— Что это? — Лян Фэй поднял запястье, разглядывая прозрачную нить, которую только что обмотал вокруг его руки Се Кунь.
— Паутинная нить, — улыбнулся тот. — Пока она на тебе, я в любой момент смогу вернуть своего старшего обратно.
Нить походила на системный предмет для отслеживания. Неужели награда за расправу над гигантским пауком?
Лян Фэй задумчиво коснулся тончайшего волокна, но интерфейс системы никак не отреагировал. На вид нить ничем не отличалась от обычной паутины — при желании её можно было разорвать без малейших усилий.
Чтобы лишний раз не провоцировать Се Куня, Лян Фэй сделал вид, будто никакого поводка на его руке нет. Чутьё подсказывало, что за этой выходкой кроется нечто большее, однако спутник явно не горел желанием делиться подробностями.
Вспомнив о монстре, Лян Фэй достал небольшую шкатулку, выхваченную прямо из-под лап гигантского паука, и помахал ею перед лицом Се Куня:
— Тебе ведь это нужно?
Разглядев предмет, Се Кунь мгновенно ожесточился. Почувствовав резкую перемену в его настроении, Лян Фэй тут же выдвинул условие:
— Сначала скажи, кто тебя ранил.
Выражение лица Се Куня сделалось странным. Он чуть прищурился, впившись в Лян Фэя долгим, недоверчивым взглядом, и лишь затем неторопливо процедил:
— Старший, ты, похоже, всё ещё не понял своего положения. Ты — мой пленник. А пленникам лучше быть послушнее.
Лицо у самого белое как мел, едва на ногах держится, а всё туда же — дерзит. Лян Фэй не намеревался тратить время на пустые пререкания и безжалостно обрезал:
— Поупрямствуй ещё немного, и неизвестно, кто из нас первым свалится на пол.
Пока они разговаривали, рука Се Куня, сжимавшая рукоять длинного меча, заметно задрожала. Стальное лезвие поддрагивало в свете ламп, отбрасывая на стены нервные блики.
Се Кунь молча убрал оружие. Голос его стал сухим и отстранённым:
— И как же я ранен, по-твоему? Неужто старший искренне не понимает?
Лян Фэй опешил от его полной уверенности. В этих словах явно крылся двойной смысл. Похоже, в нападении подозревают именно его. Но ведь с самого начала игры жизни и смерти он был заперт в разминочной игре и Се Куня в глаза не видел! Врать тому не было никакого резона... Неужели за этим ранением кроется какая-то тайна?
Не дав задать следующий вопрос, Се Кунь повернулся и пошагал прочь.
— В шкатулке — ключ на следующий уровень. И не всё ли равно, у кого он, если врата всё равно кто-то откроет?
Он не стал проверять, идёт ли Лян Фэй следом, а лишь прибавил шаг, углубляясь в лабиринт коридоров.
Ресурсы на исходе, расклад непонятен — Лян Фэй не знал, что на уме у этого безумца, поэтому оставалось только держаться рядом и не спускать с него глаз. А с дерзкими выходками и путаницей в обвинениях он разберётся позже, когда они выберутся из этой заварухи.
Лян Фэй бегло восстановил в памяти план этажа: Се Кунь двигался очень собранно, словно заранее знал, где находится лестничная клетка. Лян Фэя беспокоила его рана, но кругом темнели лишь запертые двери, за которыми в случайном порядке прятались чудовища. Искать здесь медикаменты было бессмысленно — оставалось надеяться, что на нижнем ярусе обстановка изменится.
Они продвигались без остановок, выбирая кратчайший путь к лестнице. Однако спустя пару минут случилась очередная накладка.
Из-за поворота коридора неожиданно выскочил человек. Разглядев перед собой Ферзя Чёрной команды, он смертельно побледнел и ринулся было назад, в темноту. Но в последний миг его взгляд зацепился за лицо Лян Фэя.
Шаг назад застыл в воздухе. Дикий страх в глазах незнакомца мгновенно сменился азартным блеском.
Он узнал спутника Чёрного Ферзя — того самого Белого Короля, за которым охотились все участники! Мысли о бегстве улетучились. И пусть оставалось загадкой, почему Ферзь Чёрной команды до сих пор не прикончил Короля Белой команды ради легкой победы, для него это был шанс всей жизни. Убить Короля лично!
Ослеплённый жаждой наживы, парень решительно шагнул навстречу Се Куню, на ходу материализуя свою шахматную фигуру. На его ладони возник чёрный «Конь», недвусмысленно подтверждающий его статус.
— Я... я тоже из Чёрной команды! — заговорил он с угодливой миной. — Слышал, ты — Ферзь Чёрной команды. Мы могли бы объединиться!
Се Кунь даже не взглянул на него. Но едва тот попытался подойти ближе, обнажил клинок. Игрок отпрянул и замер как вкопанный.
— Он знает, кто я, — тихо шепнул Лян Фэй, наклонившись к самому уху Се Куня.
Горячее дыхание коснулось кожи. Се Кунь на мгновение сбился с шага, но отстраняться не стал.
Для него, обладателя фигуры Ферзя, не имел значения ни свой, ни чужой Король. Ферзь не мог убить Короля напрямую, а единственный путь к победе заключался в полном уничтожении вражеской команды. Гибель Короля лишь спровоцировала бы хаотичную рубку и изменила свойства некоторых фигур — к примеру, Пешки получили бы право трансформироваться в Ферзей. Возможно, будь на его месте Ферзь Белой команды, тот бы защищал своего повелителя ради сохранения преимущественных навыков, но для Се Куня с его уровнем силы подобные мелочи не имели веса.
Так зачем он тащит за собой этот обух?
Сколько Се Кунь ни размышлял, вывод напрашивался один: во всём виновата его вторая личность. И с глупостями, которые вытворяло это недоразумение, он ничего не мог поделать.
Тем временем «Конь» продолжал назойливо крутиться поблизости, лепеча про повышение шансов на выживание:
— Правда, может, возьмёшь меня? У меня отличный навык...
Раньше Се Кунь снёс бы ему голову не задумываясь. Но сейчас рана в животе давала о себе знать, и связываться с лишней мартышкой не хотелось. Он просто игнорировал его.
Наглец посчитал молчание за знак согласия и стал разглядывать Лян Фэя с совсем уж неприкрытой угрозой. Какое-то из его движений окончательно вывело Се Куня из себя. Угольно-чёрный длинный меч выскользнул из ножен и молнией взрезал воздух у самой шеи чужака!
Тот в ужасе отшатнулся, но сталь всё же успела оставить глубокий порез. Кровь хлынула ручьём, мгновенно пропитывая куртку.
Если бы он бросился дёру прямо сейчас, то смог бы сохранить жизнь. Однако животный страх вперемешку с фатальным азартом подтолкнул его к безумному решению.
Какая разница, рассердится ли Чёрный Ферзь и истечёт ли сам он кровью? Главное — прикончить Лян Фэя прямо сейчас! Как только игра закончится, все проблемы растают сами собой.
Сжав зубы, он принял решение.
Лян Фэй не спускал глаз с подозрительного спутника и сразу заметил оскал на его лице. Не успел он предостеречь Се Куня, как «Конь» дико взревел и со всей дури полоснул мечом по собственной руке!
Глухой удар. Окровавленная конечность упала на плитку коридора.
Парень стенал от невыносимой боли, но на его перекошенном лице играла торжествующая гримаса.
— Сдохни! — выкрикнул он, отпихивая отрубленную руку в сторону Лян Фэя.
Пик-пик-пик!
Татуировка на отрубленной плоти замигала, точно аварийный маяк, издавая пронзительный писк. Навык «Таймер детонатора»! Особый предмет-бомба, который нельзя было снять иначе как вместе с собственными костями.
Дистанция — меньше трёх метров. Ударная волна неизбежно задела бы и самого подрывника, но ему было плевать: главное, чтобы Белый Король погиб первым.
Расчёт на внезапность сработал — Лян Фэй никак не ожидал, что противник решится на подобное самопожертвование.
Смертоносный обрубок стремительно приближался. В эту последнюю долю секунды Се Кунь просто разжал пальцы, бросив тяжёлое оружие, и ломким броском метнулся наперерез.
Всё произошло словно в замедленной съёмке. Се Кунь сделал шаг, точным пинком отправил отрубленную руку в сторону ближайшей двери и одновременно с этим заграбастал дверную ручку. Едва створка распахнулась, из темноты вырвалось рычание запертого монстра, но конечность с тикающим детонатором уже влетела внутрь.
Се Кунь навалился на дверь, захлопывая её обратно.
В глубине комнаты глухо бабахнуло. По стенам прошла ощутимая вибрация, однако толстый массив устоял, сдержав и взрыв, и ярость твари.
Неизвестно, из какого материала были сделаны эти двери, но они не пропускали наружу ни монстров, ни ударные волны. Когда эхо затихло, Лян Фэй и калека-подрывник всё ещё стояли на своих местах, так и не успев осознать, как Се Кунь сумел ликвидировать угрозу за пару мгновений.
Щёлкнув пальцами, Се Кунь призвал брошенное оружие обратно в руку. Походкой вальяжного хищника он направился к онемевшему от ужаса противнику.
Тот от боли и потери крови не мог вымолвить ни слова. Се Кунь сгреб его за загривок, ногой распахнул соседнюю дверь и без лишних церемоний швырнул скулящего недотёпу внутрь.
Бум!
Дверь захлопнулась. Из-за неё донеслись отчаянные вопли, быстро сменившиеся чавканьем и хрипом. Лишившись своего главного козыря, игрок не продержался против чудовища и нескольких секунд.
Вся расправа заняла от силы мгновение.
Лян Фэй хотел было заговорить, но Се Кунь неожиданно глухо застонал и тяжело оперся спиной о стену. От резких движений рана на его животе снова разошлась.
Лян Фэй поспешил к нему, намереваясь осмотреть повреждения.
— Назад, — процедил Се Кунь, выставив перед собой обнажённое лезвие. Голос его звучал ледяным предупреждением.
Лян Фэй замер, вскинув пустые ладони:
— У меня нет дурных намерений. Тебе нужно обработать рану.
Однако настороженный, дикий взгляд Се Куня ясно давал понять: ближе он не подпустит. Чтобы не провоцировать его и не заставлять тратить попусту силы, Лян Фэй вздохнул:
— Ладно. Я отступлю.
Сделав пару шагов назад, он решил переждать за ближайшим поворотом. Если Се Кунь потеряет сознание от потери крови, можно будет подобраться и помочь.
Но стоит ли говорить, как он изумился, когда, едва повернувшись спиной, услышал за собой совсем иной тон — плаксивый и безнадёжно-жалобный:
— Старший... ты сам меня пырнул, а теперь вот так просто бросаешь одного?!
Лян Фэй застыл как вкопанный и тут же вернулся к нему.
Это кто ещё кого пырнул?! Вот уж свалил так свалил — обвинение крупнее не придумаешь!