Раздался вежливый двойной стук в дверь.
Учитывая недавний случай, когда первый же визитёр явился с претензиями, Лян Фэй сперва глянул в дверной глазок.
За дверью стояли мужчина и женщина — Сюй Юэци и Чжан Юньань, с которыми он только что заключил устное соглашение.
Заметив, что им долго не открывают, Сюй Юэци подняла руку, собираясь постучать снова.
— Что-то случилось? — спросил Лян Фэй, распахивая дверь.
Цзя Юэ любопытно высунулся из-за его плеча. Сюй Юэци, увидав в комнате Лян Фэя ещё и не-странника сансары, не решилась прогнать парня и вместо этого предложила Лян Фэю спуститься в кафе.
Лян Фэй кивнул, хотя направляться в кафе не собирался. Он как раз намеревался найти какую-нибудь мазь для Цзя Юэ, так что обсудить деликатные вопросы можно было и по дороге.
Уходя, Лян Фэй строго велел юноше:
— Пока я не вернусь, никому не открывай.
Цзя Юэ послушно кивнул, всем видом показывая, что свято исполнит любой приказ своего хозяина.
Медпункт располагался в глухом крыле, прохожих на пути почти не встречалось, что оказало троице неоценимую услугу: можно было говорить о задании без опаски.
— Тебе не кажется, что с этим заданием что-то не так? — заговорила Сюй Юэци.
— Почему ты так решила? — переадресовал вопрос Лян Фэй.
— Уровень сложности — ранг A. Однако с самого старта на этом корабле не произошло ровным счётом ничего аномального.
Сюй Юэци нахмурилась. Именно эта обманчивая тишина и сеяла тревогу: они понятия не имели, откуда ждать смертельной угрозы.
Заметив сомнение во взгляде собеседника, она пояснила:
— Возможность определять уровень сложности — это функция предмета из «Набора новичка». Раньше мы с Юньанем сталкивались максимум с рангом B, а обычно задания не превышают категорию C. Нам впервые выпал мир уровня A, поэтому мы и решили переступить через гордость и предложить тебе сотрудничество.
Лян Фэй мысленно сверился со своими воспоминаниями об «Исследовательском институте Гросс». Там сложность побега составляла скромный ранг C.
Оглядываясь назад, если бы он думал только о спасении собственной шкуры, а участники не перерезали друг другу глотки, то испытание действительно нельзя было бы назвать неподъёмным.
— Попав в этот мир сансары, ты заметил что-нибудь подозрительное? — спросила Сюй Юэци.
Лян Фэй сразу вспомнил странный хвост у одного из охранников. Однако разглядеть деталь как следует он не успел, а сеять панику непроверенными догадками не хотелось.
Поэтому он озвучил другое наблюдение:
— Сегодня утром меня попытались обвинить в убийстве.
Суть заключалась не в том, кого назвали убийцей, а в самом факте: на корабле умер человек.
Любой инцидент с гибелью туриста напрямую касался их цели. Их главной задачей было выжить в течение пяти дней, а значит, следовать нужно не картам и схемам, а правилам выживания.
— Погибший — турист по имени Цзян Кэ. Он жил на той же третьей палубе, что и мы. Поговаривают, ночью он спустил всё состояние Сунь Цяну, а в промежутке между полуночью и утром скончался.
Сюй Юэци и Чжан Юньань переглянулись. Было очевидно: они попытаются разузнать о Цзян Кэ как можно больше.
* * *
Тем временем в каюте Лян Фэя Цзя Юэ, который должен был смирно дожидаться возвращения хозяина, подошёл к панорамным окнам балкона и задвинул створку.
Лян Фэй запретил ему открывать дверь кому бы то ни было, но про себя он ничего не говорил.
Значит, оставался путь через окно — хозяин запретил отпирать двери, но про прогулки не было сказано ни слова.
За балконом простиралась лишь морская гладь да виднелись нижние ярусы палуб. Ради приватности постояльцев VIP-кают третьей палубы никаких внешних лестниц или переходов здесь не предусматривалось.
Цзя Юэ перемахнул через перила, секунду помотал ногами в воздухе, а затем легко подался вперёд и сбросил тело вниз.
Глухой удар.
Он уверенно приземлился на палубу и встал абсолютно невредимым, ни капли не смущаясь ошеломлённых взглядов зевак.
— Я... мне не мерещится? Он что, с неба свалился? — ахнула дама в роскошном туалете.
— Похоже, сиганул прямо с третьего этажа... И даже ноги не переломал?! — её спутник застыл соляным столбом, даже не замечая, как напиток из его бокала льётся прямо на костюм.
Не обращая внимания на шумиху, Цзя Юэ привычной походкой направлялся туда, где было громче всего.
В углу третьей палубы обустроили бассейн с акулами. Там плавали три людоеда — развлечение для VIP-гостей, жаждущих кровавых зрелищ.
В этот момент вокруг бассейна собралась внушительная толпа: очередной проигравшийся неудачник готовился наперегонки поплавать с хищниками.
— Прыгай! Давай, сигай вниз! Ха-ха-ха!
— Чего застыл, трус проклятый!
Толпа заходилась в азартном улюлюканье.
В самом центре всеобщего внимания стоял Сунь Цян. На нём оставались лишь плавки; обхватив себя руками за плечи, он колотился от мелкой дрожи на самом краю бассейна.
Резвушка была не из маленьких, а акул всего три. Если двигаться осторожно и не привлекать внимания, останется шанс выкарабкаться живым.
Теша себя этой надеждой, Сунь Цян опустил ноги в воду и замер. Прошло несколько минут — хищники, к его великой радости, даже не повернулись в его сторону. Толпа разочарованно зашикала, клеймя его жуликом, но Сунь Цяну было плевать: пусть лучше освистают, чем сожрут.
Цзя Юэ неторопливо пробирался сквозь толпу. Несколько человек, заметив на его шее ошейник, с недобрыми ухмылками перегородили ему дорогу.
— О, да это же утренний раб! Чего расхаживаешь без присмотра, наглости набрался? — оскалился верховод. — Где твой хозяин, почему не посадил тебя на цепь?
Цзя Юэ прошёл мимо, словно не замечая перед собой людей.
— Стой, тебе говорят! — лицо мужчины перекосилось. — Жалкий раб, я разрешал тебе уходить?
— Нет, — парень замер на мгновение, ответив абсолютно ровным, безжизненным голосом.
— То-то же! Пока хозяина нет рядом, раб обязан подчиняться любому гостю, — сияя злорадством, верховод ткнул пальцем в сторону воды. — По моему приказу — прыгай к акулам!
Цзя Юэ лишь равнодушно хмыкнул. Нападавшие для него не существовали; он скользил взглядом по головам, точно выискивая кого-то конкретного.
Увидев, что какой-то мальчишка игнорирует их слова, мужчины засучили рукава, намереваясь проучить дерзкого раба.
— Брат Ли, ты не видел, куда запропастился Сунь Цян?.. — чья-то рука протянулась из толпы и похлопала верховода по плечу.
Тот, кого назвали братом Ли, обернулся и увидел бледного мужчину — того самого, что давеча заступался за Сунь Цяна в Главном зале развлечений.
Брат Ли злорадно гыгыкнул:
— Опоздал ты, приятель! Самое веселье пропустил! Твой Сунь Цян сейчас резвится в воде вместе с акулами. Ежели поторопишься, успеешь полюбоваться на его мокрую тушку!
Подельник Сунь Цяна побледнел ещё сильнее — видимо, вспомнил, что сам едва не оказался на месте приятеля.
— Выпадёт случай — лично придушу этого Лян Фэя! — злобно процедил он.
Услышав знакомое имя, Цзя Юэ мгновенно изменился в лице. Он шагнул из-за спины брата Ли и в упор посмотрел на приятеля Сунь Цяна.
— Прыгай в бассейн с акулами, — тихо, но отчётливо произнёс он.
Голос юноши прозвучал звонко и непреклонно, но сама просьба отдавала безумием. Ни один раб на третьей палубе не посмел бы бросить подобный вызов VIP-гостю — это было равносильно смертному приговору.
Однако обступившие Цзя Юэ мужчины не вспыхнули гневом. Они застыли на месте, уставившись перед собой остекленевшими глазами — точно так же, как Сунь Цян, когда его обрабатывала охрана.
Подельник Сунь Цяна на секунду замер в корчах, словно пытаясь бороться с чужой волей, но затем окончательно лишился рассудка. Растолкав окружающих, он с диким криком рванулся к бассейну.
— Прочь с дороги! Я сожру этих акул! Я их сам сожру!
Плюх!
Он ласточкой выхватил воду и принялся отчаянно барахтаться. Плавать он не умел, поэтому со всей дури заколотил руками и ногами, подгребая корявым собачьим кролем прямо к плавающим хищникам.
Акулы до этого момента мирно дрейфовали на глубине, а Сунь Цян осторожно жался к самому бортику. Всё шло гладко, пока в воду не рухнул этот сумасшедший.
Подельник поднял такую бурю брызг, что привлёк внимание всех трёх людоедов. Сунь Цян оказался в ловушке: акулы закружили вокруг них, а обезумевший приятель продолжал молотить по воде, увлекая его за собой на дно.
— А-а-а-а! — вопль Сунь Цяна потонул в бурлящей воде, ставшей нежно-алой.
Он отчаянно грёб к бортику, но вырваться из зоны атаки уже не мог.
Зеваки зашлись в экстазе. Это был не испуг и не сочувствие — лишь дикий, животный азарт.
Цзя Юэ несколько секунд с холодным равнодушием наблюдал за кровавым хаосом. Затем он поднял правую руку, щёлкнул пальцами и неторопливо пошёл прочь от беснующейся толпы.
За его спиной мужчины, стоявшие с остекленевшими лицами, встряхнулись и пришли в себя, так ничего и не осознав. Услышав восторженные вопли у бассейна, они радостно рванули смотреть на кровавую потеху.
* * *
Лян Фэй, держа в руках упаковку со снадобьями от ран, глянул в сторону бассейна.
— Что там за шум?
Сюй Юэци слегка изменилась в лице и, внимательно следя за реакцией собеседника, ответила:
— Ты выиграл пари у Сунь Цяна. По условиям вашей сделки он сейчас плавает в бассейне с акулами.
Лян Фэй равнодушно кивнул, не придавая этому значения. То, что Сюй Юэци открыто призналась в знании деталей пари, говорило о наличии хотя бы капли искренности с её стороны.
Когда они играли, он сразу заметил Сюй Юэци и Чжан Юньаня в толпе, потому и задал этот вопрос, прекрасно зная, что находится в той стороне.
Он уже собирался повернуться и уйти, когда Сюй Юэци окликнула его:
— На самом деле есть ещё кое-что.
Лян Фэй мысленно вздохнул. После долгих взаимных проверок она наконец решилась выложить карты на стол.
— Особый предмет Юньаня позволяет раскрывать устройство мира сансары, — призналась она. — Использовав его, он понял: главный кризис ждёт нас сегодня ночью.
— Ночью произойдёт что-то аномальное? — уточнил Лян Фэй.
— Ты слышал о концепции «Внешней» и «Изнаночной» реальности?
Лян Фэй, сам будучи разработчиком игр, отлично знал этот штамп.
Внешняя реальность — это обычный мир, без каких-либо странностей. А Изнаночная реальность — это иной мир на основе Внешней реальности. Они существуют как бы в разных измерениях, но при определённых условиях могут перекрывать друг друга.
Проще говоря, если на этом лайнере есть Изнаночная реальность, то сейчас они находятся в безопасном Внешнем мире.
Но стоит наступить ночи, как корабль превратится в Изнаночную реальность — словно всё судно целиком переносится в иное измерение. А там может произойти любая чертовщина.
Сюй Юэци выдвинула смелое предположение: днём на корабле тихо, но с приходом темноты пассажиры могут разом превратиться в зомби.
Если каждую ночь их ждёт нашествие мертвецов, продержаться пять дней будет действительно задачей ранга A.
Лян Фэй оборвал её фантазии, пообещав быть настороже. Они попрощались у дверей его каюты.
* * *
Лян Фэй шагнул внутрь, сделал пару шагов и резко замер, тут же разворачиваясь спиной.
Какого черта у него в каюте разгуливает абсолютно голый парень?!
За его спиной Цзя Юэ, скинув с себя всю одежду до нитки, пытался самостоятельно обработать раны.
Заметив хозяина, он моментально состряпал жалобную мину и тихо пролепетал:
— Хозя... Лян Фэй.
Лян Фэй провел беглый силовой тренинг для нервной системы: оба мужчины, стесняться нечего. Подавив странное неловкое чувство, он повернулся обратно.
— На, обработай этим, — он протянул ему мазь.
Цзя Юэ послушно взял тюбик и принялся аккуратно размазывать лекарство. Лян Фэй облегченно перевел дух, сел на край кровати и уставился на стоящую на столе вазу, стараясь не смотреть в сторону юноши.
Шорох за спиной вскоре стих. Лян Фэй решил, что парень закончил, и повернулся — но Цзя Юэ уже сидел вплотную, почти уткнувшись носом ему в плечо. От неожиданности Лян Фэй едва не поцеловал его в губы.
Он отшатнулся назад:
— Ты чего?
Цзя Юэ хлопал глазами с невинным видом:
— Я до спины достать не могу...
— Садись ближе, я помогу.
Лян Фэй накинул одеяло парню на бёдра, слегка разрядив неловкую атмосферу. Хотя, по правде говоря, смущался в этой комнате только он один.
Обмакнув ватную палочку в спирт, он слегка коснулся ссадины на спине Цзя Юэ. Мышцы юноши мгновенно напряглись, заставив Лян Фэя замереть.
— Больно? — он стал действовать еще осторожнее.
Цзя Юэ глухо угукнул, затем внезапно развернулся и сжал Лян Фэя в объятиях. Лян Фэй еле успел отдёрнуть руку, чтобы не ткнуть ваткой прямо в рану.
— Хозяин... — пролепетал тот тоном побитого щенка. — Я думал, ты меня бросил.
— С чего бы мне тебя бросать? — перед этим взглядом Лян Фэй был абсолютно беззащитен.
— Ты оставил меня одного снаружи.
Бесхозные рабы на корабле считались ничьей собственностью, над которой мог глумиться каждый. Утром Лян Фэй не знал этого правила, потому и велел ему ждать у дверей.
Чтобы развеять страхи парня, он поспешно пообещал:
— Я больше никогда не оставлю тебя одного. Честное слово!
Глаза Цзя Юэ блеснули, словно ему досталась редкая конфетка. Почуяв слабину, он обнаглел окончательно:
— Хозяин, а помоги спереди обработать? Я сам не умею.
Лян Фэй взглянул на его грудь — там действительно всё было измазано кое-как. Вздохнув, он пересел прямо перед Цзя Юэ.
Наклонившись к его животу, Лян Фэй заметил внушительный синяк. Здесь требовалось не просто нанести масло, но и хорошенько растирать его.
Цзя Юэ опустил взгляд. Голова Лян Фэя находилась прямо у него между ног; тёплое дыхание касалось кожи живота, а мягкие пряди волос время от времени щекотали тело.
От этого тепла и щекотки кровь хлынула Цзя Юэ в лицо, залив уши густым румянцем. Он мелко вздрогнул и торопливо отвернулся, уткнувшись взглядом в стену.
Лян Фэй, не замечая его состояния, продолжал втирать мазь. Видимо, нажатие на синяк причиняло боль — кубики пресса на животе Цзя Юэ судорожно сжались.
Лян Фэй мельком опустил глаза и оторопел: у этого раба оказались идеальные восемь кубиков пресса!
Чуть выше рельефно выдавались рёберные и грудные мышцы, ниже уходили крепкие, поджарые бёдра...
А посередине... Что ж, посередине было аккуратно уложено одеяло.
Закончив процедуру, Лян Фэй поднялся и шлёпнул раба по бедру. Парень вздрогнул как от удара током, и нежный розовый румянец переполз с ушей на шею.
— Нога тоже болит? — решил Лян Фэй, что переборщил с силой.
Цзя Юэ молча уставился на него, затем подтянул одеяло, сжался в комок и отвернулся к стене.
Нашёл время обижаться.
Лян Фэй лишь покачал головой и уселся в кресло, давая парню время остыть.
* * *
Спустя несколько часов на корабль опустилась ночь.
Лян Фэй и Цзя Юэ оставались в каюте, когда из коридора донеслось призрачное пение.
Сквозь дверную щель вползла струйка белого тумана. В считаные мгновения он затянул всю комнату. Лян Фэй толкнул дверь и увидел, что коридор полностью погрузился в густую пелену — разглядеть что-либо дальше пары метров было невозможно.
Лапы тумана сгущались, свет мигал. Вдруг из пелены вынырнули две тени.
— Сяо Лян, это мы, — Сюй Юэци держала в одной руке фонарь, а другой судорожно вцепилась в Чжан Юньаня, чтобы не потеряться.
Лян Фэй сделал то же самое — крепко сжал ладонь Цзя Юэ.
Атмосфера на лайнере стала жуткой. Ни Лян Фэй, ни его спутники не привыкли сидеть сложа руки, поэтому решили изучить, что представляет собой эта «ночная Изнаночная реальность».
К их удивлению, коридоры кишели постояльцами. Пассажиры с остекленевшими глазами бредящим потоком двигались в одном направлении.
Переглянувшись, троица примкнула к шествию.
Через пару минут Лян Фэй оказался там, где утром сцепился с Сунь Цяном, — в Главном зале развлечений.
Главный зал развлечений предназначался для VIP-гостей, а поскольку главным развлечением на этом судне были азартные игры, в Главном зале развлечений были расставлены самые разные игорные принадлежности.
Троица и Цзя Юэ замерли в углу. В огромном зале собралось не меньше двухсот человек, и люди продолжали прибывать.
Все они стояли с пустыми глазами и заторможенными движениями — вылитые зомби, о которых шутила Сюй Юэци.
Всего на третьей палубе проживало около трёхсот VIP-персон. И сейчас вся эта толпа молча замерла в Главном зале развлечений, словно в ожидании сигнала.
Хлоп! Хлоп! Хлоп!
Раздался звонкий хлопок ладоней, и погружённые в транс люди мгновенно очнулись.
Из глубины сцены в центре Главного зала развлечений вышел высокий, статный мужчина с хищными, безупречно точёными чертами лица.
Он широко улыбнулся и отчеканил:
— Рад приветствовать вас на Игре Морского дьявола! Отбросьте сомнения и страх — ставкой в этой игре будут ваши жизни. Повеселимся же от души!