— Правитель, чьё имя у всех на слуху, — не более чем марионетка, — объяснил Се Кунь. — Настоящая власть принадлежит человеку, стоящему за спинами лидеров всех подпольных группировок.
Гулкий бой колокола, отзвучавший только что, был отдан именно его приказом.
— Местные называют номинального правителя просто Владыкой, а истинного хозяина — Старым Владыкой, — продолжение последовало без паузы. — Большинство обитателей и не подозревает о марионеточном статусе первого, искренне считая его сыном или законным преемником Старого Владыки. Оттого многие и жаждут усесться на этот трон.
— Значит, чужак тоже может возглавить все синдикаты? — уточнил Лян Фэй.
— Старый Владыка только что объявил об уходе. По законам города Сенло любой, кто завоюет его признание, станет новым главой, — отозвался Се Кунь.
Если верить его словам, цель текущего этапа становилась предельно ясной: Лян Фэю требовалось добиться расположения Старого Владыки, прибрать к рукам подпольные организации, а затем, предъявив голубой самоцвет, официально занять трон Сенло.
— А Старый Владыка объяснил, как именно завоевать его признание? — спросил Лян Фэй.
Се Кунь покачал головой:
— Набатный звон сообщил лишь об отставке. О критериях отбора — ни слова.
Лян Фэй понимал, что излишняя спешка ни к чему: возможно, правила объявят иным способом. Быстро взяв себя в руки, он перевёл взгляд на перекрёсток, где находилась Эмили со своими людьми.
На углу улицы бандиты тоже отчетливо слышали манифест. Их лица искривились в хищном восторге.
В Сенло стекались филиалы подпольных синдикатов со всего света. Стать во главе города означало получить под контроль нескончаемый поток богатства и власти. Обитатели этого места были отчаянными головорезами с непомерными амбициями. Столкнувшись с подобным шансом, они мгновенно теряли остатки разума.
Спасённый истощённый мужчина, чуя неладное в перемене их настроения, тревожно спросил:
— Эмили, что-то стряслось?
Она очнулась от грез, по привычке собираясь успокоить легкую добычу. Однако в следующее мгновение вспомнила, что обманывать бесполезного чужака больше нет никакой нужды.
Взгляд женщины обледенел.
— Прикончить, — бросила она подчиненным.
Бедолага не успел даже осознать сказанное, как лезвие меча полоснуло по его горлу, свалив тело на мостовую.
— Старый Владыка отрекается! Любая группировка может взлететь на самую вершину! — выкрикнула Эмили, распаляя своих людей. — «Красные рукава» давили нас три года. И вот он — шанс, который выпадает раз в жизни! Мы не имеем права его упустить!
Головорезы поддержали её яростными кличами, вздевая оружие. В их глазах горела чистая жажда наживы.
Пока бандиты предавались мечтам, из-за угла выскочил ещё один человек.
— Эмили, свежие новости! — тяжело дыша, крикнул он. — «Красные рукава» приказали всем мелким бандам, связанным с ними торговлей, бросить все силы на поиски молодого парня с огнестрельным ранением в плечо!
Ещё секунду назад Эмили и её подручные орали о свержении «Красных рукавов», но при одном упоминании этой организации их спесь мгновенно испарилась.
— Когда поступил приказ? — нахмурилась Эмили.
— Только что, сегодня ночью.
— Правила отбора нового главы ещё не объявлены. Пока сделаем вид, что подчиняемся, — решила она.
Остальные угрюмо вздохнули. Вспомнив о положении своей организации в Сенло, они зажглись любовью к власти с новой силой.
По другую сторону улицы Лян Фэй и Се Кунь дослушали разговор. Когда банда удалилась, они шагнули из тени.
— Ты правда не знаешь, почему за тобой охотятся? — нахмурился Лян Фэй.
— Нынче ночью я впервые увидел этого преследователя, — с невинным видом ответил Се Кунь.
Лян Фэй слегка прищурился. Приказ «Красных рукавов», скорее всего, отдал мужчина в очках. Иначе откуда бандиты узнали бы про раненое плечо?
В памяти всплыл эпизод из «Корабля-призрака азартных игр», где этот очкарик напал на Цзя Юэ в отсутствие Лян Фэя. Тогда казалось, будто чужак пошёл на риск ради истинного условия прохождения — убийства Босса. Но теперь Лян Фэй заподозрил иное: очкарик знал настоящую личность Се Куня. И его истинная цель в любом из миров сансары — будь то Цзя Юэ или Бивис — заключалась в полном уничтожении Се Куня.
Се Кунь обладал особым статусом и правами, выходившими далеко за рамки обычных правил. Если враг целенаправленно охотился за ним, то кем был сам Охотник?
К сожалению, память Се Куня в виртуальных мирах всегда оставалась повреждённой, возвращаясь лишь на короткий миг после выполнения задачи. Спросить было не у кого.
Скрывая тревожные догадки, Лян Фэй вместе со спутником вернулся на дорогу. Тело убитого мужчины ещё сохраняло тепло; его остекленевшие глаза упрямо смотрели в небо, будто перед смертью он всё ещё верил Эмили.
— Нынче ночью ценных сведений уже не собрать, — подытожил Лян Фэй.
После набатного звона в головах горожан осталась лишь мысль о троне, до старых счётов никому не было дела.
Желая сберечь силы, они вернулись в разграбленную лавку одежды, чтобы дождаться рассвета.
* * *
На следующее утро, едва первые лучи солнца коснулись горизонта, они покинули убежище. Большинство жителей уже разошлись по домам.
К удивлению Лян Фэя, после ночной резни здания вдоль улиц выглядели почти нетронутыми. Лишь застывшие у стен трупы да засохшая бурая кровь молчаливо свидетельствовали о прошедшей бойне.
Грохот деревянных колёс и металлический перезвон раздались с дальнего конца мостовой. Человек, толкавший телегу, ритмично подрагивал колокольчиком в руке.
— Собиратель трупов, — пояснил Се Кунь, заметив интерес спутника.
За ночь на улицах скопилось немало тел. Работа этих людей заключалась в уборке: если за несколько дней никто не забрал покойника, его сбрасывали в общую яму для кремации.
Вслед за ними на улицы выходили чистильщики, отмывавшие кровь. К полудню, когда солнце вступало в зенит, город снова приобретал вполне мирный вид.
— А как быть с пустыми местами? — спросил Лян Фэй.
Хозяин лавки одежды был убит, торговлю вести некому. После Дня расчёта почти половина дверей так и останется закрытой.
— Найдется замена, — ответил Се Кунь. — Сенло — лишь сборище филиалов международных синдикатов. Потери быстро восполнят свежеприбывшими.
Пока они говорили, на улицах становилось люднее. Город постепенно возвращался к жизни. Из дверей магазина неподалёку выскочил человек и устремился к торговцу напротив, чтобы шепнуть что-то на ухо. На другой стороне улицы хозяин лавки зазвал прохожего и быстро заговорил тихо, озираясь...
Улицы оставались прежними, привычный шум набирал силу, но в тех укромных уголках, куда обыватель не заглядывал, уже разворачивалась скрытая суета.
Лян Фэй резко поднялся, задев коленом стол.
Они завтракали в небольшой забегаловке, и его внезапный порыв заставил Се Куня вздрогнуть.
— Мы попались, — проговорил Лян Фэй, увлекая спутника за собой. Бросив на стол несколько медных монет, он выскочил на улицу.
Вокруг снова суетились люди. Те, кто ночью рвал друг другу глотки, теперь могли спокойно пить за одним столом.
— Идем к аукционному дому, — быстро произнес Лян Фэй.
«Красные рукава» объявили Се Куня в розыск, а значит, Охотник в очках успел с ними договориться. Однако в ориентировке значились лишь две детали: «молодой парень» и «ранение в плечо». Если Се Кунь проявит осторожность, бандиты его ни за что не поймают.
Охотник был слишком умен, чтобы не понимать бесполезности столь туманного приказа. Смысл масштабной облавы заключался в другом: заставить Се Куня затаиться, отвлечь его внимание и заставить забыть о главном следе!
Аукционный дом! Место, где Охотник впервые столкнулся с ними и откуда проще всего ухватиться за ниточку, ведущую к личности Се Куня!
Се Кунь шел следом, сохраняя расслабленный и даже беспечный вид, будто происходящее его совершенно не касалось.
Лян Фэй рассчитывал, что тот уверен в надёжности хозяина Антони, однако Се Кунь лишь покачал головой:
— Этот толстяк выложит всё без всяких пыток.
— И почему ты тогда спокоен?
— Фэй-Фэй, у меня же есть ты, — улыбнулся Се Кунь с полушутливой наивностью.
Лян Фэй, разумеется, не принял это всерьёз, задумавшись о настоящих возможностях спутника. Се Кунь досконально знал тайны Сенло и плевать хотел на угрозу со стороны крупнейшей банды города. Было ли это глупой беспечностью или за его спиной стояла сила, способная стереть «Красные рукава» в порошок?
Добравшись до аукционного дома, они залегли неподалёку, оценивая обстановку.
Аукционы проводились исключительно по ночам, поэтому днем у входа было пусто. Контраст с соседним шумным рестораном выглядел особенно разительным.
— Наверху что-то не так, — тихо проговорил Лян Фэй.
— На втором этаже люди, — Се Кунь мгновенно подтянулся, сбросив показную расслабленность.
Окна второго этажа были наглухо закрыты плотными шторами. Со стороны казалось, что заведение не работает. Но стоит отвлечься от ресторанного шума, как под крышей можно было уловить едва заметные движения.
Охотник вполне мог устроить там засаду, врываться вслепую было нельзя.
— На соседнее здание? — Лян Фэй указал взглядом на ресторан.
Спустя пару минут они уже смешались с посетителями и сняли отдельную комнату на нужном уровне.
Предупредив слугу, чтобы их не беспокоили, Лян Фэй запер дверь и приоткрыл окно, выходившее на аукционный дом.
Не успел он сообразить, как лучше разглядеть происходящее внутри, как Се Кунь легко подхватил его на руки и в один шаг оказался на подоконнике.
— Стой, у тебя же рана! — Лян Фэй дернулся было вниз, но побоялся повредить его плечо.
Се Кунь тихо хмыкнул, склонившись к самому его уху:
— Фэй-Фэй, моё плечо прямо сейчас адски ноет... Поможет только поцелуй.
Лян Фэй чуть не задохнулся от возмущения. Нашел время для шуток! Он хлопнул спутника по руке, требуя опустить его, но Се Кунь лишь крепче сжал пальцы и, прежде чем Лян Фэй успел опомниться, шагнул в пустоту.
Мягкий стук.
Се Кунь приземлился на соседний балкон бесшумно, словно кошка, несмотря на вес двоих человек. Оказавшись на твердой поверхности, Лян Фэй первым делом проверил его правое плечо.
Не повязка ли промокла? Подняв воротник одеяния, он убедился, что рана не открылась, и тут же отстранился, переключаясь на обстановку.
Се Кунь с готовностью нагнул голову в ожидании обещанной ласки, но обнаружил лишь пустые объятия. Взгляд его темных глаз прищурился, пока он задумчиво поглаживал подбородок, глядя в спину Лян Фэю.
Проскользнув на второй этаж, Лян Фэй замер, прислушиваясь к вибрирующему воздуху коридора.
— Нам туда, — шепнул он, указывая направление.
Се Кунь понял без слов:
— Антони живет в отдыхальне при зале. Если его не прихлопнули ночью, он спит там.
Обнажив оружие, они двинулись к нужной двери.
Внутри комнаты царил разлад. О тихом покое не было и речи — там хозяйничали чужаки.
— Мы всегда можем договориться... Зачем сразу хвататься за железо? — дрожащим голосом лепетал Антони, непрерывно утирая пот с тройного подборка.
Перед ним стоял мужчина в очках. Его взгляд был ледяным и абсолютно пустым.
— У тебя два пути, — чеканя слова, произнёс Охотник. — Либо ты за три минуты выкладываешь всё без тайн...
— Либо твой рот закроется навеки.
Антони затрясся всем телом, пытаясь выдавить улыбку:
— Ну что вы... Разве за три минуты успеешь всё рассказать? Может, добавите часок?
— Говорят, днем в городе убивать запрещено? — невозмутимо продолжал Охотник. — Что ж, тогда мы просто перебьем тебе конечности и выбросим на мостовую. К началу ночной резни желающих поразвлечься с хозяином аукциона найдется немало.
Антони мгновенно сломался. Окинув беглым взглядом присутствовавших в комнате бандитов из «Красных рукавов», он окончательно понял, что шансов нет. Оставалось лишь запомнить лицо человека в очках.
— Вчера в ложе находился парень по имени Аса, мой давний знакомый, — заговорил толстяк, роняя слова. — Он пришел с молодой женушкой, просил достать пропуск из города. А когда началась паника, я уносил ноги и потерял его из виду...
Ни одной полезной детали. Охотник помрачнел и вытащил из-за пояса кинжал.
Он слегка похлопал лезвием по жирной щеке Антони. Тот замер со стеклянными глазами, боясь качнуться и срезать себе пласт кожи.
— Значит, по-хорошему говорить не хотим? — Охотник сделал знак рукой, и двое головорезов мгновенно прижали Антони к полу.
— Да я правду говорю! — заверещал толстяк. — Аса — профессионал! Разве такой опытный наёмник станет оставлять следы?!
Бандиты занесли кулаки, намереваясь проучить заплывшего жиром торгаша, но Охотник жестом оставил их.
Он ухватился за случайную оговорку:
— Ты сказал, он наёмник?
— Ну да! — выпалил Антони. — Притом весьма известный! Знаете, кто взял заказ на ликвидацию прежнего Владыки? Аса!
Заметив, что собеседник проявил интерес, Антони мгновенно умолк. Сложив пухлые ладони, он заискивающе улыбнулся:
— Аса хоть и мерзкий тип, но мы всё же приятели...
Помявшись, он добавил:
— Слышал я, один чужак по имени Лян Фэй добыл сапфир, который искал прежний хозяин города. Вы вот тоже черноволосы, на местного не похожи... Не имеете с ним общих дел?
Антони принял Охотника за Лян Фэя, рассчитывая выторговать сапфир в обмен на сведения о Се Куне. Он преданно заглядывал в глаза стоящему напротив, зондируя почву.
Охотник лишь холодно усхмыльнулся. Он прекрасно понял намек, вот только сапфира у него не было, да и делиться он не собирался. Узнав, что его цель — профессиональный убийца, он потерял к толстяку всякий интерес.
Он уже собирался отдать приказ к отходу, как вдруг стекла его очков блеснули. Взгляд замер.
— Открыть дверь! — гаркнул он.
Стоявший у порога бандит мгновенно распахнул створку. Охотник выскочил в коридор, успев заметить мелькнувшую на повороте тень.
Поправив дужку очков, он вгляделся в темноту. Стоило активировать системный предмет, как окружающий мир померк, превратившись в серое марево. И лишь одна фигура вспыхнула в нем ярким, налитым кровью силуэтом.
Цель застыла у самого угла, словно намереваясь устроить засаду.
В глазах Охотника мелькнула злая насмешка. Вытащив пистолет из-за пояса, он беззвучно двинулся вперед.
В это же время в отдыхальне двое бандитов глазели в открытую дверь, не замечая, как из окна за их спинами бесшумно выскользнула тень.
Лян Фэй ступил на паркет без единого звука, приближаясь к ближнему врагу.
Антони, приняв его за пришедшую на помощь подмогу, вжал голову в плечи и застыл, боясь выдать спасителя шорохом.
— Совсем этот чужак обнаглел, — проворчал один из оставшихся бандитов, глядя в коридор.
— Босс у него на кукане, вот и пляшем под его дудку, — огрызнулся второй.
— И как только этот интеллигент скрутил нашего главного?
— Наше дело маленькое, — отозвался второй. — Ты лучше молчи да смотри, чтобы этот дерзкий не осерчал... А то ходит с каменной рожей, хрен поймешь, что у него на уме. Скажешь не так?
В ответ тишина.
Прошло секунды три, но ответом ему было лишь глухое сопение.
Бандит нахмурился и обернулся.
В то же мгновение перед его носом стремительно вырос тяжелый фаянсовый вазон!
Хрясь!
Сосуд врезался прямо в переносицу. В глазах у бандита потемнело, череп отозвался треском, а по лицу хлынула теплая кровь.
Не обернись он вовремя, удар пришелся бы в затылок, мгновенно отправив его в небытие.
Взревев от боли, бандит отшатнулся, выхватывая кинжал.
Лян Фэй с досадой отбросил горлышко разбитого вазона и достал клинок. Второй охваченный враг уже валялся у ног толстяка с перебитой шеей — Лян Фэй снял его первым же ударом.
— Эй! Сюда! Нападение! — рявкнул раненый бандит.
Но Охотник ушёл слишком далеко по коридору и не мог услышать зов.
Пользуясь тем, что заливавшая глаза кровь мешает врагу ориентироваться, Лян Фэй ринулся в атаку, нанося удары из слепых зон. Клинки скрещивались с сухим металлическим звоном.
Антони в углу едва не скулил от ужаса. Для его туши подобная рубка выглядела страшным сном.
Бандит из «Красных рукавов» владел ножом отменно. Однако Лян Фэй двигался быстрее, то и дело заходя со стороны залитого кровью глаза. Зная, что Се Кунь уводит Охотника, Лян Фэй не намеревался затягивать схватку.
Сделав ложный шаг назад, он разорвал дистанцию. Противник, решив, что парень выдохся, оскалился и бросился вдогонку.
Едва тот сделал два шага, Лян Фэй подхватил тяжелый дубовый стул и с размаху запустил им во врага!
Бандит выставил руку, принимая удар. Дерево треснуло, боль обожгла предплечье, окончательно лишая его разума.
— Думаешь, табуреткой меня... — зарычал бандит.
Хрясь!
Лян Фэй не стал слушать ругань. Второй стул врезался прямо в раскрошенную носовую кость.
Окончательно озверев, бандит бросил попытки защищаться и рванулся вперед, целясь кинжалом в живот Лян Фэю.
Именно этого Лян Фэй и ждал. Сложившись пополам, он пропустил лезвие над спиной, крутанулся на пятке и со всей силы впечатал каблук армейского ботинка в подколенную чашечку врага!
Сустав хрустнул. Бандит потерял равновесие и шатнулся назад.
И тут под его пятку попался острый осколок фаянсового вазона. Нога скользнула по гладкому паркету, и тяжелое тело с грохотом рухнуло навзничь!
Бум!
Лян Фэй не упустил секунды. Подскочив, он обрушил оставшуюся в руках ножку стула прямо в висок упавшего.
Убедившись, что оба бандита больше не встанут, Лян Фэй отбросил деревяшку и неторопливо подошел к Антони.
Толстяк уже понял, что эти головорезы не имели к нему отношения. Он забился в щель между шкафом и стеной, пытаясь стать невидимым. Но жирные бока намертво заклинили его в деревянных тисках.
— Мы... мы всегда можем договориться... — зазаикался Антони, глядя на приближающегося парня.
Этот юноша пугал его куда сильнее очкастого чужака. Ни холодный тон, ни пара охранников не могли сравниться с той жуткой деловитостью, с которой парень только что забил двоих опытных бойцов.
Антони видел весь бой от начала до конца. Он видел, как парень буднично зашел в комнату, словно на прогулку, как с размаху размозжил голову первому, а второго расчетливо завел на осколки вазона.
Каждый шаг был частью кровавого плана!
«Если такой человек станет моим врагом, от меня даже костей не останется», — с ужасом подумал толстяк.
— У тебя минута. Повтори всё, что наплел очкарику, — холодно произнёс Лян Фэй.
Поняв, что он ещё нужен, Антони с облегчением выдохнул и тараторкой пересказал разговор. Говоря, он набрался дерзости и вскинул глаза.
Черты лица парня были точеными и породистыми — типичная внешность выходца с Востока.
Антони внезапно нахмурился. Лицо показалось ему странно знакомым, словно он видел его совсем недавно...
Но додумать мысль он не успел: короткий удар в сонную артерию погрузил его в темноту.
* * *
В это же время на другом конце здания Охотник преследовал алый силуэт.
Цель будто знала о слежке и водным вьюном вилась по коридорам. Охотник плохо знал план аукционного дома, в то время как преследуемый ориентировался здесь идеально.
Потеряв терпение, Охотник положил палец на спуск.
Красный силуэт замер в дальней комнате. На губах Охотника змеилась холодная усмешка: попытка затаиться в замкнутом пространстве была роковой ошибкой.
Скрип.
Дверь медленно отворилась. Свет из окна заполнил проем.
Проверив засаду, Охотник шагнул в помещение. Убедившись, что цель внутри, он снял артефактные очки, чтобы не переломать ноги о мебель в сером тумане.
Единственным укрытием в комнате был массивный платяной шкаф. Не тратя времени, Охотник вскинул ствол и всадил в дверцы всю обойму!
Бах! Бах! Бах!
Изрешеченные створки вывалились наружу, рухнув на пол.
Охотник заглянул внутрь и с яростным ругательством пнул деревянный остов.
Шкаф был пуст. А окно за ним выходило аккурат на балкон соседнего дома.
Снова надев очки, Охотник дико огляделся, но красный силуэт исчез из зоны действия артефакта. Окружающий мир снова погрузился в серую муть.
Артефакт показывал только живые цели, превращая остальное пространство в туман. Се Кунь просто выскочил в окно напротив, пока Охотник потрошил пустую мебельную тушу.
* * *
Уйдя от погони, Се Кунь быстро добрался до условленного места. Встретившись, они убедились, что обошлись без ранений, и нырнули в толпу, подальше от опасного района.
— Так ты профессиональный убийца? — уточнил Лян Фэй.
Се Кунь легко кивнул, а потом вдруг с театральным трагизмом всплеснул руками:
— Фэй-Фэй, ты ведь не станешь презирать меня за профессию?!
Лян Фэй лишь вздохнул, не успевая за виражами его мысли.
— У людей сложилось ложное мнение, будто у нас нет стабильного дохода и мы не способны прокормить семью! — горячился Се Кунь. — Но в Сенло всё иначе! У нас отличные ставки, а у меня так и вовсе самый высокий ценник в городе!
Он подхватил правую руку Лян Фэя и с жаром прижал к своей груди:
— Отныне все кровавые деньги — твои. Да и я сам — весь твой...
Лян Фэй аж передернулся от этой неожиданной декламации.
Что за мутация произошла с этим парнем? Откуда эта липкая нежность?
Но отвлекаться на глупости было нельзя. Сцепив зубы, Лян Фэй вернулся к сути:
— У вашей организации убийц случайно нет резервных копий досье всех убийц?
— Само собой, — подтвердил Се Кунь.
— И там хранятся личные дела всех членов?
Се Кунь усмехнулся:
— Досье на каждого — лучший способ держать нас на коротком поводке. Мы все живые люди, и если наши имена всплывут, долго нам не прожить.
Взгляд Лян Фэя стал жестким. Если это понял он, то додумается и Охотник. Сбежав из аукционного дома, тот первым делом направится в архивы гильдии, чтобы узнать настоящее имя Асы.
Сейчас они были в равных условиях. За Охотником стояли «Красные рукава», зато Се Кунь знал организацию убийц, а сами они пока оставались в тени.
— Идем на базу твоей организации. Нужно уничтожить твои бумаги раньше, чем до них доберется очкарик.
Се Кунь не стал спорить. Весело припрыгивая, он пошел вперед, будто они направлялись на ярмарку.
Они вышли к самому центру Сенло. Глядя на снующие толпы, Лян Фэй усомнился:
— База убийц находится в таком людном месте?
— Чем больше народу, тем меньше внимания, — ухмыльнулся Се Кунь. И добавил: — К тому же так проще зазывать клиентов!
Сенло оправдывал свою репутацию — город высокой культуры и добрососедства!
— Архив обустроен на верхнем этаже, — пояснил Се Кунь. — Ни один действующий киллер не станет воровать оттуда бумаги, если планирует работать дальше. Охраны там почти нет, но на верхушке сидят ветераны на пенсии. Без нужды лучше не лезть.
— Покажи мне ключевых людей в этой толпе, — попросил Лян Фэй.
Скрываясь среди прохожих, Се Кунь тихо указывал на неприметные фигуры, называя имена и должности старшин. Лян Фэй запоминал лица, параллельно изучая крыши и подворотни.
Бум... Бум... Бум...
Низкий гул колокола вновь накрыл город.
Как и прошлым вечером, толпа мгновенно замерла. Этот гул длился значительно дольше первого.
Лян Фэй пытался уловить в ударах шифр, но быстро сдался. Без знания местного языка надежда на расшифровку равнялась нулю.
— Старый Владыка объявил условия, — лицо Се Куня впервые за день стало серьезным.
— Какие еще условия?
— Нынче ночью откроются врата Города Луошэн, — ответил Се Кунь. — Ключ к власти над Сенло спрятан в его недрах.
— Погоди? Мы разве не в Сенло? — не понял Лян Фэй.
— Сейчас мы в Сенло, Фэй-Фэй, — загадочно проговорил Се Кунь, глядя ему прямо в глаза. — Но когда настанет ночь, ты поймешь, почему его назвали Луошэн.
* * *
Ночь.
Вторая ночь Дня расчёта прошла без уличных боев — банды затаились по своим норам, готовясь к главной схватке.
Лян Фэй стоял перед неприглядным приземистым строением, в центре которого зиял огромный провал, уходящий в самую толщу земли.
— Добро пожаловать в Луошэн, Фэй-Фэй, — улыбнулся Се Кунь.
Подняв факел над тёмным зевом подземелья, он приветливо протянул Лян Фэю левую руку.