Основная задача Лян Фэя заключалась не только в том, чтобы продержаться на «Корабле-призраке» пять дней. Ему требовалось обрушить уровень лояльности главного босса ниже пятидесяти пунктов.
Пойди он на поводу у этого верзилы и отдай ему юношу, выглядевшего сейчас столь беспомощно и жалко, острая угроза миновала бы сама собой. Да и преданность антагониста гарантированно рухнула бы в разы.
В самом деле, какой «раб» сохранит верность хозяину, который без колебаний отдает его чужому человеку?
— Проваливай, — холодно отрезал Лян Фэй.
Он оттянул назад юношу, успевшего заслонить его собой. Тот попытался было снова встать впереди, защищая спутника, но не дерзнул применить силу, панически боясь навредить Лян Фэю.
Громила обомлел. Он никак не ожидал, что этот хлипкий с виду щегол осмелится говорить с ним в подобном тоне.
— Ты смеешь гонять меня? — Верзила с угрозой почесал щетину на челюсти. — Да я сделаю так, что ты вообще исчезнешь с этого судна. Мы в открытом море. Кого волнует пара лишних трупов? Напишут, что произошел несчастный случай.
Ещё секунду назад этот тип твердил, будто за убийство придется расплачиваться, а теперь без зазрения совести угрожал расправой. Единственным его козырем были двухметровый рост и бычьи торс и конечности.
Сделав шаг назад, Лян Фэй по привычке сунул руку в карман и с досадой вспомнил, что на нем пижама. Ничего, хоть отдаленно напоминающего оружие, там оказаться не могло. Он бегло осмотрел пространство в радиусе трех шагов и зафиксировал взгляд на тяжелой вазе, стоявшей на тумбочке.
Видя, что парень отступает и воровато озирается, здоровяк решил, будто тот наложил в штаны. Ему и в голову не приходило, что худосочный заморыш в эту самую секунду прикидывает, как эффективнее проломить ему череп.
Верзила самоуверенно хохотнул и сгреб воздух руками, намереваясь сграбастать Лян Фэя за грудки. Тот ловко увернулся и, пользуясь моментом, незаметно цапнул вазу.
Разъяренный промахом обидчик рявкнул и занес для удара пудовый кулак. Лян Фэй сжал фарфоровое горлышко, напряг предплечье и замер в ожидании единственного мгновения, когда противник раскроется.
— Прекратить!
Скрипучий, скрежещущий голос прозвучал подобно ржавой пиле, вгрызающейся в сухое дерево. Говоривший не кричал, но в его интонациях таилась странная сила, заставившая обоих драчунов замереть на месте.
Кулак верзилы завис в воздухе. Спустя пару секунд оцепенения тот встряхнул головой и гневно уставился на непрошеного гостя.
Помешать насилию решил охранник VIP-каюты. На нем был отглаженный мундир с надписью «Служба безопасности» на спине, а на поясе покачивалась тяжелая электрошоковая дубинка.
Здоровяк нехотя опустил руку, хотя на его лице читалось явное недовольство. Лян Фэй же, нахмурившись, пристально вгляделся в секьюрити. В душе зашевелилось смутное подозрение.
В миг перед несостоявшейся схваткой они оба были взведены до предела. Простой оклик «Прекратить!» чисто физически не мог остановить ни его, ни верзилу.
Лян Фэй отчетливо помнил: на долю секунды в голове образовалась звенящая пустота. Когда сознание вернулось, тело уже само отказалось от атаки, а вспышка ярости оказалась гадливо придушена.
Громила не заметил странности. Он сдавленно рыкнул и ткнул пальцем в Лян Фэя:
— Этот хмырь прикончил моего раба! Я лишь требовал отдать его девку в счет уплаты долга! Имею полное право!
— Кого он убил? — со скрипом переспросил охранник.
— Цзян Кэ! — рявкнул здоровяк. — Он вчера продул мне в пух и прах! Только-только стал моей собственностью, как этот сопляк пустил его в расход!
— Я никого не убивал, — ровным тоном возразил Лян Фэй.
Он не знал, числится ли за ним клеймо убийцы по первоначальному сценарию игры, но признавать за собой преступление сейчас было категорически нельзя.
— Не свисти! Вчера вечером я лично видел тебя с Цзян Кэ! — орал верзила. — Я только выиграл его и велел собирать манатки и чесать в мою каюту. А он сопли размазывал и где-то шлялся больше часа. Я пошел за ним и застал вас вместе! А сегодня утром этот гад удрал, а позже я нашел лишь его труп!
— И если я с ним разговаривал, то автоматически становлюсь убийцей? — отрезал Лян Фэй.
— А кто еще?! Цзян Кэ на этой колымаге никого больше не знал! Кто ведает, о чем вы там шушукались!
— Цзян Кэ не был вашим рабом. Заключенное с вами пари не затрагивало его личную свободу, — подал голос юноша, осторожно выглядывая из-за спины Лян Фэя. Его чистый, спокойный тон звучал настолько убедительно, будто произнесенное им являлось нерушимой истиной.
Здоровяк разинул пасть, собираясь обрушить на дерзкого мальчишку поток бранных слов, но охранник мельком взглянул на него.
В свирепых глазах верзилы на мгновение промелькнула бледная пелена тупого оцепенения. Готовая сорваться ругань застряла в горле. Лян Фэй, помрачнев, еще раз внимательно посмотрел на сотрудника службы безопасности и бесшумно отступил на пару шагов назад.
— Уважаемый господин Сунь Цян, хотя на данном судне не действуют многие законы суши, просим вас не мешать отдыху прочих почтенных гостей. Благодарим за сотрудничество.
Голос охранника звучал сухо и скрипуче, а сам он произносил фразы с противоестественной чеканностью, словно декламировал стихи по учебнику.
Однако эта нелепая, жутковатая интонация подействовала на Сунь Цяна воистину магическим образом. Здоровяк тупо кивнул, развернулся и покорно побрел прочь из каюты.
Едва его широкая спина скрылась за дверью, охранник сдержанно кивнул Лян Фэю:
— Если господин Сунь продолжит досаждать вам, вы всегда можете вызвать охрану. У нас есть правила, обязательные для всех.
Приветливые манеры служителя порядка не усыпили бдительность Лян Фэя. Едва тот повернулся спиной, парень сделал быстрый шаг вперед. Из-под удлиненной полы форменного пиджака охранника на долю секунды выскользнул и исчез скользкий чешуйчатый хвост!
— Хозяин, вы в порядке? — тревожно спросил юноша. Он замер рядом, словно хотел ухватиться за край его одежды, но так и не решился.
Лян Фэй отвел взгляд от коридора и потер виски. Одна беда миновала, но главная головная боль оставалась прямо перед ним.
Он взглянул на показатель лояльности юноши — тот непоколебимо замер на отметке в сотню пунктов. Парень вздохнул, не представляя, как сбить цифру хотя бы до пятидесяти.
Разъяренный босс выглядел настолько наивно и чисто, что применять к нему жесткие меры у Лян Фэя просто не поднималась рука.
Заметив, что спутник потирает лоб, Цзя Юэ нерешительно протянул руки, желая помочь. Его теплое дыхание коснулось шеи Лян Фэя — юноша встал сзади, осторожно поднеся ладони к его вискам. Со стороны казалось, будто он заключил его в объятия.
Лян Фэй терпеть не мог, когда кто-то трогал его чувствительные зоны, и на автомате отчеканил:
— Не липни ко мне так близко.
В глазах юноши мелькнула глубокая обида. Он послушно отступил и замкнулся, виновато опустив взор.
Почувствовав, что переборщил с резкостью, Лян Фэй поднял руку, намереваясь погладить макушку парня в знак примирения. Но тут до него дошло: этот «хрупкий мальчик» выглядит сопляком, но на деле вымахал выше его самого!
Занесенная ладонь изменила траекторию и опустилась на плечо юноши. Цзя Юэ тут же просиял, а кончики его ушей под темными прядями вспыхнули нежным румянцем.
«До чего послушный...» — мелькнуло в голове у Лян Фэя.
Раз босс так свято ловит каждое его слово, то и задача по разрушению шаблонного поведения не должна стать проблемой. Если он верит всему подряд, выполнить квест не составит труда.
Лян Фэй придал лицу максимально строгий вид:
— Хоть на этом корыте и царят варварские порядки, разрешающие торговлю людьми, у меня правила иные. Все равны. Не смей больше звать меня «хозяином». Я не держу слуг.
Юноша не проявил ни капли радости от обретенной свободы. Напротив, на его лице отобразилось искреннее отчаяние:
— Хозяин... я вам больше не нужен?..
— Я же сказал: не называй меня так, — повторил Лян Фэй.
— Тогда... как мне обращаться к вам? — Едва дыша, Цзя Юэ поднял на него глаза.
— По имени. Лян Фэй, — отрезал тот. — И да, никакого почтения в тоне.
Шокированный юноша несколько раз бесшумно шевельнул губами, смакуя имя на языке, а затем впился прямым, горячим взглядом в глаза Лян Фэя:
— Лян Фэй.
От этого тона у Лян Фэя по коже пробежали мурашки. Он мысленно глянул на статус:
[Уровень лояльности злодея: 98]
Показатель просел на два пункта.
Внедрение идей равенства действительно стоит начинать с имен.
Окрыленный успехом, Лян Фэй уже начал планировать, как постепенно перекроет рабское мышление антагониста.
— Как тебя зовут? — спросил он.
Юноша ответил не сразу. Он замер, уставившись на него долгим взглядом. В его голове пронеслась буря мыслей, прежде чем он с острой, едва уловимой эмоцией в голосе выдохнул:
— Цзя Юэ.
«Обычный вопрос, чего штормит-то опять?» — подумал парень, но проигнорировал странную реакцию. Он уже привык к постоянным смущениям спутника.
Среди прочего, Лян Фэю требовалось прожить на судне пять дней. По закону жанра, с каждым днем атмосфера должна была накаляться. Пока тишь да гладь, стоило осмотреться и изучить конструкцию корабля.
Несмотря на мрачное название «Корабль-призрак азартных игр», судно меньше всего походило на полусгнивший летучий голландец. Это был колоссальный, утопающий в роскоши круизный лайнер.
Он имел три основных уровня. Самый нижний, спрятанный в чреве трюма, предназначался для простых пассажиров. На втором размещался обслуживающий персонал и часть экипажа, хотя за отдельную плату туда пускали и туристов.
Третий ярус занимали VIP-каюты. Билеты сюда могли позволить себе лишь мультимиллионеры или лица со специфическим статусом. Именно здесь и очнулся Лян Фэй.
Выйдя на просторную смотровую площадку, парень окинул взглядом нижние палубы. По самым скромным подсчетам, на борту находилось не менее трех тысяч человек.
Найдя схему судна, он накрепко запечатлел в памяти план верхнего яруса. Тут же дало о себе знать чувство голода — с самого утра во рту не было и росинки. Лян Фэй выбрал кратчайший маршрут к ресторану.
Обеденный зал поражал вульгарным шиком. Вдоль стен тянулись сотни блюд изысканной кухни. Каждые пятнадцать минут остывшие кушанья безжалостно выбрасывали, заменяя их с пылу с жару. Гости могли перекусить прямо в общем зале или уединиться в закрытых кабинетах.
Цзя Юэ двигался следом, буквально наступая ему на пятки. Лян Фэй резко замер и повернулся:
— По моим правилам, когда мы идем вместе, ты не плетешься сзади. Иди со мной плечом к плечу.
— Пле... плечом к плечу? — Глаза Цзя Юэ вспыхнули таким буйным восторгом, будто он услышал нечто невероятно интимное.
[Уровень лояльности злодея: 95]
Отлично. Процесс идет. Еще пара дней таких установок, и отметки в пятьдесят пунктов как не бывало.
Лян Фэй встал, ожидая, пока спутник поравняется с ним. Но Цзя Юэ от избытка чувств до того занервничал, что перепутал ноги и на ровном месте едва не загремел костями!
«Серьезно?! Спотыкаться на ровном месте — это теперь замашки главного босса?!»
Видя, как парень падает прямо на него, Лян Фэй проклял всё на свете и вытянул руки, пытаясь удержать тюфяка.
Кто же знал, что этот дылда окажется настолько тяжелым! Инерция сбила Лян Фэя с ног, и они вдвоем под углом полетели прямо в каменную стену.
Не желая калечить парня, Лян Фэй в последний момент попытался развернуться, принимая удар на себя. Но сильная рука мгновенно властно обхватила его за талию. Цзя Юэ совершил грациозный пируэт, на корню гася импульс падения.
Лян Фэя ощутимо закружило. Когда мир прекратил вращаться, он обнаружил себя крепко прижатым к широкой, теплой груди юноши.
«С какого перепугу этот «зеленый юнец» мало того что выше меня, так еще и силен как бык?!»
Неувязка реальных физических данных с внешним образом вызвала смутный дискомфорт. Не успел он осмыслить это, как встретил умильный, щенячий взгляд Цзя Юэ. Тот словно ждал похвалы за исполненный в воздухе трюк.
Лян Фэй похлопал его по предплечью, предлагая разжать объятия.
Не получив ласки, Цзя Юэ мгновенно сник.
Лян Фэй хотел было выдать пару утешительных слов, но тут перед глазами всплыла системная плашка:
[Уровень лояльности злодея: 92]
Великолепно! Пусть киснет дальше, авось еще пару очков потеряет.
Он отвернулся и шагнул вперед. Цзя Юэ послушно поплелся следом. На его лице играла всё та же кроткая улыбка, но в глубине глаз проскользнуло кое-что новое. Пальцы юноши неосознанно сжались: во время недавнего падения он совершенно случайно коснулся мест, трогать которые явно не следовало...
В общем зале ресторана стояла тишина — час завтрака давно миновал, за столиками сидело от силы две-три компании.
Лян Фэй усадил Цзя Юэ напротив, заставив поесть вместе с ним, что сбило лояльность еще на два пункта. Пока они молча поглощали еду, парень начал ощущать на себе чьи-то липкие пристальные взгляды.
Положив приборы, он повернулся к источнику раздражения.
В противоположном углу сидели мужчина и женщина. Именно они не сводили с него глаз.
Заметив, что их засекли, парочка вежливо кивнула и безо всякого стеснения поднялась со своих мест. Цзя Юэ тут же бросил вилку, вскочил и заслонил Лян Фэя, превратившись в оскалившегося зверька, защищающего добычу.
Женщина миролюбиво подняла ладони и улыбнулась:
— Успокойся, мы без дурных намерений. Можно уделить нам пару минут?
Выглядели они открыто, оружия при себе не имели и, похоже, действительно просто искали контакта.
— В конце концов, нам предстоит вместе выживать целых пять дней, прежде чем отправиться дальше? — с намеком добавила незнакомка.
Лян Фэй мгновенно уловил подтекст. Перед ним стояли такие же игроки. Условие мира — выжить на судне пять суток, после чего система перебросит их в следующую локацию.
Разница была лишь в том, что Лян Фэй получил «персональный квест» — не просто выжить, но и опустить лояльность босса ниже пятидесяти.
— Что вам нужно? — суховато спросил он.
— Здесь не лучшее место для откровений. Найдется приватный кабинет? — улыбнулась женщина.
Делиться системной информацией при местных персонажах запрещалось, и Цзя Юэ становился помехой. Лян Фэй арендовал небольшой изолированный зал, велев юноше подождать снаружи и закончить обед.
В кабинете Лян Фэй молча изучал визитеров, не спеша начинать разговор.
Прошлый опыт научил его простым истинам: союзники в мирах сансары запросто могут оказаться как обузой, так и предателями, готовыми всадить нож в спину. Человеку его уровня надежнее работать в одиночку.
К тому же Тянь И упоминал, что за ликвидацию соратников система щедро отсыпает бонусы. Это делало любые союзы смертельно опасными.
Посетители переглянулись и без приглашения уселись напротив.
— Я Сюй Юэци, а это Чжан Юньань. Мы ветераны, за плечами не один мир, — представилась женщина. Ее спутник, судя по виду, принадлежал к молчаливому типу — он лишь скупо кивнул.
— Лян Фэй.
— Если не против, будем звать тебя Сяо Лян. А ко мне обращайся просто Юэци, — словно не замечая ледяного тона, продолжила она. — Для тебя это, похоже, лишь второй мир. Объединившись с нами, ты кратно повысишь шансы на выживание. Задание не из легких, выстоять можно только сообща.
— Откуда такие познания о моем опыте? — прищурился парень.
Сюй Юэци снисходительно пояснила:
— Ты, видать, пропустил вводный инструктаж. Это базовая функция из Набора новичка. Сосредоточься, вызови в мыслях окно интерфейса и запроси данные набора.
Лян Фэй мысленно испробовал совет. В меню действительно отыскался предмет под названием «Увеличительное стекло». При активации он позволял видеть уровень других странников и количество убитых ими странников сансары.
Сюй Юэци и Чжан Юньань имели пятый и шестой уровни соответственно. На счету каждого числился круглый ноль фрагов.
Глянув на свой профиль, Лян Фэй увидел первый уровень и такой же ноль — судя по всему, расправа Не Мина над Тянь И не засчиталась на его счет.
— Теперь веришь? — все так же лучезарно улыбнулась женщина. — Мы с Юньанем в каждом мире ищем адекватных напарников. Твоя настороженность — это хорошо, в нашей шкуре без нее не выжить.
— Вы всегда работаете в паре? — спросил парень.
Существуют специальные предметы для связывания?
Сюй Юэци лишь загадочно улыбнулась. Если парень откажется от сделки, выдавать козыри она не обязана.
Лян Фэй взвесил все «за» и «против». Задание выглядело обманчиво простым — продержаться пять дней. Но внутреннее чутье подсказывало: легкой прогулки не будет.
Судно огромное, народу тьма. Эти двое выглядят тертыми калачами. Кооперация лишней не будет.
— Только обмен информацией. За чужие жизни никто не отвечает, — поставил условие Лян Фэй.
— Идет. Мы и сами хотели это предложить.
Заключив договор, Сюй Юэци охотно пояснила секрет их дуэта:
— В Наборе новичка помимо стандартизированных предметов есть один уникальный. Мне досталась способность связывать себя с одним союзником. В драках я ноль, а Юньань не мастер вести переговоры. Вот и дополняем друг друга.
Обсудив первые наблюдения, Лян Фэй вспомнил про оставленного снаружи босса и прервал встречу. Договорились действовать порознь, а при получении ценных сведений сходиться снова.
Однако, выйдя из кабинета, Лян Фэй обнаружил пустой стол. Цзя Юэ испарился.
— Простите, вы не видели юношу, который ждал меня здесь? — обратился он к проходящему официанту.
— Если вы о своем рабе, господин, то его забрал один из гостей. Господин Сунь Цян, — с профессиональной улыбкой отозвался слуга.
Правила судна были суровы: раб по статусу стоял ниже любого пассажира. Если хозяин оставил его без присмотра и не оплатил услугу охраны персонала, любой гость имел право делать с ним все, что душе угодно.
Не зная местных тонкостей, Лян Фэй сам подставил парня.
Узнав, где обретается Сунь Цян, Лян Фэй на пределе сил помчался туда. Сердце бешено колотилось в груди — и вовсе не из страха за целостность Цзя Юэ, а от ужаса, что этот монстр от обиды окончательно сбросит маску и устроит кровавую баню!
* * *
Вбежав в Главный зал развлечений, Лян Фэй застал абсолютно не ту картину, которую рисовало его воображение.
Никакой резни не случилось. Сунь Цян с подельниками тоже не успели причинить парню вреда.
Цзя Юэ стоял в углу с абсолютно отрешенным лицом. Агрессоры почему-то не смели подойти к нему вплотную, дергаясь на расстоянии пары метров. Сцена выглядела сюрреалистично: казалось, будто не юношу взяли в заложники, а он сам возглавляет эту банду.
Но стоило Цзя Юэ заметить Лян Фэя, как его ледяной взор мгновенно вспыхнул радостью, тут же сменившейся испугом и виной.
— Хозяин... — пролепетал он.
Жуткая атмосфера рассеялась в то же мгновение. Босс вновь превратился в беззащитного, шелкового слугу.
Этот тихий лепет будто сбросил паузу. Замерший зал снова заполнился гулом голосов, смехом и звоном бокалов.
Сунь Цян с ехидной ухмылкой шагнул навстречу:
— Какая встреча! И получаса не прошло, а мы снова вместе.
— Чего ты добиваешься? — нахмурился Лян Фэй.
— Я мирно резался в карты, а ты влетаешь и качаешь права? Это я должен спросить, че тебе надо! — включил дурака верзила.
— Назови цену. Я забираю его.
— Не торопись, паря. Твоей шестерке у меня зашибись, — гнусаво хохотнул Сунь Цян. — На твоем месте я бы купил цепь и держал своего пса на поводке. А не прибегал спасать его в одиночку, без подмоги.
По знаку верзилы из толпы вышли еще несколько крепких быков. Вместе с двухметровым Сунь Цяном они создавали внушительную стену мяса.
Лян Фэй принял боевую стойку, нащупав в кармане столовый нож:
— Решил применить силу? Навряд ли охрана будет в восторге.
— Я законопослушный гражданин! — выпятил грудь Сунь Цян. — На этой колымаге все терки решаются культурно. На деньги.
Из-за спин бандитов вынырнул человек в черно-белом смокинге, похожий на профессионального крупье.
Он сухо изложил правила: на судне любые конфликты решаются исключительно за игорным столом. Служба безопасности выступает гарантом. Пока крупье рядом, никто не посмеет силой нарушить уговор или отказаться от выплаты.
— Раз ты вызываешь меня, правила выбираю я, — заявил Сунь Цян.
Крупье следил за честностью условий, так что Лян Фэй сдержанно кивнул.
По знаку Сунь Цяна подельники приволокли стол, накрыли его разметкой и выложили кости.
На доске оказалась обычная шахматная разметка. Расставив тридцать две фигуры, верзила сделал приглашающий жест.
«Шахматы?» Лян Фэй неплохо умел играть, хотя и не считал себя гроссмейстером. Но подвох явно кроется глубже — чистые шахматы не назовешь азартной игрой.
Сунь Цян подбросил на ладони шестнадцатигранный кубик:
— Не просто шахматы, паря. Все фигуры пронумерованы. Какой номер выпадет на кости, той фигурой и ходишь. Если фигура срублена или не имеет хода — пропускаешь ход.
Это правило вносило в партию колоссальный элемент хаоса. При равном уровне игроков все сводилось к чистой удаче.
— Согласен, — чеканно выдохнул Лян Фэй.
— Не спеши. На кону стоят ставки. Выиграешь — забираешь своего заморыша. Проиграешь... — Сунь Цян мерзко скалился, — сам становишься моим рабом. Идет?
Лян Фэя передёрнуло от отвращения, но он не колебался:
— По рукам.
Он просто не мог проиграть.
[Уровень лояльности злодея: 100]
Лян Фэй оглянулся и встретил взгляд Цзя Юэ, преисполненный слезливой благодарности и обожания.
У Лян Фэя заломило в висках. Столько трудов по снижению показателя пошли прахом из-за одной паршивой ставки! Будь у шкалы предел выше сотни, она бы точно треснула.
Сдержав раздражение, он обратился к верзиле:
— Дай мне осмотреть кубик.
Сунь Цян презрительно швырнул кость. Лян Фэй, даже не глянув на нее, тут же переправил её крупье:
— Замените.
Сунь Цян вспыхнул, намереваясь покрыть парня матом, но под ледяным взором распорядителя сжал зубы.
Крупье извлек из кармана аналогичную шестнадцатигранную кость. Внешне они не отличались, но смещение центра тяжести у первого кубика Лян Фэй уловил моментально.
Крупье не обязан был пресекать шулерство до заявления стороны. Но при прямом указании на подлог реагировал жестко.
Игра началась. Игроки поочередно бросали кубик и двигали соответствующие фигуры. Лян Фэй быстро мрачнел: вопреки внешности дуболома, Сунь Цян играл чрезвычайно здраво.
Без шулерской кости шансы выравнялись. Шахматная партия превратилась в суровую рулетку, где фактор психологической выдержки решал абсолютно всё.
Потеряв нечестное преимущество и видя, что парень держится уверенно, Сунь Цян под взглядами корешей начал заметно нервничать.
— Когда ты предложил эти правила, я решил, что перед мной мастер, — бросил Лян Фэй с ледяным презрением. — А ты... так себе.
— Ах ты!.. — Сунь Цян до белизны в костяшках сжал кость. Он пропустил уже два хода подряд, потому что выпадали номера срубленных фигур.
Лян Фэй спокойно наблюдал за капельками пота, стекающими по виску соперника. Его провокация работала — противник терял контроль.
В очередной раз выбросив неудачную цифру, Сунь Цян сделал бессмысленный ход. Его глаза налились кровью.
На самом деле Лян Фэй тоже испытывал колоссальное напряжение. Внешне он сохранял невозмутимость, но понимал: расклад равный. Единственным его козырем оставался хладнокровный расчет.
Когда снова подошел черед Лян Фэя, Сунь Цян, швырнув кость, вдруг подал знак своим амбалам.
Не успел Лян Фэй среагировать, как шестерки верзилы скопом налетели на Цзя Юэ! Юноша отчаянно огрызался, но против толпы был бессилен — на его теле моментально появились синяки и ссадины!
— Что ты творишь?! — Лян Фэй подскочил со стула.
Крупье сработал оперативно, дубинкой отогнав нападавших. Цзя Юэ стоял, уткнувшись головой в грудь, словно окончательно сломленный бродячий пес.
— Молодой ты еще, — заржал Сунь Цян, развалясь на диване. — Запрет на силу касается только игроков! Про имущество в договоре ни слова. Я могу забить его до смерти, и крупье мне слова не скажет!
Лян Фэй заставил себя сесть. Здоровяк прав — распорядитель вмешивался лишь в рамки игрового процесса. Единственным выходом оставалась победа.
Он опустил взгляд на доску и обомлел: его ключевая фигура — Ферзь — испарилась!
Сунь Цян нагло ухмылялся, закинув ногу на ногу.
— У меня пропала фигура. Кто-то украл Ферзя, пока шла драка, — холодно чеканя слова, произнес Лян Фэй.
Крупье нахмурился. Он приостановил игру и досконально обыскал Сунь Цяна, но ничего не нашел.
Вокруг толпились десятки зрителей. Обыскивать весь зал не представлялось возможным.
Сухо извинившись за накладку, распорядитель велел продолжать.
Глядя на сияющую рожу Сунь Цяна и избитого Цзя Юэ, Лян Фэй ощутил, как внутри закипает бешеный яд.
Он не имел права бить игроков? Что ж, выразить претензии крупье ему никто не запрещал!
Парень рванулся вперед, сгреб распорядителя за лацканы и с такой силой рывком вздернул его вверх, что тот едва не оторвался от пола!
— Добавляем ставку! — прорычал Лян Фэй с диким блеском в глазах. — Если я выигрываю, этого борова швыряют в бассейн к акулам! Если проигрываю — я отправляюсь туда же!
Бассейн с акулами на корме был местным аттракционом для любителей острых ощущений. Упасть туда означало гарантированно остаться без куска мяса, а то и вовсе быть разорванным на части.
Без Ферзя шансы Лян Фэя стремились к нулю.
Сунь Цян со смехом принял условия. Он уже вовсю представлял, как этот заморыш дергается в окровавленной воде.
Лян Фэй молча вернулся за стол. Он бросил кость и сделал весьма посредственный ход.
Без главной фигуры даже удачный бросок не мог переломить ход партии.
Сунь Цян взял кость... и выбросил пропуск хода. Его лик помрачнел, но он быстро вернул самоуверенность. Разовая неудача, не более.
Толпа вокруг азартно шепталась. Почти все болели за Сунь Цяна, смакуя детали будущего порабощения симпатичного паренька.
Однако события пошли вопреки ожиданиям. Спустя пять ходов от спеси Сунь Цяна не осталось и следа. На смену ей пришел панический ужас.
— Как... как это возможно?! — затряслись губы верзилы. — Мы же играли на равных! Ты остался без Ферзя!..
— Умеешь плавать, боров? — Лян Фэй оскалился в ледяной ухмылке. — Любят местные акулы жесткое мясо?
Сунь Цян побледнел как полотно.
Пот застлал глаза. Одно дело — рисковать чужим рабом, и совсем другое — собственной шкурой!
— Ты... ты жульничаешь! — взревел он от безысходности.
— Твой ход, — Лян Фэй невозмутимо подвинул ему кость.
Под пристальным взором крупье Сунь Цян не смел отказаться. Дрожащими пальцами он выбросил кубик...
Снова пропуск!
Лян Фэй взял кость, сделал быстрый ход и сцепил пальцы в замок:
— Шах и мат.
— А-а-а-а!! — Сунь Цян схватился за голову и повалился на пол. — Неправда! Ты сжульничал! Ты не мог выиграть!
Зрители недоуменно переглядывались. По всем законам логики без Ферзя партию было не вытянуть.
Но во второй половине игры Лян Фэю будто фантастически везло. А вот Сунь Цян, напротив, раз за разом выбрасывал номера уже срубленных фигур, пропуская ход за ходом.
Впрочем, причины победы быстро перестали волновать толпу. Все с нетерпением ждали кровавого зрелища с акулами.
Когда крупье вознамерился уволочь Сунь Цяна, Лян Фэй окликнул его:
— Если я укажу на того, кто украл мою фигуру, как вы поступите?
— Шулерство карается на усмотрение пострадавшего, — отчеканил распорядитель.
Лян Фэй хищно улыбнулся. Забившийся в угол Сунь Цян задрожал от ужаса.
Парень крутанул на пальце невидимый перстень.
[Кольцо причинно-следственных связей]
Перед глазами Лян Фэя вспыхнула полупрозрачная нить, протянувшаяся от Сунь Цяна к одному из зрителей в третьем ряду.
[Осталось использований в этом мире: 2/3]
Раздвигая толпу, Лян Фэй уверенно шагнул к цели. Толпа расступалась перед его тяжелым взглядом.
Он мертвой хваткой вцепился в запястье неприметного мужика и вытащил его на свет.
— Ты чего пристал?! Я вообще этого типа не знаю! — заорал тот.
— Обыщите его, — велел Лян Фэй крупье.
Желая загладить косяк с украденной фигурой, распорядитель мгновенно выволок из кармана подозреваемого краденого Ферзя.
Поняв, что попался, вор повалился на колени рядом с Сунь Цяном:
— Смилуйся! Я плавать не умею! В бассейне меня акулы сожрут!
Лян Фэй вовсе не собирался отправлять бедолагу на корм рыбам:
— Отдай все свои фишки.
— И... и всё?! — Вор не верил своему счастью. Он мгновенно выгреб все сбережения.
Зрители разочарованно загудели — кровавой развязки не случилось.
Пока толпа уволакивала Сунь Цяна к бассейну, Лян Фэй забрал Цзя Юэ и отправился в каюту.
Побитый юноша, забыв про собственные раны, вертелся вокруг, пытаясь угодить герою.
— Сиди ровно, дай раны обработать, — Лян Фэй усадил его и вдруг замер.
По идее, после такого вызволения Цзя Юэ должен был сгорать от чувства вины за доставленные хлопоты. Лян Фэй уже приготовил утешительную речь, чтобы лишний раз подрезать лояльность.
Но парень выглядел чересчур спокойным. Ни грамма раскаяния.
Желая нащупать почву, Лян Фэй осторожно спросил про его самочувствие.
Цзя Юэ на мгновение замер, а затем мягко улыбнулся.
— А разве вам не было весело? — тихо проговорил он.
Лян Фэй оцепенел. Этот улыбчивый тон... Откуда в нем столько глубины?!
Стоп! Откуда он знает, что ему было весело?!
Лян Фэй сунул руку в карман пиджака.
Там лежала та самая первая, смещенная кость.
Он сцапал её у крупье еще в тот момент, когда в припадке якобы неуправляемого гнева схватил того за лацканы.
Он сразу понял, что кубик поддельный. В первой половине партии они играли честными костями, и борьба шла на равных. Но когда Сунь Цян спер Ферзя, равновесие рухнуло.
И тогда Лян Фэй применил его же оружие.
Он незаметно подменил кость. Каждый раз, передавая ход Сунь Цяну, он подсовывал ему шулерский кубик, который гарантированно выдавал проигрышные комбинации. Себе же он забрал нормальный.
Сунь Цян был уверен, что его кость осталась у крупье, и даже не подумал на Лян Фэя. В итоге он сам завел себя в ловушку из постоянных пропусков хода.
Лян Фэй сжал гранитный кубик в кулаке. На его губах играла едва заметная, азартная ухмылка.
Да. Черт возьми, эта игра принесла ему неизгладимое удовольствие.