В чужом саду всё произошло слишком стремительно, и лишь теперь Лян Фэй смог толком разглядеть внезапного спасителя. Мужчина возвышался над ним чуть ли не на целую голову, так что Лян Фэй принуждён был слегка запрокинуть затылок, чтобы встретиться с ним взглядом.
Как и прочие жители города Сенло, незнакомец отличался правильными, резковатыми чертами лица и несомненной привлекательностью. Его голову венчала копна светло-золотистых кудрей — типичный европеоидный тип. Впрочем, если большинство местных жителей были голубоглазыми, у этого мужчины глаза сияли чистой, как изумруд, зеленью.
Стоило встретиться с ним взглядом, и неосторожный человек рисковал безвозвратно утонуть в этой манящей глубине.
— Фэйфэй, ну же, выбирай, — с улыбкой произнёс мужчина, расправляя перед ним несколько женских платьев.
Услышав знакомое обращение, Лян Фэй изумлённо переспросил:
— Се Кунь?
Мужчина на мгновение запнулся и недоумённо вскинул брови:
— Мы знакомы?
Лян Фэй опешил от подобного абсурда. Тот сам только что назвал его по имени, а теперь делает вид, будто они впервые видят друг друга! Неужели у него опять перепутались воспоминания?
— Если мы не знакомы, откуда ты знаешь, как меня зовут? — нахмурился Лян Фэй.
Се Кунь не удержался от смешка. Качнув головой, он сам выудил из охапки одно из платьев и пояснил:
— Фэйфэй, то, что мне известно твоё имя, вовсе не означает, будто мы знакомы. На стенде с объявлениями висит ориентировка на некоего Лян Фэя. Это ведь ты? Раз уж тебя разыскивает весь город, логично, что ты забрался в чужой двор за одеждой для маскировки.
Раз Се Кунь сам пробрался на чужую территорию, зачем ему это понадобилось?
Судя по поведению Се Куня, прошлые воспоминания у него снова заблокированы. Он узнал его лишь по описанию с листовки — оттуда же узнал и имя.
Пока Лян Фэй одолевали сомнения, Се Кунь с самым серьёзным видом примеривался к платьям. Пока они мешкали, со стороны соседней улицы донёсся частый топот сапог.
Пренебрегши сопротивлением Лян Фэя, Се Кунь торопливо бросил:
— Выбирать некогда. Натягивай немедленно!
В листовке указывались рост, цвет волос и глаз Лян Фэя, а также его «странный наряд». Но главной зацепкой было другое: ищейкам дали ориентировку на молодого мужчину. В лицо его знала одна лишь Эмили, остальные же при поиске обращают внимание только на юношей.
Одевшись женщиной, он собьёт с толку стражу, да и сама Эмили едва ли с первого взгляда опознает его в платье.
Идея здравая, ничего не скажешь... но какая же унизительная!
Лян Фэй уставился на наряд в руках Се Куня. В его голове сошлись в нешуточной схватке рассудок и чувство собственного достоинства.
Отказ от платья спасёт гордость, но резко повысит риск попасться. А переодевание облегчит жизнь и, возможно, разом снимет угрозу ареста.
Спустя полминуты здравый смысл всё же взял верх. В конце концов, рядом только Се Кунь. Переоденется по-быстрому — никто и не узнает!
Стиснув зубы, Лян Фэй сцапал платье и, даже не снимая рубашки, натянул его поверх собственной одежды.
Се Кунь потянулся было поправить этот сумбурный наряд, но стражники уже завернули за угол. Переодеваться по-человечески времени не оставалось.
Заметив с десяток приближающихся силуэтов, Се Кунь цапнул Лян Фэя в охапку и юркнул в узкую подворотню.
Топот множества ног быстро приближался. Стоило им спрятаться, как мимо промчалась погоня.
Их убежище представляло собой мелкий, тупиковый проулок. Стоило кому-то из ищеек хоть мельком бросить взгляд вбок, как их тут же засекли бы.
Лян Фэй напряжённо вцепился в куртку Се Куня, намереваясь предложить подсадить друг друга и перемахнуть через каменную ограду в глубине тупика, пока ищейки не подобрались вплотную.
Однако Се Кунь и не думал паниковать. Он отступил на полшага, упёрся ладонью в стену подле уха Лян Фэя и, видя его взвинченность, тихо, бархатисто рассмеялся.
— Эй, кто там?! — рявкнул преследователь, заметив в темноте тени.
Лян Фэй мгновенно скользнул ладонью к рукояти изогнутого клинка на поясе, остро и хмуро взглянув на окликнувшего их стражника.
Не успел он разглядеть противника, как Се Кунь подхватил его за подбородок и с силой повернул голову к себе.
— Ты не сосредоточен, — с лёгким смешком шепнул Се Кунь.
— Чего?.. — не понял Лян Фэй.
Договорить он не успел: Се Кунь подался вперёд, прижался губами к самому его уху и обжёг шею горячим дыханием. Прежде чем Лян Фэй сообразил, что происходит, чужие руки властно прижали его за талию, не оставляя между ними ни миллиметра свободного пространства.
Вскинувшись от неожиданности, Лян Фэй попытался упереться ладонями в чужую грудь, но мгновенно раскусил замысел спутника.
Занесённая рука изменила траекторию и непринуждённо обвила шею Се Куня. Почувствовав этот встречный шаг, Се Кунь чуть наклонил голову, прижимаясь ещё плотнее.
Со стороны проулка казалось, будто золотистоволосый щёголь прижал к стене высокое изящное создание и страстно целовал его.
На фигуре, прижатой к каменной кладке, развевалось чёрное платье, что никак не вязалось с ориентировкой на «молодого парня». А роскошные кудри Се Куня и вовсе окончательно сбили стражника с толку.
Преследовать преступника и наткнуться на уединившихся голубков... Стражник, разменявший четвёртый десяток в гордом одиночестве, получил ощутимый удар по эго.
Вздохнув о недоступной соседской дочке и мысленно пожурив распущенную молодёжь, он отвернулся и поспешил дальше по своим делам.
Едва топот затих вдали, Се Кунь неохотно отстранился. Из-за того что его прижали к стене слишком усердно, щёки Лян Фэя заиграли лёгким румянцем.
Прислушиваясь к удаляющемуся шуму, Лян Фэй мысленно благодарил судьбу за то, что ищейке не пришло в голову опустить взгляд на его ноги.
— Фэйфэй, — усмехнулся Се Кунь и костяшкой указательного пальца ласково провёл по его щеке. — Ты что же, даже платье надеть толком не можешь?
Простое платьишко сидело косо и криво, пуговицы на груди от спешки оказались перепутаны, а из-под чёрной ткани нелепо выпирал воротник его собственной мужской рубашки. После объятий наряд выглядел и вовсе плачевно.
Сам факт того, что ему пришлось облачиться в женское платье, был достаточно унизителен, а Се Кунь ещё и поддразнивал его!
Убедившись, что опасности нет, Лян Фэй моментально сбросил с себя этот балахон. Се Кунь проводил его вздохнувшим взглядом, но мешать не стал.
«Тряпьё из бедняцкого двора смотрится слишком убого. Надо прикупить ему наряд поизысканнее», — с предвкушением размышлял Се Кунь, когда Лян Фэй внезапно цапнул его за запястье.
— Верни, — ледяным тоном потребовал Лян Фэй.
Се Кунь невинно развёл руками, сделав вид, будто понятия не имеет, о чём речь.
Поняв, что тот вознамерился свалять дурака, Лян Фэй без лишних разговоров запустил руку в чужой карман.
— Фэйфэй, ты так настойчив, я прямо смущаюсь, — шутливо протянул Се Кунь.
Ошарив карманы пиджака, Лян Фэй переключился на брюки. Се Кунь вяло извивался, мешая поискам.
Терпение Лян Фэя лопнуло. Жёстко прижав Се Куня за талию одной рукой, второй он уверенно влез в боковой карман брюк и наконец нащупал там гладкий круглый камешек.
Достав добычу, он отпустил спутника.
Однако не успел Лян Фэй убрать якобы украденный самоцвет обратно, как Се Кунь вновь надвинулся на него.
— Фэйфэй, — интимно понизил голос Се Кунь, склоняясь к самому уху, — разве тебе никто не говорил, что мужчин нельзя так бесцеремонно хватать за талию?
От горячего дыхания на шее побежали мурашки. Лян Фэй неохотно отстранился и огрызнулся:
— Ты первый утащил мою вещь.
Се Кунь сделал сокрушённое лицо:
— Это самое несправедливое обвинение в моей жизни! И что же я, по-твоему, украл? — с тихим смешком он подхватил Лян Фэя за запястье и разжал его пальцы.
Лян Фэй опустил взгляд на свою ладонь и замер. Камень, выуженный из кармана Се Куня, оказался обычнейшим серым булыжником!
Какой нормальный человек носит в брюках булыжники?!
Смущённый и озадаченный, Лян Фэй нащупал собственный карман и вытащил синий сапфир, чтобы удостовериться. К счастью, сокровище оставалось на месте и вовсе не превратилось в серый камень.
Осознав свою ошибку, Лян Фэй смущённо спрятал драгоценность обратно. А ведь пока Се Кунь прижимал его к стене, ему показалось, будто тот незаметно запустил руку к нему в карман.
Он решил, что спутник воспользовался ситуацией с погоней, чтобы стащить артефакт. Выходит, досадное недоразумение?
— Извини, я ошибался... — Лян Фэй попытался отшатнуться, намереваясь вырваться из плотного кольца чужого присутствия.
Но Се Кунь и не думал отступать: на каждый шаг Лян Фэя назад он ответил шагом вперёд.
— Фэйфэй, ты ведь утверждал, что я у тебя что-то украл? — лукаво допытывался он. — И что же пропало?
— Да нет, я просто...
Не дав ему закончить, Се Кунь чуть наклонился и приложил ладонь к его груди, проговорив с нежной насмешкой:
— Уж не вот это ли сокровище я умыкнул?
Голос Се Куня звучал бархатисто и мягко, а изумрудные глаза переливались таинственным светом, точно глубокие омуты, манящие утонуть в их прохладной тишине.
Грудь под чужой ладонью обожгло теплом, сердце сбилось с ритма и застучало частыми ударами. Лян Фэй мгновенно отшатнулся в сторону, выскальзывая из этой ловушки.
Нынешний Се Кунь его не помнит. Расслабляться рядом с ним — себе дороже.
Упустив добычу, Се Кунь со вздохом подхватил с земли брошенное платье. Заметив, что Лян Фэй не уходит, он быстро сопоставил факты.
— У тебя ведь нет пропуска в город Сенло, верно?
Наряд Лян Фэя совершенно не вписывался в местный колорит, да и вёл он себя озираясь, избегая выходить на открытые улицы. Типичный чужак без документов.
Се Кунь решил, будто Лян Фэй опасается выходить из-за отсутствия пропуска. В действительности же тот о пропуске слыхом не слыхивал — его волновала лишь загадка личности самого Се Куня.
— Без пропуска тут придётся туго, — протянул Се Кунь. — Но раз уж судьба нас сводит, предлагаю сделку: ты окажешь мне одну небольшую услугу, а я взамен достану тебе пропуск.
Лян Фэй рассчитывал, что имея на руках сокровище-наследие, ему достаточно добраться до дворца и предстать перед властями для завершения главного квеста. Кто же знал, что глупая случайность за стенами столицы обернётся такой цепочкой проблем!
— Ты знаешь, где находится дворец? — прямо спросил Лян Фэй.
Раз Се Кунь с самого начала раскусил его и не стал забирать сапфир, хоть и имел для этого массу возможностей, таиться больше не имело смысла.
— Разумеется, ты можешь попытаться донести сапфир до дворца, — понимающе отозвался Се Кунь. — Вот только охрана там в разы строже, чем на улицах. Без пропуска тебя скрутят уже на подступах, за три квартала до ворот.
Сделав паузу, он внезапно добавил:
— Да и что хорошего в этом титуле? Владыка замка отдал концы совсем молодым, ты же сам видишь.
Лян Фэю нужен был лишь квест, и проблемы скоропостижной смерти владык его волновали меньше всего.
— Какая от меня требуется услуга? — уточнил он. Раз уж Се Кунь обещался раздобыть документ, глупо искать извилистые пути.
Се Кунь лишних слов тратить не стал — лишь улыбнулся и жестом поманил за собой.
Спустя четверть часа они застыли у дверей пышного модного салона, уставившись друг на друга в полном немом тупике.
— Зачем нам в женский салон? — выцедил Лян Фэй.
— Фэйфэй, ну ты же разумный человек, — мягко улыбнулся Се Кунь. — Тебя разыскивает вся стража.
— У меня есть масса других способов скрыть лицо, — стоял на своём Лян Фэй.
— Фэйфэй... — Се Кунь со вздохом посмотрел на него так, словно ласково укорял капризничающего возлюбленного.
От такого взгляда у Лян Фэя мурашки побежали по спине.
— Прекрати так меня называть, — с досадой вымолвил он. Они знакомы от силы два часа, а тот уже вовсю сыплет уменьшительно-ласкательными прозвищами!
— А как мне тебя звать? «Лян Фэй»? — развёл руками Се Кунь. — Но твоё имя красуется на каждом столбе. Окликни я тебя так — и мы оба пропали. Ну-ну, не вредничай, — он ласково погладил Лян Фэя по волосам, словно успокаивал взбалмошного партнёра. — Не бойся, переулок глухой, досюда ориентировки ещё не дошли.
Лян Фэй остолбенел. Он пытался вести серьёзный разговор, а Се Кунь каким-то непостижимым образом сводил всё к двусмысленному флирту.
Не обращая внимания на пассивное сопротивление, Се Кунь с мягким уговором затащил его внутрь.
В глухом салоне посетителей не водилось. Хозяин лавки с кислым видом подпирал стойку; взглянув на вошедших, он сквозь зубы бросил приветствие и вновь уставился в книгу.
По стенам и вешалам стройными рядами висели платья. Се Кунь снял с плечиков вечерний наряд с откровенным вырезом на спине и принялся с превеликой серьёзностью примериваться к нему.
Глядя на эти шелка и рюши, Лян Фэй мысленно угасал.
— Как тебе вот это? — Се Кунь протянул ему белоснежный наряд.
Лян Фэй даже пальцем не шевельнул. Он демонстративно уселся на диванчик в гостевой зоне, рассудив, что надо просто дождаться, пока у спутника иссякнет азарт.
Однако Се Кунь сдаваться не собирался. Заметив мужчину, коротавшего время неподалёку, он едва заметно ухмыльнулся и громко, точно вслух размышляя, произнёс:
— Слыхали? Владыка-то наш сегодня скончался.
Тот покупатель как раз скучал в ожидании примеряющей наряды супруги. Услышав о городских новостях, он тут же встрепенулся:
— И не говорите! Молод ведь совсем был, и вдруг — на тебе, скоропостижно. Болезнь ли подкосила или содействовал кто — бог весть.
Выдав положенную порцию сочувствия, горожанин понизил голос:
— А ведь уже и указ вывесили. Говорят, кто принесёт синий сапфир, внутри которого горят звёзды, тот и займёт престол.
— Звёздный сапфир? — изобразил искреннее изумление Се Кунь. — Разве такое бывает?
— Да уж нашли! — ухмыльнулся собеседник. — Нынче вся стража на ушах стоит, ищут какого-то Лян Фэя. Кто ж от такой власти откажется?
Сидевший подле Лян Фэй сжимал кулаки, слушая, как Се Кунь ловко подталкивает мещанина к нужным речам.
Опять шантаж!
Увы, против лома нет приёма. Стиснув зубы, Лян Фэй выхватил платье из рук Се Куня и молча скрылся за шторкой примерочной.
Спустя пару минут он вышел — мрачнее тучи — и едва не налетел на дежурившего у входа Се Куня.
Белоснежная ткань оборачивала тело, прозрачный кружевной чехол и высокий разрез подола лишь слегка скрывали стройные ноги. Платье, которое обычной женщине было бы безнадёжно велико, село на Лян Фэя идеально.
Широкий вырез обнажал изящные ключицы, а прозрачные рукава из невесомого газа облегали руки до самых запястий, расходясь на концах пышными воланами, точно лепестки. Шёлковая накидка прикрывала плечи и грудь, придавая облику благородную сдержанность.
Лян Фэй с угрюмым видом плотнее закутался в палантин. Единственным изъяном оставались чёрные туфли, перешедшие с ним из предыдущего мира, — они безбожно выбивались из ансамбля.
Впрочем, этот потрясающий вид настолько заворожил Се Куня, что мелкие детали попросту выпали из его поля зрения. Глаза его вспыхнули восхищением, он уже открыл рот, чтобы приказать завернуть наряд, как вдруг замер.
В душе вспыхнуло эгоистичное желание: он не хотел, чтобы кто-то ещё видел Лян Фэя в этом белом платье.
— Владыка скорбно почил, так что белый цвет не совсем к месту... Лучше уж чёрный, — Се Кунь протянул ему строгое тёмное платье.
Белый наряд недостаточно траурен?! От столь нелепой отговорки Лян Фэю захотелось швырнуть эту тряпку ему в лицо.
Но, присмотревшись, он заметил, что чёрное платье со скрытым воротом выглядело куда скромнее и закрытее. Выхватив его, он вновь ушёл за шторку.
* * *
На тихой мостовой отбивали неровную чечётку каблуки.
— Ты уверен, что нас не вышвырнут оттуда на порог? — пошатываясь, Лян Фэй брёл следом за Се Кунем.
Гордо отвергнув чужую руку, он теперь расплачивался за свою непоколебимость, страдая на высоких каблуках.
— Владелец аукционного дома — мой давний приятель. Я всего лишь не хочу привлекать лишнего внимания среди знати, вот мне и понадобилась спутница, — терпеливо разъяснял Се Кунь.
Глядя, как спутник ковыляет, он с сочувствием спросил:
— Фэйфэй, точно не хочешь опираться на меня?
— Раз уж маскироваться, то до конца, — отрезал Лян Фэй. — Ты же не будешь подле меня ежеминутно.
Если не научиться ходить на качающихся шпильках, стоило Се Куню отойти — и он тут же с головой выдаст себя.
Длинное чёрное платье скрывало ступни, аккуратная шляпка с вуалеткой прикрывала верхнюю часть лица, придавая благородный, таинственный вид. Утончённые черты, высокая статная фигура — на аукционе он неизбежно стал бы главной загадкой вечера...
Если бы не грохнулся только что прямо на грудь Се Куню.
— Брусчатка тут скверная. Для тренировок лучше выбрать место поровнее, — вздохнул Се Кунь, подхватив споткнувшегося бедолагу.
Камень под ногой поплыл, едва не стоив Лян Фэю вывиха. Поняв, что спорить со здравым смыслом глупо, он решил разуться.
Но не успел он нагнуться, как потерял опору — чужие руки уверенно подхватили его под колени и спину, оторвав от земли!
— Погоди! Мы же посреди улицы! — взвился Лян Фэй, пытаясь вырваться.
Он заколотил ногами, но от этих беспорядочных движений их тела лишь теснее соприкасались, отчего взгляд Се Куня становился всё темнее и горячее.
— Не дёргайся, — низким, грудным тоном приказал Се Кунь. Наклонившись, он выдохнул в самое ухо: — Это тоже часть соглашения.
Хочешь получить пропуск в Сенло — изволь сидеть тихо.
Вспомнив про документ, Лян Фэй замер, обратившись в неживую куклу.
Без опоры под ногами под подолом гулял сквозняк. С каждым шагом Се Куня прохладный ветерок забирался под юбку, отчего Лян Фэй инстинктивно поджимал ноги и плотнее прижимался к широкой груди спутника.
Ощутив, как пленник доверчиво жмётся к нему, Се Кунь на сей раз не стал возражать против «беспокойства». На его губах заиграла довольная улыбка:
— Фэйфэй, тебе никто никогда не говорил?..
— Чего не говорил? — Лян Фэй недоумённо вскинул голову, едва не задев подбородок спутника.
«Что не стоит так извиваться в руках мужчины».
Се Кунь прищурился от удовольствия, так и не произнеся эту фразу вслух, отчего Лян Фэй одновременно вспыхнул досадой и сгорал от любопытства.
Покинув лавку, Се Кунь огласил свои условия: в обмен на пропуск Лян Фэй должен изображать его спутницу на сегодняшних торгах.
Лян Фэй пытал спутника расспросами, пытался выведать, кто тот на самом деле и за каким чертом полез в бедняцкий сад, но Се Кунь изящно уходил от любых ответов.
На людных торговых улицах никому и в голову не приходило сопоставлять грациозную даму с портретом разыскиваемого преступника. Если кто из пылких юношей и заглядывался на загадочную незнакомку, то лишь до первого тяжёлого взгляда Се Куня, после которого желающие поглазеть мгновенно испарялись.
Они наняли экипаж, повелев кучеру мчать прямиком к аукционному дому. В закрытом экипаже Лян Фэй наконец сумел перевести дух.
Проведя остаток дня в фешенебельном ресторане неподалёку, они дождались сумерек, и Се Кунь, придерживая Лян Фэя за талию, вывел его на улицу.
Сам он облачился во фрак, а его спутница в строгом чёрном платье выглядела настолько утончённо, что пара походила на знатных особ, только что покинувших королевский приём.
Пригласительного билета у них не имелось, но Се Кунь сослался на знакомство с владельцем. Слуга отлучился навести справки и тут же с поклоном провёл их внутрь.
Миновав лестницу, освещённую мягким пламенем настенных бра, они ступили на пушистый тёмно-красный ковёр второго этажа.
У резных дверей дежурили две вышколенные служанки. Они поднесли гостям серебряные маски, а когда те прикрыли лица, синхронно потянули на себя тяжёлые створки.
Тишина коридоров мгновенно сменилась гулом многочисленных голосов.
Се Кунь, властно обнимая Лян Фэя за талию, шёл с вальяжностью законченного повесы. Лян Фэй же отдавал все силы тому, чтобы не пошатнуться — к счастью, спутник забрал на себя почти весь его вес, практически неся на руках.
Зал делился на два яруса. Внизу располагалась сцена и ряды кресел для рядовой публики, заполненные почти до отказа.
Второй же ярус отводился под закрытые ложи для именитых гостей. Там обеспечивалась не только полная уединённость, но и открывался превосходный вид на копошащуюся внизу толпу — что само по себе услаждало тщеславие знати.
Их отвели в ложу чуть левее центра. Оттуда как на ладони просматривалась и сцена, и подножие зала. Служанки с поклоном удалились за дверь, готовые явиться по первому зову.
— За чем мы сюда пришли? — Лян Фэй перелистывал иллюстрированный каталог. За отсутствием фотографии все лоты были нарисованы от руки с поразительной точностью.
Возможно, из-за слухов о завещании владык, в каталоге изобиловали украшения с синими камнями. Но то были обыкновенные самоцветы — ни один из них не мог сравниться с сапфиром у него в кармане, внутри которого словно мерцала целая галактика.
Се Кунь усмехнулся:
— Приглянулось что-нибудь, Фэйфэй?
Лян Фэй качнул головой. Не то чтобы редкие вещицы его не трогали, но перенести их в следующий мир всё равно не удастся.
В назначенный час Торги начались. Сокровища уходили с молотка одно за другим, однако Се Кунь не приобрёл ни единого лота.
При этом назвать его безучастным было нельзя: он поднимал табличку почти при каждом выходе нового товара. Спустя пару раундов Лян Фэй уловил странную закономерность.
Се Кунь вступал в торги лишь при определённой категории предметов и неизменно поднимал табличку строго после третьего покупателя.
Каждый раз вещи уходили другим, но на лице Се Куня не появлялось и тени досады. Лян Фэй окончательно утвердился в мысли: торги для него лишь ширма, с помощью которой он подаёт шифрованные сигналы.
Едва эта догадка оформилась у него в голове, как в дверь ложи тихо постучали. Получив разрешение, внутрь прошмыгнул грузный мужчина средних лет.
— Поверить не могу, что тебе понадобился пропуск! — с порога ошарашенно выпалил вошедший.
Се Кунь сохранял невозмутимость, а вот Лян Фэй изрядно удивился. Он-то полагал, будто спутник привёл его сюда ради какого-то редкого артефакта, а дело оказалось в банальном документе.
Выплеснув изумление, толстяк наконец приметил в углу незнакомую «даму». Он тут же расплылся в подобострастной улыбке:
— Добрый вечер, сударыня. Я — владелец этого аукционного дома, зовите меня Антони.
Лян Фэй вежливо наклонил голову. Назвать имя он не мог — мужской голос моментально сорвал бы маскировку, из-за чего в ложе повисла неловкая пауза.
Се Кунь, раскусив его замешательство, спешно вмешался:
— Пропуск нужен не мне, а моей спутнице.
Лян Фэй отпустило, он даже метнул на Се Куня благодарный взгляд.
— Это моя новоиспечённая супруга, она только прибыла в столицу, — глазом не моргнув, продолжил Се Кунь и с улыбкой притянул Лян Фэя за талию. — Так что с пропуском нужно поторопиться.
Лян Фэй застыл. Вся его признательность улетучилась без следа.
Услышав о «молодой жене», Антони просиял ещё гуще, так что его расплывшееся лицо превратилось в сплошную гармошку из морщин.
— Аса! Дружище, когда это ты успел обзавестись женушкой? Ни словом ведь не обмолвился! — Торговец азартно потёр руки, с нескрываемым любопытством рассматривая таинственную незнакомку.
«Аса?..»
Лян Фэй опешил и с немым изумлением уставился на Се Куня.
Он же Се Кунь! Почему хозяин заведения величает его Асой?
— Моя Фэйфэй весьма застенчива, — промурлыкал Се Кунь и, воспользовавшись замешательством спутника, безапелляционно усадил его к себе на колени. — Как быстро будет готов документ?
— Так стало быть, госпожа Фэйфэй! — Антони отвесил изысканный поклон. — Сделаем в лучшем виде, считай это моим свадебным подарком, Аса.
Лян Фэй дёрнулся было встать, но Се Кунь с властной лёгкостью замкнул руки у него на талии, прижимая к себе ещё крепче.
Посторонний в ложе не оставлял Лян Фэю возможности ни возмутиться, ни высказать всё, что он об этом думает.
Видя столь нежные чувства меж «молодожёнами», Антони изо всех сил намекал на подробности их знакомства.
Лян Фэй сидел на чужих коленях точно на ежах и осторожно ёрзал, норовя выскользнуть.
— Фэйфэй, сиди тихонько, а то ведь упадешь, — с бесовской смешинкой прошептал Се Кунь.
Лян Фэй едва не впился зубами ему в плечо. Этот мерзавец намеренно пользовался тем, что он не может подать голос!
Антони принял этот шепоток за любовный флирт. С понимающей ухмылкой он подмигнул Се Куню и сочувственно удалился, плотно притворив дверь.
Стоило щеколде защёлкнуться, как Лян Фэй с силой вырвался и отскочил на добрых три шага.
Се Кунь остался вальяжно сидеть в кресле с самым невинным видом, будто всё произошедшее случилось исключительно по инициативе самого Лян Фэя.
— Разве твоё имя не Се Кунь? Откуда взялся Аса? — жёстко спросил Лян Фэй.
— Всего лишь псевдоним, — с лукавой улыбкой ответил Се Кунь. — С дельцами вроде Антони лучше всегда держать запасное имя.
Лян Фэй на слово не поверил. Ничто не мешало этому пройдохе заявить ему, что он Се Кунь, а Антони наврать про Асу.
Впрочем, их связывал лишь временный союз, и припереть спутника к стене было нечем.
Следующие полчаса они провели в ожидании документов. Передав шифровку, Се Кунь решил позволить себе несколько мелких покупок.
Он откликнулся на пару лотов и шутки ради выиграл рубиновое колье, якобы подходящее под платьице Лян Фэя.
Примет ли тот подобный подарок — вопрос отдельный.
Раздался лёгкий стук, и дверь вновь открылась. Хозяин заведения беспокоить их не стал, прислав служанку.
Девушка с подобострастным поклоном внесла серебряный поднос, на котором покоился плотный бланковый лист и коробочка с киноварной пастой.
— Прошу господина Асу и госпожу Фэйфэй оставить отпечатки пальцев на разрешении, — пролепетала она.
Поднос опустился на столик. Документ покрывала вязь неместного письма, разобрать которое Лян Фэй не сумел. Се Кунь обмакнул палец в красную пасту и приложил к бумаге; Лян Фэй без задней мысли повторил его жест.
Но что за странная атмосфера повисла в ложе?
Лян Фэй недоуменно перевёл взгляд с Се Куня на служанку. Се Кунь улыбался с привычной загадочностью, а вот служанка смотрела на них с таким восторгом и завистью, точно перед ней сидели юные молодожёны.
Завидовать-то чему?.. Неужели в бумаге кроется подвох?
— Фэйфэй, забирай документ, — Се Кунь оборвал его раздумья и кивком отослал девушку.
Лян Фэй бережно спрятал пропуск, так и не догадавшись, что на бланке рядом с именем «Фэйфэй» значилось имя его «законного супруга Асы».
В городе Сенло подобная бумага с двойным отпечатком пальцев имела полную юридическую силу брачного свидетельства.
* * *
Справившись с главным делом, Лян Фэй утратил к торгам всякий интерес. Се Кунь тоже получил желаемое и с довольным видом увлекал его к выходу.
Но не успели они подняться с кресел, как с первого яруса донёсся оглушительный шум.
Грохот!
Кто-то со свистом грохнул стул оземь и с засученными рукавами бросился в драку. Впрочем, нападавший в маске из-за ограниченного обзора мгновенно схлопотал пинок и распластался на полу, точно беспомощная черепаха.
— Уважаемые гости, в зале запрещены бесчинства! Соблюдайте порядок! — к драчунам спешно ринулись распорядители.
Впрочем, слово «драка» тут не подходило: служащие попросту оттаскивали разъярённого агрессора, пока тот не забил распластанного бедолагу до смерти.
— Прошу прощения за испорченную мебель, — с холодной ухмылкой вымолвил нападавший, отряхивая кулаки. — Но этот слизняк сам напросился и первым поднял руку.
Ради конспирации ряды первого яруса тонули в полумраке, огни освещали лишь сцену.
Лян Фэй поначалу не обратил на скандал внимания, но услышав голос драчуна, мгновенно насторожился.
Этот тон показался ему знакомым. Забыв обо всём, он прищурился, пытаясь разглядеть смутную фигуру внизу.
— Фэйфэй, ты ведь будущий владыка замка, к чему тебе заглядываться на эту дешёвую шваль? — решил Се Кунь, будто Лян Фэй уставился на машущих юбками служанок, и властно прижал его к себе за талию.
Лян Фэю было не до чужой ревности. Он не отрываясь смотрел на человека внизу, и взгляд его становился всё более мрачным.
На том мужчине не было серебряной маски — и вовсе не из пренебрежения к тайне личности, а потому, что переносицу его украшали очки.
Заметив эту оправу, Лян Фэй мгновенно вспомнил, где слышал этот голос.
Это же тот самый Очкарик, с которым он столкнулся в мире «Корабль-призрак азартных игр»!