Цинге, в нервном напряжении поджидавший возможность вернуться в игру из реального мира, наконец увидел, что кнопка входа активна. Едва его персонаж материализовался, перед глазами предстала картина полного разгрома: вместо величественной локации простирались лишь дымящиеся руины.
— Мать твоя... Что здесь стряслось?! — обомлел Цинге, оглядывая вспаханное пепелище. — Сюда что, ядерный заряд всадили?
Двое уцелевших бойцов элитного отряда лишь тяжко вздохнули.
— Ну, где-то близко, — угрюмо отозвался один из них.
— Кстати, глава, а тебя-то куда унесло?
— Ох, и не спрашивай.
Вспоминая случившееся, Цинге едва удерживался от ругательств. Стоило в подземелье начаться чертовщине, как его экран погас, а подключение к серверу оборвалось. Каждая попытка вернуться прерывалась системной плашкой: персонаж всё ещё находится в зоне рейда. Ему ничего не оставалось, кроме как слоняться вокруг виртуальной капсулы в реале.
Вскоре на сервер один за другим пробились Крабья Танъюань и остальные павшие члены отряда.
— Проклятье, ну и жуть была в том замке!
— Жуткое местечко... Я после выхода из сети даже до туалета дойти боялся...
— Погодите, а как вы выжили-то? Кто закрыл рейд?
Оставшиеся в живых ветераны с готовностью принялись расписывать увиденное: как Розовый Зайчик раздал всем врагам на орехи, швыряя в них то огненные шары, то ледяные клыки, а напоследок жахнул заклинанием такого уровня, что от замка остался лишь воронкообразный кратер.
Слушатели замерли в оцепенении.
Впрочем, стоит вспомнить, что этот кролик — двоюродный брат самого Ан Кэ, и всё встаёт на свои места. Рядом с такой личностью даже самое немыслимое безумие становится привычным делом.
«Интересно, а Ан Кэ случайно не из какого-то древнего клана высших магов? — витала у всех в головах единая мысль. — Сам силён до нелепости, так ещё и братец из ниоткуда всплывает и стирает с лица земли целые локации...»
Цинге молча созерцал ровную гладь выжженной земли.
«И этот человек уверял меня, что не умеет кастовать даже элементарный огонек?»
Тем временем Ан Кэ сделал пару шагов вперёд и выудил из сухих обломков разрушенного фундамента артефакт. Предмет полностью обуглился, но на изломе всё ещё прослеживалась характерная руническая вязь — личная печать Крау.
«Так и есть...»
Свежевание душ и кража чужих обличий — подобная мерзость вполне в духе бывшего Великого архимага.
После разрушения подземелья двое детей, А-Цзе и его младшая сестра Сяо Хуа, растерянно стояли у края дымящейся пустоши. На их лицах читалась сложная гамма чувств: прежний дом, где протекали их дни, окончательно сгорел.
Ан Кэ подошёл ближе и тихо произнёс, обращаясь к мальчику:
— В столице сейчас идёт масштабная стройка. Если вам некуда податься... забирайте сестру и отправляйтесь туда.
—... Хорошо, — А-Цзе опустил взгляд и крепче сжал ладошку Сяо Хуа.
Из завалов послышалось тихое, мягкое мяуканье. Вслед за звуком из провала между камнями грациозно выскочил угольно-чёрный кот.
Это был Уголёк.
— Надо же, — удивился Ан Кэ.
Создание из подземелья каким-то образом избежало гибели вместе с самой локацией. Кот прильнул к сапогу Ан Кэ, потерся о ткань и снова тихо замурчал.
— Уголёк! — радостно воскликнула Сяо Хуа, подавшись вперёд, чтобы подхватить любимца, но тот ловко вспрыгнул прямо на плечо Ан Кэ, расположившись там с поразительной фамильярностью.
— Кажется, этот зверь к тебе неравнодушен? — Цинге почесал подбородок. — Я-то грешным делом подумал, что кот — часть местной нежити, но, похоже, прошлым вечером он просто пытался подать нам знак. Заберёшь его себе?
Кот издал ещё один ласковый звук, уткнувшись пушистой мордочкой в щеку Ан Кэ. В его зелёных глазах светилась ангельская невинность — от былого высокомерия не осталось и следа.
Ан Кэ безлишне применил «Понимание Разума» третьего уровня.
В его голове тут же раздался писклявый, высокомерный голосок:
«Хе-хе! Стоило мне включить обаяние, как эти смертные сразу поплыли! Ну же, двуногий, забирай меня скорее!»
Ан Кэ: «...»
«Я что, похож на наивного простака?»
Впрочем, сбрасывать пушистого манипулятора с плеча он не стал. Происхождение этой черной бестии вызывало у него искренний исследовательский интерес, и по прибытии в столицу стоило присмотреть за ним внимательнее.
Почувствовав на себе пристальный взгляд Ан Кэ, Уголёк виновато прижал уши. Стоило ли вообще корчить из себя милашку? Не услышь он, что этот юнец как-то связан с тем самым «Ан Кэ», о котором твердили его воспоминания, он бы и лапой не пошевелил.
* * *
Далеко отсюда, среди бескрайней пустоши.
Земля здесь была усеяна серыми валунами и выбеленными ветром костями. На первый взгляд они казались хаотичным мусором, но сверху вырисовывался огромный магический массив. В самом центре ритуального круга на грубом алтаре парила Чёрная жемчужина жертвоприношения, источая зловещее темное свечение.
«Наконец-то... Скоро всё свершится...»
Лич в теле Линь Ваньвань жадно всматривался в артефакт. Его охватила дрожь предвкушения. Врата в Мир Демонов были запечатаны, превратив ту обитель в изолированный карман реальности, но древняя магия позволяла пробить брешь и призвать оттуда настоящего Владыку.
Сила призываемого существа напрямую зависела от качества и ценности жертвы: чем привлекательнее подношение, тем могущественнее сущность, откликнувшаяся на зов. Чёрная жемчужина жертвоприношения, созданная с помощью кровавого темного ритуала, впитала в себя эссенцию сотен жизней — для обитателей Бездны это был бесценный деликатес.
Призванный с ее помощью демон должен быть как минимум уровня Полубога.
Человек в Чёрном Балахоне начал заклинание.
Сгустки тьмы завихрились вокруг его фигуры. Древние, скверные слова хлынули из его уст. Миловидное личико Линь Ваньвань исказилось в хищной гримасе, а по коже расползлись иссиня-черные магические узоры.
Голос чтеца набрал силу, и жемчужина на алтаре вспыхнула слепящим багрово-черным светом. Земля содрогнулась. В самом воздухе над ритуальным кругом пролегла узкая тьма — пространственная трещина, из которой хлынула давящая, леденящая кровь аура.
Ощутив нечеловеческую мощность этой магии, Лич затрепетал от восторга.
Такая мощь... Подобным потенциалом обладают только высшие князья Бездны!
В Мире Демонов не было никого могущественнее его правителя — Повелителя Илоса, чья сила на родной земле превосходила даже мощь Бога Света. А под началом Илоса служили Семь Королей Демонов, каждый из которых не уступал старшим богам из Царства Богов. И пусть законы Сознания Мира неизбежно ослабят пришедшего на Вальшиу, его сила все равно останется недосягаемым абсолютом.
Извилистый разлом в пустоте ширился, и дымный удушливый чад Мира Демонов становился все гуще.
В следующее мгновение из тьмы показались изящные бледные пальцы. Из пространственного разрыва неторопливо вышел юноша.
Его облик поражал сочетанием демонической утонченности и древней опасности. Утонченные, благородные черты лица несли на себе печать порока, а узкие миндалевидные глаза горели рубиновым огнем. Каждое его движение источало властность, заставлявшую невольно склонить голову. Вслед за ним из трещины тянулся плотный шлейф черного тумана, окутывающий его фигуру, словно живая мантия.
Лич застыл, судорожно перебирая в памяти приметы Семи Королей Демонов. Ни одно описание из древних фолиантов не подходило под образ этого юноши. Но аура, исходившая от него, не оставляла сомнений: перед ним стоял демон высшего порядка.
Не успел чародей опомниться, как из разлома вынырнуло еще одно создание — миниатюрный крылатый ящер.
У него была угольно-черная чешуя, перепончатые крылья за спиной и гибкое тело. Каждая линия его силуэта говорила о сокрушительной мощи древних ящеров Бездны, но из-за крошечных размеров он выглядел скорее мило, чем устрашающе.
— Аль! — радостно пискнул дракончик и, забив крыльями, опустился на плечо спутника.
Юноша небрежно погладил зверька по чешуйчатой голове и перевел взгляд на замершего перед ним Лича.
— Почитаемый... Почитаемый представитель рода демонов... — запнулся чародей 8-го уровня. Под этим спокойным, но уничтожающим взглядом алых глаз даже у опытного некроманта перехватило дыхание.
Едва ступив на землю Вальшиу, гость привлёк внимание Сознания Мира. Давящая атмосфера вокруг него начала стремительно уплотняться, а магия Бездны, окутывавшая тело, заметно поредела. Законы этого мира принудительно урезали его мощь, зафиксировав ее на отметке пика Полубога.
— Тч, — юноша недовольно сощурился и издал сухой смешок. — Значит, это и есть... континент Вальшиу?
Подавляющее воздействие локальных законов явно испортило ему настроение.
— Это ты дернул за ниточки и вытащил меня сюда?
— Д-да... — Лич склонил голову, чувствуя, как по лбу стекает капля холодного пота. — Смею ли я узнать ваше великое имя?..
— Альтиус, — ровно ответил юноша. — Альтиус Соломон Эдиниколь.
Услышав родовое имя, Лич резко вскинул голову:
— Вы... Вы имеете отношение к Государю Илосу?!
— Это мой отец, — отрезал Альтиус.
— Так вы... Маленький Князь Демонов...
Лича захлестнул дикий, почти безумный восторг.
Высшие силы!
Для жителей континента Вальшиу это имя мало о чем говорило, но чародей, годы положивший на изучение информации о Мире Демонов, прекрасно знал, кто перед ним.
Третий сын Повелителя Илоса. Любимый наследник, чьи права на престол Мира Демонов не осмеливался оспаривать никто. Несмотря на юный по меркам бессмертных возраст, этот юноша в бою превосходил некоторых из Семи Королей.
Но куда страшнее его силы был его характер. Маленький Князь славился взрывным, эгоцентричным нравом. Выросший в абсолютной дозволенности, Альтиус не признавал никаких авторитетов. С ним предпочитали не связываться даже в Царстве Богов: посягнуть на этого юношу означало навлечь на себя личную месть Повелителя Илоса, чья слепая отцовская любовь давно стала легендой.
Осознав, с кем его свела судьба, Лич окончательно утратил спесь. Он согнулся в глубоком поклоне, не смея больше поднять глаз.
— Аль, тут такой воздух свежий! Вообще не то что у нас в Мире Демонов! — маленький дракончик Наль расправил крылья и принялся кружить вокруг хозяина.
Лич попытался вставить слово:
— Ваше Высочество, должно быть, давно не посещали наш мир? На самом деле...
— Я разрешал тебе открывать пасть? — небрежно уронил Альтиус, одарив его скользящим взглядом.
Чародей тут же прикусил язык, не смея издать ни звука.
На его глазах юный демон подхватил с алтаря Чёрную жемчужину жертвоприношения, повернул ее так и этак и с легким презрением заметил:
— Если бы мне не было так скучно в Мире Демонов, я бы на такую дрянь даже не взглянул.
С этими словами Альтиус безмятежно отправил напитавшийся кровью артефакт прямо в рот и разжевал.
— Хм... На вкус терпимо.
— Эй! — возмутился дракончик на его плече. — Я тоже хочу!
— Ты и так каждый день трескаешь мои магические кристаллы. Пора на диету, — Альтиус щелкнул ящера по лбу пальцем.
Затем он поворачивается к застывшей фигуре чародея. Оглядев чужую человеческую оболочку, в которой ютилась сгнившая душа некроманта, Альтиус чуть изогнул губы в тонкой, опасной улыбке:
— Итак... Зачем ты призвал меня?