Сюэли была мертва.
Ан Кэ смотрел, как в её глазах медленно угасает последний отсвет жизни, и на грудь ему точно лёг тяжёлый камень — стало тошно и тяжело.
В отличие от него, Бог Истины подле них оставался совершенно бесстрастным. Он тоже глядел на умиравшую Сюэли, но в его взоре не проскользнуло и тени эмоций. С таким же равнодушием смотрят на гибель случайной придорожной зверушки — ни жалости, ни скорби, будто эта девушка была для него абсолютно чужой.
Возможно, такова и есть истинная хладнокровность богов.
Ан Кэ помнил: Сюэли обратилась в Сюэцзянь лишь потому, что видела в Синцзяне своё единственное спасение. Чтобы воскресить его, она пожертвовала всем и доверила душу Злому Богу. И вот теперь, испуская последний вздох, она так и не удостоилась от Синцзяня даже беглого взгляда.
Ан Кэ чувствовал горькую досаду за её нелепую, растоптанную преданность.
Впрочем, судить он не мог. На руках Сюэли лежали несмываемые грехи. Став авангардом Злого Бога, она совершила едва ли не больше злодеяний, чем сам Бог Мёртвых.
Заслужила ли она смерть? Разумеется. Но такой финал всё равно оставлял в душе тяжёлый осадок.
Ан Кэ тяжело, затяжно вздохнул.
— Давай продолжим, — небрежно произнёс Бог Истины, наконец отведя взгляд от трупа.
— Подожди, — шагнул вперёд Бог Света, перебивая его. Он с недоверием смерил взглядом бога, принимавшего облик маленького мальчика. — Ты... и впрямь Бог Истины?
Тот кивнул.
— Но почему я никогда не слышал о твоём престоле?
— Ныне существующие боги, включая вас с Ландисом — владык Света и Тьмы, — произошли от расколовшейся сущности Бога Истока, — Бог Истины слегка улыбнулся. — Со мной всё иначе. Я рождён Сознанием Мира, а не Истоком.
Если представить Сознание Мира как гигантский искусственный интеллект, то появление Бога Истины стало сбоем в коде, системной ошибкой.
Сама по себе Истина существовала всегда — как вечный и незыблемый закон мироздания, независимый от любых иллюзий. Однако за неисчислимые эоны развития у этой фундаментальной сущности сформировалось божественное сознание, обретшее собственную форму и трон.
Когда Сознание Мира осознало это, оно попыталось уничтожить новорождённый разум.
Но Бог Истины ускользнул. Используя системные бреши, он укрылся в дальних уголках континента и принялся непрерывно менять обличья. Подобно хакеру, путающему следы через сотни промежуточных серверов, он запечатывал собственную память и перерождался снова и снова, пока Сознание Мира окончательно не потеряло его координаты.
Лишь теперь, вспомнив свои дни в облике Уголька, он понял природу тех странных голосов, доносившихся будто из небытия.
Истина зрит сквозь покров иллюзий, постигая саму суть вещей.
По мере того как в нём просыпалась божественная сущность Истины, Уголёк постепенно рассеял туман неведения и узрел подлинный облик этого мира.
Это был вымышленный мир. Континент, рождённый чьим-то воображением.
Он видел, как у самого края бесконечного мироздания за столом сидит человек и стучит по клавишам. Буквы словно струились из-под его пальцев, превращаясь в невидимые нити марионеток, проникали в ткань реальности и заставляли этот мир двигаться вперёд.
А голоса, звучавшие из пустоты, были ничем иным, как комментариями тех, кто читал эти строки.
Ландис и Ан Кэ переглянулись.
— Хочешь сказать, наш мир — всего лишь роман? — На лбу Ландиса залегла глубокая складка. — Абсурд.
— Абсурд? — тихо хмыкнул Бог Истины. — Может и так. Но какая разница для вас — или для любого другого?
Вымышлен ли этот континент или нет, для каждого, кто живёт на континенте Вальшиу, эта жизнь остаётся единственной, настоящей и осязаемой.
— Ладно, — Бог Истины сменил тему, не желая дальше углубляться в философию. — Спрашивайте, если есть ещё вопросы. Я отвечу, если смогу.
Бог Света остро посмотрел на него:
— Как нам одолеть Злого Бога?
— Будь я на вашем месте, меня бы это вообще не заботило.
— Это ещё почему?
— Способов остановить вторжение — тысячи. Даже если вы палец о палец не ударите, в конце концов на континенте воцарится мир. — Бог Истины усмехнулся: — Потому что... таков написанный финал.
Ан Кэ опешил:
— Заклятие великого пророчества?
Бог Истины медленно перевёл на него невозмутимый взгляд. В глубине его глаз стоял такой штиль, что у Ан Кэ против воли мороз пробежал по коже.
— Можно выразиться и так.
— Не сидеть же нам сложа руки! — раздосадованно вмешался Бог Света. — По-твоему, мы должны просто ждать? Злой Бог явится, побродит тут и уберётся восвояси?!
Звучало как бред сумасшедшего.
— Сделаете вы что-то или нет, исход битвы зависит не от вас, — не колеблясь ответил Бог Истины. — Ибо Избранный Судьбой — не ты и не я. Это... Ан Кэ.
— Я? — Ан Кэ оторопел, потыкав пальцем себе в грудь.
— Весь этот мир вращается вокруг тебя, Ан Кэ, — произнёс Бог Истины. — Чего ты пожелаешь — то и станет явью.
«Чего ты пожелаешь — то и станет явью...»
Когда-то Ан Кэ уже слышал эти слова из уст преподавательницы Анны.
Но из уст Бога Истины они прозвучали иначе — куда весомее и жутче.
— Я хочу кое-что спросить, — совладав с собой, начал Ан Кэ.
— Спрашивай.
— Ты сказал, у нашего мира есть предуготованный финал. Какой он? — Ан Кэ уставился на него. — Мы одержали победу? Или заплатили страшную цену? Или случилось нечто иное?
Бог Истины взглянул куда-то вдаль. Его взор расфокусировался, будто пронзая толщу измерений и читая заключительные строки из несуществующей книги.
— Вы победили, — спокойно ответил он. — Иного и быть не могло. Впрочем, континент Вальшиу оказался разрушен, а мир захвачен Злым Богом. Однако вы успели увести всех людей на Землю и навсегда запечатали врата между мирами.
Ландис насупился.
Разве это победа? Это же просто бегство, сдача родного дома на разграбление.
— Сколько людей погибло? — спросил Ан Кэ.
— А разница? — Бог Истины чуть склонил голову набок. — Десять тысяч, миллион или десять миллиардов... Лишь росчерк пера на бумаге.
Этот равнодушный тон окончательно вывел из себя Бога Света.
— Неудивительно, что Сознание Мира пыталось тебя стереть! — сокрушённо выдохнул он. — Живые души для тебя — сухая статистика. Ты опаснее любого Злого Бога!
Ан Кэ глубоко вдохнул, сжимая кулаки:
— Мне не нужен такой финал. Есть другой способ остановить Злого Бога?
— Разумеется, — улыбнулся Бог Истины. — Я же говорил: всё, чего ты пожелаешь, станет явью. Вот только уверен ли ты, что хочешь пойти этим путём?
— Уверен. — Взгляд Ан Кэ наполнился решимостью. — Злой Бог должен сдохнуть.
Бог Истины окинул его неоднозначным взглядом. Он видел суть, но не спешил раскрывать карт.
Повисла тишина.
— Злого Бога нельзя убить, — наконец ровно произнёс он.
— Почему?
Бог Истины уклонился от ответа, повернувшись к Ландису:
— Ты ведь хочешь уничтожить Злого Бога?
Ландис молча кивнул.
— Отлично. — Бог Истины перевёл взгляд на Бога Света: — В Царстве Богов хранятся реликвии, оставшиеся от Бога Истока, верно?
Бог Света вздрогнул:
— Откуда ты... — Он тут же умолк, пытаясь скрыть досаду на собственную глупость. Божеству Истины ли не знать о тайниках мироздания?
— Да, — неохотно признал он с тяжёлым сердцем.
— Что за реликвия? — спросил Ан Кэ.
— Сердце Истока, — ответил Бог Света. — Орудие Созидания, которым владел Бог Истока перед своей гибелью. Увы, оно откликается лишь на первозданную силу. С тех самых пор, как возникло Царство Богов, Сердце так ни разу и не пробудилось.
Если бы не Бог Истины, он и сам бы не вспомнил об этом артефакте.
— Чтобы пробудить его, нужна Остаточная душа Истока, — добавил Бог Истины.
— Ты про Ан Кэ? — нахмурился Ландис.
Бог Истины не подтвердил и не опроверг его догадку, лишь продолжая гнуть своё:
— Пробудить Сердце Истока, повергнуть Злого Бога и вернуть миру покой — ведь именно к этому вы стремились?
— Не тяни резину! — огрызнулся Бог Света. — Говори прямо!
— Отправляйся в Царство Богов и принеси Сердце Истока, — невозмутимо посоветовал Бог Истины. — Без него одолеть Злого Бога не выйдет.
— У меня ещё один вопрос, — вдруг перебил его Ан Кэ. — С того самого момента, как я попал в эту игру... и Крау, и Синцзянь — это всегда был ты?
— Да, — тихо отозвался тот.
Хотя сам он оставался за кулисами, его незримое присутствие неизменно направляло ход истории.
— И чего же ты добиваешься? — уставился на него Ан Кэ.
— Чего добиваюсь? — Бог Истины на миг задумался. — Я просто хочу покинуть этот мир.
— Покинуть мир?
— Именно, — кивнул он. — Нет ничего мучительнее, чем сорвать покров с иллюзии, но так и не суметь прикоснуться к подлинной реальности.
— Выходит, ты хочешь вырваться из книжного вымысла в тот мир, который считаешь истинным? — спросил Ландис.
— Можно сказать и так.
— И как это сделать?
— Этого я открыть вам не могу, — Бог Истины отвёл взгляд. — Впрочем, наши пути пока не пересекаются во вражде, верно?
Бог Света колебался, с подозрением разглядывая собеседника и пытаясь взвесить, много ли правды в его речах.
— Я не умею лгать, — мгновенно отозвался Бог Истины. — Божественная сущность Истины отвергает фальшь. Всё сказанное мной — чистая правда.
Истина и ложь несовместимы. Для воплощённого Бога Истины сама мысль о лжи была немыслима.
— Но и чистой правдой можно ввести в заблуждение, — веско заметил Ландис.
Бог Истины чуть улыбнулся, взглянув на Ландиса с тенью одобрения:
— Какая разница? Иного выхода у вас всё равно нет. Злой Бог уже на пороге, а у игроков, на которых вы возлагали столь большие надежды, просто нет времени вырасти.
Повисло тяжёлое молчание.
— Ладно. Я принесу Сердце Истока, — решился наконец Бог Света.
— Мне нужно поговорить с Ан Кэ наедине, — вполголоса сказал Бог Истины, поведя рукой.
Ландис тревожно поглядел на Ан Кэ.
— Всё в порядке, — успокоил его тот.
— Будь... осторожен, — Ландис сжал губы и отступил.
Когда владыки Тьмы и Света удалились, Бог Истины повернулся к Ан Кэ:
— Поговорить с тобой без лишних ушей — задача не из простых.
— Написал бы в личные сообщения, — пожал плечами Ан Кэ.
Тот лишь качнул головой:
— Это совсем иное. Под взором Сознания Мира тайны не живут. К тому же есть ещё и Пишущий.
— Пишущий? — Ан Кэ на мгновение замер, а затем до него дошло: — Ты имеешь в виду...
— Ладно, времени в обрез.
Бог Истины подошёл ближе и взмахнул рукой. Воздух вокруг них задрожал, соткавшись в прозрачный барьер:
— Этот купол укроет нас от взора Пишущего, но продержится он недолго.
Снежно-прозрачная сфера сомкнулась, накрыв Ан Кэ и Бога Истины от остального мира.