Богам не полагалось без нужды спускаться в смертный мир. Это правило давно стало неписаным законом среди обитателей высших сфер.
В родных обителях — будь то Царство Богов или мрачная Преисподняя — владыки повелевали стихиями и повелевали судьбами. Даже если кто-то из них погибал в битве с равным, пока оставалась цела божественная сущность, бессмертный дух мог возродиться вновь.
Но на континенте Вальшиу всё было иначе. Сварливое и чуткое Сознание Мира мёртвой хваткой сжимало их силы, лишая привычного величия. Любая оплошность в смертном пространстве могла стать последней: здесь бессмертные гибли по-настоящему, теряя всё, ради чего существовали веками.
История знала немало примеров. Почти каждый из падших небожителей был слишком слеп и самонадеян, веря, будто его могущество неподвластно земным законам. И каждый платил за это жизнью.
Владыка Преисподней отправлялся сюда с той же слепой уверенностью. Смертные казались ему ничтожными муравьями. Он искренне верил, что даже в случае опасности легко отступит во тьму, а потому шагнул в человеческий мир без тени опасения.
И жестоко просчитался.
Ан Кэ смотрел на прижатого к земле Бога Мёртвых. Лицо юноши оставалось непроницаемым, но в глубине глаз застыл лютый, колючий мороз.
Между ними не было личной вражды. Сидел бы Бог Мёртвых в своей Преисподней — никому бы и дела не было до его существования. Но он первым вероломно разорвал древний договор, распахнул Врата Преисподней и натравил полчища тварей на беззащитных жителей столицы. За подобный грех мало было умереть и тысячу раз.
Ландис стоял рядом, храня холодное спокойствие. Бог Мёртвых отчаянно пытался воззвать к их давнему знакомству, но взгляд Ландиса был устремлен исключительно на Ан Кэ.
Совместные возлияния несколько десятков тысячелетий назад? Кого вообще волнует то, что было в прошлых эпохах?
Ан Кэ вскинул руку. Сгустившаяся магия мгновенно сплелась в тугие вспыхивающие путы, мгновенно опутавшие пленника и запечатавшие его божественную силу.
— У меня к тебе пара вопросов, — ледяным тоном произнёс юноша.
— Если отвечу... вы меня отпустите? — В чахоточно-бледном лице Бога Мёртвых мелькнула отчаянная надежда.
Ан Кэ не удосужился ответить. В воздухе перед ним соткалась полупрозрачная сияющая сфера.
Техника истинного слова.
Техника магии Истины, способная вытянуть правду из любого, чья духовная сила уступает заклинателю. А с нынешним духом Великого архимага перед Ан Кэ не смог бы устоять даже бог.
— Ты разорвал союз и вторгся сюда только потому, что Сюэцзянь пообещала тебе Остаточную душу Истока?
Бог Мёртвых судорожно сглотнул. Магические путы сдавливали грудь, не позволяя восстанавливать силы, а вокруг замерли четыре полубога, готовые стирать его в порошок при малейшем дергании. Взвесив шансы, он выдавил:
— Да.
— И какую пользу приносит остаточная душа Истока?
— Ты... не знаешь? — Владыка Преисподней изумлённо воззрился на юношу.
— Вопросы здесь задаю я, — отрезанно проговорил Ан Кэ.
— Это... остаток духа Первородного Бога Истока, — неохотно пояснил Бог Мёртвых. — Я давно подозревал, что первый Исток не сгинул окончательно, его частица всё ещё витает в этом мире. Сюэцзянь заявила, что знает, где её найти. Если бы я помог ей открыть Врата Преисподней, она отдала бы мне остаточную душу Истока.
Став полноправным хозяином Преисподней, он исчерпал прежний предел. Остаточная сила Истока давала шанс шагнуть выше — стать новым Творцом и единоличным владыкой Вселенной.
Сфера техники истинного слова вспыхнула ровным светом. Не соврал.
Ан Кэ ненадолго задумался, а затем прищурился:
— С чего ты взял, что она не водит тебя за нос?
— Божество, которому поклоняется Сюэцзянь, тоже принадлежит к силам Истока, — сдавленно ответил пленник. — Исток чувствует сам себя. Несколько дней назад Сюэцзянь получила от своего покровителя откровение: след остаточной души Истока проявился прямо в Королевской академии магии. Я лично присутствовал при этом.
— Значит, Злой Бог способен точно вычислять положение остаточной души Истока? — удивился архимаг.
— Не ведаю, — мотнул головой Бог Мёртвых. — Возможно, у этого отродья есть свои способы...
Ан Кэ презрительно хмыкнул.
Поверив сомнительному слуху об остаточной душе Истока, этот бессмертный ублюдок без колебаний принёс в жертву целый густонаселённый город ради призрачного шанса стать сильнее. Похоже, обитатели высших небес вообще никогда не считали людей за живых существ.
Всякий интерес к разговору пропал.
С отвращением отвернувшись от растоптанного владыки, Ан Кэ развеял сферу и посмотрел на Ландиса:
— Как поступим?
— На твоё усмотрение, — отозвался Ландис.
Пусть сам он пробудил сущность Бога Тьмы и обрёл древнюю память, прошлые эпохи казались ему бесконечно пустой, выжженной пустыней. Несколько десятилетий в обличье смертного человека принесли ему куда больше тепла и радости, чем миллионы лет одинокого бессмертия.
Он не знал, какая именно сила заставила его переродиться человеком и привела навстречу этому мальчишке, но сухой божественный престол его больше не манил.
Рам и Ивэнь тоже молча перевели взгляды на архимага, ожидая решения.
Ан Кэ медленно прикрыл глаза.
— Казнить.
— Нет!.. — забился в путах Бог Мёртвых, а его глаза налились ужасом. — Я — божество! Я — Владыка Преисподней! Вы хотите убить меня из-за кучки никчёмных муравьёв?! Это святотатство!
Никчёмных муравьёв?..
Ан Кэ бросил взгляд на небо, откуда из разверзшейся ткани мироздания чёрным градом валились орды нежити. Даже отсюда, из академического парка, долетал отчаянный, разрывающий душу плач гибнущего города.
Если таковы боги — то зачем континенту Вальшиу вообще нужны небеса?
Как Великий архимаг, Ан Кэ стоял на самом пороге божественности. Но небесный престол его не привлекал, а перед так называемыми владыками он никогда не испытывал священного трепета.
Не сказав больше ни слова, Ан Кэ выставил руку. Его духовная сила мгновенно мёртвой хваткой сжала тело пленника.
В тот же миг Бога Мёртвых охватило слепящее, чистое пламя. Это был огонь, сотканный из самой первозданной, концентрированной магии.
Королевский парк огласился истошным, исполненным муки воплем.
Пленник пытался вырваться, но воля Великого архимага держала его намертво, а Ландис давил остатки божественной ауры. На глазах у всех плоть бессмертного владыки начала обугливаться и рассыпаться в прах.
Для простых смертных боги казались всемогущими, незыблемыми столпами бытия.
Но настоящие маги не верили в богов.
Они изучали законы вселенной, повелевали стихиями и вырывали тайны у самой природы. На уровне Великого архимага любые божества становились лишь равными оппонентами.
И боги тоже умели умирать.
Вопли Бога Мёртвых сменились хриплым, полным ненависти клёкотом. Почуяв неизбежное, он вложил весь свой яд в предсмертный всплеск:
«Я проклинаю вас!..»
Голос, доносившийся из костра, звучал всё глуше:
«Проклинаю эту землю! Я — владыка усопших душ, и моим именем... Преисподняя сотрет Вальшиу в порошок!»
Понимая, что божественная оболочка рушится, он принёс в жертву своё истинное имя, направив на континент проклятие небывалой силы.
Ан Кэ нахмурился. Он чётко ощутил, как внутри умирающего бога распадается нечто фундаментальное.
И вместе с угасанием этой сущности гигантский разрыв в небесах начал стремительно расползаться...
— Что это?!
— Разлом увеличивается!
— Что с защитным массивом столицы?!
Вверху полубоги прекратили бой, с ужасом наблюдая за тем, как небо над их головами трещит по швам.
Ан Кэ стиснул зубы и влил в пламя остатки магии. Ландис, Рам и Ивэнь одновременно обрушили на погибающего бога свои сильнейшие заклятия. Под ударом четырёх полубогов тело Владыки Преисподней наконец окончательно рассыпалось вспышкой чёрной гари.
Но даже когда его плоть исчезла, в воздухе всё ещё висел безумный, торжествующий хохот.
— Дело плохо...
Ан Кэ даже не взглянул на зависшую в воздухе божественную сущность.
Он запрокинул голову. Из чудовищной бреши, ставшей шириной с целую горную гряду, сплошной лавиной валились твари: воины преисподней, призраки, гули и даже громадные костяные драконы, не уступавшие по силе полубогам...
Казалось, на город обрушился сам конец света.
Ивэнь и Рам побледнели.
— Если разлом такого размера... — прошептала Святая Меча, — защитный массив столицы не удержит его, даже когда включится.
Ан Кэ сохранял мрачное спокойствие. Достав из сумки значок почётного старейшины Ассоциации магов, он направил поток энергии по внутренним узорам артефакта.
Спустя секунду из значка раздался звонкий, почти детский голос, в котором сквозило удивление:
— Ан Кэ?
Это устройство служило не только знаком высокого положения. Каждый обладатель значка мог связаться с любым членом Совета.
Голос звучал чистейшим дискантом, словно принадлежал мальчику лет двенадцати. Однако при этих звуках Рам, Ивэнь и сам Ан Кэ мгновенно подтянулись.
— Председатель? — уточнил Ан Кэ.
— Я, — ответил мальчишеский голос. — Зачем ты ищешь меня? Ты в столице?
— Да, я в самом эпицентре, — быстро проговорил архимаг. — Что происходит? Почему до сих пор не работает защитный массив?
Председатель Ассоциации — Иэн Косос — являлся сильнейшим магом континента и древнейшим из ныне живущих людей. Мало кто знал, что внешне этот великий чародей выглядит как совсем молодой подросток. Впрочем, среди высших чинов это не было тайной.
— Произошла катастрофа, — вздохнул Иэн. — Ключевые узлы массива кто-то намеренно уничтожил. Мы с Советом пытаемся их восстановить, но на это уйдёт время.
— Узлы уничтожены?..
Ан Кэ застыл.
Защитный массив столицы создавался поколениями лучших умов. Его структура была настолько сложна, что даже выведя из строя половину узоров, нельзя было полностью остановить работу системы. Чтобы нанести точечный, смертельный удар по узлам, нужно было досконально знать всю схему.
Даже Сюэцзянь не обладала подобными сведениями.
Значит...
— Я опасаюсь худшего, — тихо произнёс Иэн.
Он не стал договаривать, но Ан Кэ и так всё понял.
В руководстве Ассоциации, Церкви или среди высшей знати завелся предатель. И занимал он высокое положение — не ниже члена Внутреннего Совета.
Влияние Злого Бога из Шестого измерения оказалось куда глубже, чем они предполагали. И Сюэцзянь была лишь вершиной айсберга.
Над академией повисла тяжёлая тишина.
— Сколько времени вам нужно на ремонт? — спросил Ан Кэ.
— Минимум сутки, — донёсся сухой ответ.
Целые сутки!
При нынешних масштабах Врат Преисподней уже через полдня от населения столицы не останется ничего, кроме гор костей.
— А вызвать подкрепление из провинций?
— Магическая связь заблокирована, — отрезал Иэн. — Мы не можем передать сигнал во внешние города. Более того, сам город оказался запечатан: войти можно, а выйти — нет. Мы отправили отряд из Гильдии убийц на прорыв через стены, но...
Капкан захлопнулся.
И тут Ан Кэ осенило.
— Погодите! — перебил он. — Вы сказали, что массив пропускает тех, кто пытается войти снаружи?
— Именно так.
— Понял.
Ан Кэ мгновенно оборвал связь.
— Что ты задумал? — нахмурилась Ивэнь. — У нас нет сил удерживать город целые сутки.
Юноша не ответил ей. Он резко повернулся к Ландису:
— У тебя ведь есть права на рассылку глобальных системных заданий?
Ландис на мгновение замёрз, но тут же понял ход его мыслей:
— Ты про... игроков?
— Именно! — Глаза Ан Кэ вспыхнули азартом.
Да, большинство игроков ещё не достигли высоких уровней. Но с открытием мировых событий средний уровень игроков поднялся выше десятого, что соответствовало второму рангу местных воинов.
Большинство тварей из Преисподней как раз относились ко второму и третьему рангам. На стороне нежити было численное превосходство, но у игроков имелось одно решающее преимущество.
Они были бессмертны.
Потеря пары процентов опыта при гибели — ничто по сравнению с той бездной опыта, которую можно собрать в центре падения армии нежити.
Бесконечной орде монстров они противопоставят столь же бесконечную армию невнятных, но неубиваемых и жадных до опыта безумцев.
Ландис быстро просчитал варианты и кивнул:
— Сработает.
Суть игроков сводилась к постоянному поглощению ресурсов и опыта. Поначалу Ландис и Бог Света опасались давать им слишком много свободы, чтобы они не опустошили экосистему Вальшиу. Поэтому прокачка искусственно сдерживалась.
Но сейчас перед ними стояла бескрайняя, ничейная армия монстров, не имеющая хозяина после смерти Бога Мёртвых. Игроки не только зачистят город от нежити, но и мгновенно поднимут уровни для будущей войны с Злым Богом.
Идеальное решение.
Ивэнь переводила взгляд с одного на другого:
— Каких ещё «игроков»? О чём вы вообще говорите?
— Потом объясню, — отмахнулся Ан Кэ.
Рам, уже слышавший от архимага историю про иную реальность, гордо задрал нос:
— Эх ты, темнота! Ничего-то ты не знаешь!
Ивэнь:
* * *
«Почему мне кажется, что меня только что исключили из нашей компании?»
— У меня к тебе ещё куча вопросов, — проговорил Ан Кэ, глядя на Ландиса. — Но сейчас не время. Когда всё закончится и мы вернёмся на Землю... ты всё мне расскажешь. Договорились?
Ландис тепло улыбнулся:
— Договорились.
— Действуй, — кивнул юноша. — Запускай ивент и затягивай их сюда.
Прошла секунда. Пять секунд. Десять...
Ландис продолжал стоять на месте.
— Ну? Чего ждёшь?!
Тот смущённо кашлянул:
—... Я не могу выйти из сети.
Ан Кэ замер:
— В смысле?
В отличие от простых людей, Ландис перемещался между мирами с помощью собственной божественной силы. Но из-за влияния Врат Преисподней ткань пространства сжалась, заблокировав выходы даже для обитателей Царства Богов.
Ан Кэ вытребовал системную панель.
Кнопка «Выйти из игры» горела ровным зеленым светом.
— А я могу! — расцвёл юноша.
Похоже, погружение через капсулу работало по иным каналам, недоступным для местной магии.
— Раз ты застрял, сгоняю я, — быстро произнёс Ан Кэ. — Как запустить процесс?
— Штаб-квартира игровой компании "Хунфэн", сто двадцать девятый этаж, мой кабинет, — без колебаний выложил Ландис. — На дверях висит защитный контур, но ты его легко пройдёшь. Внутри стоит терминал. Пароль...
Он передал Ан Кэ все коды доступа.
— Так вот что ты выкрал у Злого Бога? — прищурился архимаг.
Ландис лишь понимающе улыбнулся.
На Вальшиу, под постоянным взором врага, он не мог говорить открыто. Но Ан Кэ сам сложил фрагменты мозаики: странная игра «Вечность», вмешательство Бога Света и необычный интерфейс.
— Хе, я вообще-то гений, — с гордостью заявил юноша. — А то Цзян Вэйи вечно подшучивает над моими мозгами.
— Всё, я оффлайн.
Ан Кэ вызвал меню вывода.
— Погоди, — нахмурился Ландис. — А как ты проберёшься в здание без пропусков?
Форма Ан Кэ уже таяла в воздухе, превращаясь в поток белых искр.
— Просто с боем прорвусь! — донёсся его удаляющийся голос.
* * *
Земля.
Со сдавленным шипением крышка белоснежной капсулы «Кокон» медленно поползла вверх.
Из нутра аппарата вырвалось густое облако испарившегося питательного геля. В этом белом тумане Ан Кэ сладко потянулся и сел.
— Ох, затекли плечи...
Он провёл в игре несколько дней без движения. И хотя капсула поддерживала тонус мышц и снабжала организм всем необходимым, суставы всё равно ломило от неподвижности.
Натянув на бледное тело свободно висевшую худи, юноша выбрался на ковёр.
Здешний воздух казался сухим и опустошённым — магии на Земле практически не было. Но вернув себе статус Великого архимага в игре, Ан Кэ обнаружил, что его физическое тело на Земле теперь тоже неразрывно связано с колоссальным запасом магии и невероятной духовной мощью.
Магических элементов вокруг не хватало, но он мог питать заклинания собственной внутренней энергией. Для землян, у которых не было ни капли магической защиты, этой силы хватило бы с избытком.
Окинув взглядом датчик питательного раствора, Ан Кэ пробормотал: «Надо заказать ещё пару канистр...» — и выскочил в коридор.
Он двигался напролом, громко хлопнув дверью. Шума хватило, чтобы переполошить жившего напротив Цзян Вэйи.
Тот как раз высунулся на площадку с совершенно одуревшим от недосыпа лицом.
— Ты куда мылишься в такую ранищу? — прохрипел сосед, потирая тёмные круги под глазами.
Сразу видно: человек всю ночь просидел над отчётами. Типичный жертвенный планктон корпоративной машины.
Ан Кэ, чувствуя себя невероятно великодушным, на ходу крутанул пальцами и щедро навесил на Цзян Вэйи пару бодрящих заклятий — Усиление энергии и Усиление тела.
Сосед мгновенно выпрямился. Сонливость слетела с него в ту же секунду, по жилам разлился дикий, неукротимый прилив сил.
Ан Кэ бросил через плечо гордый взгляд:
— Спасать мир.
И рванул вниз по лестнице.
Цзян Вэйи некоторое время тупо смотрел на пустой пролёт.
— Совсем свихнулся на своих игрушках... — пробормотал он.
А потом вдруг нахмурился, чувствуя странный, непривычно мощный зуд внизу живота. Он медленно опустил взгляд, отогнул ремень брюк и заглянул внутрь.
Глаза его налились кровью.
— АН КЭ, ТВОЮ МАТЬ! СТОЙ, СУКА!