Вскоре в аудиторию энергичным шагом вошёл профессор Майлс. Не тратя времени на лишние приветствия, он отряхнул полы пыльной мантии, поднялся на трибуну и сразу перешёл к делу:
— Сегодняшняя тема — структуры составных заклинаний.
Голос его звучал сдержанно, но сказанное мгновенно всколынуло аудиторию.
Составные заклинания!
Это вам не банальное стихийное колдовство. Чтобы слить воедино две разные стихии, нужно учесть безумное количество факторов: совместимость маны, взаимное отторжение элементов, распределение и тончайший контроль ментальной силы. Всё это отражалось в магических структурах — плетения составных заклинаний были сложнее обычных минимум вдвое и относились к продвинутому уровню знаний.
Тот же «Ледяной штормовой порыв», которым часто пользовался Ан Кэ — классический пример совмещения воды и воздуха.
— Профессор! Мы будем разбирать стихийные комбинации?
— А можно узнать, какие ключевые узлы отвечают за интеграцию?
— Покажите структуру «Ледяного штормового порыва»!
В аудитории поднялся гвалт. Вопросы сыпались со всех сторон, студенты буквально горели азартом.
— Тишина, — охладил их пыл Майлс.
Дождавшись, пока шум утихнет, он повернулся к доске и вывел несколько крупных слов:
«Сходство узлов и ключевые аспекты слияния магии Пространства и Тьмы».
Ученики впились взглядами в надпись.
Пространство и Тьма?!
Оба направления кардинально отличались от классических элементов и находились далеко за пределами познаний присутствующих. Впрочем, сложности никого не испугали — азарт разгорелся с новой силой.
За последнюю тысячу лет в магии Тьмы и Пространства почти не появлялось новых заклинаний. Пространственная магия опиралась на высшую теорию и требовала колоссального порога вхождения, а магия Тьмы лишь недавно отмылась от клейма запретной и вошла в обиход.
Но главное — перекрестье этих двух направлений в контексте составных заклинаний моментально рождало в памяти имя, гремевшее на всю Королевскую академию магии.
Ан Кэ мысленно хмыкнул:
«Знакомая чертовщина...»
— Именно, — подтвердил профессор, постучав указательным пальцем по доске. — Сегодня мы разберём заклинание столетней давности, ставшее прорывом в этой области. «Бедствие Домена: Шёпот Эксаса».
Зал буквально взорвался.
«Бедствие Домена: Шёпот Эксаса»!
Масштабное боевое заклинание, созданное гениальным архимагом Ан Кэ Альвейсом. Совершенный симбиоз Тьмы и Пространства. По убойной силе оно превосходило свой ранг на порядок, а по сложности уступало разве что магии Истины. Но страшнее всего то, что великому Ан Кэ на момент создания этого шедевра не исполнилось и семидесяти лет!
Студенты воровато затаили дыхание, не сводя жадных, жаждущих знаний глаз с преподавателя.
Майлс нарисовал на доске набросок магической модели:
— Чтобы хотя бы подступиться к этому заклинанию, вы должны обладать редчайшим навыком — умением связываться с Миром Демонов.
— С Миром Демонов? — переглянулись студенты.
О Царстве Богов слышали все. О Преисподней, куда уходят души усопших, — тоже. Но вот «Мир Демонов» для большинства звучал в новинку.
— Неудивительно, что вы не знаете, — пояснил Майлс. — Мир Демонов давно выпал из поля зрения обитателей континента. Десятки тысяч лет назад он представлял собой дикую пустошь, где сотни расовых племён и монстров грызлись за скудные ресурсы. Местность была настолько нищей, что даже континенту Вальшиу до неё не было дела.
Профессор выдержал паузу и продолжил:
— Но затем там появился жуткий владыка — Король демонов Илос. Всего за сотню лет он подчинил себе весь Мир Демонов, после чего наглухо перекрыл проходы на Вальшиу. С тех пор вести оттуда почти пресеклись. Лишь древнейшие пространственные заклятия способны на мгновение установить связь с той стороной.
Кто-то из студентов поднял руку:
— Профессор, выходит, если не умеешь связываться с Миром Демонов, это заклинание не применить?
— Истинно так, — кивнул Майлс. — А вы думали, почему за всё время его не сумел повторить ни один чародей, кроме самого Ан Кэ?
По аудитории пронёсся вздох разочарования.
— Впрочем, эта лекция и не рассчитана на то, чтобы научить вас колдовать нечто подобное, — небрежно добавил Майлс. — Однако в контексте составной магии модель «Бедствия Домена» невероятно показательна. В ней задействовано семьдесят шесть классических узлов и тридцать три модифицированных. Вот их мы и изучим.
Пусть заклинание им не светило, прикоснуться к наследию великого архимага выпадало не каждый день. В кабинете воцарилась тишина.
Чем дальше объяснял Майлс, тем сильнее изумлялись слушатели. Конструкция кардинально отличалась от стандартных методов — в неё даже вплетались элементы магии призыва. На разбор одного-единственного узла у профессора уходил целый час. Сложность схемы просто шокировала.
Немудрено, что Ан Кэ прозвали гением. И дело не только в ранге архимага, достигнутом в юности, — его исследовательский талант и магическая фантазия граничили с чем-то нечеловеческим.
Рам тоже впервые разглядывал эту схему в деталях. Как паладин, при вызове высокоуровневых навыков он тоже сталкивался с магическими моделями, но от мешанины узоров и линий на доске даже у полубога кругом шла голова.
— Ты реально сам эту хреновину придумал? — шепнул он, обернувшись к Ан Кэ.
Ан Кэ вальяжно откинулся назад, опираясь плечом о руку Роланда, и довольным тоном хмыкнул:
— А то.
— Проходы же закрыты веками. Как ты туда достучался?
— С твоим мозгом объяснять бесполезно, — окинул его снисходительным взглядом архимаг. — Скажем так: у меня там свои люди.
Рам опешил:
«Ни хрена себе у тебя связи...»
Ан Кэ не врубил бахвальство ради красного словца. Заклинание действительно родилось случайно: когда-то он пробил прореху в пространстве и столкнулся с юношей из Мира Демонов. Они сходу нашли общий язык, сошлись характерами, и Ан Кэ даже таскал нового приятеля по Вальшиу несколько дней.
Тот парень выглядел ровесником Ан Кэ, но обладал чудовищной мощью — пока сам Ан Кэ ещё не дотянулся до звания великого архимага, его демонический друг уже перешагнул порог полубога. Львиную долю своих тёмных заклинаний Ан Кэ перенял именно у него.
Сидевший рядом Роланд нахмурился.
Имя «Илос» отозвалось в его памяти тревожным эхом. Наводя порядок и готовясь к вторжению Злого Бога Шестого измерения, Роланд перерыл кучу архивов, пытаясь выйти на Мир Демонов. Этот Илос по силе ничем не уступал Богу Света. Однако демонический владыка плевать хотел на разборки Вальшиу. Бог Света несколько раз пытался призвать его проекцию, но получал лишь ледяной отказ.
И теперь выясняется, что Ан Кэ лично знаком с кем-то из того мира?! Роланд взглянул на юношу с невольным изумлением.
Тем временем Майлс продолжал вещать:
—... Подводя итог: этот узел связывает двадцать три соседних контура, формируя третью фазу Эффекта Виты, что повышает КПД магического выплеска. А теперь посмотрите на центр модели. Видите эти три обособленных контура? Честно признаюсь, я до сих пор не разгадал их истинного предназначения.
Майлс с благоговением вздохнул:
— Вот она, гениальность наимолодейшего из архимагов! Каждый узел, каждый штрих пропитан глубочайшим смыслом. Малейшее отклонение — и структура разрушится.
Рам не выдержал и опять шепнул Ан Кэ:
— Слышь, а там реально такой глубокий смысл?
Ан Кэ тихо покашлял в кулак:
—... Да чушь это. Я когда модель дорисовал, мне показалось, что она несимметричная. Вот и начертил три лишних завитка — чисто для красоты.
Рам замер.
«Вот же жук...»
Паладин с трудом удержался, чтобы не заржать в голос, сочувственно глядя на профессора, который с умным видом искал сакральную истину в обычной витушке.
— Вы там, на задней парте! — Терпение Майлса лопнуло.
Слушать шушуканье во время разбора величайшего заклинания?! Это же святотатство!
— Вы всё усвоили? — Профессор строжайше постучал по кафедре. — Раз такие умные, встаньте и объясните аудитории принцип усиления и взаимодействия этого узла!
Ан Кэ и Рам одновременно втянули головы в плечи.
Вся аудитория как по команде обернулась к ним.
— О, так это же те самые первокурсники! — выкрикнул сидевший неподалёку старшекурсник Джоан — тот самый, который спихнул на них свитки. На его лице отразилась праведная ярость: — Профессор Майлс впервые за долгое время проводит лекцию, а вы позволяете себе такое неуважение?!
Джоан просто жаждал выслужиться. Говорил он громко, звонко и так праведно, что соседи по партам закивали.
Майлс сменил гнев на милость, посмотрев на Джоана:
— Как твоё имя, юноша?
— Джоан, профессор! — Старшекурсник мгновенно вытянулся в струнку. — Это я принёс вам свитки!
Ан Кэ опешил:
«Чё?! А не мы ли их тащили через весь замок?!»
— Молодец, Джоан, — похвалил Майлс. — Правильный настрой.
А затем профессор снова сурово глянул в угол, где сидел Ан Кэ:
— А вы чего сидите? Только что так оживлённо болтали. Ну-ка, вставай и объясняй. Тот, что в центре, поменьше ростом!
Ан Кэ обомлел:
«Профессор, у вас с вежливостью как вообще?»
Рам рядом буквально давился от хохота, плечи его ходили ходуном. Он ткнул Ан Кэ локтем:
— Давай, коротышка, твой выход.
Кабы не сотня глазеющих глаз, Ан Кэ устроил бы паладину познавательную экскурсию в мир архимагического гнева. Но делать нечего. Тяжело вздохнув, Ан Кэ медленно поднялся с места:
— Ну... По-моему...
— Погоди, — вдруг перебил Майлс, прищурившись. — Подними-ка голову выше.
— Да ладно вам, профессор, не стоит...
— Я сказал, голову подними!
«Ну сам напросился», — подумал Ан Кэ и неторопливо вскинул подбородок.
Профессор Майлс замер.
???