Приветственный пир начался без промедления. На первый взгляд ничего необычного не происходило, но без приятных сюрпризов всё же не обошлось.
Племя киданей привезло в дань Императору множество красавиц. Однако портрет одной из них оставили пустым, намеренно сохранив интригу: обетованная «первая красавица Киданя» должна была исполнить свой танец прямо на пиру.
Едва раздались звуки флейт и струн, в главный зал чинно вошла дева, чьё лицо скрывала тонкая ткань.
Лю Шан мысленно фыркнул. «До чего ж избитый трюк! Из раза в раз одно и то же: если красавица — то обязательно под вуалью. Банальнее, чем в дешевых сериалах. Сейчас наверняка дунет ветерок, и эта тряпочка с позором улетит!»
Ш-ш-ш...
Ночной бриз, словно повинуясь его мыслям, и впрямь проскользнул в полуоткрытые двери. Порыв воздуха коснулся щёк танцовщицы, вуаль затрепетала и шуршащей птицей устремилась прямо к рукам Ли Чэня.
Лю Шан от удивления даже потерял дар речи.
Стоило шелковому покрову упасть, как перед всеми предстало лицо первой красавицы. По зале прокатился единый вздох — присутствующие буквально лишились чувств от изумления.
Лю Шан бросил беглый взгляд и обомлел: юноша?!
Хрупкий и гибкий, точно прибрежная ива, с кожей белой, словно свежие сливки, и лёгким макияжем, подчеркивающим нездешнее, дьявольское очарование — этот представитель степного народа без сомнения был мужчиной.
— Надо же, юноша!
— И впрямь мужчина...
— Настоящее сокровище Киданя! Превзошёл красотой любую знатную деву!
Вельможи принялись вполголоса перешептываться. Елюй Яньму поднялся со своего места, сложил руки в приветственном жесте и произнес:
— Ваше Величество, сей юноша — не просто прекраснейший из нашего рода. Он приходится родным братом самому кагану и принадлежит к знатному клану Яонянь. С позволения Государя, он исполнил бы для вас этот танец.
«Первая красавица» оказался не только хорош собой, но и высок родом — настоящий степной принц.
Ли Чэнь едва заметно прищурился. На его молодом лице не отразилось ни единой эмоции; он лишь сдержанно кивнул.
Юноша из рода Яонянь отвесил изящный поклон и кружился в танце. Степные движения разительно отличались от изысканных па Поднебесной: в них сквозила дикая, необузданная страсть.
И хотя взгляд Императора оставался холодным, он не сводил глаз с танцора. Лю Шан почувствовал, как в груди закипает глухая досада. «И на что тут смотреть? Совсем недавно меня самого, нагого, замотал в одеяло и выставил из Павильона Малинового Созвездия, а тут уставился на какого-то Яоняня и глаз оторвать не может!»
Повернувшись к молодому генералу Го, Лю Шан вполголоса поинтересовался:
— Командующий Го, как по-твоему... кто из нас с этим степным гостем миловиднее?
Го Юйчэнь ответил с прямой и беспощадной честностью:
— Разумеется, господин из рода Яонянь.
Лю Шан поперхнулся воздухом. Совсем забыл, что юный генерал совершенно не умеет вести светские беседы!
Желая отыграться, Лю Шан лукаво спросил:
— А если сравнить его с моим аденом? Кто из них привлекательнее?
Лю Гуан, услышав вопрос сына, повернул голову. Похоже, ему тоже стало любопытно, что ответит молодой военачальник.
— Как можно сравнивать несравнимое? — пожал плечами Го Юйчэнь.
— И почему же? — не отступал Лю Шан. — А-а, я понял! Ты считаешь, мой аден уступает этому чужестранцу, верно?
Лю Гуан уже приготовился хмуро усмехнуться, но Го Юйчэнь абсолютно искренне добавил:
— В сердце Юйчэня никто не способен сравниться с Верховным Военным Советником.
Лю Шан замер. Вот это поворот!
Лю Гуан на мгновение обомлел. Встретившись взглядом с генералом, он не удержался от тихой улыбки:
— С каких это пор наш Великий генерал стал таким сладкоречивым?
Го Юйчэнь заметно взволновался:
— Советник Лю, я говорю от чистого сердца! Ни единого слова лжи! Если я соврал, пусть небеса поразят меня громом!
Лю Шан сокрушённо качнул головой:
— Я ещё к еде не прикоснулся, а уже сыт по горло. Чужой любовью накормили на год вперёд.
Го Юйчэнь недоуменно нахмурился:
— Распорядитель Лю, угощения на сегодняшнем пиру великолепны. Зачем же вкушать то, что предназначено служебным псам?
Лю Шан промолчал, лишь молитвенно возвёл очи к потолку.
Пока они беседовали, юноша из рода Яонянь, плавно изгибаясь в танце, очутился у самого трона Императора. Степной красавец то и дело демонстрировал свою тонкую, гибкую талию. Лю Шан критически оглядел его и мысленно сравнил со своим станом. «У него талия тонковата... Словно пару рёбер выломали ради красоты!»
Когда музыка стихла, Ли Чэнь слегка хлопнул в ладоши:
— Танцы Киданя весьма любопытны и разительно отличаются от наших.
Больше Государь не обронил ни слова и не изъявил ни малейшего желания оставить чужеземца в своём дворце. Тот замялся, явно желая что-то сказать, но был вынужден с поклоном отступить.
В разгар пиршества гостям позволили свободно подносить кубки. Доверенный слуга Елюй Яньму, пригнувшись, скользнул в зал и шепнул своему господину:
— Илицзинь, всё разведано.
— Говори.
— Распорядитель Дворцовой Канцелярии — приёмный сын Верховного Советника Лю Гуана. Поговаривают, он был обычным бродягой из Чанъани, затем попал во дворец в качестве слуги. Лю Гуан усыновил его, после чего тот стремительно возвысился. Ныне он пользуется особым благоволением юного Государя и держит в руках немалую власть.
Елюй Яньму слегка прищурился:
— Он родом из столицы?
— Именно так, — подтвердил слуга. — Насколько мне удалось узнать, он действительно из чанъаньских бродяг.
— А мог он прийти в Чанъань из других земель? Скажем... из Юйчжоу?
— Э-э... — слуга покорно склонил голову. — Ничего о том не ведаю. Простите мой просмотр, Илицзинь!
— Ладно, ступай, — махнул рукой Елюй Яньму. — Раз уж он приходится сыном Советнику Лю, я сам со всем разберусь.
Он перевёл взгляд на Лю Гуана, наполнил кубок до краев и поднимаясь с места, направился к Верховному Советнику. На лице его застыло добродушное, невероятно простодушное выражение.
— Советник Лю! Позвольте чужестранцу выпить за ваше здоровье!
Положение Лю Гуана в Поднебесной возносило его выше Трех Высших Сановников, так что в изъявлении почтения со стороны посланника не было ничего необычного.
Лю Гуан поднял свой кубок в ответ:
— Посланник Елюй слишком великодушен. Вы преодолели долгий путь, мне следовало самому принести вам чашу.
Елюй Яньму добродушно ухмыльнулся:
— Какая разница! Прошу вас, осушите кубок!
Они выпили. Елюй Яньму не спешил уходить. Он охотно завязал разговор:
— Едва увидав вас, Советник Лю, я почувствовал странную, почти родственную теплоту.
Лю Гуан сдержанно, по-деловому улыбнулся:
— Это большая честь для меня.
Посланник продолжил, разряжая обстановку:
— Я слышал, Распорядитель Лю — ваш приёмный сын? Признаться, услышав это впервые, я был глубоко поражён.
— Вот как? И почему же?
— Между вами такая невероятная близость! Разве бывает подобное у приёмного родителя и дитя? Только кровные узы способны дать такое согласие!
Эти слова попали точно в цель. Лю Гуан обожал, когда его с Лю Шаном называли родными отцом и сыном.
Заметив, как потеплел взгляд собеседника, Елюй Яньму воодушевлённо подхватил:
— К тому же Распорядитель Лю так статен и красив — вылитый вы! Словно высечен из того же нефрита. Не знай я правды, ни за что бы не поверил, что вы не родные!
На губах Лю Гуана впервые за вечер расцвела искренняя, тёплая улыбка.
Лю Шан в этот момент попивал вино в компании других чиновников. Обернувшись, он к своему изумлению увидел, что Елюй Яньму увлечённо беседует с его аденом. Более того, Лю Гуан, обычно суровый и неумолимый, сейчас доброжелательно смеялся!
— Командующий Го! — Лю Шан ткнул генерала локтем. — Погляди-ка!
Го Юйчэнь покорно обернулся и нахмурился:
— Распорядитель Лю, что-то не так?
— Тебе не кажется, что мой аден сегодня слишком часто улыбается?
— Ну... — честно ответил Го Юйчэнь, — Советник Лю и в обычные дни нередко улыбается. Не вижу ничего странного.
Лю Шан едва не поперхнулся. «Не видит он!»
— Дубина ты эдакая! — шепнул Лю Шан. — Он улыбается только тебе! Со всеми остальными аден держится холоднее льда. А тут расточает улыбки какому-то степному посланнику. Что бы это значило, а?
— Что же? — переспросил генерал.
— Это значит, что Елюй Яньму отлично умеет нравиться моему адену! И тебе совсем не тревожно?
— Тревожно? Да нет, с чего бы...
Лю Шан прищурился:
— Аден никогда о таком не говорил, но я-то знаю: ему по душе мужчины простые, честные. А этот Елюй Яньму выглядит эдаким простым добряком...
Го Юйчэнь замер.
— Да и на вид он хорош, — подлил масла в огонь Лю Шан. — Высок, сложен ладно, в самом расцвете сил. Моложе адена — а это, между прочим, огромный плюс! Выносливый, крепкий...
Не успел Лю Шан договорить, как Го Юйчэнь рванулся с места и решительными шагами направлялся к разговаривающим.
Лю Шан ухмыльнулся: «А говорил, не тревожится!»
Однако, очутившись перед Лю Гуаном и степным гостем, генерал вдруг растерялся. Мысли в его голове мгновенно путались. Зачем он пришёл? Что сказать? Не показался ли он слишком безумным?
— Командующий Го, — первыми приветствовал его Елюй Яньму. — Я много слышал о вашей доблести. Рад наконец засвидетельствовать почтение.
Го Юйчэнь коротко кивнул. Слова давались ему с трудом:
— Я... Юйчэнь...
Лю Гуан изогнул бровь:
— У генерала ко мне дело? Может, отодвинемся в сторону и обсудим?
Елюй Яньму проявил чуткость:
— Не стану мешать вашей беседе. Я пойду засвидетельствую почтение остальным.
Едва посланник отошёл, Лю Гуан тихо спросил:
— Что стряслось, Великий генерал?
— Я... — замялся Го Юйчэнь.
Лю Гуан чуть слышно усмехнулся:
— Что такое? Только что перед Елюем вы держались весьма грозно. Я уж грешным делом подумал, вы пришли вызвать его на поединок.
— На поединок? — испуганно махнул руками генерал. — Нет-нет! Я просто... увидел вас вместе и у меня в груди... в груди...
— Что в груди? — настойчиво переспросил Лю Гуан.
— В груди стало горько и тесно, — виновато выдохнул Го Юйчэнь. — Я приревновал.
Лю Гуан не ожидал такой прямой откровенности. На его щеках выступил лёгкий румянец.
— Не нужно ревновать, — тихо произнёс он.
Го Юйчэнь опустил голову:
— Я знаю, что глуп и не умею красиво говорить. Куда мне до других...
— И что с того? — перебил его Лю Гуан. — Мне это по душе.
Генерал застыл, не веря собственным ушам. В его голове эхом отдавалось: «Мне это по душе». Смуглые щёки Го Юйчэня мгновенно полыхали густым румянцем.
— Мне... мне вы тоже по душе, — едва слышно пробормотал он.
Лю Гуан вновь тихо засмеялся. Го Юйчэнь смотрел на его улыбку, словно заворожённый.
Покачав головой, Лю Гуан отошёл от генерала и приблизился к сыну:
— Шан-эр.
— Аден! — ухмыльнулся Лю Шан. — О чём это вы шептались с командующим Го? У него лицо красное, точно его в кипятке сварили! Научишь меня так смущать людей?
— Не мели чуши, — ласково пожурил его отец. — Учишься на свою голову...
Затем Лю Гуан посерьёзнел и шепнул:
— Будь осторожен с Елюй Яньму.
— С посланником? — Лю Шан бросил взгляд в сторону степняка и наткнулся на его пристальный взор.
— Когда он подходил ко мне с чашей, — продолжал Лю Гуан, — он только и делал, что расспрашивал о тебе.
«О мне?» — удивился Лю Шан. Они ведь прежде не встречались. С чего бы киданьскому вождю выведывать его подноготную? Да ещё эта фраза при первой встрече — мол, видел его во сне...
«Тут явно что-то нечисто!»
— Аден, — понизил голос Лю Шан. — А прежний... то есть я в прошлом... мог иметь связи с киданями?
Лю Гуан отрицательно качнул головой:
— Вряд ли. С тех пор как я взял тебя на службу, ты не покидал столицу. А Кидань далеко на севере, за Юйчжоу. Где бы вы пересеклись?
— А до того, как я попал во дворец?
— Слышал лишь, что ты скитался по Чанъани. Подробностей я не узнавал.
— Распорядитель Лю, — тихо окликнул его подбежавший Доу Юэ.
Молодой министр панически боялся больших скоплений людей, а уж вид чужеземцев и вовсе вгонял его в трепет.
— Вот, — Доу Юэ протянул Лю Шану изящный парчовый ларец. — Тот образец, о котором вы просили.
Лю Гуан удивленно вскинул бровь:
— Шан-эр, что за странную штуковину ты опять задумал?
Лю Шан обожал поручать Доу Юэ всякие необычные вещицы. У молодого министра были золотые руки: достаточно было набросать беглый чертеж, как тот мгновенно изготавливал идеальный предмет.
— Так быстро? — обрадовался Лю Шан.
— Работа несложная, — смущенно пояснил Доу Юэ. — Я закончил её пару дней назад, но вы были заняты подготовкой к пиру. Вот, принес показать. Если нужно что-то исправить, я переделаю.
Лю Шан открыл ларец и достал содержимое. На его лице расцвела довольная улыбка:
— Какая тонкая работа! Именно то, что я хотел!
Лю Гуан с недоумением разглядывал предмет:
— Шан-эр, это еще что? Похоже на колодки, только совсем крошечные.
Это и впрямь напоминало миниатюрные колодки, ведь Лю Шан заказал... самые настоящие наручники! Притом изысканные, для любовных утешек. Внутри они были подбиты мягким пушистым мехом, чтобы железо не натирало запястья при борьбе.
В ларце лежали две пары: одна с белоснежным мехом, другая — с нежно-розовым. Обе выглядели до того мило, что наводили на вполне определенные мысли.
Лю Шан сгреб розовые наручники и спрятал в складках рукава, а белые сунул в руки Лю Гуану, шепнув ему на ухо пару слов.
Глаза Лю Гуана округлились, но затем на лице отразилось понимание. Он качнул головой:
— Баловник. Смотри только, Государя не покалечь.
— Не покалечу! — заговорщически мигнул Лю Шан. — Аден, это тебе подарок. Опробуй с генералом! Если понравится, попросим министра Доу наладить производство. Это же куда удобнее громоздких колодок! И для дела пригодится, и для души!
Лю Гуан лишь вздохнул. Доу Юэ, хлопая круглыми глазами, искренне не понимал, о чём речь:
— Распорядитель Лю, Советник Лю... вы о чём говорите?
— Сяо Юэюэ, — ухмыльнулся Лю Шан, — ты ещё слишком мал для таких разговоров. Вырастешь — поймёшь.
— Но я... я ведь старше Императора! — запротестовал тот.
И то была правда: Доу Юэ был чуть старше Ли Чэня, но выглядел как шестнадцатилетний юноша — невинный и безобидный школьник из будущего.
Забрав свою прелесть, Лю Шан посмотрел в сторону Императора. Степной красавец из рода Яонянь всё ещё крутился возле Государя, демонстрируя гибкую талию. Ли Чэнь хоть и не смотрел на него прямо, но вынужден был поддерживать разговор.
Лю Шан мысленно фыркнул: «Ну погоди у меня, Чэнь-эр!»
Ли Чэнь, выпив несколько кубков вина, почувствовал, как хмель ударил в голову. Желая освежиться, он поднялся и вышел из зала на свежий воздух.
Лю Шан тут же проскользнул следом.
Император направился к Беседке Искусственного Дождя на берегу озера Вечной Жидкости. Ночной ветерок приятными волнами сбивал хмель.
— Выходи уже, — не поворачиваясь, произнес Ли Чэнь.
Лю Шан, прятавшийся за колонной, огляделся — вокруг ни души.
— Ваше Величество, как вы меня заметили?
— С тех самых пор, как ты начал непрерывно глазеть на меня, — спокойно отозвался Император.
— Вовсе я не глазел!
— Нет? — Ли Чэнь обернулся. — А кто же тогда сверлил меня взглядом? Неужто та степная красавица?
Лю Шан задрал подбородок и решительно шагнул к нему:
— Так Ваше Величество тоже считает его первой красавицей?
— Красив-то он красив, да только не в моём вкусе, — хмыкнул Ли Чэнь.
— Ого! И кто же в твоем вкусе?
— А с чего это Распорядителя Лю так волнуют мои личные дела?
Лю Шан про себя ухмыльнулся: «Опять этот фальшивый щенок изображает недотрогу!»
— Государь, поди сюда, — поманил он его пальцем.
Ли Чэнь не тронулся с места:
— С чего бы?
Лю Шан насупился. Если он не подойдет, как заковать его в наручники?
Внезапно в его голове созрел план. Лю Шан схватился за перила беседки и артистично всплеснул руками:
— Ой-ой! Падаю!
— А-Шан, осторожно! — попался на уловку Ли Чэнь. Он мгновенно рванулся вперед и обнял Лю Шана за талию, притягивая к себе.
— Попался! — хохотнул Лю Шан.
Пока Император держал его, Лю Шан ловко защелкнул пушистые розовые наручники на его запястье, а второй конец приковал к резным перилам беседки!
Щёлк!
Ли Чэнь дернул рукой, металлические звенья тихо звякнули. Открыть их без ключа было невозможно.
Лю Шан победоносно потер ладони:
— Чэнь-эр! Ты в руках брата А-Шана, тебе не сбежать!
Ли Чэнь нахмурился, разглядывая странный предмет:
— Что это за ерунда? И почему на ней розовый мех?
— А разве не красиво? — ухмыльнулся Лю Шан. — Тебе невероятно идёт к твоей белой коже!
— И зачем ты приковал меня?
— Чтобы ты наглядно убедился: у кого талия тоньше — у твоего брата А-Шана или у того степного лиса!
Ли Чэнь от неожиданности едва не поперхнулся:
— Что?!
Лю Шан мгновенно прикрыл рот ладонью. Черт, вырвалось!
Он покашлял, восстанавливая солидность:
— В общем так! Ночь темна, мы вдали от глаз. Сопротивляться бесполезно! Если станешь шуметь, прибегут чужеземные посланники. Так что тихо! Будь послушным мальчиком и слушай брата!
Евнух Юй Чжичжоу, дежуривший неподалеку от беседки, вскоре услышал тихий смех Императора — хрипловатый, сочный, полный властного торжества:
— И впрямь, у брата А-Шана талия куда тоньше... Смотри-ка, как она дрожит под моими пальцами.
Евнух Юй смиренно вздохнул. Отогнав слуг подальше, он и сам отступил в тень, дабы не слышать лишнего.
* * *
Спустя некоторое время Лю Шан обессиленно лежал на груди Ли Чэня, не в силах шевельнуть и пальцем. Император ласково гладил его по спине.
— Чэнь-эр, — прошептал Лю Шан. — Ты больше не сердишься?
— Ну, допустим, — хмыкнул Государь.
— Если всё ещё сердишься, мы можем повторить! И будем повторять до тех пор, пока ты не сменишь гнев на милость! Брат А-Шан готов пожертвовать собой ради твоего благорасположения!
Ли Чэнь не удержался от смешка и щелкнул его по носу:
— Ты уверен, А-Шан? Или завтра снова попросишь отгул?
Лю Шан уткнулся носом в его шею:
— Чэнь-эр такой ненасытный... У меня до сих пор все тело ломит.
Дыхание Ли Чэня мгновенно сбилось. Он сдавленно прорычал:
— Заигрываешь? Смотри, пожалеешь!
Он звякнул цепью:
— А-Шан, открой эту штуку. Я отнесу тебя в спальню, а то простудишься.
— М-м-м, ключ висит на моем поясе... Открой сам.
Ли Чэнь потянулся к брошенной на пол одежде, нашел свой пояс, но второго не обнаружил.
— А-Шан... а где твой пояс?
— На полу же, — пробормотал Лю Шан. — Ты сам его с меня сорвал.
Ли Чэнь вспомнил подробности и его лицо вытянулось. Он молча повернул голову в сторону озера.
Лю Шан мгновенно всё понял:
— Ты... ты бросил мой пояс в воду?!
— Я не бросал! — попытался оправдаться Государь. — Я бросил его на пол! Просто шелк слишком скользкий, пояс сам... сам уполз в озеро!
— Ах, значит, это пояс виноват?
— Ну... да. Он первый начал!
Лю Шан лишился дара речи.
Ключа нет. Они в беседке посреди парка. Скоро пир закончится, и мимо непременно пойдут киданьские послы!
Но Лю Шан не растерялся:
— Ваше Величество, без паники! Есть второй ключ!
— Где?
— У моего адена!
Доу Юэ сделал два комплекта наручников с одинаковыми замками. Стало быть, ключ Лю Гуана идеально подойдет.
— Но... — Лю Шан замялся. — Аден сейчас, наверное, тоже очень занят. Играет с генералом Го в стражников и разбойников...
Шаги!
Пир окончился. Из павильона высыпала стайка киданьских гостей.
— Всё пропало! — прошептал Лю Шан.
Ли Чэнь вздохнул, его мышцы напряглись, и с громким треском — КРАК! — стальная цепь наручников разлетелась на куски.
Лю Шан вытаращился на него:
— Ты... ты мог просто разорвать их?!
Все это время Ли Чэнь лишь притворялся беспомощным, подыгрывая ему!
Завернув Лю Шана в свой плащ так, что наружу не торчал ни один локон, Ли Чэнь хитро улыбнулся:
— Надо же было порадовать брата А-Шана.
Лю Шан закрыл лицо руками. Никакой он не щенок! Настоящий хищный волк!
* * *
По случаю прибытия киданьского посольства при дворе устроили весеннюю охоту.
С самого утра императорский кортеж покинул Дамингун и устремился к угодьям неподалеку от Чанъани.
К полудню войска и свита прибыли на место. Распорядители разбили лагерь и установили шатры. Вечерний пир должен был состояться из того, что добыто на охоте.
Лю Шан нацепил лук и колчан скорее для вида — стрелять он толком не умел.
Пока чиновники готовились к выезду, Лю Шан почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Обернувшись, он увидел Елюй Яньму. Посланник тут же отвёл глаза, но Лю Шан успел его заметить.
«Этот степняк постоянно выведывает про меня всякие тонкости. Теперь еще и следит... Тут явно кроется какой-то подвох!»
Пока Лю Шан размышлял, Елюй Яньму сам подошёл к нему с открытой улыбкой:
— Распорядитель Лю!
Лю Шан ответил безупречной улыбкой:
— Посланник Елюй.
— Какой замечательный лук! — искренне восхитился степняк. — Настоящее произведение искусства!
— Скажете тоже, — скромно отмахнулся Лю Шан.
— Посланник обладает отличным чутьем! — раздался голосом Ли Чэня. — Этот лук — один на тысячу, я лично пожаловал его Распорядителю.
Император подошёл ближе и как бы случайно встал ровно между Лю Шаном и Елюй Яньму, перекрывая степняку обзор.
Елюй Яньму поклонился:
— Имея такое оружие, Распорядитель Лю сегодня без труда завоюет первый приз!
Лю Шан смущенно улыбнулся:
— Признаться, в стрельбе я полный профан. Не стоит ждать от меня подвигов.
— Эк какая разница! — подхватил Елюй Яньму. — У всех есть сильные и слабые стороны. Если Распорядитель не против, я мог бы обучить вас пару трюкам?
Лю Шан изогнул бровь. Степняк проявлял чрезмерное рвение. Что ж, раз он сам напрашивается — почему бы не сыграть по его правилам?
— Это большая честь для меня! Буду рад вашим советам.
Ли Чэнь от такой дерзости едва не потерял дар речи. Он-то рассчитывал сам учить Лю Шана стрельбе! Представлял, как они будут сидеть на одном коне, как он обнимет его сзади, как их щеки соприкоснутся...
А теперь его место занял этот степной верзила! Притом с полного согласия самого Лю Шана!
Император буквально закипел от ревности.
— Встретимся на охоте, Распорядитель.
— До встречи!
Проводив Елюй Яньму, Лю Шан повернулся к Ли Чэню и встретил взгляд, полный детской обиды.
— Чэнь-эр, ты чего?
— Ты еще спрашиваешь? Зачем согласился? Я что, не мог тебя обучить?!
Лю Шан ласково улыбнулся:
— Чэнь-эр, ты Император Поднебесной. Сегодня ты должен утереть нос этим степнякам! Первый приз за тобой!
Соревнования на охоте всегда были демонстрацией военной мощи государства. Ли Чэнь понимал это, но все равно дулся:
— Скажи честно... тебе кажется, что этот Елюй Яньму выше, шире и сильнее меня?
Лю Шан поперхнулся. Елюй Яньму действительно был выше и мускулистее семнадцатилетнего Императора. Даже генерал Го и Мэйлу Чицзань уступали ему в стати.
Увидев замешательство Лю Шана, Ли Чэнь сокрушенно опустил плечи:
— Так я и знал...
— Да какая разница, кто выше?! — тут же выкрутился Лю Шан. — Ты еще растешь! К тому же у моего Чэнь-эра грудь куда пышнее!
Ли Чэнь: «...»
— Чэнь-эр, добывай больше дичи! Особенно зайчиков! Зайчики такие милые — брат А-Шан хочет съесть зайчатину на ужин!
Ли Чэнь лишь вздохнул. Вкусы его возлюбленного иногда пугали.
* * *
Рог подал сигнал, и охота началась.
Ли Чэнь вырвался вперед на коне. На скаку он сорвал лук, вскинул его, заложил сразу три стрелы и — СВИСТ! — сбил трех летящих птиц одним выстрелом!
— Браво! — зааплодировал Лю Шан. — Ваше Величество великолепен!
Придворные зашумели от восторга. Ли Чэнь гордо задрал подбородок и бросил на Лю Шана победный взгляд.
— Распорядитель Лю, — раздался голосом Елюй Яньму. Посланник приравнял своего коня к коню Лю Шана. — Начнем урок?
Лю Шан удивился:
— А вы разве не будете охотиться?
— Победи и слава меня не интересуют, — улыбнулся степняк. — Научить вас куда важнее.
«Ну да, ну да, так я и поверил! — мысленно фыркнул Лю Шан. — Изображаешь из себя бескорыстного добряка? Ты — вождь сильнейшего племени Дила! Без жажды власти ты бы никогда не стал вождем!»
Однако внешне Лю Шан выразил полный восторг:
— Тогда полагаюсь на вас!
— Прошу, натяните тетиву.
Лю Шан честно попытался. Лук, прожалованный Ли Чэнем, был невероятно тяжелым. Лю Шан сопел, у него на лбу выступил пот, но тетива не поддалась ни на цунь.
— Ох... — смутился Лю Шан. — Сегодня я просто не выспался...
— Вы слишком много работаете, — сочувственно отозвался Елюй Яньму. — Вам нужен отдых. Позвольте, я помогу.
Не успел Лю Шан опомниться, как степняк легко перескочил на его коня, очутившись у него за спиной. Его сильные руки обвили Лю Шана, накрыв его ладони на луке.
— Вот так...
ЗВЕНЬ!
Тетива натянулась до предела. Елюй Яньму разжал пальцы, и стрела со свистом вонзилась в ствол дальнего дерева.
— Ой, мимо! — вздохнул Лю Шан.
— Присмотритесь, — тихо сказал Елюй Яньму.
Лю Шан вгляделся и ахнул: стрела пробила три падающих листа и намертво приколотила их к коре!
— Потрясающе! — искренне восхитился Лю Шан. Сила и точность этого варвара были поразительны.
— Вы отличный ученик, — скромно улыбнулся Елюй Яньму.
Лю Шан спросил:
— А почему вы стреляли по листьям, а не по птицам?
Степняк вздохнул с кротостью святого:
— Мне жаль убивать беззащитных зверушек...
«Ну и белая лилия! — едва не расхохотался Лю Шан. — Вождь воинственных степняков жалеет зайчиков!»
Сидя позади Лю Шана, Елюй Яньму прищурился, разглядывая его профиль, и тихо прошептал:
— Как же ты похож...
* * *
— Ваше Величество... — шепнул Юй Чжичжоу.
Ли Чэнь, наблюдавший за этой «трогательной» картиной, сжимал свой лук с такой силой, что на его руках вздулись синие вены.
— Ваше Величество, осторожнее, лук сейчас...
ХРУСЬ!
Деревянная дуга тяжелого боевого лука переломилась пополам в руках Императора.