— Этот Старший господин прознал про всё и дал дёру... — едва успел выговорить Лю Шан.
Он едва заметно качнул головой, и тугая повязка на шее тут же треснула. Свежая кровь мигом проступила сквозь ткань и алой струйкой побежала по коже.
Ли Чэнь мгновенно нахмурился. Сделав широкий шаг вперёд, он без лишних слов подхватил Лю Шана на руки.
— А-а! — Лю Шан охнул от неожиданности и на автомате обнял государя за шею. — Ваше Величество, вы что?! Скорей опустите меня!
— И не подумаю! — отрезал Ли Чэнь. — Ты ранен. Забудь обо всём, я сам отвезу тебя в покой.
— Государь, ну Государь... — понизив голос до умоляющего шепота, залепетал Лю Шан. — На нас же все смотрят! Ноги-то у меня целы! Пожалуйста, снимите меня на землю.
— Сказал же — не опущу, — упёрся Ли Чэнь, поджимая губы. — Отпущу — ты снова затеешь глупость. Я сам донесу тебя до кареты. А будешь вырываться — понесу дольше, чтобы уж точно все вокруг насладились зрелищем.
Лю Шан онемел. Это что ещё за детские ультиматумы? Маленький щенок решил поиграть в самодура?
Делать нечего — пришлось пойти на попятный. Лю Шан «покорно» сжался в объятиях Ли Чэня, уткнулся носом в его плечевую выемку и притворно зажмурился, изображая глубокий обморок. Включил режим страуса: пока я ничего не вижу, стыдно должно быть кому-то другому!
Ли Чэнь размашистым шагом подошёл к экипажу. Он внес Лю Шана внутрь и бережно, словно драгоценный хрусталь, усадил на мягкие мягкие меха.
— Не дергайся, — заботливо шепнул император, с тревогой глядя на повязку. — Рана опять разошлась.
Повернувшись к дверцам, Ли Чэнь ледяным тоном отдал приказ внешним стражникам:
— Всех схваченных бунтовщиков заковать в кандалы и бросить в Тюремный Лагерь Армии Божественного Замысла. Я... допрошу их лично.
— Слушаемся, Ваше Величество!
— Возвращаемся во дворец.
Экипаж плавно тронулся. Снаружи прозвучал ещё один властный наказ государя:
— Вези ровно. Если из-за тряски рана Распорядителя Дворцовой Канцелярии пострадает — ответишь головой.
— Слушаюсь, Ваше Величество! Постараюсь вести как можно мягче.
Ли Чэнь откинул полог и уселся напротив. Лицо его оставалось мрачнее тучи. Он молча въелся взглядом в Лю Шана, не произнося ни слова.
У Лю Шана нервно задергалось веко. Ему ещё никогда не приходилось разглядывать государя с такого близкого расстояния. Чётко очерченный подбородок, соболиные брови, проницательный взор... Хорош, ничего не скажешь. Но когда на тебя смотрят так, будто собираются сгубить — становится не по себе.
Лю Шан сглотнул вставший в горле ком и выдавил из себя наигранную улыбку:
— Ваше Величество... Почему вы так смотрите на своего покорного слугу? Разве я в чём-то провинился?
— А ты как думаешь? — бросил Ли Чэнь.
— Ну... — Лю Шан замялся. — Не подскажете ли, в чём именно?
— Ещё и подсказывать? — Ли Чэнь насупился. — Разве ты не должен сам всё объяснить? О том, что произошло сегодня ночью!
Лю Шан издал сухой смешок:
— Государь, да ведь я сегодня совершил настоящий подвиг! Почти все разбойники из Терема Росистых Цветов попались в наши сети. Пусть этот Старший господин и ускользнул, но стоит немного надавить на арестованных — и мы быстро вытащим его на свет!
— Вот как? — холод превосходства в голосе Ли Чэня можно было резать ножом. — Выходит, мне стоит радоваться?
— Ваше Величество, — искренне удивился Лю Шан. — Мы накрыли логово опасных бунтовщиков! Разве это не повод для радости?
— Радоваться? — Ли Чэнь ткнул пальцем в его окровавленную шею. — Ты ранен! Как я могу радоваться?! Как у меня вообще духу хватит радоваться в такой миг?!
Лю Шан обомлел.
Подумаешь, царапина... Зато разгромлено логово врагов! Разве разоблачение заговорщиков — не куда более важное дело? Разве есть что-то важнее безопасности государства?
«Неужели...»
«Неужели я для него важнее целой империи?»
От этой внезапной мысли у Лю Шана сладко защемило в груди. На душе стало тепло и радостно, хотя он и сам не мог толком понять — почему.
Заметив, как губы Лю Шана расплываются в улыбке, Ли Чэнь вспыхнул:
— Ты ещё и смеёшься? Что тут смешного?! Я что, шутки шучу?
— Вовсе нет, — Лю Шан поспешно замахал руками. — Ваше Величество так искренне печётся обо мне... Как же мне не радоваться? А от радости и улыбка сама собой просится!
Услышав это, Ли Чэнь не удержался — уголки его губ дернулись вверх, но он тут же снова напустил на себя строгость:
— Елейные речи! Лишь бы зубы мне заговаривать. Не думай, что сладостными словами сможешь откреститься от своего самоуправства! Отвечай: ты ведь поступил дурно?
— Государь... — Лю Шан виновато скривился. — Я ведь был вынужден утаить всё от вас. Посудите сами: вы — опора государства, но вокруг столько лазутчиков! Случись хоть малейшая оплошность с моей стороны — и весь ваш великий замысел пошел бы крахом...
Ли Чэнь фыркнул, превратившись в обиженного и гордого щенка, и скрестил руки на груди:
— Мне не сказал, а Доу Юэ — разболтал! Выходит, в твоих глазах Доу Юэ надежнее и важнее меня?
— Ваше Величество, напраслина! — Лю Шан мгновенно включил всё своё красноречие. — Разве дело в доверии к Доу Юэ? Я доверился его отцу — а у Доу Фуфэна денег столько, что хватит купить весь мир! Его связи охватывают всю Чанъань. С такой агентурной сетью, пока люди из Терема Росистых Цветов не вывезли меня за городские ворота, я гарантированно оставался у него на виду.
— А если бы вывезли?! — отрезанно спросил Ли Чэнь.
Лю Шан щелкал ответы как орешки:
— Это исключено. Чтобы вывезти взрослого человека из столицы, нужный осмотр на страже. К тому же ночью ворота заперты. Заговорщики скрывались пять лет не для того, чтобы так глупо рисковать.
— Понятно, — вздохнул Ли Чэнь. — Наш Распорядитель Дворцовой Канцелярии предусмотрел абсолютно всё. И только меня одного держал в дураках, заставляя сходить с ума от страха!
Лю Шан опустил глаза. Разговор снова вернулся к исходной точке...
Видя, что юный государь окончательно раскис и затаил глубокую обиду, Лю Шан понял: спорить бесполезно. В такие минуты логика бессильна — поможет только полная капитуляция.
— Ваше Величество... — пролей он немного патоки в голос. — Я виноват! Простите глупого слугу!
— В чём твоя вина? — сжимая губы, спросил Ли Чэнь.
Лю Шан мысленно схватился за голову.
«Да это же классический смертельный вопрос! Почему что в XXI веке, что в эпоху Тан мужчины задают одно и то же?!»
Лю Шан собрал волю в кулак и выдавил:
— Я не должен был скрывать правду от Вашего Величества. Мне следовало обо всём доложить заранее, чтобы не заставлять вас переживать. Это моя несмываемая вина, я заслуживаю смерти!
— Неугадал.
— Не угадал? — Лю Шан застыл. Вот уж точно — ступил на минное поле!
Ли Чэнь посмотрел ему прямо в глаза и тихо проговорил:
— Твоя главная вина в том, что ты позволил себе получить рану.
Лю Шан замер.
— Ты ведь всё просчитал заранее, верно? — продолжал Ли Чэнь. — И только не лги мне, будто ранился случайно. Ты подставился под удар специально, чтобы заговорщики поверили, будто ты действительно не был готов!
Лю Шан лишился дара речи. А ведь парень далеко не глуп...
Если бы Лю Шан не сопротивлялся и позволил увести себя без единой царапины, хитрые бестии сразу заподозрили бы неладное. Ему пришлось пролить кровь, чтобы драма выглядела убедительно.
— Мне всё равно, ради чего это было сделано, — вдруг упрямо и даже капризно заявил Ли Чэнь. — Ты не имел права ранить себя! Моему сердцу больно за тебя!
Лю Шан опешил. От этого микса мальчишеской капризности и взрослой страсти становилось как-то не по себе...
Ли Чэнь взял его за руку. Ладонь императора оказалась ледяной — не от ночного свежего ветра, а от пережитого ужаса.
— Ты хоть понимаешь, как я перепугался? — тихо, почти сбивчиво прошептал Ли Чэнь. — Я до смерти боялся, что больше никогда тебя не увижу...
Он подался вперёд и бережно обнял Лю Шана, осторожно обходя повреждённую шею. Прильнув к его плечу, государь уткнулся носом в халат — то ли жалуясь, то ли ища защиты:
— Я просто не хочу, чтобы с тобой что-то случилось...
«Даже если я тебе не мил... я просто хочу, чтобы ты был жив и невредим».
Слушая его прерывистое дыхание, Лю Шан неожиданно почувствовал, как глубоко внутри кольнула совесть. Схема казалась идеальной, победа была в руках, но он совершенно не подумал о тех, кто за него переживал. Если юный император перепугался до полусмерти, что уж говорить об отце... Чтобы не тревожить Лю Гуана, Лю Шан не обмолвился ему ни словом.
Лю Шан мягко обнял Ли Чэня в ответ и тихо произнес:
— Государь... Я действительно виноват.
— А в следующий раз снова так поступишь? — буркнул Ли Чэнь куда-то в шелковый воротник.
— Не осмелюсь! Ни за что! — пообещал Лю Шан.
— Не осмелишься? — Ли Чэнь отстранился. — Значит, планируешь следующий раз?!
— Никаких следующих раз со мной не случится! — поспешно исправился Лю Шан.
Ли Чэнь фыркнул:
— Если еще хоть раз оступишься — я сразу обо всем доложу Верховному Военному Советнику.
— Только не это! — перепугался Лю Шан. — Ваше Величество, умоляю, не говорите отцу!
— Охо-хо, — Ли Чэнь просиял, на его щеках показались очаровательные ямочки. — Наш Распорядитель Дворцовой Канцелярии, оказывается, кого-то боится? И почему же мне нельзя рассказать Верховному Военному Советнику?
— Пощадите! — взмолился Лю Шан. — Только не аде...
— Ладно, — сжалился Ли Чэнь. — Видя такую искренность с твоей стороны, я так и быть сохраню твой секрет.
Пока они разговаривали, карета въехала на территорию Дворца Великой Ясности и остановилась прямо перед Павильоном Малинового Созвездия.
— Я сперва сойду и помогу тебе, подожди, — сказал Ли Чэнь.
Лю Шан послушно кивнул.
Император вышел из экипажа, но снаружи внезапно воцарилась звонкая тишина. Лю Шан удивленно отодвинул занавеску:
— Ваше Величество, вы же хотели помо...
Слова застряли у него в горле.
Прямо возле кареты стоял человек, которому обо всём этом знать категорически воспрещалось.
Верховный Военный Советник Лю Гуан!
Его изысканное, холодное лицо словно покрылось слоем лютой наледи. Он безмолвно и сурово смерил сына ледяным взглядом.
Лю Шан обомлел.
Сглотнув, он кротко выбрался из кареты и пискнул:
— А-дя...
Лю Гуан выцедил сквозь зубы:
— Смотрю, ты у нас совсем взрослый стал?
— А-дя, дай я всё виновато объясню! — поспешно воскликнул Лю Шан.
— Просто объяснишь, — поправил Ли Чэнь.
Лю Шан кивнул:
— Да, объясню! На самом деле сегодня я совершил подвиг, правда ведь, Государь?
Ли Чэнь взглянул на каменную физиономию Лю Гуана и осекся. Император мгновенно смекнул: о его чувствах к Лю Шану этот старый лис прекрасно осведомлен. Если сейчас испортить отношения с будущим «тестем», это может плохо сказаться на его дальнейших любовных перспективах.
И Ли Чэнь без зазрения совести покачал головой:
— Распорядитель Дворцовой Канцелярии, ты поступил крайне неразумно!
Лю Шан округлил глаза от такой наглости.
А Ли Чэнь уже вовсю включил праведного наставника:
— О таком серьезном деле ты обязан был шепнуть хотя бы словечко Верховному Военному Советнику! А ты заперлся в себе, как моллюск, да ещё и меня ввёл в заблуждение!
«Государь?! — мысленно возопил Лю Шан. — Ты что, бросаешь меня на амбразуру?!»
Ли Чэнь тем временем не упустил случая вставить палки в колёса своему главному сопернику:
— Верховный Военный Советник, этот Доу Юэ тоже хорош! Я-то я питал к нему такое доверие, а он не оправдал надежд. А-Шан делился планами только с ним, а Доу Юэ держал рот на замке и ниму кому ничего не сказал! Сегодня, слава предкам, всё обошлось. А если бы с А-Шаном случилась беда? Как вы думаете, должен я наградить Доу Юэ или покарать?
Лицо Лю Гуана стемнело еще пуще. Он и не подозревал, что в этом деле замешан Доу Юэ!
Ли Чэнь ликовал про себя. «Этот хитрый слизняк Доу Юэ смеет вести секретные дела с моим А-Шаном? Получи же порцию яда перед родным отцом! Лю Гуан души не чает в сыне, и теперь вся его ярость обрушится на тебя. Посмотрим, как ты после этого подольстишься к А-Шану!»
— А-дя, Доу Юэ ни в чём не виноват, я сам попросил его помочь! — попытался заступиться Лю Шан.
«Ещё и защищаешь его?!» — возмутился Ли Чэнь и нарочито громко добавил:
— Советник, А-Шан ведь ранен. И ранен в шею! Повязка уже несколько раз рвалась. Заберите его скорей и как следует подлечите!
— Ранен?! — Лю Гуан мгновенно переменился в лице. — Ну-ка дай я посмотрю!
Забыв обо всём на свете, отец увлек Лю Шана в Особое Ведомство Дворцовых Слуг, тут же вызвав императорского лекаря.
Ли Чэнь облегченно вздохнул и ухмыльнулся:
«А мой язычок умеет стравливать людей, когда надо!»
* * *
Вернувшись в Павильон Малинового Созвездия, Ли Чэнь вызвал к себе Верховного Цензора и исполняющего обязанности главы Верховного Суда Лю Чанъи, поручив ему допросить главного управляющего Терема Росистых Цветов. Пока продолжалась эта суматоха, на востоке уже затеплился рассвет, и император смог прилечь лишь на какой-то час.
Едва солнце поднялось, Ли Чэнь уже встал и принялся умываться.
— Есть вести от Лю Чанъи? — спросил он.
Евнух Юй Чжичжоу склонил голову:
— Пока нет, Ваше Величество. Цензор Лю передает, что разбойник оказался упрямым и категорически отказывается называть имя кукловода.
Ли Чэнь холодно ухмыльнулся:
— Прекрасно. Посмотрим, насколько хватит его упрямства.
Отдав необходимые распоряжения, Ли Чэнь направился прямо в Тюремный Лагерь Армии Божественного Замысла. Из-за особой опасности управляющего держали в одиночной камере под усиленной охраной.
Когда государь подошел, Лю Чанъи всё еще вел допрос. Внутри камеры стоял стол, а сам пленник был крепко привязан к дыбе.
— Если продолжишь молчать, не обессудь — придется пустить в ход пытки, — ровным тоном произнес Лю Чанъи.
— Ха-ха-ха! — вызверился пленник. — Пытки? Ты, ничтожный глава Верховного Суда, смеешь угрожать мне пытками?! Наш Терем знает тайны половины поднебесной! Да у тебя поджилки затрясутся!
Лю Чанъи остался невозмутим:
— Вот как? Тайны половины двора? Великолепно. Ты, должно быть, не знаешь, кто я такой. В столице меня не слишком любят, и всё потому, что у меня есть одно скромное хобби — писать доносы и подавать жалобы императору. Раз у тебя так много сочных секретов — выкладывай! Я с удовольствием составлю на их основе пару десятков доносов.
— Ты?! — замялся управляющий. — Да кто ты вообще такой?!
— Неужели в твоих всеведущих реестрах не нашлось места для имени Лю Чанъи?
— Лю Чанъи?! — обомлел тот. — Так ты и есть Железный Судья Лю?!
Лю Чанъи ядовито улыбнулся:
— Собственной персоной. Выходит, твои сведения не так уж и полны, раз ты даже на меня компромата не нарыл. Не смеши людей.
Он сделал жест рукой:
— Раз он так неразумен — применить пытки.
— Постойте! Постойте! — закричал управляющий. — Вы хоть представляете, кто стоит за мной и за Старшим господином?! Сделаете мне больно — пожалеете!
— Неужели? — в камеру медленно вошел Ли Чэнь. — А мне как раз ужасно любопытно узнать, что это за Старший господин такой, способный нагнать подобный страх? Назови его имя, проверим, испугаюсь ли я.
Завидев государя, управляющий стиснул зубы. Он решил стоять до конца.
Ли Чэнь задорно блеснул глазами:
— Обожаю крепкие орешки.
Он подошел к жаровне и от нечего делать начал перебирать щипцами раскаленные угли:
— Цензор Лю, вы ведь не играете в поло и, наверное, не знаете — мне тут как раз не хватало хорошей клюшки.
— Изволите говорить загадками, Ваше Величество, — склонил голову Лю Чанъи.
Ли Чэнь мягко продолжить крутить щипцы:
— Деревянные клюшки быстро покрываются заусенцами и колют пальцы — ненавижу это. Золотые или серебряные слишком тяжелы... Что же делать?
— Глупый слуга не смеет судить, — ответил Лю Чанъи.
Ли Чэнь сладко улыбнулся:
— А я вот думаю: как насчет костяной клюшки? Из... человеческой бедренной кости?
И его взор медленно опустился на ноги пленника.
Управляющий задрожал всем телом.
— Я давно об этом думал, — как ни в чём не бывало продолжал Ли Чэнь. — Да всё опасался, что подданные сочтут меня жестоким деспотом. Но желание уж больно велико! Я ведь император — неужели не имею права на маленькую прихоть? А тут такой случай! Одной ногой у тебя станет меньше — эка невидаль. Всё равно тебя ждет плаха, так почему бы не послужить государю?
— А-а-а! — в ужасе заверещал управляющий. — Нет! Не надо! Не смейте!
И все же называть имена он не спешил.
Ли Чэнь поднял раскаленные докрасна щипцы и шаг за шагом стал приближаться к дыбе. Не дожидаясь, пока металл остынет, он с силой прижал их к бедру пленника.
Застенки огласил дикий, нечеловеческий вопль.
Ли Чэнь продолжал улыбаться всё так же ласково, словно невинный дитя, и слегка наклонил голову:
— Больно? Ну ничего. Мне ведь нужна только кость, так что если вся эта лишняя плоть обуглится — даже проще будет вынимать.
— А-а-а! Пощадите! Ваше Величество! Пощадите! — забился в корчах управляющий. — Вы не можете! Не смеете! Вы пожалеете!
— Пожалею? — вымолвил Ли Чэнь, и улыбка мгновенно исчезла с его лица. — Я уже пожалел, что потратил на тебя столько времени.
Он с треском бросил щипцы на пол и сухо приказал:
— Выдерните у него бедренную кость.
— Слушаемся, Ваше Величество!
— Нет! Помогите! Спасите-е-е!
Не оборачиваясь на вопли, Ли Чэнь вышел из тюремного лагеря. Настроение у него оставалось паршивым — разбойник оказался крепче, чем думалось.
Желая навестить Лю Шана, государь направился к Особому Ведомству Дворцовых Слуг, но по пути наткнулся на своего соперника — Доу Юэ.
Тот шел, повесив нос, и до того погрузился в свои мысли, что не заметил государя и на полном ходу врезался в него.
Ли Чэнь мог легко уклониться, но специально остался на месте и строго гаркнул:
— Дерзкий Доу Юэ! Ты смеешь сбивать с ног своего государя?!
Доу Юэ спохватился и мгновенно пал на колени:
— Слуга виноват! Ничтожный слуга заслуживает смерти!
Поняв, что парень и так на грани, Ли Чэнь сменил гнев на милость:
— Встань. Что с тобой? На лице лица нет.
Взглянув на дорогу, откуда пришел Доу Юэ, император сообразил: тот держит путь из ведомства, где лежал Лю Шан.
— Неужели Распорядителю стало хуже?! — с наигранным испугом воскликнул Ли Чэнь.
— Нет-нет! — замахал руками Доу Юэ. — С Господином Лю всё в порядке! Лекарь Цуй совершил чудо, кровотечение остановлено. Просто... просто...
— Что «просто»?
Доу Юэ окончательно пал духом:
— Просто... меня даже на порог не пустили.
— Это ещё почему?
— Наказ Верховного Военного Советника! — всхлипнул Доу Юэ. — Сказал, что Господину Лю нужен абсолютный покой, и запретил кого-либо впускать. Я пытался уговорить слуг, но они встали стеной!
Ли Чэнь чуть не расхохотался на месте. Ещё бы! Его вчерашний донос сработал безупречно — Лю Гуан в ярости перекрыл Доу Юэ доступ к сыну. Так тебе и надо, хитрый лис!
Скрывая ликование, государь сочувственно произнес:
— Верховного Военного Советника можно понять. Он отец, и сердце у него болит за сына. Тебе стоит встать на его место, Доу Юэ.
Затем Ли Чэнь великодушно добавил:
— Но так и быть — я сам навещу его и передам от тебя привет.
Не подозревая, кто на самом деле был виновником его бед, Доу Юэ от всего сердца поклонился:
— Благодарю, Ваше Величество!
— Не стоит благодарности! — Ли Чэнь весело помахал рукой и зашагал к Особому Ведомству.
Едва он приблизился к воротам, как дежурные евнухи дружно повалились на колени:
— Приветствуем Его Величество! Десять тысяч лет государю!
— Встаньте, — повелел Ли Чэнь.
Однако слуги не шелохнулись, уткнувшись лбами в землю.
Ли Чэнь нахмурился:
— Я сказал — встать. Вы почему дорогу перегораживаете?
— Ваше Величество, пощадите! — запричитали евнухи. — Не наша воля! Верховный Военный Советник строго-настрого приказал никого не впускать к Господину Лю!
— Даже меня?! — округлил глаза Ли Чэнь.
Слуга задрожал:
— Верховный Военный Советник отдельно указал... особенно не впускать Министра общественных работ и... Ваше Величество...
Ли Чэнь онемел.
Вот уж действительно — не рой другому яму! Лю Гуан перекрыл кислород не только Доу Юэ, но и самому императору.
Входить силой Ли Чэнь не стал. Это Дворец Великой Ясности, его родовой дом, но портить отношения с Лю Гуаном сейчас было категорически нельзя.
— Ладно, — вздохнул Ли Чэнь. — Не буду вас называть.
Вернувшись в Павильон Малинового Созвездия, государь до самого вечера углубился в изучение государственных бумаг. Но как только стемнело и на дворцовые крыши опустилась глухая ночь, Ли Чэнь понял: пора идти на штурм!
Вместе с евнухом Юй Чжичжоу они прокрались к задней стене ведомства.
— Ваше Величество... Вы действительно собираетесь лезть через стену? — сомневался Юй Чжичжоу.
— Разумеется! — ответил Ли Чэнь. — Я ради этого весь день работал без отдыха.
— А когда изволите вернуться в спальные покои?
— Вернусь на рассвете! Я останусь у А-Шана на ночь.
Не успел слуга ахнуть, как Ли Чэнь ловкой кошкой взлетел на высокую стену и исчез на той стороне.
* * *
В своих покоях Лю Шан изнывал от тоски. Отец запретил ему выходить, и от нечего делать он решил порыться на книжной полке. На глаза попался фолиант с солидным названием «Законы династии Тан».
Желая подтянуть знания по средневековому праву, Лю Шан откупорил книгу и... обомлел.
Обложка врубила глубокую конспирацию! Внутри находился самый натуральный эротический альбом! Качественные иллюстрации, проработанные детали, сочные сюжеты...
Лю Шан хмыкнул: оказывается, местным евнухам тоже ничто человеческое не чуждо. Из любопытства он перевернул пару страниц и неожиданно густо покраснел.
На картинках были изображены вовсе не мужчины и женщины. Там красовались мужчины с мужчинами, а на некоторых — мужчины с евнухами!
В голове Лю Шана невольно всплыли воспоминания о собственных ночных приключениях с фальшивым «щенком». Позы на рисунках до смешного точно повторяли их недавние безумства.
— А-Шан! — раздался голос прямо над ухом, и чья-то ладонь опустилась ему на плечо.
Лю Шан едва не взвизгнул от испуга. Рука дёрнулась, и срамная книга полетела на пол!
— В-Ваше Величество?! — вытаращился он на Ли Чэня, а затем перевел взгляд на приоткрытое окно.
Император пролез через окно?!
Ли Чэнь расплылся в улыбке:
— Так рад меня видеть, что аж заикаешься?
— Ха-ха... — выдавил Лю Шан. — Государь, как вы здесь оказались?
— Переживал за тебя, вот и пришел. Твой отец выставил стражу у дверей, но разве это преграда? Я просто перелез через стену.
Лю Шан мысленно покрутил пальцем у виска. Вот уж действительно — неудержимый!
Пытаясь незаметно поднять книгу, Лю Шан наклонился, но тут же охнул: рана на шее натянулась и отозвалась резкой болью.
— Не дергайся! — Ли Чэнь заботливо придержал его и сам поднял фолиант. — Я сам подниму. Ты ведь ранен, зачем так усердствовать ради каких-то «Законов Тан»...
Ли Чэнь мельком встряхнул книгу, глянул на раскрытую страницу и... замер.
Перед его взором предстали самые изощренные позы, включая групповые сцены на троих и четверых!
— Это... не мое! — мгновенно сдал отца Лю Шан, даже не моргнув. — Это отца! Лю Гуана!
Ли Чэнь дернул бровью:
— Верховного Советника...?
— Именно! — Лю Шан тараторил без запинки. — Он случайно забыл её здесь, а я просто... пролистывал!
Глядя на его заалевшие уши, Ли Чэнь ухмыльнулся. Лю Шан был парнем не промах, пронять его до красноты удавалось крайне редко.
— Раз уж А-Шан проявляет такой интерес к подобной литературе... — Ли Чэнь понизил голос. — Может, Чэнь-эр почитает её вместе с тобой?
— Что?! — Лю Шан выпал в осадок. Читать парные картинки вместе?!
В памяти всплыли студенческие годы, когда кто-то из парней скачивал пикантное видео, и посмотреть его сбегался весь этаж общаги. Но сейчас-то ситуация иная!
Ли Чэнь уже бесцеремонно разложил альбом на столе, усадил Лю Шана рядом, налил два бокала чая и с большим интересом принялся изучать иллюстрации:
— Хм... У этого рожа жидковата, куда ему до моего А-Шана.
— А у этого фигура дрянь...
— Этот вообще тощий, как жердь. У А-Шана тело куда ладнее.
— Как по мне, у моего А-Шана талия куда изящнее.
Лю Шан сидел ни жив ни мертв. Почему он сравнивает каждого нарисованного мужика со мной?!
Кровь прихлынула к щекам. Слушая эти фривольные комментарии, Лю Шан против воли начал представлять на месте нарисованных персонажей себя и стоящего рядом Ли Чэня. Картинки в голове оживали, во рту пересохло, а мысли стали путаться.
— А-Шан? Ты чего застыл? — Ли Чэнь слегка толкал его в плечо.
Заметив, насколько сильно покраснел Лю Шан, император перепугался: при ранениях шеи воспаление и жар смертельно опасны! Он мгновенно наклонился и прижался своим лбом к лбу Лю Шана, проверяя температуру:
— Вроде не горит...
Лю Шан, находившийся в полном тумане от пикантных картинок и близости юноши, совершенно неправильно истолковал этот жест. Подумав, что Ли Чэнь тянется за поцелуем, он подался навстречу и сам прикоснулся губами к уголку его рта.
Ли Чэнь замер.
Лю Шан замер тоже.
Осознание содеянного накрыло Лю Шана сокрушительной волной. Он вылупился на государя и залепетал:
— Государь, я... я случайно...
Но закончить фразу ему не дали.
Взгляд Ли Чэня мгновенно изменился. Милый щенок в одну секунду превратился в голодного дикого волка, дорвавшегося до свежего мяса. Он сгреб Лю Шана в охапку и накрыл его губы жадным, глубоким поцелуем, бережно избегая задевать раненую шею.
— Брат А-Шан... — прохрипел Ли Чэнь, подхватывая его на руки и перенося на мягкую кушетку. — Ты сам виноват... Зачем ты заставил меня смотреть эти бесстыдные картинки? Теперь ты обязан ответить за это!
Лю Шан лежа на кушетке, снизу вверх смотрел на горящие глаза государя. Внутренний голос подсказывал, что надо воспротивиться, но тело не слушалось — сердце колотилось как бешеное, а руки сами тянулись обнять Ли Чэня за шею.
Видя, что его не отвергают, Ли Чэнь окончательно потерял контроль. Он схватился за пояс Лю Шана...
Тук-тук-тук!
Пояс еще не успел поддаться, как в дверь громко постучали.
Из-за дверей раздался спокойный голос Лю Гуана:
— Шан-эр, ты спишь?
Лю Шан и Ли Чэнь подскочили как ужаленные! Лю Шан изо всех сил отпихнул государя, а тот в панике рванул к окну.
— Стой! — шепнул Лю Шан, хватая его за халат. — Отец прямо под окнами, ты на него наступишь!
Ли Чэнь потерял обладание и, не придумав ничего лучше, запрыгнул обратно на кушетку и с головой накрылся одеялом!
Тук-тук-тук!
— Шан-эр?
— А... А-дя! — собрав остатки голоса, откликнулся Лю Шан. — Я уже лег!
— Почему светильник горит? — спросил Лю Гуан.
«Да потому что мы с государственным мужем картинки разглядывали!» — мысленно возопил Лю Шан, а вслух выпалил:
— Я... я засыпал и забыл погасить! Сейчас потушу!
— Погаси и ложись спать, — вздохнул за дверью отец.
За дверью раздались удаляющиеся шаги. Ушел!
Ли Чэнь с треском сбросил одеяло и жадно заглотил воздух. Пусть Лю Гуан и не владеет боевыми искусствами, но Ли Чэнь так перепугался от мысли быть застигнутым на месте преступления, что затаил дыхание и едва не задохнулся под периной.
— Государь, вы живы? — шепотом спросил Лю Шан, поглаживая его по спине.
Оба замерли в неловком молчании. Если бы не появление Лю Гуана, последствия были бы самыми необратимыми...
Ли Чэнь лосал локти: такой момент испорчен! А-Шан впервые сам проявил инициативу!
Лю Шан же погрузился в глубокие экзистенциальные размышления. Что это сейчас было?! Потерял контроль от мужской красоты?!
«Я же натурал! Как я мог поддаться на уловки этого парня?! Пусть даже он чертовски красив...»
«Нет-нет, — успокаивал себя Лю Шан. — Это всё из-за той проклятой книги! Атмосфера навеяла... Едва не стал совратителем!»
Но тут же в голове возник новый вопрос: в университетские годы они с пацанами смотрели вещи куда более откровенные, и ничего подобного с ним не происходило. Почему же с этим «евнушеским» телом и перед этим парнем у него так крышу сносит?
Лю Шан косо взглянул на Ли Чэня. В полутьме профиль молодого государя выглядел невероятно благородным и притягательным. Сердце Лю Шана снова пустилось вскачь, выбивая рваный ритм.
Он прижал ладонь к груди.
«Неужели... Неужели этот щенок мне действительно нравится, и дело вовсе не в его красивомлице?»
— А-Шан? — окликнул его Ли Чэнь.
— А? — Лю Шан мотнул головой, разгоняя нечистые мысли.
— Потуши свечу, а то Советник снова вернется, — шепнул Ли Чэнь.
Лю Шан задул огонь.
Комната погрузилась в мрак. В темноте неловкость проявилась с новой силой — если минуту назад между ними бушевал пожар, то теперь воцарился лед.
— Кхм! — Ли Чэнь прокашлялся, пытаясь разрядить обстановку. — А-Шан, ты даже не представляешь, до чего мерзким оказался этот управляющий из Терема Росистых Цветов.
— Да-а? — наигранно подхватил Лю Шан. — Какой-то проходимец смеет злить нашего государя? Да как он смеет!
Разговор наконец завязался.
Ли Чэнь продолжить:
— Он молчал как истукан. Я разозлился и приказал выломать у него бедренную кость на клюшку для поло!
Государь осекся. В темноте он не видел лица Лю Шана и испугался, что его жесткий поступок мог оттолкнуть юношу. Всё-таки раньше он всегда изображал из себя невинного и мягкого правителя...
Однако Лю Шан даже глазом не моргнул:
— Этот мерзавец стал причиной моей раны! Из-за него мне теперь пол месяца сидеть на постной диете! Да еще и Ваше Величество расстроил. Так ему и надо! К тому же, чтобы сознаться, нога ему не нужна — достаточно одного языка.
Ли Чэнь облегченно выдохнул. Слава предкам, А-Шан его не испугался.
— Но он действительно упрям, — добавил Ли Чэнь. — Боюсь, если допрос затянется, этот Старший господин успеет замести следы и сбежать.
Лю Шан потер подбородок:
— Вы правы. К тому же у них во дворе есть свой шпион. Раз Старший господин находился так близко и успел уйти — ему явно кто-то дал знать. Нам нужно срочно выломать эту крысу.
— И что ты предлагаешь? — спросил Ли Чэнь. По голосу Лю Шана было понятно, что у того уже готов план.
Лю Шан лукаво улыбнулся:
— Есть у меня один способ. Очень легкий, без лишних хлопот.
— Какой же?
Лю Шан маняще помахал пальцем. Ли Чэнь пригнулся ближе.
Лю Шан прильнул к его уху и выдохнул теплое дыхание:
— Ловля на живую наживку. Ждать у моря погоды.
Ли Чэнь услышал слова, но смысл их ускользнул — шелковистый шорох голоса Лю Шана словно перышком щекотал его сердце.
Во рту у императора пересохло. Он внезапно схватил Лю Шана за руку и, пытаясь нащупать его губы в темноте, проплёл:
— А-Шан, я знаю, что ты снова меня отвергнешь, но я...
Тап-тап-тап!
За дверью снова раздались тяжелые шаги.
Ли Чэнь мгновенно осекся:
— Верховный Военный Советник опять возвращается!
— Что?! — перепугался Лю Шан. — Да почему ему не спится-то?!
Тук-тук-тук!
Из-за двери снова донесся голос Лю Гуана:
— Шан-эр, ты точно спишь? Мне кажется, или в твоей комнате снова кто-то шепчется? С кем ты там разговариваешь?