Лю Шан и Го Юйчэнь переступили порог Башни Лунного Фонаря. Едва они вошли в залу, как навстречу выскочил проворный трактирный слуга. Завидев гостей, он во весь голос огласил заведение:
— Ох ты, да это же сам господин Распорядитель Дворцовой Канцелярии! Какая честь для нашего скромного заведения! Проходите, просим, просим!
Голос у него был зычный, а приём — подчёркнуто рьяный. Казалось бы, ничего подозрительного, вот только...
От этого возгласа во всех верхних покоях тут же узнали, кто пришёл. Лю Гуан и Доу Фуфэн, сидевшие в отдельном кабинете на втором этаже, услышали всё до последнего слова.
Лю Гуан тиховато усмехнулся и беспомощно качнул головой:
— Похоже, мой Шан’эр изволил пожаловать.
Доу Фуфэн поднялся с места:
— Раз так, сегодняшняя трапеза остаётся за мной. Заказывайте всё, чего душа пожелает, а я, пожалуй, откланяюсь.
Он покинул покой и, пока Лю Шан с Го Юйчэнем поднимались, взбежал на третий этаж. На мгновение застыв у перил, Доу Фуфэн метнул беглый взгляд вниз, на суету первого этажа, и скрылся.
Тем временем Лю Шан спросил слугу:
— Господин Верховный Военный Советник сегодня здесь?
Тот и не думал вилять:
— Здесь, здесь! В верхнем кабинете изволят отдыхать. Раз ваше превосходительство изволили лично прибыть, дело верное — секретное! Я немедленно провожу вас!
Услужливый слуга провёл гостей по лестнице, подвёл к нужным дверям и осторожно постучал:
— Господин Верховный Советник, к вам господин Распорядитель Дворцовой Канцелярии.
— Входи, — отозвался из-за дверей знакомый голос Лю Гуана.
Слуга распахнул створки, приглашая гостей войти.
Лю Шан оглядел покой. За столом сидел один лишь Лю Гуан, но перед ним стояли два прибора. Две пары палочек, разложенные друг напротив друга, явно указывали на то, что трапезничал верховный советник не в одиночестве.
Лю Гуан скользнул взглядом по вошедшим и бросил слуге:
— Поставь ещё один прибор.
— Слушаюсь, господин советник.
Слуга проворно выполнил указание и с поклоном удалился, плотно прикрыв за собой дверь.
Лю Шан озадаченно спросил:
— А где же Доу Фуфэн? В совете сказали, что а-дэ принял именно его приглашение.
Лю Гуан с невозмутимым видом ответил:
— Возникли неотложные дела, ему пришлось уйти.
Лю Шан опустился на циновку:
— И о чём же вы говорили?
— Да так, ничего особенного, — уклончиво отозвался отец.
— Ничего особенного? — от такого ответа Лю Шан лишь пуще усомнился.
Лю Гуан добавил:
— Обычные торговые дела. Военно-Административный Совет нынче как раз проверяет городские кварталы и рыночные постройки.
Лю Шан понимающе кивнул.
Лю Гуан перевёл взгляд на Го Юйчэня и, пристально осмотрев молодого генерала с головы до ног, поинтересовался:
— А вы, великий генерал, каким образом оказались подле Шан’эра?
— Э-э... — Го Юйчэнь смущённо почесал затылок. — По правде говоря... я...
Лю Шан ухмыльнулся:
— Он искал тебя, а-дэ. Узнав, что тебя нет на месте, так расстроился, что мне пришлось привести его сюда.
— Господин... господин Распорядитель! — Го Юйчэнь покашлял, пытаясь вернуть самообладание. — Вы наговариваете на меня... Я вовсе не так уж сильно расстроился. Разве что... совсем немного.
Лю Шан не удержался и тихо рассмеялся. Он лишь хотел пошутить над приятелем, но никак не ожидал от того подобного чистосердечия:
— А ведь молодой генерал Го ужасно мил!
Стоило ему это произнести, как Го Юйчэнь ощутил на себе колкий, ледяной взгляд Лю Гуана. Верховный советник смотрел так тяжело, будто бы не Лю Шан безобидно подтрунивал над генералом, а сам генерал дерзнул флиртовать с его сыном.
Лю Гуан как бы между прочим спросил:
— Шан’эр, завтра в полуденный час ты свободен?
— А? — Лю Шан задумался. — Да, делами я сейчас не обременён. А что такое, а-дэ?
— Ничего особенного, — ответил Лю Гуан. — Загляни завтра в Военно-Административный Совет, раздели со мной обед. Что скажешь?
— С удовольствием! — не раздумывая согласился Лю Шан.
Окончив трапезу в Башне Лунного Фонаря, они втроём покинули заведение и отправились обратно во Дворец Великой Ясности.
* * *
На следующий день, едва пробил полуденный час, Лю Шан в приподнятом настроении выскочил из Ведомства Внутренних Дел и устремился в Военно-Административный Совет.
— А-дэ! А-дэ, я пришёл! — со смехом крикнул он ещё с порога.
Привычным движением толкнув створку дверей в покои Лю Гуана, Лю Шан переступил порог, но отца внутри не обнаружил. Он огляделся по сторонам и озадаченно пробормотал:
— Хм? Куда же он запропастился?
Едва Лю Шан ступил на территорию совета, как один из младших евнухов тут же метнулся с докладом к Лю Гуану:
— Господин Верховный Советник, прибыл господин Распорядитель! Он ждёт в ваших покоях.
Лю Гуан лишь сдержанно кивнул.
Накануне он дал обещание Доу Фуфэну своднить Лю Шана с его сыном, Доу Юэ. Однако в действительности Лю Гуан затаил свои расчёты. Доу Юэ, хоть и являлся сыном богатейшего купца и наследником несметных сокровищ, казался фигурой слишком заметной. Именно из-за непомерного богатства семьи Лю Гуан и не ощущал спокойствия.
Сведи он Лю Шана с Доу Юэ — и парень, занимающий должность смотрителя в Министерстве Общественных Работ, неминуемо станет мишенью для завистников и досужих сплетен. Доу Юэ прост и наивен, совершенно не ведает, насколько грязна придворная грызня. Сможет ли он защитить себя, не утянув за собой Лю Шана?
Лю Гуан полагал, что сам он уже достиг вершины власти и могущества, да и Лю Шан во Дворце Великой Ясности чувствует себя как рыба в воде. А значит, избраннику его сына вовсе не обязательно обладать богатством или высоким чином. Главное — чтобы был кротким, заботливым и, самое важное, послушным, дабы не навлекать на Шан’эра лишних бед.
С этой точки зрения Доу Юэ выглядел далеко не лучшей партией.
Желая оградить Лю Шана от государя и избавиться от лишних угроз, Лю Гуан согласился на словах, но про себя решил подстраховаться. В его глазах Доу Юэ был лишь запасным вариантом, к которому следовало прибегнуть лишь в крайнем случае.
Заранее отобрав нескольких дворцовых служанок — сплошь красавиц с кротким, выдержанным нравом и безупречной покорностью, — Лю Гуан вознамерился сперва устроить сыну смотрины. Если какая-то из них припадёт Лю Шану к душе, отпадёт всякая нужда сводить его с купцовым сыном. А обещание, данное Доу Фуфэну, всегда можно списать на безуспешность попыток.
Лю Гуан обернулся к стоящей неподалёку служанке и негромко наставил:
— Ступай. И помни: ты должна ублажить господина Распорядителя по высшему разряду.
— Слушаюсь, — девица ничком склонилась в изящном поклоне. Голос у неё был тихий, певучий, а нрав — кроткий, точно у пташки. — Раба сделает всё возможное и не посрамит милости господина советника.
Лю Гуан ничего не ответил, лишь равнодушно взмахнул рукой.
* * *
Пометавшись по комнате и не дождавшись отца, Лю Шан решил выйти на поиски. Но не успел он переступить порог, как прямо перед ним возникла девушка.
На вид ей было лет семнадцать-восемнадцать — цветущая юность и редкая красота. Пожалуй, в привлекательности она могла бы соперничать с самой Благородной супругой Го, затмевавшей весь императорский гарем.
Встретившись взглядом с Лю Шаном, служанка испуганно опустила взор и лепечущим, нежным голоском промолвила:
— Раба приветствует господина Распорядителя.
— Встань, — ответил Лю Шан. — Ты из Военно-Административного Совета? Что-то я раньше тебя здесь не видел.
Служанка кротко молвила:
— Рабу перевели в совет совсем недавно, оттого господин Распорядитель меня и не помнит.
Лю Шан спросил лишь к слову, не придавая значения её ответам, и собрался было обойти её, но девица засуетилась:
— Господин Распорядитель, постойте!
Лю Шан удивлённо приподнял бровь:
— Что-то случилось?
— Господин Распорядитель ждёт господина верховного советника, чтобы разделить обед? — пролепетала девица. — Не смею таить: господину советнику только что доставили срочные бумаги, и он отбыл по делам. Так что... откушать вместе с вами он сегодня не сможет.
— Вот оно что. А я-то думал, куда он делся.
Девица поспешно добавила:
— Перед отъездом господин советник строго повелел рабе подать обед господину Распорядителю.
Лю Шан ничего подозрительного не заподозрил. «Раз уж пришёл, поем здесь, — подумал он. — Всё равно а-дэ всегда заказывает то, что мне по вкусу, незачем бегать туда-сюда».
— Что ж, хорошо, накрывай, — кивнул он.
Служанка проявила удивительную проворность. Не прошло и нескольких мгновений, как стол был накрыт, и она с поклоном пригласила гостя откушать.
— Экая скорость! — удивился Лю Шан.
— Это лишь скромный долг рабы, — скромно отозвалась красавица.
Лю Шан опустился за стол, и девушка тут же принялась ухаживать за ним. Услужливость её поражала: недаром Лю Гуан отбирал лучших! Она обладала не только пленительной внешностью и медоточивым голосом, но и редким чутьём. Стоило Лю Шану лишь бросить взгляд на какое-то блюдо, как, прежде чем он успевал занести палочки, служанка уже заботливо перекладывала отборный кусок в его пиалу.
Рыба была тщательно очищена от костей, мясо отделено от хрящей — ни единой соринки, ни единой косточки!
Настоящий пятизвёздочный сервис! Лю Шан с удовольствием уплетал угощение, вот только...
То ли ему казалось, то ли нет, но пышная грудь служанки за время обеда раза три едва не касалась его рукава, а парочку раз и вовсе едва не уткнулась ему прямо в лицо!
Благо Лю Шан вовремя уворачивался.
Девица из кожи вон лезла, демонстрируя соблазнительные изгибы, но Распорядитель Дворцовой Канцелярии оставался глух к её ухищрениям. Хоть Лю Шан и числился евнухом, о его «похождениях» в дворцовых кулуарах ходили легенды: мол, однажды он забрал из Палаты Искусств и Музыки сразу шестерых красавиц и предавался с ними веселью без устали, а из императорской лечебницы в его ведомство ежемесячно отправляли снадобья для укрепления мужской силы. Словом, жил этот евнух веселее и вольнее многих полноценных мужчин.
Подобных слухов девица наслышалась в избытке, вот только на деле они не оправдались. Как бы она ни изгибалась, выставляя напоказ то тонкую талию, то пышную грудь, Лю Шан лишь увлечённо уплетал еду, не удостаивая красавицу даже беглым взглядом.
Насытившись и осушив чарку десертного вина, Лю Шан довольный поднялся с места и хлопнул себя по бокам:
— Спасибо за заботу, я, пожалуй, пойду.
— Ах... — только и успела выдохнуть служанка, но господин Распорядитель уже скрылся за дверью.
* * *
После его ухода посрамлённая девица отправилась с докладом к Лю Гуану и с маху рухнула перед ним на колени.
Верховный советник в этот момент неспешно протирал кинжал шелковым платком. Не поворачивая головы, он ледяным тоном спросил:
— Зачем стелешься?
— Господин советник... раба виновата! Раба оказалась бессильна! Господин Распорядитель... кажется, даже не посмотрел на рабу! — задрожала девица, припадая лбом к полу.
Лю Гуан сузил глаза и процедил:
— Бесполезная дрянь.
Служанка затрепетала ещё сильнее, неустанно бьясь лбом о деревянный настил.
Лю Гуан раздражённо взмахнул рукой:
— Прочь.
— Слушаюсь, слушаюсь! — девица на коленях отползла к двери. — Раба уходит!
Лю Шан, разумеется, и понятия не имел о трогательной отцовской заботе. На следующий день он снова пришёл в Военно-Административный Совет, рассчитывая победать с Лю Гуаном. Однако тот вновь разыграл прежний сценарий, подослав к нему другую девицу.
Лю Шан озадаченно оглядел прислужницу:
— Что, а-дэ опять нет?
— Отвечаю господину Распорядителю, — с неизменной улыбкой проговорила та, — именно так.
Лю Шан махнул рукой:
— Ну ладно, тогда я пошёл.
Без отца обедать было скучно, и Лю Шан вознамерился перекусить у себя, но служанка неожиданно с глухим стуком грохнулась на колени и принялась отчаянно бить поклоны:
— Господин Распорядитель! Господин Распорядитель, пощадите! Пощадите!
Лю Шан аж обомлел: «Это я-то её обидел?!»
Девица со слезами на глазах запричитала:
— Господин советник перед отъездом строго наказывал услужить вам! Если... если вы уйдете голодным, господин советник непременно покарает рабу!
Лю Шан лишь беспомощно вздохнул:
— Ладно, ладно, накрывай.
Служанка тут же вскочила, утёрла слезинки и бросилась за подносами.
Если у первой девицы пышный бюст едва не касался его лица, то у этой слово «едва» было лишним — её формы оказались поистине исполинских размеров!
Расставляя пиалы, она так неистово колыхалась и выставляла свои прелести, что Лю Шану стало попросту неловко смотреть в её сторону. Быстро проглотив пару кусков, он буквально выскочил из дверей совета.
Вторая попытка провалилась с таким же треском. Девица рыдала у ног Лю Гуана.
Верховный советник тяжело задумался. В памяти невольно всплыли слова молодого императора Ли Чэня о том, что они с Лю Шаном были весьма близки...
«Неужто... неужто Шан’эр предпочитает мужчин?!»
Лю Гуан въедливо восстановил события прошлых дней: а ведь и правда! Из шестерых красавиц, приведённых из Палаты Искусств, Лю Шан выделял лишь Ли-эра. А Ли-эр — юноша!
Лю Гуан пробормотал про себя: «Вот оно что... Как же я сразу не догадался?»
Он отослал заплаканную служанку, вызвал к себе пригожего, кроткого юного евнуха и статного, высокорослого стражника. Окинув их оценивающим взглядом, негромко спросил:
— Желаете ли вы ублажить господина Распорядителя?
Евнух и стражник от такой новости обомлели, после чего в один голос пали ниц:
— Благодарим господина советника за великую милость!
Лю Гуана ничуть не смущало, что сын предпочитает мужчин. В конце концов, он видел на своём веку немало: у какого знатного или влиятельного мужа не обретается пары-тройки юных фаворитов? К тому же и верховный советник, и распорядитель дворцовой канцелярии — евнухи. Тела их неполноценны, стоит ли переживать из-за глупых условностей? Лишь бы Шан’эру было в радость!
Лю Шан, в жизни не имевший настоящих отношений, и не подозревал, что в глазах родного отца на нём уже красовался жирный ярлык «любителя мужчин».
* * *
На третий день Лю Шан снова явился в Военно-Административный Совет — всё с той же надеждой пообедать с отцом. Толкнув дверь, он привычно не обнаружил Лю Гуана. Зато в покое его поджидали двое: изящный юный евнух и плечистый, крепкий стражник. Контраст между ними был разительным.
Евнух сочным, нежным голоском пропел:
— Господин Распорядитель, у господина советника возникли срочные дела. Он повелел нам двоим прислужить вам за обедом.
Лю Шан онемел.
Опять ушёл!
Впрочем, Лю Шан с облегчением вздохнул: слава богу, сегодня хотя бы обошлось без девиц. Но... на кой черт прислали стражника?! Он что, будет накалывать мне мясо на алебарду?
Скрепя сердце Лю Шан опустился за стол. Евнух и стражник принялись усердно ухаживать за ним. Желая выслужиться перед господином Распорядителем, они устроили соревнование, пытаясь перетянуть внимание на себя.
Лю Шан посмотрел в свою пиалу — еда высилась там целой горой, а эти двое без устали подкладывали всё новые и новые куски.
— Господин Распорядитель, откушайте рыбки! Свежайшая, сочная!
— Господин Распорядитель, попробуйте мяса! Верую, вам понравится!
Лю Шан судорожно сглотнул: «Да я же лопну!..»
Объевшись до тошноты, он еле поднялся и первым делом поплёлся в императорскую лечебницу. Выпросив у лекаря пару пилюль из боярышника для улучшения пищеварения, он разом проглотил обе и только тогда почувствовал, что жизнь возвращается в тело.
За всё время обеда он даже не взглянул ни на евнуха, ни на стражника. Третий план Лю Гуана потерпел полное крушение.
Верховный советник был в глубоком замешательстве. И пышных девиц посылал, и гибких, и юношей, и статных мужчин — всё впустую! В чём же причина?
Лю Гуан порассуждал и решил: видать, все эти намеки были слишком тонкими, и Шан’эр попросту не понял отцовской заботы. Значит, нужно действовать в лоб!
* * *
Сжевав боярышниковые пилюли и намотав с десяток кругов вокруг Озера Вечной Жидкости, Лю Шан немного избавился от тяжести в животе. На ужин он разумно решил не прикасаться к еде.
С наступлением темноты Лю Шан направился к себе в Ведомство Внутренних Дел. Перешагнув порог покоев с фонарём в руках, он мурлыкал под нос какую-то фальшивую мелодию.
Сладко зевнув, Лю Шан подумал, что после такого сытного дня сил нет даже на омовение — проще завалиться спать сразу, а выкупаться утром.
Задув свечу, он в полной темноте сбросил верхнее платье, швырнул его куда-то в сторону, забрался на ложе и юркнул под одеяло...
— А-а-а-а! — дикий вопль огласил комнату.
Лю Шан отскочил от кровати так, будто под ним вспыхнул порох, и, чуть не сбив светильник, судорожно зажёг огонь.
И его можно было понять! В непроглядной тьме под одеялом нащупать нечто прохладное, мягкое и упругое... Лю Шан мгновенно припомнил все страшные байки. А во Дворце Великой Ясности их хватало — прошлые распорядители дворцовой канцелярии отличались редкой жестокостью, и стен этих покоев коснулось немало смертей.
Пламя свечи вспыхнуло. Лю Шан, дрожа всем телом, поднёс огнёвку ближе и обомлел:
— Ты... вы как тут...
На постели восседала та самая девица с невероятных размеров бюстом!
—...вы все?!
Помимо неё, на ложе ютились: личистый юный евнух, могучий стражник и та самая первая служанка с медоточивым голосом. Все четверо — абсолютно голые! Это что, турнир по раздевательному маджонгу в его собственной спальне?!
Вся четвёрка в один голос пропела:
— Господин Распорядитель, позвольте нам ублажить вас!
Лю Шан едва не потерял дар речи и бросился к двери. Что за чертовщина?! Он же евнух! Неужели эти слуги настолько изголодались?!
Но четвёрка действовала слаженно: окружив Лю Шана со всех сторон, они перекрыли ему путь к отступлению.
— Господин Распорядитель, ну же, позвольте рабе прислужить!
— Господин Распорядитель, не бойтесь!
— Пожалуйте на ложе!
— Господин Распорядитель, вы куда?!
Лю Шан с треском выбил створку и выскочил наружу. «Бунт! — пронеслось в голове. — Самый настоящий бунт!»
Ночной весенний ветер мгновенно остудил его пыл. Лю Шан сообразил, что выскочил на улицу в одном лишь тонком исподнем. Если его в таком виде сцапает молодой генерал Го, то без разговоров упечёт в тюремный лагерь Армии Божественного Замысла.
— Кхм... Апчхи! — Лю Шан зябко сжал плечи и сжался в комок. Весна весной, а ночной ветер в столице был студёным.
— А-Шан? — раздался изумлённый голос, и в то же мгновение на плечи Лю Шана опустился тяжёлый, тёплый плащ, укутав его с головы до ног.
Лю Шан обернулся и едва не прослезился от радости:
— Ваше Величество!
Ли Чэнь только что окончил чтение государственных бумаг и вышел прошвырнуться перед сном, никак не ожидая встретить Лю Шана. Да ещё в таком плачевном и неприглядном виде...
Император удивлённо спросил:
— А-Шан, что с тобой? Почему ты бегаешь по дворцу в одном исподнем? Я грешным делом решил, что ты лунатишь.
Лю Шан тяжело вздохнул:
— История длинная, Ваше Величество... Можно мне переночевать в Павильоне Малинового Созвездия?
Ли Чэнь ещё не знал подробностей, но не мог позволить Лю Шану мёрзнуть на улице. Да и вид полуобнажённого Лю Шана выбивал из колеи — сердце государя жгло от ревности.
Он плотнее запахнул на нём плащ:
— Пойдём со мной.
Вернувшись в Павильон Малинового Созвездия, Ли Чэнь велел Юй Чжичжоу жарче растопить жаровни. Вскоре в покоях стало так тепло, что можно было вспотеть.
Лю Шан с облегчением перевёл дух.
Ли Чэнь прищурился:
— Так что случилось? За тобой гонялись призраки?
— Хуже! — скривился Лю Шан и во всех подробностях выложил историю о ночной засаде обнажённой четвёрки. — Ваше Величество, ну что за безумие?! Слуги будто взбесились! Но они люди моего отца, я и наказать-то их толком не могу... Чуть со страху не помёр!
Ли Чэнь мгновенно всё понял. «Вот оно что... — прокипел он про себя. — Значит, верховный советник Лю решил подложить под Лю Шана ублажителей, а когда тот отказался, перешёл к прямым действиям!»
В груди императора закипело такое море укропа и уксуса, что во рту стало горчить от ревности. Какое счастье, что Лю Шан убежал! А если бы эти слуги успели до него добраться?! Все четверо разом!
— Ваше Величество? — Лю Шан с опаской посмотрел на государя. — Почему у вас такой свирепый вид?
— А? — Ли Чэнь вовремя опомнился, сглотнул тёмную ярость и вновь облёкся в личину ласкового, наивного щенка. Улыбнувшись самой сладкой из своих улыбок, он пропел: — А-Шан, не тревожься. Отдыхай здесь. Императорское ложе огромное, тебе вовсе не обязательно ютиться на диванчике для дежурного слуги.
— Но... это ведь неудобно, — засомневался Лю Шан.
Ложе государя — священное место! Кто дерзнёт спать подле императора?
Однако Ли Чэнь удержал его за руку, не давая встать:
— Чего же тут неудобного? Брат А-Шан ведь и раньше спал со мной.
У Лю Шана мурашки побежали по коже. «Ваше Величество, выражайтесь точнее! Я спал на ложе, а не с вами! Незнающий человек решит, что я вас совратил!»
И всё же он остался. Императорская кровать и впрямь была невероятно широкой. Утомившись от переживаний, Лю Шан мгновенно погрузился в глубокий сон, совершенно потеряв бдительность.
Ли Чэнь подпёр щёку рукой и долго смотрел на спящего Лю Шана. На губах государя играла задорная, но хищная улыбка:
— Брат А-Шан так беспечен... Чэнь-эр просто в смятении.
* * *
На следующее утро, когда Лю Шан проснулся, император уже отбыл на утренний приём. Ли Чэнь повелел слугам не шуметь, приготовить горячую воду и прислужить Лю Шану при омовении.
Лю Шан сладко потянулся. Уход в Павильоне Малинового Созвездия был куда изысканнее, чем в Ведомстве Внутренних Дел. Приняв ванну и одевшись с помощью евнухов, Лю Шан дождался возвращения императора, и они вместе позавтракали.
Помня о вчерашнем инциденте, Лю Шан решил серьёзно переговорить с отцом и в обеденный час направился прямо в Военно-Административный Совет.
На этот раз Лю Гуан никуда не ушёл. Когда Лю Шан вошёл, на столе уже дымился обед.
Лю Шан опустился напротив:
— А-дэ!
Лю Гуан невозмутимо спросил:
— Что, вчерашняя четвёрка тебе тоже не пришлась по вкусу?
Лю Шан всплеснул руками:
— Так это и правда твоих рук дело?! Я чуть умом не тронулся, решил — черти завели!
Лю Гуан заботливо подложил ему кусочек мяса:
— Ты в последнее время изнурил себя государственными делами. Вот я и подумал подобрать тебе кого-нибудь для услады. Раньше ты сам просил меня найти тебе кого-то приличного.
Лю Шан онемел. «Вот же прежний владелец тела довёл себя! Даже будучи евнухом, ухитрялся развлекаться на широкую ногу!»
Он поперхнулся и выдавил:
— А-дэ... то было раньше. Нынче я... э-э... берегу здоровье.
Лю Гуан тревожно нахмурился:
— Если с твоим телом что-то не так, не таи от отца! Я призову лучших лекарей, они мигом тебя поправят.
У Лю Шана дёрнулось веко:
— Нет-нет, всё в порядке!
Лю Гуан вздохнул:
— Вчерашние четверо были весьма послушны и услужливы. Неужто ни один не глянулся?
Лю Шан закивал как заведённый:
— Ни один!
Лю Гуан прищурился. Отобранные им кандидаты были безупречны, но сын отверг всех. Похоже, оставался лишь один путь — сводить Лю Шана с Доу Юэ.
Отложив палочки, верховный советник промолвил:
— Шан’эр, у меня тут есть важная бумага. Её нужно отнести в Министерство Общественных Работ, что при Объединённом Секретариате и Канцелярии. Но у отца разболелась голова... Не сбегаешь за меня?
— Голова болит?! — всплошился Лю Шан. — Так нужно срочно позвать лекаря!
Лю Гуан удержал его:
— Пустяки, переутомление. Я уже принимал снадобье, мне просто нужно отдохнуть.
Лю Шан успокоился:
— Тогда отдыхай, а-дэ, я всё доставлю.
Лю Гуан кивнул:
— Отдай бумагу прямо в руки смотрителю Доу.
— Доу Юэ? — не заподозрив подвоха, согласился Лю Шан. — Без проблем!
Окончив обед, Лю Шан забрал свиток и устремился в Объединённый Секретариат и Канцелярию. Найдя ведомство Министерства Общественных Работ, он застал Доу Юэ на месте.
Завидев Лю Шана, молодой смотритель расцвёл от радости и поспешно поднялся навстречу:
— Господин Распорядитель! Какими судьбами?
Лю Шан протянул ему бумагу:
— Я по поручению отца. Это тебе, слышал, у вас тут срочные дела.
Доу Юэ развернул свиток, пробежал глазами строки и озадаченно нахмурился:
— Странно...
— Что такое? Я перепутал бумаги?
— Нет-нет, — замахал руками Доу Юэ. — Просто... эту же самую бумагу господин верховный советник присылал вчера. Зачем отправлять её повторно?
Он тут же добродушно улыбнулся:
— Впрочем, господин советник так занят, наверняка просто забыл!
На самом деле Лю Гуан за последние дни то и дело отправлял Лю Шана с поручениями в министерство: то по поводу строительства, то по поводу водоёмов, то по поводу ремонта дворцовых покоев. И каждый раз Лю Шан сталкивался с Доу Юэ! Правда, Доу Юэ был новеньким и погряз в работе, так что поговорить им толком не удавалось.
Но вот Ли Чэнь, до которого доходили регулярные вести от Юй Чжичжоу...
— «Докладываю Вашему Величеству: господин Распорядитель опять отправился в Министерство Общественных Работ».
— «Опять в министерство...»
— «В министерстве...»
Император не находил себе места от ярости. Он был далеко не глуп, а прожитая жизнь научила его подмечать любые мелочи. Поведение Лю Гуана читалось без труда: верховный советник из кожи вон лез, пытаясь пристроить сына, и теперь вознамерился свести его с Доу Юэ!
Ли Чэнь уже успел привязаться к Лю Шану, а тот, наивная душа, ничего не замечал и продолжал ежедневно бегать к Доу Юэ.
— Не бывать этому! — Ли Чэнь с размаху грохнул кулаком по столу. — Если так пойдёт и дальше, они и впрямь сойдутся!
Юй Чжичжоу замер без дыхания.
Узнав, что Лю Шан снова направился в министерство (хотя был там ещё утром!), Ли Чэнь окончательно потерял терпение:
— В Министерство Общественных Работ! Немедленно!
Едва государь выскочил из Павильона Малинового Созвездия, как путь ему преградил человек. Тот явно поджидал императора.
Шёлковое одеяние верховного советника, изящная талия, холодное, точно морозная слива, лицо... Лю Гуан!
Он склонился в глубоком поклоне:
— Раб приветствует Ваше Величество.
Ли Чэнь торопился помешать встрече Лю Шана и Доу Юэ. Сдерживая раздражение, он попытался быстро отделаться от советника:
— Господин советник, у Нас неотложные дела. Обожди Нас в Павильоне Малинового Созвездия.
— Ваше Величество, — Лю Гуан и не думал отступать, словно насквозь видя замысел государя. — Какая удача! У раба тоже безотлагательное дело. Из приграничья прибыло срочное донесение с гонцом. Прошу Ваше Величество ознакомиться.
Приграничная депеша — дело государственной важности. Как бы Ли Чэнь ни спешил, пренебречь долгом государя он не мог.
Сжав зубы, император сорвал печать. Взглянув на строки, он нахмурился: дело и впрямь было скверным. Лю Гуан намертво связал ему руки. Пришлось вернуться в Павильон Малинового Созвездия, дабы не давать поводов для сплетен.
В павильоне Ли Чэнь работал так, что кисть буквально летала над бумагой. И всё же на разбирательство ушло добрых полчаса!
Стоило Лю Гуану с чувством выполненного долга удалиться, как Ли Чэнь отбросил кисть и рявкнул:
— В министерство!
* * *
Тем временем Лю Шан вошёл в покои Министерства Общественных Работ.
Смотритель Доу Юэ сидел за столом и, не замечая ничего вокруг, увлечённо вырезал деревянный макет дворцовой беседки. В руках у него блестел острейший резец. Движения юноши были точными, но Лю Шану, не сведущему в резьбе, казалось, что лезвие вот-вот сорвётся и полоснет по пальцам. Чтобы не испугать мастера, Лю Шан стоял молча.
Закончив сложный элемент, Доу Юэ облегчённо вздохнул, отложил инструмент и хотел было утереть пот со лба, как вдруг перед ним возник шёлковый платок.
— Держи, вытрись, — улыбнулся Лю Шан.
Доу Юэ просиял:
— Господин Распорядитель?!
Его щёки мгновенно вспыхнули румянцем. Приняв платок обеими руками, он пролепетал:
— Я... я выстираю его и верну вам!
Лю Шан махнул рукой:
— Пустяки, просто платок. Оставь себе.
— Оставить... себе? — Доу Юэ, казалось, готов был взлететь от счастья. Он бережно спрятал платочек за пазуху.
Лю Шан удивлённо приподнял бровь:
— Чему ты так радуешься?
Доу Юэ смущённо опустил взгляд:
— Это... это первый подарок от господина Распорядителя. Я буду хранить его.
Лю Шан замер. И вправду: Доу Юэ дарил ему деревянные фигурки, а он ни разу не ответил подарком.
— Раз тебе так нравится резьба, я на днях пришлю тебе отличный брус ценной древесины, идёт?
Доу Юэ замахал руками:
— Нет-нет-нет, что вы! Не стоит тратиться!
Лю Шан рассмеялся:
— Да какие тут траты? Вот вырежешь мне ещё какую-нибудь безделушку — считай, я в выигрыше!
Доу Юэ улыбнулся:
— Что ж... коль господин Распорядитель не побрезгует моей плохой работой.
— Полно скромничать! У тебя золотые руки!
Лю Шан про себя ликовал: «Хе-хе, отдаю деревяшку, получаю шедевр! Ну до чего же я догадлив!»
Передав свиток, Лю Шан спросил:
— Взгляни, а то вдруг а-дэ опять прислал то же самое?
Доу Юэ бегло развернул бумагу:
— Нет-нет, это новые указания, как раз то, чего мне не хватало!
— Вот и отлично. Ну, я... — Лю Шан уже собирался откланяться, как Доу Юэ, боясь упустить момент, поспешно выпалил:
— Господин Распорядитель!
Лю Шан склонил голову набок, давая понять, что слушает.
Доу Юэ смущённо прикусил губу и, теребя подол кафтана, тихо спросил:
— Я видел, вы с таким интересом смотрели на работу... Не хотите ли попробовать сами?
— Я? Попробовать? — Лю Шан и впрямь испытывал любопытство, но скорее детское, из серии «потрогать и покрутить».
Впрочем, он тут же замахал руками:
— Нет-нет, у меня ничего не выйдет. Нож такой острый, я себе точно пальцы отрежу!
Доу Юэ возразил:
— Не бойтесь! Все начинают с нуля. Если... если господин Распорядитель не гнушается, я мог бы обучить вас... рука в руке.
Лю Шан не придал словам «рука в руке» никакого особого смысла. В конце концов, Доу Юэ — мужчина, да и сам Лю Шан — мужчина. Чего тут стесняться?
— А давай попробую! — загорелся Лю Шан.
Он опустился на табурет, левой рукой сжал брусок, правой приподнял резец. Едва он занёс нож, Доу Юэ перебил:
— Господин Распорядитель, не так! Когда держите резец, средний и безымянный пальцы должны упираться в дерево, иначе при нажиме лезвие сорвётся.
— Вот так?.. — Лю Шан попытался повторить, но выходило коряво.
Доу Юэ помялся, затем подошёл к Лю Шану со спины, слегка наклонился и накрыл своими ладонями руки Лю Шана, показывая, как правильно хватать брусок и куда направлять усилие.
Доу Юэ был юношей невысоким и хрупким. Чтобы дотянуться до рук сидящего Лю Шана, ему пришлось почти полностью прижаться к его спине. Со стороны казалось, будто один мужчина пылко обнимает другого сзади.
Ощутив спиной тепло Лю Шана, Доу Юэ мгновенно залился краской до самых ушей. Понимая, насколько дерзко и непристойно выглядит его порыв, он дёрнулся было назад, но Лю Шан испуганно вскрикнул:
— Эй-эй, не отпускай! У меня сейчас нож вылетит!
Доу Юэ от страху затаил дыхание и снова крепко сжал ладони Лю Шана:
— Не торопитесь, расслабьтесь... Пальцы упираются в брусок, давите обеими руками одновременно.
* * *
Тем временем Ли Чэнь, снедаемый яростью, подбежал к зданию Министерства Общественных Работ.
Юй Чжичжоу попытался удержать его:
— Ваше Величество! Входить так... неосмотрительно!
— Чего тут неосмотрительного?! — прорычал Ли Чэнь.
— Если император лично явится в министерство, это переполошит всех чиновников... А вдруг господин Распорядитель уже ушёл?
Ли Чэнь замер. «Верно... А вдруг он уже ушёл?»
Он процедил:
— Тогда обойдём здание и заглянем в окно.
Юй Чжичжоу только и смог вымолвить:
— Слушаюсь...
Зайдя с заднего двора, Ли Чэнь приблизился к открытой створке окна покоев Министерства Общественных Работ. Ещё не успев ничего разглядеть, он услышал доносящийся изнутри тихий, настойчивый голос Доу Юэ:
— Не торопитесь, не нервничайте... Вот так, замечательно...
А вслед за этим — взволнованный, почти умоляющий шёпот Лю Шана:
— Не... не отпускай! Только не отпускай, мне страшно!
Б-Б-БУМ!
В голове императора словно грянул гром!
Почему Лю Шан говорит таким жалобным, прерывающимся голосом?! Почему просит не отпускать?! Чего он боится?!
Ревность сокрушительной волной затопила разум Ли Чэня. Не обращая внимания на испуганный возглас Юй Чжичжоу, государь с силой распахнул резную створку окна!
ПИ-И-ИНГ!
Деревянная рама со свистом врезалась в стену, едва не отскочив прямо в выточенный нос императора.
— В-Ваше Величество?! — выдохнул Лю Шан, ошеломлённо повернув голову на грохот.
Из окна на них свирепо уставился не кто иной, как сам владыка Поднебесной — Ли Чэнь!
Взору императора предстала картина, от которой кровь закипела в его жилах:
Доу Юэ стоял за спиной Лю Шана, нависая над ним всем телом. Его руки из-под мышек Лю Шана сжимали его ладони, прижимая того к себе так плотно, что между ними невозможно было просунуть и лезвие ножа.
От неожиданности Лю Шан резко обернулся, и губы Доу Юэ едва не коснулись его мочки уха! Доу Юэ отпрянул в последний момент, но от близости его лицо пылало огнём, а дыхание перехватило.
Грудь Ли Чэня вздымалась от бешеного стука сердца. Глаза государя налились тьмой, а из горла вырвался хриплый, натянутый до предела шёпот:
— Какое... восхитительное... тесное... объятие!