— Ммм!
Лю Шан вовсю старался вернуть к жизни венценосного тонувшего, как вдруг ощутил под своими губами явное движение.
Восстановление дыхания у пострадавшего — знак вроде бы добрый, однако Лю Шан от неожиданности отпрянул и с грохотом шлепнулся на землю. Потирая губы тыльной стороной ладони, он в изумлении вытаращил глаза.
До него только что дошло: этот венценосный притвора вовсе и не думал тонуть!
— Кха-кха... кха-кха... — Ли Чэнь слегка покашлял. Наигранно, едва слышно, всем видом изображая предельную слабость.
Лю Шан окончательно удостоверился: фальшивый щенок точно не нахлебался воды. Какой тонувший, едва придя в себя, станет так картинно и манерно покашливать?
— Где... где это Я? — прошептал Ли Чэнь, медленно приоткрывая глаза и изображая полное изнеможение.
Лю Шан лишь онемел от подобного спектакля.
— Ваше Величество! Ваше Величество, вы очнулись!
— Ох, очнулся! Слава Богам... Брат А-Чэнь!
— Государь очнулся! Государь очнулся!
Ли Чэнь медленно обвел присутствующих взором. На Лю Шане его взгляд задержался чуть дольше обычного — глаза императора невольно прикипели к губам слуги, раскрасневшимся после искусственного дыхания.
— Кха! — Ли Чэнь смущенно кашлянул и отвел взор.
— Ваше Величество! Какое счастье, вы живы! — Благородная супруга Го, перепуганная до полусмерти, с облегчением кинулась к ногам государя, рыдая: — Это все... все эта дрянь, Четвертая барышня Ян! Кабы не она со своими веслами, вы бы не упали в воду и не...
— Замолчи!
Его голос прозвучал сухим, ледяным треском. Взгляд, обращенный на припавшую к ногам Благородную супругу Го, был холоднее вод Озера Вечной Жидкости. Государь прищурился и без тени жалости оттолкнул ее ногой.
— А-а! — отлетев назад, наложница Го неловко растянулась на земле, глядя на него с безграничным изумлением. — Ваше Величество... вы... из-за этой мерзавки Четвертой барышни Ян?!
Ли Чэнь даже не пытался изображать привычную мягкость. Мокрые пряди липли к его глубоким чертам лица, с подбородка стекали тяжелые капли, придавая облику жестокую, хищную суровость.
— Благородная супруга Го, — процедил государь, — не слишком ли Я избаловал тебя? Или, быть может, Великая вдовствующая императрица дала тебе слишком много воли, раз ты дерзаешь творить подобный беспредел?
— Я... я... — затряслась та. Таким государя она не видела никогда.
— Если память Мне не изменяет, — неторопливо продолжил Ли Чэнь, — сегодня первый день твоего заточения в Павильоне Сбора Нефрита. Указы государя для тебя более не закон?
— Нет, что вы! Я не... — пыталась оправдаться она.
Но Ли Чэнь не намеревался слушать. Выпал идеальный шанс нанести клану Го ощутимый удар. Даже если дело дойдет до Великой вдовствующей императрицы, нарушить высочайший указ да еще и подставить жизнь императора под угрозу — преступление, за которое никто не посмеет вступиться!
Ли Чэнь гневно взмахнул мокрым рукавом:
— Наложница Го посмела ослушаться наказа и едва не утопила государя. Повелеваю: разжаловать Благородную супругу до ранга Фанъи!
— Ваше Величество?! — вытаращила глаза Го Фанъи. Лишить её титула Благородной супруги?!
Ранг Фанъи тоже был высок, следуя сразу за Благородной супругой, но для горделивой Благородной супруги Го подобное ниспадение стало сокрушительным ударом по тщеславию.
Благородная супруга Го — нет, Го Фанъи — хотела было возразить, но ледяной взор Ли Чэня заставил её проглотить слова.
— Или Го Фанъи полагает, что наказание слишком мягкое?
— Нет-нет... ни в коем случае... — Го Фанъи затряслась от пронизывающего холода, не смея поднять взгляд на императора.
Ей показалось, будто перед ней совершенно другой человек...
— Отведите Го Фанъи в Павильон Сбора Нефрита, — велел Ли Чэнь. — Если она вновь дерзнет нарушить наказ, одним разжалованием дело не обойдется. Все поняли?
— Да... я все поняла... — забормотала та, не смея прекословить.
Служанки, ни живы ни мертвы от страха, подхватили дрожащую Го Фанъи под руки и почти волоком увлекли прочь.
— Брат А-Чэнь... — Четвертая барышня Ян обняла себя за плечи, дрожа на январском ветру подобно тонкой иве. — На самом деле... Благородная супруга Го, нет, Го Фанъи, просто испугалась за вас и хотела как лучше, да совершила глупость. Не стоит сердиться на нее... Кабы из-за Четвертой барышни между вами и наложницей возникла размолвка, я бы век себе этого не простила.
Лю Шан едва удержался, чтобы не скривиться.
"Ну и штучка! Настоящая «зеленая чаинка» — благоухает за версту, меня переплюнуть решила!"
От пронизывающего холода Лю Шан громко чихнул:
— Апчхи!
— А-Шан! — Лю Гуан тут же спохватился и собрался снять свой чиновничий халат, чтобы накинуть на сына.
Лю Шан поспешно отвел руку отца. Отец и без того не отличался отменным здоровьем, и отдавать последнее одеяние на стуже было безумием.
Ли Чэнь мельком глянул на Лю Шана, который ёжился от холода. Государь никак не ожидал, что первым, кто ринется спасать его из воды, окажется этот евнух.
Взгляд императора снова ненадолго задержался на губах Лю Шана.
Ли Чэнь легким кашлем смахнул неловкость:
— Распорядитель Дворцовой Канцелярии проявил самоотверженность при спасении государя. Мороз на дворе стоящий, посему ступай за Нами в Павильон Малинового Созвездия — обогреешься да переоденешься.
— Брат А-Чэнь... — замялась Четвертая барышня Ян.
— Ты совсем иззябла, Четвертая барышня. Ступай сегодня домой, — ровно произнес Ли Чэнь.
Девушка прикусила губу, скрывая досаду, и покорно поклонилась:
— Слушаюсь...
Прислуга подхватила свиту государя и Лю Шана, устремившись к Павильону Малинового Созвездия. Барышня Ян проводила удаляющийся кортеж низким поклоном, и лишь когда паланкин скрылся из виду, медленно выпрямилась. На ее нежном лице проскользнула ухмылка.
"Благородная супруга Го... — прошептала она про себя. — Впрочем, отныне лишь Го Фанъи..."
* * *
Лю Шан последовал за Ли Чэнем в Павильон Малинового Созвездия. Евнух Юй Чжичжоу уже приготовил сухую одежду и наполнил купальню горячей водой:
— Прошу Ваше Величество принять омовение.
Ли Чэнь кивнул, скидывая на руки Юй Чжичжоу мокрый халат и венец, оставаясь в одной лишь белой исподней рубахе. Затем повернулся к Лю Шану и сладко улыбнулся:
— А-Шан, на улице стужа, искупаемся вместе?
— Ваше Величество, ничтожный слуга... — начал было отказываться Лю Шан.
Но Ли Чэнь уже сжал его подзябшую ладонь и слегка подул на нее теплым дыханием:
— Вон как руки озябли. Пошли скорей.
Лю Шан и рта раскрыть не успел, как его бесцеремонно втянули во внутренние покои. Огромная купальня с парным кипятком была настолько просторной, что там легко поместилась бы компания из четырех человек.
Ли Чэнь сделал знак рукой, и Юй Чжичжоу учтиво удалился.
— Ну же, не бойся, скидывай мокрое, а то подхватишь простуду, — подмигнул император.
Лю Шан вовсе не горел желанием разоблачаться перед кем-то, смущенно замешкавшись.
Ли Чэнь усмехнулся:
— Что, А-Шан стесняется? Или хочешь, чтобы Я сам тебе помог?
Не успел Лю Шан ответить, как Ли Чэнь мягко добавил:
— Ладно, не стану тебя смущать. Но если не снимешь сырое, точно слежешь с лихорадкой.
Всплеск воды огласил покои — поднялся густой пар. Государь первым погрузился в горячие волны.
Лю Шан стиснул зубы. Чего мудрить? В конце концов, оба мужчины! Скинув мокрую одежду, он смело шагнул в купель.
Однако, оказавшись в воде, тут же пожалел о своей отваге. Он забыл, что теперь пребывает в довольно специфическом теле — да еще и переспал с императором в первый же день своего появления здесь!
— А-Шан? — Ли Чэнь обернулся и заметил пристальный взгляд спутника. Опустив взор на собственную грудь, он сдавленно усмехнулся: — На что это ты так смотришь? Ах, да... Это же твои отметины, с позапрошлой ночи остались. Ты тогда... был весьма страстен.
На ключице венценосца явственно красовался ровный след от человеческих зубов. Лю Шан и не подозревал, что у государя столь нежная кожа — прошло столько дней, а отпечаток выглядел свежим и четким.
"Ничего себе я цапнул! Зубки-то у меня аккуратные, шрам на заглядение вырисовал!"
Лю Шана обдало жаром от стыда.
Ли Чэнь не стал его допекать, а лишь придвинулся ближе и мило наклонил голову набок:
— А-Шан, Я красивый?
"Красивый, красивый, чтоб тебя!"
— Ваше Величество — истинный дракон, Владыка Поднебесной. Разумеется, лик ваш прекраснее всех в мире, и нет вам равных, — привычно пропел Лю Шан лесть.
— А Мне кажется, моя красота уступает сладости твоих речей, — улыбнулся Ли Чэнь.
По воде пошли легкие круги. Молодой государь подался вперед и невиданно грациозным, естественным движением прикоснулся губами к губам Лю Шана.
— И впрямь... — Ли Чэнь вновь наклонил голову. — А-Шан очень сладкий.
— Ммм!
Лю Шан обомлел. Осознав происходящее, он резко отпрянул, с грохотом погрузившись в воду едва ли не с головой, и вытаращился на государя, зажав рот ладонью.
Его догадка подтвердилась! Этот подлец-император вовсе не терял сознания во время спасения, а сейчас повторил тот же трюк!
— Тсс... — Ли Чэнь приложил изящный указательный палец к своим губам и тихо проговорил: — А-Шан, держи это в секрете. И про мнимое утопление, и про... поцелуй.
Лю Шан потерял дар речи.
"Вот ведь пройдоха! Да он профессионал в таких делах!"
Ли Чэнь быстро сменил тему:
— Ты спас Нам жизнь. Какую награду ты желаешь? Золота у тебя в избытке, шёлком и Каретой Тысячи Монет Я тебя уже одаривал... Сделаем так.
Государь провел рукой вокруг:
— Выбирай любую драгоценность из Павильона Малинового Созвездия. Что приглянется — всё твое!
Глаза Лю Шана мгновенно вспыхнули ярким блеском, словно ночные звезды. Каждая вещь в личных покоях государя стоила состояния!
— Ваше Величество... а вот эта ваза... можно ли ничтожному слуге забрать ее? — скромно уточнил он.
— Разумеется, — великодушно отозвался Ли Чэнь.
— А... золотую Ширму с Драконьими Топорами?!
— Она слишком тяжела. Я велю слугам донести её до твоих покоев.
— А этот стеклянный кубок из ляпис-лазури?!
— Забирай всё!
* * *
Резиденция министра финансов. Сад Узорчатого Шелка
— Четвертая барышня, — в салон вошла служанка. — Прибыла прислуга от наложницы Го.
— Раба приветствует Четвертую барышню! — пришедшая дворцовая служанка поспешно упала на колени.
Хозяйка дома — дочка министра финансов Ян Четвертая, которая еще утром едва не утонула в озере, — ласково остановила ее, протянув изящную ручку с грелкой.
— Завтра состоится пир по случаю новоселья командующего Армией Божественного Замысла. Я тоже буду среди гостей. Ты должна подсыпать снадобье в угощение Распорядителя Дворцовой Канцелярии, Лю Шана...
— Барышня! — служанка от страха затрепетала.
— Не бойся, — кротко улыбнулась Ян Четвертая. — Всего лишь сильное дурманящее средство.
Ее улыбка становилась всё более хищной и искаженной:
— Когда зелье подействует, я изображу, будто этот евнух пытался согрешить со мной. Лю Шан — кастрат, моим девичьим честным именем он овладеть не сумеет. Зато брат А-Чэнь спасет меня из рук негодяя, а при расследовании выяснится... Ах! Что всё подстроила наложница Го! На сей раз ей не отвертеться простым понижением ранга... А брат А-Чэнь достанется мне!