Лю Шан бережно подхватил под локоть Ли-эра, дрожавшего всем телом, точно испуганный крольчонок.
— Не ушибся? — мягко поинтересовался Распорядитель.
— Слуга... слуга цел, — едва слышно пролепетал тот, низко опустив голову. — Благодарю за заботу, господин Распорядитель. Ли-эр сам виноват, по неосторожности столкнулся с Его Величеством... Государь вовсе не хотел...
Слова звучали так застенчиво и надрывно, что любой со стороны решил бы: Император Ли Чэнь открыто домогался бедного музыканта, а тот, не смея перечить властителю, сносит обиду с молчаливым смирением.
Однако Лю Шан даже бровью не повёл. Какая уж тут ревность — напротив, он весело расплылся в улыбке:
— Ли-эр, да ты, я гляжу, на пороге взлёта!
— Р-распорядитель? — обомлел юноша.
— Коли приглянулся Государю, считай, удача сама в руки идёт!
Лица артистов Палаты Искусств и Музыки снова заиграли яркими красками — куда ярче, чем во время недавней сцены «соперничества». Кто бы мог подумать, что Распорядитель Дворцовой Канцелярии Лю Шан окажется совершенно чужд ревности и вместо сцен закатит искреннюю радость за своего подопечного!
Лицо Ли-эра на мгновение застыло, миленькая маска беспомощности слегка перекосилась:
— Господин Распорядитель, о чём вы... Слуга не понимает... В сердце Ли-эра живёт лишь один человек — вы, и всю жизнь я мечтал служить только вам! Умоляю, не прогоняйте меня, не гнушайтесь слугой!
Лю Шан, ничуть не тронутый этой пылкой речью, остался совершенно равнодушен.
— Вот как? — шутливо отозвался он. — И не знал, что обладаю столь неодолимым очарованием.
* * *
Помимо ежедневной службы в Ведомстве Внутренних Дел, Лю Шан, как начальник трёх отрядов дворцовых слуг, выкраивал время для обязанностей в Павильоне Малинового Созвездия.
Прибыв туда сегодня, он застал всю челядь выстроенной вдоль галереи. Даже Юй Чжичжоу, пользующийся безграничным доверием юного правителя, смиренно дожидался снаружи.
Павильон Малинового Созвездия служил не только личными покоями государя, но и местом для тайных аудиенций. Судя по обстановке, Ли Чэнь призвал кого-то из высших чиновников для обсуждения дел исключительной важности и секретности — иначе даже Евнуха Юя не прогнали бы за порог.
— Евнух Юй, — улыбнулся Лю Шан.
— Приветствую Распорядителя, — поклонился тот.
Лю Шан чуть повелительно вскинул подбородок:
— Государь принимает кого-то из сановников?
— Все так, господин Распорядитель, — с глубоким почтением подтвердил Юй Чжичжоу.
Евнух ограничился лишь коротким ответом, не обронив ни слова о том, кто именно находится внутри и какой вопрос обсуждается. Лю Шан, будучи человеком проницательным, сразу всё понял. Раз дело не терпит разглашения, расспрашивать бессмысленно. Он молча встал рядом с Юй Чжичжоу.
За закрытыми дверями павильона царила звенящая тишина. Все слуги были удалены, и в просторном зале оставались лишь двое: сам Император Ли Чэнь и Верховный Цензор Лю Чанъи.
Ли Чэнь держался непринуждённо. Заложив одну руку за спину, другой он легонько поправлял ажурной белой резной лопаточкой из нефрита пепел в курильнице из розового кварца. В воздухе плыл изысканный, едва уловимый аромат благовоний, придавая обстановке строгую торжественность.
— Я призвал тебя, Верховный Цензор, ради дела величайшей важности, — негромко произнёс Ли Чэнь. — Выполнить его поручено тебе, ибо кроме Лю Чанъи доверить это некому.
Лю Чанъи решительно подобрал полы длинного одеяния и пал на колени:
— Готов отдать жизнь за Его Величество! Жду повелений.
По первоначальному замыслу Ли Чэнь рассчитывал переманить на свою сторону Молодого генерала Го Юйчэня. Хотя тот и принадлежал к клану Го, прямой и честный характер выгодно отличал его от интриганов при дворе Великой вдовствующей императрицы и Канцлера. Однако в последние дни Го Юйчэнь вовсе не искал сближения с государем — напротив, он то и дело наведывался в Военно-Административный Совет, сойдясь с Верховным Военным Советником Лю Гуаном до странности близко.
План с Го Юйчэнем провалился, но неотложное дело требовало немедленного решения, и взор повелителя пал на Лю Чанъи.
Верховный Цензор не примыкал ни к клану Лю, ни к клану Го. Он испытывал глубокую ненависть к межфракционным междоусобицам, отличался непреклонной честностью и суровым нравом. При дворе за ним закрепилась репутация беспощадного "Железного судьи", но именно такой человек идеально подходил для тайной миссии.
Переродившись и вернувшись из прошлой жизни, Ли Чэнь наперёд знал ключевые события ближайших двух лет. Мелкие детали успели стереться из памяти, но крупные потрясения он помнил в мельчайших подробностях.
Он помнил, как в первые годы после восшествия на престол вся реальная власть сосредоточилась в руках Великой вдовствующей императрицы. Сам он не имел никакого веса при дворе, а на западных рубежах тем временем активизировалось царство Тубо, желавшее воспользоваться молодостью правителя и проучить империю Тан.
Лазутчики Тубо проникли в самое сердце столицы. Им удалось подкупить Главу Верховного Суда, превратив его в своего ключевого агента в Чаньани. Чтобы подорвать власть Ли Чэня, чужеземцы руками этого сановника подстроили покушение.
В той, прежней жизни Ли Чэнь едва не погиб, получив тяжелейшие ранения.
Император чуть прищурился. Белая нефритовая лопаточка в его пальцах неожиданно переломилась пополам с сухим треском.
Лю Чанъи с изумлением вскинул взор на государя. Ли Чэнь мгновенно спрятал жестокий блеск в глазах и мысленно усмехнулся: "Я больше не тот наивный юнец, каким был прежде".
— Я только недавно взошёл на престол, и в Тубо кипит недовольство, — холодновато проговорил Ли Чэнь. — Сегодня ко мне поступили тайные сведения: враги уже заслали убийц к нашему двору и готовят покушение.
Лю Чанъи ошеломлённо поднял голову. В его душе возник целый рой вопросов. Откуда у государя эти донесения? Если варвары замыслили убийство в самой Чаньани, они действуют с предельной осторожностью — как же Его Величество прознал об этом? И почему правитель делится столь опасным секретом с ним, а не со своим фаворитом Лю Шаном или всемогущим Лю Гуаном?
Впрочем, Цензор не произнёс ни слова из своих сомнений. Он снова низко склонился:
— Каковы будут приказания Вашего Величества?
Ли Чэнь едва заметно улыбнулся:
— Эта гадина затаилась в самом сердце государственного аппарата, въелась в плоть нашей империи! Я приказываю тебе установить за ним тайный надзор. Следи за каждым его шагом, не привлекай внимания. А затем... вымани змею из норы и сцапай, как черепаху в кувшине — накрой всю сеть разом.
— Осмелюсь спросить у Вашего Величества, о ком именно идёт речь?
— Глава Верховного Суда.
После этих слов Лю Чанъи на мгновение задумался. Глава Верховного Суда занимал высокую должность в Государственном Совете, и дело затрагивало слишком многие сферы. К тому же этот чиновник считался ставленником Вана Цзяна, Ли Ханя. Если расследование подтвердит подозрения, тень предательства падёт на родного брата императора.
— Лю Чанъи, ты человек разумный, — тихим, но властным голосом продолжил Ли Чэнь. — Нити этого заговора тянутся слишком далеко. Всё, что мне известно на данный момент — Глава Верховного Суда несомненно является вражеским лазутчиком. Но действует ли он один, кто ещё вступил в сговор с Тубо и замешан ли сам Ван Цзянь в измене родине — пока неясно... Дерзнёшь ли ты докопаться до правды?
Цензор сжал кулаки и твёрдо произнёс:
— Для вашего слуги не существует понятия "дерзну или не дерзну". Есть лишь повеление государя!
Ли Чэнь громко рассмеялся:
— Замечательно! В этом весь Лю Чанъи... Тогда слушай мой указ: расследовать всё до самого конца, невзирая на то, какие бы фигуры и силы ни стояли за спиной предателя!
— Слуга повинуется! — совершил земной поклон Лю Чанъи.
— Дело это чрезвычайной важности и таит в себе смертельную опасность, — добавил Император. — Помни: действуй скрытно, чтобы не спугнуть добычу. В следующем месяце состоится свадьба Вана Цзяна. Я во всеуслышание объявлю о намерении лично посетить празднество. Если изменники из Тубо решатся на удар, они обязательно воспользуются моментом, когда я покину Дворец Великой Ясности. В нужный час я разрешаю тебе задействовать Запретную Гвардию Северного Ведомства, чтобы захватить их всех до единого!
— Слушаюсь, Ваше Величество.
* * *
Лишь к полудню тяжелые створки Павильона Малинового Созвездия со скрипом распахнулись. На пороге показался статный мужчина в строгом чиновничьем одеянии.
Верховный Цензор Лю Чанъи.
Лю Шан приветливо сложил руки:
— Господин Лю.
Учитывая высокий статус Распорядителя Дворцовой Канцелярии, Цензор ответил чинным поклоном:
— Господин Распорядитель.
— Должно быть, вы немало потрудились, деля заботы с государем, — небрежно бросил Лю Шан, зондируя почву.
Лю Чанъи, не любивший пустых светских разговоров и к тому же спешивший по делу, скупо отрезал:
— У меня ещё остались нерешённые дела. Вынужден отбыть.
Глядя вслед удаляющемуся чиновнику, Лю Шан утвердился в мысли: если император провёл с ним столько времени за запертыми дверями, в столице затевается что-то действительно крупное.
— А-Шан! — звонкий голосок юного монарха прервал его размышления.
Ли Чэнь сам вышел на крыльцо и с радостной улыбкой ухватил Лю Шана за руку:
— Как ты здесь оказался?
Повернувшись к Евнуху Юю, он с поддельным гневом добавил:
— А-Шан пришёл, а ты даже не доложил! На улице такая стужа, у А-Шана слабое здоровье — если он подхватит простуду, я с тебя голову сниму!
Юй Чжичжоу мгновенно упал на колени:
— Слуга виновен!
Лю Шан лишь мысленно вздохнул: «Вот ведь разыграли спектакль!»
Очевидно же, что сам «щенок-император» приказал никого не впускать, иначе исполнительный Евнух Юй давно бы доложил о его приходе.
Впрочем, разоблачать эту постановку Лю Шан не стал:
— Забота Вашего Величества трогает меня до глубины души.
— Идём же, А-Шан! — Ли Чэнь потянул его внутрь. — Как раз подают обед. Приказать поставить ещё один прибор!
Лю Шан планировал лишь засвидетельствовать почтение и уйти, но не ожидал, что «щенок» проявит такую навязчивость.
Обедать с государем — великая честь, но для Лю Шана это было скорее наказанием. В своём Ведомстве Внутренних Дел он жил как удельный князь: ел как захочет, хоть руками бери, хоть чавкай — никто слова не скажет. А в Павильоне Малинового Созвездия придётся следовать суровому этикету.
Слуги вереницей внесли подносы. Изначально стояло два отдельных столика, но Ли Чэнь распорядился:
— Поставьте вместе.
Слуги немедленно сдвинули столы и уложили приборы рядом.
Ли Чэнь взял палочки, подцепил сочный кусок жареного цыплёнка «Тыква-горлянка» и поднёс прямо к губам Лю Шана:
— Попробуй, А-Шан! С тех пор как ты принёс цыплёнка, приготовленного твоим отцом, я велел поварам готовить его постоянно. Оцени, получилось ли у них?
Лю Шан неловко улыбнулся:
— Ваше Величество, я и сам могу... Зачем трудить государственные руки?
— Э-э, нет! — сладко защебетал Ли Чэнь. — Цыплёнок жарился в масле, он очень скользкий. А ты ведь не любишь пачкать пальцы? Я сам покормлю тебя, просто открывай рот.
Лю Шану стало невмоготу. «Да что с этим щенком сегодня?!»
На самом деле Ли Чэнь, видя, как Лю Шан уделяет внимание Ли-эру, решил во что бы то ни стало перещеголять того в «милоте» и послушании. Раз уж Распорядителю нравятся кроткие и ласковые, то кто, как не правитель Поднебесной, сможет стать самым идеальным послушным щенком!
Кроме того, расследование против Главы Верховного Суда могло затронуть силы Вана Цзяна. Если дело дойдёт до открытого конфликта, нужно намертво привязать к себе клан Лю. Покорить и ублажить Лю Шана следовало как можно скорее.
— Ну же, А-Шан, съешь ещё кусочек.
— Вкусно? Попробуй вот это.
— Открой рот, я покормлю...
К концу трапезы Лю Шана уже тошнило от переедания. Он еле выдавил:
— Ваше Величество... смилуйтесь, я больше не могу...
Ли Чэнь двусмысленно ухмыльнулся и, наклонившись к самому уху Лю Шана, обжёг его горячим дыханием:
— Мне так нравится, когда ты молишь о пощаде... Надеюсь, в следующий раз ты произнесёшь эти слова, лежа в моей постели.
Лю Шан застыл. «Его что, злые духи попутали?!»
Совершенно бледный, на негнущихся ногах он выскочил из Павильона Малинового Созвездия и, шатаясь, побрёл в сторону Военно-Административного Совета.
* * *
Лю Гуан, находившийся во внутренних покоях Совета, услышал на улице перепуганные возгласы слуг:
— Господин Распорядитель! Что с вами?!
— Скорее зовите лекаря!
— Господину Распорядителю плохо!
Встревоженный отец выбежал на крыльцо и успел подхватить ослабевшего сына:
— Шан-эр, что случилось?! Ты болен?! Где лекарь?!
— Н-не надо... — Лю Шан с трудом удерживал позывы тошноты. — Всё в порядке, батюшка... Я просто... переел за обедом... Сейчас вырвет...
Лю Гуан онемел.
Утолив приступ тошноты за оградой и слегка придя в себя, Лю Шан ополоснул рот и бессильно опустился на циновку.
Кто-то протянул ему пиалу с горячим чаем:
— Выпейте, господин Распорядитель, улегётся.
— Благодарю, — Лю Шан на автомате взял пиалу и лишь затем поднял глаза: — Цзян-ван?
В комнате действительно находился Цзян-ван Ли У. Ранее Лю Шан попросил отца найти надёжного лекаря для повреждённого запястья принца, и с тех пор Ли У часто наведывался в Совет. Полного восстановления ждать не приходилось, но лечение помогало избежать болей при изменении погоды.
Лю Гуан заботливо погладил сына по спине:
— Полегче стало?
— С батюшкой всегда лучше, — улыбнулся Лю Шан.
Ли У, глядя на их тёплые отношения, невзначай вспомнил своё детство и дружбу с Ли Ханем, после чего тихо вздохнул.
— Шан-эр, ты ведь пришёл сюда не просто так? — спросил Лю Гуан.
— Батюшка знает меня лучше всех! — кивнул Лю Шан. — Я только что из Павильона Малинового Созвездия. Государь секретно принял Верховного Цензора Лю Чанъи. Они совещались за запертыми дверями больше часа.
— Лю Чанъи? — задумчиво прищурился Лю Гуан. — Хотя я и не жалую этого человека, но он известен своей прямотой. Если бы он собирался подать донос, то сделал бы это открыто.
Лю Шан согласился:
— Вот и я так думаю. Тут крылось что-то иное.
Ли У подал голос:
— Это легко проверить. Я пошлю своих людей разузнать.
— Будем крайне признательны, — отозвался Лю Шан.
— Не стоит. Вы помогли мне с лечением, я не люблю оставаться в долгу.
На следующий день они снова собрались в Военно-Административном Совете. Ли У вернулся с крайне мрачным лицом. Войдя в кабинет, он плотно притворил двери и задвинул ставни.
Отец и сын сразу поняли: дело принимает серьёзный оборот.
Ли У опустился на циновку и понизил голос:
— Лю Чанъи действительно начал тайное расследование. И копает он под Главу Верховного Суда.
— Под Главу Верховного Суда? — удивился Лю Шан. — Разве за ним водятся грешки по части взяток?
Главное ведомство как раз и ведало подобными делами, и для проверки чиновника столь высокого ранга действительно требовался Цензор, но действовать втихаря Лю Чанъи не имел никаких причин.
Лю Гуан холодновато произнёс:
— Дело явно не в банальном казнокрадстве.
— Если я не ошибаюсь, Глава Верховного Суда вступил в сговор с Тубо. Речь идёт о государственной измене, — отрезал Ли У. — Он — человек Ли Ханя. В последнее время под предлогом подготовки к свадьбе Вана Цзяна через границы столицы беспрепятственно въезжают обозы с неизвестным грузом... Вот опись.
Ли У достал из-за пазухи свиток и передал его Лю Гуану. Лю Шан придвинулся ближе. В документе всё было четко разложено по пунктам.
— Десять возов вишни, десять возов личжи... — пробормотал Лю Гуан.
— Свадебные приготовления требуют времени, это понятно, — заметил Лю Шан. — Но свежие фрукты быстро портятся. Покупать их за месяц до торжества... бессмысленно.
— Фрукты — лишь ширма, — с глубокой горечью проговорил Ли У. — В возах везут лазутчиков и оружие.
Лю Шан прошептал:
— Они готовят мятеж...
Ли У выглядел ещё мрачнее:
— Глава Верховного Суда — человек Хань-эра. И обозы идут под видом свадебных грузов... Я не знаю, замешан ли сам Хань-эр в этом безумии.
За прошедшие годы они слишком отдалились друг от друга, и Ли У уже не мог наперед угадать помыслы племянника. К тому же Ли Хань был без ума от Четвёртой барышни Ян и однажды даже намекнул: если возлюбленная отдаст предпочтение нынешнему государю, он сам сядет на престол!
Лю Гуан с хлопком свернул свиток:
— Дело приняло опасный оборот. Нашим ведомствам нужно быть готовыми к любому исходу. И вам, Ваше Высочество, следует принять это как факт.
Ли У закрыл глаза, справляясь с чувствами, а затем снова обрел холодную уверенность:
— Советник может быть спокоен.
— Батюшка, я всё понял, — подтвердил Лю Шан. Потерев подбородок, он с сумнением добавил: — Одно мне непонятно... Измена Главы Верховного Суда готовилась в строжайшей тайне. Даже наша разветвлённая сеть осведомителей не уловила ни слуха. Откуда о заговоре прознал Император?
В комнате воцарилось молчание. Лю Шан попал в самое уязвимое место.
Молодой правитель только взошёл на престол, власть находилась в руках вдовствующей императрицы, при дворе копошились враждующие кланы. Как юнец, увлечённый лишь играми и забавами, смог добыть столь ценные сведения?
Лю Шан тихо пробормотал:
— Такое ощущение... будто Государь видит будущее.
В этот момент Ли У насторожился:
— Кто-то идёт.
Из всех присутствующих лишь Ли У владел боевыми искусствами. По его сигналу все мгновенно умолкли.
Раздался лёгкий стук в дверь, и вслед за ним — голос Го Юйчэня:
— Верховный Военный Советник на месте?
Лю Шан улыбнулся:
— Батюшка, Молодой генерал Го пришёл.
Лю Гуан сам поднялся и отпер дверь:
— Великий генерал.
Увидев Лю Гуана, Го Юйчэнь расплылся в искренней улыбке, но тут же смутился. Заметив в глубине комнаты Ли У, он мгновенно подобрался, и радость на его лице сменилась растерянностью:
— Юйчэнь приветствует Ваше Высочество.
Ли У лишь скупо кивнул.
Го Юйчэнь понизил голос:
— Вижу, у Вашего Высочества важные дела в Совете. Не буду мешать...
Он уже намеревался уйти, но Лю Гуан неожиданно ухватил его за рукав. Го Юйчэнь замер, его уши вспыхнули густым румянцем:
— Советник?..
Лю Гуан тихо, так, чтобы слышал только генерал, спросил:
— Неужели Великий генерал ревнует, видя меня подле Вана Цзяна?
Го Юйчэнь хотел было возразить, но слова застряли в горле. В груди будто вспыхнул сухой хворост. В итоге он лишь молча и едва заметно кивнул.
Лю Гуан обомлел. Он ведь просто пошутил! Кто бы мог подумать, что этот суровый воин ответит совершенно всерьёз.
Советник хотел было объяснить, что принц приходит лишь за врачебной помощью, но вовремя сдержался. Тайну увечья Ли У разглашать запрещалось. К тому же Лю Гуан поймал себя на мысли: «С какой стати я вообще должен оправдываться перед этим сухарём? Я лишь использую его в своих целях. Пусть себе заблуждается!»
Пока они стояли в неловком молчании, Лю Шан похлопал глазами, не понимая витающего между ними напряжения: «Они что, в гляделки играют?»
Если Глава Верховного Суда действительно готовит измену, сил двух ведомств может не хватить. Потребуются войска, и Го Юйчэнь, командующий Правым лагерем Армии Божественного Замысла, умеющий держать язык за зубами, подходил на эту роль как нельзя лучше.
Лю Шан поднялся с места:
— Генерал Го, коль скоро вы пришли, у нас есть к вам важное дело.
* * *
В следующем месяце наступил день бракосочетания Вана Цзяна Ли Ханя и Четвёртой барышни Ян из клана Ян. Лю Шан лично проверил готовность музыкантов и танцоров Палаты Искусств и вместе с Ли-эром направился к выходу.
По случайности у Палаты Государственных Дел они столкнулись нос к носу с Главой Верховного Суда.
Желая подразнить чиновника, Лю Шан расплылся в дружелюбной улыбке:
— Ого, кого я вижу! Глава Верховного Суда, вы трудитесь не покладая рук! Впечатляющее усердие!
Чиновник спешно сложил руки в приветствии:
— Распорядитель, вы слишком добры! Если кто и трудится усерднее всех, так это вы. Его Величество оказывает вам такое доверие... Многие лишь завидуют, не понимая, сколь тяжела ваша ноша!
Лю Шан мысленно хмыкнул: «Ух ты, да он лебезит получше меня!»
— Ну что вы, — с широким жестом открестился Лю Шан. — Это лишь мой скромный долг. Кстати, Глава, вы ведь родом из Крепости Цинхань?
Чиновник на мгновение замер, затем осторожно кивнул:
— Именно так, слуга оттуда.
Лю Шан указал на стоящего за спиной Ли-эра:
— Какое совпадение! Этот музыкант тоже родом из тех мест. Выходит, вы земляки? Крепость Цинхань невелика, неужто не знакомы?
От этих слов Глава Верховного Суда залился холодным потом. Вытащив платок, он принялся судорожно утирать лоб:
— Нет-нет! Мы абсолютно незнакомы! Крепость на самом деле... весьма велика!
В отличие от растерявшегося сановника, Ли-эр держался с безупречным спокойствием:
— Господин Распорядитель, слуга занимает столь низкое положение, как смеет он претендовать на знакомство с господином Главой? Это было бы непростительной дерзостью.
— О-о-о, — протянул Лю Шан. — Ничего страшного, просто к слову пришлось. Теперь будете знакомы!
— Да-да, конечно! — непрестанно кивал чиновник. — Вы совершенно правы, господин Распорядитель!
— Что ж, не будем отвлекать вас от государственных дел. Мы пойдем.
— Прошу, прошу! — Глава Верховного Суда отступил в сторону, освобождая дорогу.
Лю Шан подхватил Ли-эра и вразвалочку пошёл прочь.
Едва они скрылись из виду, чиновник сорвал с головы шапку, вытер взмокший лысеющий череп и поспешил в противоположную сторону.
Когда улица опустела, из-за Павильона Привлечения Талантов выскользнула высокая тень.
Император Ли Чэнь.
Прищурившись, он смотрел вслед Лю Шану: «Он явно проверял этого предателя... Неужели А-Шан уже обо всём догадался?»
* * *
Сегодня в поместье Вана Цзяна играли свадьбу.
При жизни покойный император души не чаял в Ли Хане, считая его просвещённым и благородным юношей. Лишь поражение в военной кампании и страх вызвать смуту помешали назначить его наследником престола.
Многие при дворе поддерживали Ли Ханя. Его безответная любовь к барышне из клана Ян ни для кого не была секретом, и теперь, когда он наконец получал желаемое, поздравить его собрался весь цвет столицы.
К тому же сам Император Ли Чэнь заранее объявил о своём визите. Никто из чиновников не смел проигнорировать торжество.
Лю Шан и Лю Гуан отправились на праздник вместе. У Моста Спешивания во Дворце Великой Ясности они встретили Ли У. В просторной карете Лю Шана с лёгкостью поместились все трое.
Видя, что Ли У погружен в мрачные мысли, Лю Шан попытался разрядить обстановку:
— Судя по всему, сам Ван Цзянь ни о чём не подозревает. Если он действительно не причастен к заговору, то после разгрома лазутчиков государь не станет трогать своего брата.
Ли У тихо вздохнул:
— Надеюсь, Хань-эр чист.
Экипаж остановился у ворот резиденции. Ли У вылез первым и подал руку выходившему следом Лю Гуану.
И надо же было такому случиться, что именно в этот момент к воротам подъехал Го Юйчэнь. Увидев, как принц поддерживает Лю Гуана за руку, молодой генерал замер.
Он хотел было подойти, но передумал и затерялся в толпе гостей.
Лю Шан, обладавший острым зрением, всё же заметил его и помахал рукой:
— Генерал Го! Идёмте с нами!
Го Юйчэнь натянуто улыбнулся и кивнул.
Идя рядом, Лю Шан шепнул ему:
— Генерал, вы какой-то бледный... Запор мучает?
Го Юйчэнь онемел.
Свадебный пир превосходил размахом любые празднования. На специально возведённой сцене артисты Палаты Искусств и Музыки завершали последние приготовления.
Ли-эр стоял в первых рядах музыкантов. На нём было легчайшее сквозное платье, и юноша слегка поводил плечами от прохладного ветра.
Лю Шан подошёл и слегка похлопал его по плечу.
— Господин Распорядитель.
— Скоро твой выход?
— Да, — кротко ответил Ли-эр. — Дни и ночи тренировок не прошли даром... Настал мой час.
В его глазах на мгновение вспыхнул опасный огонёк. "Да, сегодня я покажу всё, на что способен! Этот пир станет моей ареной!"
Лю Шан улыбнулся:
— Я видел твои танцы. Сегодня буду смотреть с особым вниманием.
Ли-эр снова кротко улыбнулся, хотя в глубине его взора проскользнула лютая ярость:
— Обещаю, господин Распорядитель: такого танца вы ещё никогда не видели. Смотрите внимательно, не смыкайте глаз!
Пока они беседовали, прибыл императорский кортеж. Ли Чэнь, сойдя с кареты, сразу увидел Лю Шана, весело беседующего с хорошеньким музыкантом. Лю Шан даже заботливо поправил тому выбившийся локон!
«Опять за своё! — мысленно фыркнул Ли Чэнь. — Что в той жизни, что в этой — бабник и гуляка! Увидит красивую мордашку и потеряет голову!»
Скрыв раздражение за беззаботной улыбкой, Ли Чэнь решительно шагнул вперед и втиснулся аккурат между Лю Шаном и Ли-эром:
— А-Шан! Знай я, что ты выезжаешь так рано, мы бы отправились вместе!
Лю Шан мысленно усмехнулся: «Потому и выехал раньше, чтобы сбежать от тебя!»
Хозяин дома, Ли Хань, уже спешил навстречу. В свадебном одеянии он выглядел невероятно статно и изысканно.
— Приветствую Его Величество! Прошу простить слугу, что не встретил вовремя.
Ли Чэнь поднял его за локти:
— К чему эти условности между братьями? Я помню, как мы в детстве лазали на крышу Павильона Сдерживаемого Сияния за птичьими яйцами, а потом свалили всё на дядюшку, и бабушка заставила его молиться в храме предков!
Упоминание Ли У заставило Ли Ханя натянуто улыбнуться. Все в Чаньани знали об их охлаждении, но Император словно нарочно ворошил старые воспоминания, заставляя жениха чувствовать себя неловко.
— Ваше Величество, прошу к столу.
Когда гости заняли свои места, Ли Хань добавил:
— До благоприятного часа еще есть время. Прошу насладиться представлением.
Ли Чэнь же громко возвестил:
— Дядюшка! Почему ты сидишь так далеко? Перебирайся к нам!
Ли У посадили по левую руку от государя, прямо рядом с Ли Ханем.
— Мы давно не собирались вместе! Сегодня выпьем как следует! — провозгласил Ли Чэнь.
Ли Хань выжал из себя подобие улыбки, а Ли У лишь горько усмехнулся.
Лю Шан наблюдал за этим с легким изумлением: «И вот пойми этого щенка — он глуп или специально страсти нагнетает?»
Зазвучали флейты и цитры. Представление началось. Выступление Ли-эра шло вторым номером.
Едва завершилась первая пляска, на сцену выбежали танцовщицы во главе с Ли-эром. В своих полупрозрачных шелковых одеждах они походили на легкие облака.
Ли-эр выглядел невероятно грациозно. Сбросив привычную робость, он двигался с чарующей, почти дерзкой грацией.
Среди гостей поползли шепотки:
— Это и есть фаворит Распорядителя?
— Говорят, сам Государь положил на него глаз!
— Из-за него они едва не поссорились!
Танцуя под плавно нарастающую музыку, Ли-эр скользнул плечами, и его верхнее одеяние упало на помост, словно лепестки распустившегося лотоса.
Го Юйчэнь мгновенно отвернулся, выражая крайнее недовольство подобным бесстыдством. Лю Гуан лихо усмехнулся, находя реакцию молодого генерала весьма забавной.
Оставшись в одном тонком нижнем платье, Ли-эр взмахнул белым шелковым шарфом и, двигаясь подобно гибкой змее, сошёл со сцены, приближаясь к императорскому столу.
Ли Чэнь прищурился. Подняв пиалу с вином, он крепко сжал её в пальцах.
Внезапно взгляд Ли-эра стал ледяным. Взмахнув рукавами, он резко выкинул руки вперёд. Из складок белого шелка с оглушительным свистом вылетела молниеносная серебряная полоса!
Крас-с-с!
Ли Чэнь среагировал мгновенно. Он со всей силы швырнул тяжелую пиалу навстречу летящему клинку. Хрусталь разлетелся вдребезги, а кинжал, сбив траекторию, со звоном вонзился в огромный боевой барабан у края сцены.
— А-а-а-а!
— Убийцы!!
— Защищайте Его Величество!
Покушение входило в планы Ли Чэня. Он специально дал врагам заглотить наживку, чтобы накрыть всю сеть разом.
Сохраняя полное хладнокровие, Император поднялся и выкрикнул:
— Гвардия Леса Перьев, ко мне!
При этом он не забыл сыграть роль заботливого покровителя — распахнул широкий рукав, закрывая Лю Шана:
— А-Шан, не бойся, я...
Однако Лю Шан в защите не нуждался. Действуя быстрее любой гвардии, он юрким кроликом отпрыгнул назад и спрятался за широкой спиной государя, используя того как надежный живой щит.
Воевать Лю Шан не умел, подставляться под клинки не собирался, а у «щенка» и комплекция отличная, и боевые навыки на высоте — лучшей защиты в этом зале не найти!
Уцепившись за подол императорского халата, Лю Шан встретил ошеломленный взгляд Ли Чэня и невинно выкрикнул:
— Ваше Величество, берегитесь лазутчиков!