В голове Лю Шана будто громыхнул невидимый небесный разряд.
Вот почему Ли Чэнь ведал обо всём заранее! Вот почему он точно знал, что глава Верховного суда — лазутчик Тубо! Это были не догадки и не поразительное прозрение. Юный государь уже прожил эту жизнь один раз!
Для Лю Шана, попаданца из другого мира, сама мысль о перерождении вовсе не казалась нелепицей. Но если так…
Этот фальшивый щенок с самого начала знал, что «Лю Шан» совершит цареубийство?!
Лю Шан почувствовал, как по спине пробежал мороз. Смысл происходящего раскрывался с пугающей отчётливостью. Восстановив в памяти события той ночи, когда он только очнулся в этом теле, он вспомнил, как император прижал его к ложу прямо на глазах у наложницы Го Фанъи…
Это же была чистой воды месть!
Лю Шан скрестил руки на груди, сощурился и тихо пробормотал:
— Никакого стыда и совести… Вы, правители, все такие беспринципные?
— А? — хрипло отозвался Ли Чэнь. — Что ты сказал?..
Поняв, что государь пьян вповалку, Лю Шан отбросил преграды почтения и откровенно закатил глаза:
— Я говорю, совесть ты совсем потерял!
Император, не размыкая туманного взора, с трудом нащупал рукой собственную грудь и пробормотал:
— Ты… ты тоже считаешь, что я ни на что не годен, верно?
Лю Шан лишь вздохнул: какой смысл спорить с пьяным?
Ли Чэнь же продолжал изливать душу. В его голосе послышались надрывные, почти детские слезы:
— Вы все думаете… думаете, я только и умею, что гонять мяч на поле да предаваться забавам?..
Лю Шан энергично кивнул.
— Вы все считаете… — Голос государя окончательно прервался. Захлёбываясь от обиды, словно огромный, беззащитный пёс, которого жестоко выставили на мороз, он разразился самыми настоящими слезами. Вдруг, порывисто подавшись вперёд, он сжал Лю Шана в объятиях и ткнулся носом в его плечо. — Вы все думаете, что из меня не вышло хорошего императора!..
Лю Шан застыл.
Хотя Ли Чэнь был нетрезв, его хватка оказалась поистине железной. Он стиснул Лю Шана так, что тот не мог даже шевельнуться. Уткнувшись подбородком в его плечо, государь всхлипывал, обжигая его кожу горячим дыханием:
— Мне… мне так горько… Что же мне делать? Почему… почему даже со второй попытки я терплю неудачу?..
Он плакал! Не просто пускал скупую слезу, а рыдал во весь голос.
Его глаза и кончик носа покраснели. И хотя правитель уже перешагнул порог юности, ему не исполнилось и восемнадцати. В этом детском, искреннем отчаянии было нечто…
«До чего же мило!» — невольно подумал Лю Шан.
Оказывается, когда этот притворный щенок плачет всерьёз, он превращается в самого настоящего, беззащитного щенка! Лю Шан и не подозревал в себе подобного изъяна, но смотреть на то, как рыдает этот взрослый, сильный венценосец, доставляло ему странное удовольствие.
Он уже собрался было произнести пару утешительных слов, но вовремя остановился. Зачем лишать себя такого зрелища?
— Почему никто не принимает меня всерьёз?..
— Почему все смотрят на меня как на марионетку?..
— Почему… почему ни вельможи, ни Великая вдовствующая императрица не видят, как я стараюсь?! Неужели ничего нельзя изменить?..
Лю Шан слушал этот поток жалоб и едва удерживал улыбку. Плакал император на удивление трогательно. Вот только…
Слуга почувствовал, что ткань на его плече насквозь промокла. Замкнутый круг из слез и всхлипов не утихал, и Лю Шан понял: если не вмешаться, этот хныкающий государь просто утопит его в своих чувствах.
— Ваше Величество… — мягко произнёс Лю Шан. — Полно вам плакать.
— Буду плакать! — Ли Чэнь шмыгнул носом, отчаянно и по-детски выпятив губу. — Я — Владыка Поднебесной! У меня нет войска, так мне что, и поплакать нельзя?! Буду! Буду плакать!
Лю Шан почувствовал, как дергается глаз.
— Хорошо-хорошо, плачьте, сколько душе угодно…
— Лю Шан… Лю Шан…
Лю Шан мгновенно натянул внутренние струны: неужели протрезвел?! Неужели узнал?!
Но, присмотревшись, он понял, что государь просто бредит во сне.
— Лю Шан… — Ли Чэнь ткнулся лбом в его шею и, сжимая в кулаке шелковый рукав слуги, пробормотал: — Ты… ты мерзкий, скверный человек!
Лю Шан приложил ладонь к груди. «Обоги, до чего мило! Он зовёт меня мерзким человеком!»
— Мер-р-рзавец! — растягивая слова, продолжал государь. — Мало того что евнух… так ещё и смеет совращать наложниц!
Лю Шан поперхнулся. Ладно, это уже не мило. Это была суровая правда жизни. Впрочем, сам-то он никого не совращал — это грешки прежнего хозяина тела! Его самого интересуют исключительно звонкие монеты!
Ли Чэнь меж тем уткнулся лицом в его рукав, вытирая слезы шелком чужого одеяния:
— Неужели… неужели я хуже какого-то евнуха? Почему наложница предпочла осквернить себя с кастратом, а не остаться со мной?.. Неужели я настолько никчёмен?!
Лю Шан потерял дар речи.
Император, видя, что собеседник молчит, крепче вцепился в его руку и затряс её:
— Отвечай! Ну почему ты молчишь?!
Лю Шан неловко кашлянул:
— Ну… если посмотреть на это с такой стороны, Ваше Величество… вы действительно потерпели сокрушительное поражение.
С одной стороны — полноценный, здоровый молодой правитель. С другой — евнух, лишенный мужского естества. И если наложница Го выбрала последнего, то насколько же беспомощным и никудышным должен был быть сам государь?!
— Ты… ты смеешь говорить, что я никчёмен?! — Ли Чэнь неожиданно вспыхнул.
Он скрестил руки на груди, на его ресницах всё ещё дрожали прозрачные капли, но сам он сердито фыркнул.
— Ты бранишь меня… Ты, скверный, проклятый кастрат!
— Я-то в чём виноват?! — мысленно возопил Лю Шан. — Ты сам заставил меня ответить!
Впрочем, доводить дело до настоящей истерики не следовало. Распорядитель Дворцовой Канцелярии достал платок и с предельной нежностью принялся отирать слезы с влажного лица государя.
— Ну полно вам, Ваше Величество, не нужно плакать. Если испортите свои дивные очи, станете некрасивым. Разве это хорошо?
— Некрасивым?.. — Ли Чэнь смущённо моргнул и недоумённо склонил голову набок.
Лю Шан едва не взвизгнул от восторга: казалось, над головой правителя сейчас возникнут пушистые собачьи ушки!
— Нельзя… — пробормотал государь. — Мне нужно быть красивым… Если я стану дурнушкой, как же я смогу… смогу соблазнить и перетянуть на свою сторону этого проклятого Лю Шана?..
Лю Шан застыл: «Ваше Величество, вам вовсе не обязательно заходить так далеко ради моей верности!»
Однако вслух он лишь поддакнул:
— Вот именно! Посмотрите, как покраснели ваши глаза. Давайте я вытру слезы, и хватит на сегодня.
— Угу… вытри, — послушно протянул Ли Чэнь. Он подался вперед и приподнял подбородок, подставляя лицо.
Рука Лю Шана с платком зависла в воздухе. Этот жест… он выглядел так, будто государь выпрашивал поцелуй!
Они уже целовались прежде, но то были лишь расчетливые манипуляции фальшивого щенка. А сейчас… Глядя на эти розовые от слез веки, на алый, словно у испуганного оленёнка, кончик носа и на тонкие, сочные губы, Лю Шан почувствовал, как сердце в груди заколотилось с оглушительной силой.
А ведь этот малец… действительно чертовски хорош собой. С такой внешностью он мог очаровать кого угодно.
Возможно, виной тому был густой хмельной чад, окутавший покои Павильона Малинового Созвездия, но у Лю Шана закружилась голова. Он неотрывно смотрел на губы государя, искусанные им самим во время рыданий. На нижней губе виднелись едва заметные следы от зубов, придававшие ему непередаваемо соблазнительный вид.
Поддавшись внезапному порыву, Лю Шан подался вперёд и мимолётно, словно касание крыла мотылька, коснулся своими губами губ императора.
— М-м?.. — издал неопределённый звук Ли Чэнь, окончательно запутавшись в хмельном мороке.
Когда Лю Шан осознал, что совершил, тело опередило мысль. Он только что дерзко поцеловал Сына Неба!
«Ничего страшного, — успокаивал он себя. — Нам не привыкать. В конце концов, я просто совершил ошибку… которую совершает любой евнух!»
Ли Чэнь же, получив этот невесомый поцелуй, даже не понял, что произошло. On лишь глупо и искренне улыбнулся — без привычного затаенного яда, с чистой юношеской наивностью.
Его ноги окончательно перестали держать вес. Оперевшись на Лю Шана и уткнувшись лбом в его шею, государь пробормотал:
— Ты так утешаешь меня… вытираешь слезы… Ты хороший.
«Ох, Ваше Величество, — вздохнул про себя Лю Шан, — вот бы вы и завтра утром думали так же!»
Но Ли Чэнь на этом не остановился:
— Ты… ты правда хороший… Не то что этот проклятый евнух Лю Шан!
— Открою вам тайну, Ваше Величество, — прошептал Лю Шан, — я и есть тот самый проклятый евнух.
Если бы не тяжелейшее опьянение правителя, он бы решил, что над ним издеваются.
— Этот мёртвый… мёртвый кастрат… — продолжал хныкать Ли Чэнь. — Он обижает меня… совращает моих женщин… и отбирает у меня моих… моих мужчин…
— Побойтесь Неба! — искренне возмутился Лю Шан. — Каких ещё мужчин я у вас отобрал?!
Даже прежний Лю Шан, при всём своем бесстыдстве, не посягал на мужчин государя!
Ли Чэнь с самым серьёзным видом принялся загибать пальцы:
— А Го… Го Юйчэнь разве не мужчина?.. А Лю Чанъи… разве он не мужчина?..
Лю Шан потерял дар речи. И ведь не возразишь!
Не желая продолжать этот бессмысленный разговор, он предложил:
— Ваше Величество, вы совсем пьяны. Давайте вы ляжете спать, а все разговоры отложим на завтра.
— Угу! — послушно кивнул Ли Чэнь.
Он поднялся, судорожно цепляясь за Лю Шана, и поплёлся к ложу. Завалившись на мягкие перины, он счастливо ухмыльнулся:
— А ты правда хороший человек…
Несмотря на молодые года, император обладал высоким ростом и крепким положением. Падая на ложе, он увлёк Лю Шана за собой. Тот не удержал равновесия и рухнул прямо сверху.
Лю Шан попытался подняться, но Ли Чэнь мёртвой хваткой вцепился в его рукав:
— Не уходи… Побудь со мной… Я боюсь темноты… и… и не люблю быть один…
Лю Шан обомлел. Плачет, боится темноты, страшится одиночества… Что это за убийственное сочетание?!
— Хорошо, хорошо, я остаюсь, — уступчиво вздохнул Лю Шан.
После всех этих волнений он и сам выбился из сил. Опустившись на ложе рядом с императором, он прилёг с ним бок о бок.
Глядя на тяжело дышащего государя, Лю Шан не удержался от озорной мысли. Он повернулся на бок, подпёр щеку ладонью и тихо позвал:
— Ваше Величество? А, Ваше Величество?
— М-м?.. — Ли Чэнь уже засыпал, но от этих звуков снова сморщился и с трудом приоткрыл глаза.
Лю Шан лукаво улыбнулся:
— Раз уж я такой хороший, не следует ли Вашему Величеству назвать меня «братцем»?
— Братцем?.. — Ли Чэнь склонил голову, его покрасневшие веки всё ещё были влажными.
«До чего же хорош!» — снова восхитился Лю Шан.
— Ну да, — стал наущать его слуга. — Я ведь старше Вашего Величества. Если вы назовёте меня «братцем А-Шаном», ничего дурного не случится, верно?
Ли Чэнь задумчиво надул щёки, потом медленно кивнул. Его голос из-за слез звучал сипло и немного заложенно:
— Братец А-Шан…
Лю Шан приложил руку к груди. Это был прямой удар в самое сердце! Неужели этот парень вырос на одних лишь сладостях, раз получился таким милым?!
— Назови ещё раз, — попросил Лю Шан.
— Братец А-Шан…
— Ещё!
— Братец А-Шан, братец А-Шан…
— И ещё разок!
— Братец А-Шан, братец А-Шан, братец А-Шан…
Лю Шан слушал этот ласковый лепет, и улыбка на его губах постепенно стала угасать. Глаза его расширились от изумления, и он медленно опустил взгляд вниз.
— Ты… — Лю Шан застыл.
Он всего лишь попросил назвать его братцем! Откуда… откуда эта плотская реакция?!
Ли Чэнь сжал рукав Лю Шана, закинул голову на подушки и хрипло, беспомощно простонал:
— Братец А-Шан… помоги… помоги Чэнь-эру…
Лю Шан судорожно сглотнул. «Обоги… да кто вообще способен перед этим устоять?!»
* * *
Первый луч утреннего солнца проник сквозь резные оконные рамы Павильона Малинового Созвездия и медленно скользнул по драгоценным убранствам спальных покоев.
— Ох… — Ли Чэнь проснулся от дикой, раскалывающей череп боли. В глазах кружились тёмные пятна, а голова гудела, словно колокол.
Потребовалось немало времени, прежде чем к нему вернулась чёткость зрения.
«Где я?.. В своих покоях?..»
Он силой заставил себя сесть. Точно, вчера после унижений от Великой вдовствующей императрицы и придворных в Дворце Процветания и Радости он вернулся к себе и напился в одиночестве. А потом… потом он отключился.
В одиночестве?..
При этой мысли рука Ли Чэня случайно коснулась чего-то мягкого и тёплого.
Он вздрогнул, резко опустил взгляд и обомлел: рядом с ним на ложе покоился Лю Шан!
Поскольку император придавил его руку, Лю Шан тоже проснулся. Хотя он не пил ни капли, вся ночь ушла на успокоение хныкающего правителя. Государь сорвал голос от слез, а Лю Шан — от бесконечных утешений.
К тому же среди ночи у этого «щенка» неожиданно проснулось буйное мужское естество. И откуда только силы взялись после такого количества вина?! Он непременно требовал помощи от своего «братца А-Шана», а не получив её, начинал устраивать такие сцены, что их крики едва не перешагнули порог Павильона.
Государь-то бесстыдник, а вот Лю Шан заботился о своей репутации. Пришлось наступить на горло собственной гордости и помочь ему. Теперь его ладонь горела огнём, словно с неё содрали кожу!
Освободив руку, Лю Шан лениво приоткрыл глаза и взглянул на потрясённого правителя. Он слишком вымотался, чтобы соблюдать дворцовый этикет:
— Ваше Величество изволили проснуться?
— Ты?! — Ли Чэнь, судя по всему, переживал тяжелейший провал в памяти. — Что ты здесь делаешь?!
Лю Шан сладко зевнул и медленно поднялся с ложа:
— Я был здесь всю ночь. Неужели Ваше Величество абсолютно ничего не помнит?
«Что произошло?!» — с ужасом подумал Ли Чэнь, нахмурившись.
«Неужели… неужели я снова вступил в постыдную связь с этим временщиком?!»
Заметив, как меняется выражение лица императора, Лю Шан лишь мысленно усмехнулся. Вчерашний пьяный щенок был куда милее. Протрезвев, он снова надел маску фальшивой покорности.
Ли Чэнь, не в силах вспомнить подробности прошедшей ночи, решил как можно скорее избавиться от присутствия слуги:
— А-Шан, ступай. Мне нужно привести себя в порядок.
Однако Лю Шан и не думал уходить. Он встал напротив и мягко произнёс:
— Ваше Величество, вчера я пришёл к вам с весьма важным делом.
— С делом? — подозрительно переспросил Ли Чэнь.
Лю Шан кивнул:
— Я желаю предложить Вашему Величеству… союз.
Император сощурился:
— Союз? О чём ты говоришь, А-Шан?
Лю Шан решил не ходить вокруг да около и выложил всё напрямую:
— Ваше Величество недавно взошли на престол. Государственными делами и войском заправляет Великая вдовствующая императрица, поэтому немудрено, что придворные фракции смотрят, куда дует ветер… Если вы хотите изменить положение дел, обуздать клан Го и взять власть в свои руки, вам следует заключить союз со мной. Вместе мы сможем противостоять вашей венценосной бабушке.
Ли Чэнь мгновенно изменился в лице. Он действительно страстно желал вырвать власть из рук клана Го, но подобное заявление отдавало мятежом и нарушением сыновнего долга! Такие вещи категорически запрещалось произносить вслух!
Император попытался изобразить наивность:
— О чём ты говоришь, А-Шан? Ты, должно быть, ещё не протрезвел. Великая вдовствующая императрица — моя родная бабушка! Зачем мне плести заговоры против собственной родни?
Но Лю Шан не дал ему уклониться от ответа:
— Ваше Величество, я не пил ни капли. Вчера глушил тоску вином только один человек — и это были вы.
— Лю Шан! — Правитель сбросил маску и холодно процедил: — Что тебе нужно?!
Лю Шан не испугался его гнева. Он сложил руки в приветствии и спокойно проговорил:
— Смею полагать, моя мысль вполне ясна. Я предлагаю вам союз. Ресурсы Распорядителя Дворцовой Канцелярии и Верховного Военного Советника будут предоставлены в ваше распоряжение, дабы подорвать влияние клана Го и вернуть вам трон и армию.
Ли Чэнь пристально всматривался в лицо Лю Шана. Неужели его собственное перерождение изменило ход истории настолько сильно?
Когда он перехватил шпиона Тубо Шанчэнь Ли, тибетцы использовали это как повод для нападения на крепость Цинхань. Но изменения в поведении Лю Шана были куда масштабнее! Этот человек перед ним совершенно не походил на того временщика из его прошлой жизни.
Ли Чэнь судорожно просчитывал варианты. Объединение с кланом Лю действительно помогло бы сокрушить род Го. Но эти алчные люди не стали бы помогать без выгоды для себя! Свергнув Го, не окажется ли трон под пятой Лю?
Лю Шан, угадав его сомнения, хмыкнул:
— Вашему Величеству даже не нужно раздумывать.
— Такое важное дело, — процедил Ли Чэнь, — и мне даже не стоит подумать?
— Именно, — подтвердил Лю Шан. — Хотите вы того или нет, но союз заключить придётся!
— Лю Шан! — выкрикнул император. — Ты понимаешь, с кем говоришь?! Я слишком много позволял тебе?! Ты смеешь мне угрожать?!
Лю Шан нисколько не смутился. On улыбнулся уверенной улыбкой человека, у которого на руках все тузы:
— Ваше Величество мудры. Я действительно угрожаю вам.
— Ты?! — Ли Чэнь был слишком молод, чтобы тягаться в наглости с ушлым Лю Шаном. Он аж поперхнулся от возмущения.
— А смею я угрожать вам потому, — продолжил Лю Шан, — что в моих руках находится ваш самый главный секрет.
— Секрет?! Смешно! — Какой у него мог быть секрет?!
Лю Шан, не дав ему опомниться, тихо произнёс:
— Разве секрет Вашего Величества… это не то, что вы проживаете эту жизнь во второй раз?
— Что ты сказал?! — Ли Чэнь замер. На этот раз он не смог выдавить из себя даже фальшивого смешка.
On невольно оглянулся по сторонам. В спальных покоях не было ни души, никто больше не мог услышать этих слов. Лишь убедившись в этом, государь немного перевел дух.
Но в следующий миг его взор оледенел:
— Я не понимаю, о чём говорит Распорядитель Дворцовой Канцелярии.
— Вы всё прекрасно понимаете, — не дал ему выкрутиться Лю Шан. — Ваше Величество так умны, да ещё и наделены опытом прошлой жизни. Стоит ли мне разжёвывать очевидное? Я полагаю, этого секрета вполне достаточно, чтобы убедить вас стать моими союзниками?
Ли Чэнь впился в Лю Шана взглядом, пытаясь разглядеть хоть каплю блефа. Внезапно его голову пронзила острая боль — воспоминания о вчерашнем вечере хлынули потоком! Точно… Вчера он напился и проболтался сам!
Лю Шан тем временем сменил тон на более мягкий:
— Ваше Величество, подумайте сами. Главный нарыв в государстве — это самовластие Великой вдовствующей императрицы. Какой монарх потерпит, чтобы родня по материнской линии распоряжалась войсками и казной? Не будь её давления, разве вам пришлось бы сносить дерзость тибетцев? Воевать или мириться — это должны решать вы сами! По сравнению с кланом Го я всего лишь мелкий корыстный временщик. Почему бы вам не объединиться со мной, чтобы сначала вернуть себе трон?
Ли Чэнь молчал. Он переваривал сказанное. Слова Лю Шана бьют в самую точку. On с беспощадной точностью вскрыл его самые сокровенные страхи и страдания — эту жгучую, невыносимую жажду вырвать власть из чужих рук.
К тому же Ли Чэнь уже жил однажды. Желание восстановить справедливость жгло его изнутри с удвоенной силой.
— Ты думаешь, что завладел моим секретом? — тихо проговорил император. — Но кто поверит в подобную глупость, если ты раструбишь о ней всему свету?
Лю Шан ухмыльнулся:
— Ваше Величество, это не просто глупость. Это — происки духов и богов! А в такие вещи в народе верят куда охотнее, чем вам кажется. И даже если вельможи усомнятся, Великая вдовствующая императрица с радостью зацепится за этот слух, чтобы объявить вас безумным или одержимым и окончательно превратить в безвольную марионетку.
Ли Чэнь сжал кулаки. Этот евнух был невероятно умен! Каждое его слово ранило прямо в сердце.
Молодой правитель быстро взвесил все «за» и «против». В прошлой жизни он и не подозревал, насколько опасен Лю Шан. Сделать такого человека врагом сейчас было слишком рискованно. Если союз с кланом Лю поможет сокрушить родовитых Го и получить армию, этим нужно воспользоваться.
Приняв решение, Ли Чэнь мгновенно преобразился. On натянул на лицо самую нежную и наивную улыбку:
— А-Шан, я же просто проверял тебя! Это была лишь шутка, не принимай близко к сердцу. Если ты готов помочь мне, я буду только рад. Мы же свои люди.
Лю Шан мысленно поморщился: «Фальшивый щенок, уровень сахара зашкаливает!»
Впрочем, цель была достигнута, и он не стал разоблачать чужую фальшь:
— Ваше Величество правы. Раз мы союзники, к чему лишние условности?
— Но есть одно условие… — Ли Чэнь прищурился. — Раз уж мы заключаем союз, я должен увидеть верность клана Лю, не так ли?
— И как же Ваше Величество желает проверить нас?
— Я хочу проверить ваши способности! Возьмём к примеру нападение Тубо на крепость Цинхань. Если ты сможешь заставить их отступить, я официально признаю наш союз. Идет?
Лю Шан отреагировал без колебаний:
— Ваше Величество даёт слово. Назад дороги не будет.
Ли Чэнь нахмурился:
— Ты соглашаешься так быстро? Неужели у тебя уже есть план, как заставить Великую вдовствующую императрицу отдать военный тигровый талисман? Или ты знаешь способ двинуть войска без её приказа?
Лю Шан качнул указательным пальцем:
— Вовсе нет.
— Тогда что ты задумал?
— Ваше Величество хочет, чтобы тибетцы убрались восвояси, не посрамив при этом величия нашей империи, верно? — улыбнулся Лю Шан. — У меня есть план, как заставить их отступить без единого выстрела! Более того, они сами принесут извинения и признают себя вассалами!
Ли Чэнь посмотрел на него с глубоким сомнением:
— Неужели такое возможно?
В прошлой жизни Ли Чэнь не вникал в тонкости политики. В этой жизни, хоть он и знал о некоторых будущих событиях, внезапный ход тибетцев застал его врасплох. On не представлял, как можно разрешить этот кризис без кровопролития, если у него нет доступа к армии.
Лю Шан подошёл к настенной карте Павильона Малинового Созвездия и указал пальцем на регион Тубо:
— Ваше Величество, взгляните сюда. Это — Тубо.
Ли Чэнь кивнул.
— А теперь смотрите дальше, — продолжал Лю Шан. — Здесь у нас Уйгурский каганат. Здесь — царство Наньчжао. Здесь — Арабский халифат. А вот тут — Древняя Индия.
Завершив свой импровизированный обзор, Лю Шан повернулся к императору:
— Ваше Величество видит здесь разгадку?
On намеренно перечислил все государства, окружавшие Тубо.
«Окружающие… страны…» — в голове Ли Чэня словно вспыхнула молния.
— Они все граничат с Тубо… Ты хочешь, чтобы я переманил эти царства на свою сторону?!
Лю Шан утвердительно кивнул. Этот малец был весьма сообразителен, хотя и неопытен.
— Именно так, Ваше Величество. Если мы сплотим вокруг Тубо союз из Уйгурского каганата, Наньчжао, Арабского халифата и Древней Индии, они окажутся в полной изоляции. Разве рискнет Тубо начинать войну против нашей империи в таком положении? Им придётся поджать хвост и приползти с просьбой о мире.
— В последние годы Тубо изрядно досаждало соседям, — продолжал излагать свой замысел Лю Шан. — В тех землях растёт недовольство. К тому же у них нет прямой вражды с нашей династией. Вашему Величеству достаточно отправить послов, посулить небольшие милости — и эти правители с радостью поддержат нас, чтобы проучить обнаглевшего соседа.
Ли Чэнь затаил дыхание. На его лице проступила искренняя радость:
— Верно! Это великолепный замысел! Как я сам до этого не додумался?!
— Вам следует тайком выслать доверенных послов, — добавил Лю Шан.
— Кого же отправлять? Посол должен быть красноречив и абсолютно предан.
Лю Шан задумчиво потер подбородок. Выгодное поручение лучше приберечь для своих:
— Ваше Величество, Верховный Военный Советник Лю Гуан весьма хитер и красноречив. On идеально подходит на роль дипломата… Что же до Верховного Цензора и исполняющего обязанности главы Верховного суда Лю Чанъи, то он известен своей неподкупностью и верностью. Эти двое прекрасным образом дополнят друг друга.
Император согласился:
— Твоя правда.
Использование людей клана Лю против рода Го позволяло действовать скрытно и не привлекать лишнего внимания.
— Ваше Величество может сделать вид, будто вы гневаетесь на Лю Чанъи за дерзость перед Великой вдовствующей императрицей, и выслать его из столицы под предлогом мелкой службы. На деле же он отправится к соседям Тубо. А для Верховного Военного Советника можно придумать предлог о поиске редких диковинок для дворца.
— Покуда внешние дела улаживаются, — улыбнулся Лю Шан, — вам останется лишь усыплять бдительность вашей венценосной бабушки. Когда тибетцы отступят без боя, это повергнет двор в изумление и утвердит ваше величие!
Ли Чэнь слушал этот продуманный до мелочей план и невольно поражался. Если всё удастся, он без единого выстрела решит угрозу на границе. После такого триумфа даже Великая вдовствующая императрица будет вынуждена передать ему военный тигровый талисман!
Но вместе с тем сердце государя содрогнулось: неужели этот Лю Шан, так тонко просчитывающий каждый шаг, — тот самый презираемый им временщик из прошлой жизни?!
— Ваше Величество? — окликнул его Лю Шан. — Что-то не так в моем плане?
— Всё так, предельно точно, — опомнился Ли Чэнь. On окончательно убедился, что такого опасного человека лучше держать при себе. — Твой план безупречен. Поступим ровно так, как ты сказал.
— Слушаюсь, Ваше Величество.
— И немедля начнем подготовку. Никому ни слова, — добавил государь.
Лю Шан поклонился:
— Не беспокойтесь. Ваша задача — просто ублажать Великую вдовствующую императрицу.
Слуга уже собрался покинуть покои Павильона Малинового Созвездия, чтобы передать указания.
— А-Шан, постой, — окликнул его император. На его губах снова заиграла слащавая, фальшивая улыбка. — Что до тех… слухов и происков духов, о которых ты упоминал… Надеюсь, ты сохранишь это в тайне?
On подошёл ближе и шепнул Лю Шану прямо на ухо:
— Ведь это… наш с тобой маленький секрет.
Лю Шан мысленно скривился: «Фу, какая фальшь!»
Этот малец даже не догадывается, что когда он пьян и откровенен, то невероятно мил. А когда пытается изображать из себя рокового соблазнителя, выглядит просто нелепо!
— Не извольте беспокоиться, Ваше Величество, — сухо ответил Лю Шан, отступая на пару шагов. — Раз уж мы союзники, я буду нем как могила.
Опасаясь новых проявлений этой сомнительной нежности, Лю Шан поспешно откланялся и покинул покои, направившись в Военно-Административный Совет.
* * *
Вскоре по столице поползли слухи: Верховный Цензор и исполняющий обязанности главы Верховного суда Лю Чанъи, не успев толком освоиться в новой должности, впал в немилость. За непочтительность к Великой вдовствующей императрице государь отослал его из Чанъани под предлогом служебных поручений. Придворные лишь вздыхали: молодой император снова не смог перечить своей могущественной бабушке.
Казалось, неудача с Тубо окончательно сломила правителя. On совсем забросил государственные дела и предался забавам. Дни напролёт государь либо гонял мяч в Павильоне Сдерживаемого Сияния и Павильоне Чистых Помыслов, либо отправлял слуг на поиски редких безделушек.
Вот и теперь он отослал своего доверенного сановника — Верховного Военного Советника Лю Гуана — прочь из столицы, поручив ему сыскать диковинные сокровища.
Хотя Военно-Административный Совет стоял выше трех министерств, все решения в государстве принимались Великой вдовствующей императрицей. Однако её указы всё равно должны были проходить через этот Совет. Так установился хрупкий баланс сил. И отъезд Лю Гуана был на руку клану Го, поэтому императрица не стала чинить препятствий.
Лю Гуан благополучно получил назначение и готовился отправиться в путь.
Лю Шан не мог сопровождать отца, но в день отъезда пришёл к Вратам Алого Феникса, чтобы проводить его.
Небольшая свита Лю Гуана остановилась у Моста Спешивания. Верховный Военный Советник, вопреки своему высокому чину, выглядел весьма беспокойным за судьбу приемного сына.
On без конца давал указания:
— А-Шан, меня не будет рядом, так что береги себя. Погода хоть и потеплела, но ночи холодные. Ты с детства слаб здоровьем, смотри не подхвати простуду!
— Да-да, а-де, — кивал Лю Шан. — Не волнуйся за меня, я уже не ребёнок.
Лю Гуан тепло улыбнулся:
— И то правда. Придумать такой замысел… Ты действительно повзрослел, сынок. Мне больше не о чем беспокоиться.
— А вот о вас, А-爹, я беспокоюсь! — вздохнул Лю Шан. — Вы со стороны кажетесь усердным да умелым, а на деле — рассеянный человек!
Несмотря на грозную славу временщика, Лю Гуан в быту был довольно несобранным: вечно терял вещи и совершенно не ориентировался на местности. Лю Шан успел досконально изучить своего приемного отца.
— А-де, я приставил к вам надёжного помощника, — добавил Лю Шан.
— Помощника? — удивился Лю Гуан.
On и Лю Чанъи отправлялись с разными поручениями и под разной личиной, дабы не навлечь подозрений. Откуда же взяться помощнику?
Лю Шан продолжал:
— Вы ведь совсем не знаток дорог, а-де. Я так боялся, что вы заблудитесь! Поэтому я подобрал вам в спутники честного, трудолюбивого и физически крепкого человека!
При каждом слове сына у Лю Гуана всё сильнее дёргалось веко. Описание звучало до боли знакомо…
Лю Шан обернулся и помахал рукой:
— Подходи скорее, молодой генерал Го!
Го Юйчэнь!
Лю Гуан мысленно вздохнул: «Ну конечно…»