Покинув покои, Лю Шан поспешил обратно к гостям. Сдвинув брови, он поднёс к глазам кубок и принялся пристально вглядываться в хмельное зелье.
Пытаясь договориться с наложницей Го Фанъи, он надолго отлучился, а его батюшка, Лю Гуан, воспользувшись отсутствием сына, осушил кубок до дна.
— Что-то не так? — раздался подле него чей-то голос.
Лю Шан обернулся. Перед ним стоял «свой человек» — ван Цзян, Ли У.
Приподняв кубок к носу, Лю Шан слегка вдохнул аромат.
— Кажется... с этим вином что-то не так.
— С вином? — Ли У, и без того не отличавшийся мягкостью нрава, мгновенно помрачнел. Опасный прищёр сузил его глаза. — Если Распорядитель Дворцовой Канцелярии мне доверяет, я могу разузнать, в чём дело.
Лю Шан усмехнулся:
— Мы ведь на одной стороне, к чему разговор о доверии? В таком случае буду премного благодарен вашему высочеству.
Ли У явственно не ожидал столь лёгкой доверчивости. «На одной стороне»... Но кто при дворе может быть истинным союзником? Он одарил Лю Шана пристальным взглядом и, не тратя попусту слов, лишь коротко кивнул, после чего скрылся в полутьме.
Не прошло и десяти минут, как ван Цзян вернулся.
— Нашлись очевидцы, — глухо произнёс он. — Перед самым началом пира возле стола Распорядителя крутилась служанка наложницы Го Фанъи.
— Наложница Го? — Лю Шан с трудом скрыл изумление, но тут же задумчиво потёр подбородок: — И след нашёлся так быстро?
— Более чем быстро, — с иронией отозвался Ли У. — Ответ подали буквально на блюдечке. Даже рыть не пришлось: слишком многие видели, как девица вилась возле твоего места с подозрительным видом.
Лю Шан фыркнул:
— Раз её заметить успела целая толпа, какая же это подозрительность? Это откровенный, топорный спектакль.
— И как бы назвал подобное Распорядитель? — одарил его косым взглядом Ли У.
Лю Шан скривил губы:
— Подстава и подлог.
Ли У едва заметно кивнул:
— Мы мыслим одинаково. — Помолчав, он спросил: — Что собираешься делать?
Лю Шан усмехнулся:
— Замысел шит белыми нитками. Кто-то жаждет стравить клан Лю и клан Го, а самому остаться в стороне и пожинать плоды. Неужели я позволю этому кукловоду торжествовать?
Поразмыслив, Лю Шан пришёл к выводу: зелье в кубке — лишь первый шаг. Отравитель рассчитывал устроить скандал или опозорить его, а значит, у этой ловушки неизбежно есть продолжение.
Лю Шан хитровато улыбнулся и поманил вана Цзяна рукой, предлагая наклониться ближе.
Ли У, от природы холодный и чуждающийся всякого сближения, на сей раз сдержал неприязнь. Любопытство взяло верх, и он подался вперёд.
Сложив ладони рупором у самого уха собеседника, Лю Шан прошептал:
— Сейчас я притворюсь пьяным в стельку. Ваше высочество, укройтесь неподалёку и прикройте меня. Раз уж негодяй подмешал дрянь, он точно придёт собирать урожай. Сыграем по его правилам и вытащим заразу на свет.
Ли У вскинул бровь. Способ, конечно, топорный, но прямой и действенный.
Лю Шан с театральным вздохом уселся за стол, поднял опустевший кубок и сделал вид, будто припал к нему. Спустя мгновение он наигранно охнул:
— Ох-х...
Схватившись за лоб, словно от невыносимого хмеля, он, опираясь на столешницу, тяжело поднялся. А затем поплёлся прочь: туловище мотало из стороны в сторону, ноги описывали немыслимые кренделя, а сам он извивался, точно пьяный змей.
— Господин Распорядитель! — тут же подскочили несколько младших евнухов из Ведомства Внутренних Дел. — Вы изрядно перебрали! Позвольте, мы подсобим!
— Прочь! — пьяно рявкнул Лю Шан и размашисто мотнул рукой. — Я... и сам в состоянии шагать!
Отогнав слуг, он, спотыкаясь на каждом шагу, побрёл прочь от шумного застолья — туда, где царил полумрак и не было лишних глаз. Напоследок Лю Шан незаметно обернулся и одарил Ли У быстрым подмигиванием.
Ли У ощутил, как у него сжимаются виски.
Лю Шан выписывал зигзаги по пустынной аллее, как вдруг из тени деревьев выскользнула служанка. Всё выглядело так, будто она ждала его.
— Господин Распорядитель? — подобострастно заговорила девица. — Вы совсем хмельной. Позвольте рабе помочь вам добраться до покоев!
Лю Шан изобразил пьяную глуповатую ухмылку:
— И-ик... Ладно... Давай, подсоби...
— Прошу сюда, господин.
Служанка подхватила его под руку и потащила в самый глухой угол сада.
Лю Шан, воспользовавшись моментом, навалился на неё всем весом. Хоть он и не отличался богатырским сложением, но оставался взрослым мужчиной. Девица с трудом переставляла ноги под такой тяжестью, отчего оба они еле плелись.
— Ах! — ахнула служанка, когда «пьяный» Распорядитель резко выпрямился и с неожиданной силой толкнул её в глухую тень за искусственную горку из камней.
Сбросив личину опьянения, Лю Шан ступил вслед за ней. На его губах играла мягкая, но леденящая улыбка:
— И чьих же ты будешь, краля? Кто дал тебе смелости разменивать мою голову в своих играх?
— Г-господин Распорядитель?! — Лицо служанки мгновенно пошло мертвенными пятнами. — Вы... вы не пьяны?!
Поняв, что попала в засаду, она метнулась было в сторону, но из противоположного прохода уже доносились тяжёлые, чеканные шаги. В проёме между валунами возникла высокая, ледяная фигура — Ли У.
Оказавшись в мышеловке, девица с маху грохнулась на колени:
— Ваше высочество! Господин Распорядитель! Раба... раба лишь хотела проводить захмелевшего господина! Ничего дурного в моих мыслях не было!
— Вот как? — Лю Шан неторопливо опустился на одно колено, сравнявшись с ней взглядом. Его улыбка казалась донельзя добродушной. — Ничего дурного? А я ведь ещё ничего и не спрашивал. К чему эта спешка? Отчего дрожишь? Что за нечистая совесть тебе спать не даёт?
— Я... я...
Не дав ей опомниться, Лю Шан задумчиво пробежался пальцами по золотому шитью своего рукава и негромко произнёс:
— Спрошу последний раз. Чья ты служанка?
Девица затрепетала всем телом, но прикусила язык. Уставившись в землю, она решительно молчала.
Лю Шан не стал выходить из себя. Сохраняя мягкое спокойствие, он протянул руку и кончиком пальца поддел девичий подбородок, заставив её поднять голову.
— А пальчики-то у тебя какие изящные, — ни с того ни с сего накренив голову, заметил он.
Девица замерла. Щёки её вспыхнули. Лю Шан плавно взял её кисть в свою ладонь, с тихой нежностью погладил тонкие пальцы и поднёс их к собственным губам.
Он слегка подул на её ладонь и восхищённо прошептал:
— Обожаю красивые пальцы. Они обычно такие нежные на вкус...
— На... вкус?.. — Девица захлопала глазами, сбитая с толку.
Лю Шан с охотой пояснил:
— Я предпочитаю сырыми. Особенное лакомство — ручки красавиц. Беленькие, сочные, а хрящики так приятно хрустят на зубах...
Краска мгновенно сошла с её лица, сменившись диким ужасом. Забыв о смущении, девица забилась лбом о камни:
— Господин Распорядитель, пощадите! Смилостивитесь!
— Чья ты служанка? — Распорядитель всё так же ласково перебирал её пальцы. — Повторять не хочу. Моё терпение не безгранично.
Девица, и без того наслышанная о жестоком нраве Лю Шана, окончательно сломалась:
— Раба... раба служит четвёртой барышне из рода Ян!
— Четвёртая барышня Ян... — протянул Лю Шан.
Замысел становился ясен. Четвёртая барышня Ян велела подмешать зелье, чтобы потом подстроить ловушку и очернить наложницу Го Фанъи. Так она рассчитывала избавиться от фаворитки государя и стравить кланы Лю и Го. Идеальный удар — разом убрать соперницу и стравить сильных мира сего.
Ли У посмотрел на Лю Шана:
— Как поступишь с ней?
Лю Шан вскинул бровь:
— Замышляя эту гнусь, барышня Ян рассчитывала, что евнух не сможет покуситься на её честь. Но что, если... на моём месте окажется мужчина в полном соку?
Ли У прищурился:
— Что ты задумал?
Не отвечая ему прямо, Лю Шан посмотрел на дрожащую девицу:
— Иди. Забудь, что встретила меня. Делай всё строго по указке своей хозяйки.
— Господин Распорядитель?.. — Служанка обомлела, но радоваться избавлению от смерти долго не смела. Впрочем, задавать лишние вопросы она не решилась.
— Помни: я пьян в лоскуты. Ты меня ни о чём не подозревала, и мы с тобой не встречались. Что отвечать хозяйке — сама сообразишь, верно?
— Раба всё поняла! Всё поняла! — Едва не плача от счастья, она отвесила десяток поклонов и кинулась прочь.
Едва девица скрылась из виду, Лю Шан повернулся к вану Цзяну:
— Мой план прост: подменить «жертву». Мы отправим в заготовленные покои мужчину, способного на настоящую страсть. А когда дело дойдёт до развязки, под покровом тьмы приведём туда Его Величество — ловить грешников на горячем. Вот уж развлечение будет! Барышня Ян сама заварила эту кашу, пусть теперь ест.
— И кого ты вознамерился отправить вместо себя? — выгнул бровь Ли У.
Лю Шан кивнул в сторону праздничных столов. Пиршество шумело вовсю: придворные пили, смеялись и обменивались тостами. И лишь один человек среди этого буйства огней и веселья сидел в одиночестве, мрачно глуша вино чаша за чашей.
Ли У сразу всё понял:
— Ван Цзян. Ли Хань.
Лю Шан кивнул:
— Сколько я помню, шестой принц без ума от четвёртой барышни Ян. Сгорает от безответной любви. Почему бы нам не проявить милосердие и не помочь влюблённым воссоединиться?
Ли У сузил глаза и промолчал.
Тем временем вана Цзяна, Ли Ханя, окончательно сморило хмельное. Слуги, не успев отговорить хозяина от лишней чаши, подхватили обмякшее тело и повели его к выделенным покоям. Однако на полпути путь им преградила молчаливая фигура.
Слуги поспешно склонились в поклоне:
— Приветствуем вана Цзяна, ваше высочество.
Ли У стоял с каменным лицом. В сумерках его взгляд казался особенно суровым:
— Я сам провожу брата. Оставьте его.
— Но... — помялись слуги.
— Что? — холодно бросил Ли У. — Мне нужно повторить?
Не смея перечить могущественному принцу, они быстро передали пьяного господина в руки Ли У и поспешно удалились:
— Премного благодарны за заботу, ваше высочество!
Ли Хань, полностью лишившись сил, повис на Ли У, словно бескостный. От благородного мужа и поэта не осталось и следа: он брыкался и невнятно бормотал:
— Четвёртая барышня... Четвёртая барышня...
— Насколько же сильно она завладела твоими мыслями? — Ли У посмотрел на захмелевшего юношу. В его голосе зазвенела мрачная нота. — Даже зная, что в её сердце нет ни капли чувства к тебе...
Приняв решение, Ли У подхватил Ли Ханя на руки и решительным шагом направился к заготовленной комнате.
— Сегодня твой дядя сделает тебе этот подарок.
* * *
— Ваше Величество.
Лю Шан, как и планировалось, вернулся в зал. Пришло время увлечь молоденького императора за собой.
Сладко улыбаясь, Лю Шан заговорил с безграничной угодливостью:
— Ныне праздник в самом разгаре. Не угодно ли Его Величеству остаться на ночь в усадьбе Великого Генерала? Вашему рабу доставит великое счастье лично приготовить для вас покои.
Император Ли Чэнь некоторое время не видел Лю Шана и понятия не имел, куда тот сгинул. Теперь же, глядя на непривычно ласковое и заботливое поведение своего Распорядителя, молодой государь истолковал это по-своему.
"Неужели... неужели А-Шан пытается выразить мне свою привязанность?"
Поскольку император и сам намеревался сблизиться с кланом Лю, дабы ослабить влияние семьи Го, он не стал отказываться. На его губах расцвела исключительно тёплая улыбка:
— Замечательно. Ты, А-Шан, как всегда внимателен к моим желаниям.
Лю Шан подготовился на славу. Комната, отведённая государю, располагалась по соседству с той, что приготовила четвёртая барышня Ян — идеальное место для внезапного разоблачения.
Он провёл Ли Чэня в покои. Внутри царил сумрак: светильники ещё не зажгли. Лю Шан сделал шаг вперёд, намереваясь принести огонь, как вдруг со звучным стуком очутился прижатым к прохладной стене.
"Это что ещё за прижатие к стене из любовных романов?!" — пронеслась в его голове ошеломлённая мысль.
В комнате стояла непроглядная тьма. Не успел Лю Шан опомниться, как мочку его уха обдало жарким дыханием, а затем на неё опустился нежный, невесомый поцелуй.
Томный, бархатный шёпот раздался над самым ухом:
— А-Шан... Неужели ты жаждал остаться со мной наедине?