Янь Цинхуай ненадолго замолк, а затем решил зайти издалека:
— Босс, а с кем ты успел нажить врагов?
Янь Лань опустил взгляд. Ни слова, ни единой эмоции на лице, но Янь Цинхуай без труда прочитал этот молчаливый ответ: «Нажить пару-тройку врагов — разве это не житейское дело?»
Янь Цинхуай попытался выразиться точнее:
— Ну, знаешь, бывает так: непризнанный гений в один миг теряет всё, терпит издевательства, а потом поднявшись с колен, вырезает всех старых обидчиков... У тебя с кем-то подобным нет розни?
Чем дальше он говорил, тем сильнее казалось: Янь Лань — вылитое мелкое пушечное мясо из романов, которое когда-то перешло дорогу будущему владыке мира и теперь пытается задавить избранника небес прямо в зародыше.
Если зацепиться за такую «могучую пяту», не подставит ли он сам себя под удар как пушечное мясо второго порядка?
Темные, непроницаемые зеницы Янь Ланя приковались к Янь Цинхуайю. Тот аж поежился под этим тяжелым взглядом, но собеседник и не думал отворачиваться.
— Нет, — наконец произнес Янь Лань. — С такими не встречался.
Янь Цинхуай медленно кивнул. Что ж, раз так, держаться за эту «могучую пяту» вроде бы безопасно.
Он вскинул голову, и глаза его вспыхнули отчаянной надеждой:
— Босс! А можно мне продлить подписку на роль твоего приспешника?
Янь Лань замер:
—?
Янь Цинхуай потер ладони и с готовностью пояснил:
— Позволишь еще немного побыть у тебя под крылом? Кажется, меня скоро пришьют из ревности.
Хотя раньше Янь Цинхуай долго сомневался и уверял себя, что Се Тяньлань — вовсе не тот безумный мечник-фанатик, о которых твердил Ло Чуаньхуа, в жизни всякое бывает. Береженого бог бережет.
Да и где еще сыщешь столь надежного покровителя? Упустишь такой шанс — второго не представится.
До Янь Ланя наконец дошел смысл его речей. Переведя взгляд на окно, он ровно проговорил:
— Идет. Но у меня тоже найдется для тебя пара поручений.
Янь Цинхуай с готовностью подхватил:
— Нужно кого-то разыскать?
Он с самого начала подозревал, что Янь Лань объявился в поместье клана Ду именно ради этого — иначе к чему бы ему расспрашивать прошлым вечером?
Янь Лань отпираться не стал:
— Посматривай по сторонам. Высматривай, нет ли в доме Ду кого-то с высокой культивацией, но без громкого имени. Кого-то, кто держится особняком и скрывает свои перемещения.
Янь Цинхуай закивал, давая понять, что задача принята. Слуга обязан облегчать жизнь своему господину! Правда, найти такого человека будет ох как непросто.
Запомнив поручение, он не удержался от любопытства:
— Босс, а кроме поисков у тебя тут есть еще дела?
— Есть.
Янь Цинхуай навострил уши, ожидая подробностей, но Янь Лань, выдав короткое «есть», замолчал наглухо.
«Ладно, делиться не хочет, понятное дело».
Хоть Янь Цинхуай и впервые набился кому-то в приспешники, угадывать мысли своего покровителя у него получалось отлично. Допытываться он не стал, лишь сменил тему:
— Значит, всё это время ты пробудешь в поместье Ду?
Янь Лань наклонил голову. Это успокоило Янь Цинхуая: значит, не выйдет так, что он тут из кожи вон лезет ради босса, а когда прижмет — защитить его будет некому.
— И последний вопрос, — Янь Цинхуай знал меру и вовремя решил отступить, но один момент не давал ему покоя. — Почему, когда я только распахнул дверь, тебя в комнате не было?
Стоило ему обернуться и прикрыть створку — а тот уже тут как тут, словно призрак какой.
Янь Лань одарил его скупым взглядом:
— Применил пару уловок.
Янь Цинхуай опешил. Да уж, исчерпывающее объяснение, ничего не скажешь!
Расспрашивать дальше он не рискнул и послушно уселся за культивацию. Янь Лань же вопреки обыкновению остался: подперев подбородок ладонью, он восседал в мягком кресле и молча наблюдал за парнем.
В его глубоких темных глазах отражался силуэт Янь Цинхуая, но о чем думал этот человек, ведал лишь он сам.
* * *
На следующее утро Янь Лань, как и следовало ожидать, снова бесследно исчез. Янь Цинхуай ничуть не удивился. Выйдя во двор, он щелкнул пальцем в сторону упавшего с дерева листа.
Сгусток духовной энергии со свистом вырвался из пальца, пробил лист насквозь и оставил на земле отчетливую выбоину. Янь Цинхуай просиял. Пусть пробить барьер и выйти на новый уровень пока не удавалось, он отчетливо чувствовал, как в его даньтяне с каждым днем копится духовная сила.
Еще пара дней — и прорыв неизбежен!
Едва он любовался мощью собственного удара, как из дверей выскочил Ло Чуаньхуа. Он мчался через двор, задыхаясь и вопя на бегу:
— Янь Цинхуай! Снова вести от предка Цинчжуаня!
Такой утренний пыл и святая вера в великого предка Цинчжуаня — который, к слову, был всего лишь альтер-эго самого Янь Цинхуая — искренне умиляли. Вот только в поместье Ду, помимо учеников их Секты Просветления, разместили и заклинателей из других кланов. Вопль Ло Чуаньхуа мгновенно привлек всеобщее внимание. Янь Цинхуай отчаянно зажестикулировал, призывая приятеля умерить пыл.
Но Ло Чуаньхуа, сгорая от восторга, ничего вокруг не замечал. Подскочив к нему, он выпалил:
— Говорят, вчера кто-то видел предка Цинчжуаня в Городе Воинственного Солнца!
Янь Цинхуай молча воззрился на него.
— В прошлый раз, когда предок объявился в Городе Превосходящих Цветов, на свет явился Каменный лотос Великой Инь, запечатанный в тайном царстве! Хоть и неизвестно, кто его в итоге уволок, — воодушевленно тараторил Ло Чуаньхуа, связывая воедино разрозненные слухи. — А теперь предок появился здесь, в Уянчэне! Разве это не знак? Нас точно ждет что-то грандиозное!
Не будь предок Цинчжуань его собственным вымышленным образом, Янь Цинхуай, пожалуй, восхитился бы упорством Ло Чуаньхуа, способного по крохам собрать желаемый ответ. И ведь звучало-то как убедительно!
Вот только сам Янь Цинхуай прекрасно знал истинную причину обоих «явлений».
В первый раз, только получив Небесный связной, он понятия не имел о риске раскрытия личности.
А второй случай и вовсе вышел глупейшим: наслушавшись споров Ло Чуаньхуа о том, способны ли мечники на убийство из ревности, Янь Цинхуай не удержался от искушения и заглянул в сеть.
Янь Цинхуай уныло вздохнул. Вся радость от скорого прорыва моментально улетучилась.
А Ло Чуаньхуа продолжал строить смелые догадки:
— Может, это как-то связано с предстоящим пиршеством в доме Ду? Или с аукционом, о котором говорил Фэн Юнь?
Янь Цинхуай сохранял каменное выражение лица.
«Ни с тем, ни с другим. Просто я не смог пройти мимо свежих сплетен».
Он чувствовал глубокую беспомощность — словно держал в руках правильные ответы, но мог лишь наблюдать, как его единственный ученик с энтузиазмом ляпает ошибку за ошибкой.
Ло Чуаньхуа же полностью погрузился в свои фантазии. Он упрямо верил: в день празднества — а может, уже на аукционе — тайное обязательно станет явным.
Янь Цинхуай попытался осторожно вернуть его с небес на землю:
— Может, это просто совпадение?
— Исключено! — серьезно возразил Ло Чуаньхуа. — Предок Цинчжуань ничего не делает просто так. У каждого его шага есть глубокий замысел. Какой тут к черту случай?
Янь Цинхуай махнул рукой. Этот безнадежен. Лучше подумать о чем-нибудь более полезном — например, чем позавтракать.
Да-да! Заботясь о гостях, еще не отказавшихся от земной пищи, клан Ду приготовил угощения, причем отменного качества. И хотя Янь Цинхуай давно принял Пилюлю Отказа от Еды, удержаться от соблазна не мог.
И все было бы прекрасно, если бы по дороге ему не попадался Ду Чэнсянь.
Что за муха того укусила, Янь Цинхуай понятия не имел, но куда бы он ни пошел, везде натыкался на этого типа. Впрочем, Ду Чэнсянь находился в собственном доме и мог ходить где вздумается, так что высказывать претензии в лицо было бы глупо.
Вот только каждый раз после такой «случайной» встречи в коридоре Янь Лань встречал его по возвращении крайне странным взглядом.
Янь Цинхуай даже усомнился в его человеческой природе. Может, Янь Лань — демонический практик из расы зверей с феноменальным чутьем? Иначе с чего бы ему указывать на те места, которых касался Ду Чэнсянь, и допытываться, с кем это он опять спутался?
А Янь Цинхуай, спасая доверие босса, вынужден был снова и снова твердить, что просто пересекся с хозяином дома.
Слова его звучали точь-в-точь как оправдания мелкого предателя из дешевого паршивого фильма, которого босс раз за разом ловит на горячем. Но ничего другого Янь Цинхуай придумать не мог.
Впрочем, на сей раз он сгустил краски.
Янь Лань вовсе ничего не подозревал — его попросту воротило от чужих аурок, и появление Янь Цинхуая, приносившего на себе мерзкий запах, вызывало у него раздражение.
Но учитывая, что в поместье Ду сейчас и без того царила нервозная обстановка, Янь Лань ограничивался предупреждениями, а не пускал в ход меч против навязчивого домочадца.
К тому же парень пока был ему полезен, так что убирать его никто не собирался.
Дело замкнули на этом, и Янь Цинхуай стал вести себя куда осмотрительнее.
* * *
Но чего он уж никак не ожидал, так это снова встретить Ду Чэнсяня у самого входа в филиал Терема Сокровищ в Городе Воинственного Солнца, куда отправился вместе со всеми на аукцион.
На сей раз Янь Цинхуай одарил его крайне выразительным взглядом.
Ду Чэнсянь завел привычную песню:
— Какая встреча!
Янь Цинхуай даже не пытался скрыть сомнения:
— Пять встреч за три дня — и старший Ду каждый раз твердит про «совпадение»?
Ду Чэнсянь смущенно кашлянул. В прошлые разы он действительно искал поводы, но сегодня наткнулся на парня совершенно случайно.
Впрочем, откровенничать никто не стал. Предъявив пригласительные, оба поспешили внутрь.
Ло Чуаньхуа, шедший рядом, тоже почуял неладное. Едва они переступили порог Терема Сокровищ, он прильнул к уху Янь Цинхуая:
— Что тут происходит?
Янь Цинхуай же не мог признаться, что у него в комнате прячется опасный беглец, которого клан Ду тщетно ищет денно и нощно, отчего хозяева поместья и косятся на него с подозрением.
— Этот Ду Чэнсянь какой-то странный, — ограничился он частью правды. — В последние дни я натыкаюсь на него на каждом шагу.
Благодаря приглашению Фэн Юня им достались места в отдельной ложе. Поднимаясь по лестнице, они как раз подошли к нужной двери.
Ло Чуаньхуа округлил глаза и прошептал:
— А вдруг он прознал, что тебе улыбнулась редкая судьба и досталось какое-то невероятное сокровище?
Янь Цинхуай дернул бровью. Какая еще судьба? Наследство древнего практика? Так оно для культиваторов без пяти духовных корней бесполезнее сухого валежника!
Покачав головой над безудержной фантазией приятеля, Янь Цинхуай вдруг почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд и мгновенно обернулся.
Как выяснилось, виновник их разговора стоял прямо у дверей соседней ложи.
Ду Чэнсянь слышал каждое слово, и выражение его лица сейчас было весьма своеобразным — примерно так выглядел бы сказочно богатый купец, которого нищий бродяга заподозрил в краже медяка.
Заметив его взгляд, Янь Цинхуай ничуть не смутился: он лишь широко распахнул свои и без того наивные глаза с опущенными уголками и уставился на него в ответ.
Глядя в эти светлые, невинные зеницы, Ду Чэнсянь мысленно вздохнул. Да скорее уж можно поверить, будто он зарился на самого этого юношу, чем на какие-то там его мифические сокровища!
Он выслеживал Янь Цинхуая столько дней и так и не разглядел в нем ничего хоть сколько-нибудь выдающегося.
Янь Цинхуай, естественно, понятия не имел о его мыслях и ни капли не смутился тем, что его застукали за сплетнями.
Спокойно отведя взгляд, он тихо шепнул Ло Чуаньхуа:
— Говори тише, он прямо за дверью. Не дай бог этот сталкер переключится на тебя — вот тогда попляшешь.
На лице Ду Чэнсяня застыло неизгладимое изумление.