«Застрять здесь из-за карты?»
Янь Цинхуай едва заметно переглянулся с Се Тяньланем. Похоже, в той карте, что досталась им, и впрямь крылся какой-то скрытый умысел.
Душа внутри жемчужины, испугавшись, что предложенных условий недостаточно, спешно добавила:
— Если даосы пощадят меня, я открою вам местонахождение всего своего накопленного богатства! Для призрачных практиков оно бесполезно, но для заклинателей-бессмертных станет неоценимой сокровищницей!
Решение этого вопроса лежало за пределами возможностей Янь Цинхуая: как бы ни манили его чужие сокровища, обучить дух пути призрачного практика он не мог. В конце концов, он был лишь обычным заклинателем.
Жемчужина вновь подала голос:
— Если вы согласитесь помочь мне стать призрачным практиком, я готов принести Клятву Демону Сердца и служить вам верой и правдой целую тысячу лет!
В мире самосовершенствования даже в знак глубочайшей признательности никто не раздавал пустых обещаний о будущих перерождениях — оставалось только в текущей жизни впрягаться в рабочую упряжь на добрые сотни и тысячи лет. Раньше даосский путь перерождений пребывал в упадке, а нынче Царство Призраков испытывало острейшую нехватку рук: как говаривал Се Тяньлань, неупокоенные духи, пригнанные в призрачный город в ожидании реинкарнации, заполнили улицы до отказа.
Се Тяньлань наконец произнёс:
— Что ж, это меня устроит. В будущем у меня действительно найдутся для тебя поручения. Сейчас же тебе достаточно подробно рассказать обо всём, что здесь происходит.
Душу внутри артефакта звали Лань Ли. Услышав согласие Се Тяньланя, он пришёл в неописуемый восторг. Пусть благодаря этой духовной драгоценности ему и удалось сохранить дух на протяжении стольких веков, из-за её же ограничений он так и не смог найти иного способа выбраться. Наблюдая, как с каждым днём силы угасают, а окончательное рассеяние становится неизбежным, он пребывал в постоянном ужасе.
К счастью, судьба улыбнулась ему, дав шанс избежать небытия.
Вскоре Лань Ли поведал Янь Цинхуаю и Се Тяньланю, что это странное место зовётся Дворцом Зловещих Камней. Само его происхождение оставалось загадкой даже для него, но существовало одно древнее сказание: некогда Короля Небесных Демонов обманом лишили сердца и спрятали его в этих казематах, практически лишённых выходов, из-за чего тот в итоге и сгинул.
Янь Цинхуай слегка приподнял бровь и с нескрываемым интересом спросил:
— Выходит, сердце Короля Небесных Демонов и по сей день находится во Дворце Зловещих Камней?
Лань Ли подтвердил его догадку, однако пыл Янь Цинхуая быстро угас:
— Впрочем, какой прок от одного лишь сердца?
— Даос не понимает! — возразил Лань Ли. — Сердце Короля Небесных Демонов — невероятное сокровище даже для праведных заклинателей! В нём скрыта колоссальная демоническая мощь. Если продать его нынешним демонам, можно выручить целое состояние!
Янь Цинхуай переглянулся с Се Тяньланем и со смешком заметил:
— Что ж, похоже, от него и впрямь может быть польза.
Получив от Лань Ли достаточно сведений, Се Тяньлань подвёл итог:
— Положение дел ясно. Раз так, держи руководство и начинай перестройку духовного тела по пути призрака.
Лань Ли, однако, запротестовал:
— Не стоит спешить. Позвольте мне сперва вывести вас из Дворца Зловещих Камней!
Янь Цинхуай предостерёг его:
— Если мы отправимся на поиски сердца Короля Небесных Демонов, это может занять немало времени.
Лань Ли проявил упорство:
— Я прождал в этом заточении целую тысячу лет, так что несколько дней ничего не решат. К тому же я смогу указывать вам дорогу.
Се Тяньланю было всё равно. Если тот настойчиво рисковал рассеять собственный дух, это оставалось исключительно его личной кармой. Он лишь небрежным жестом запечатлел на сферическом артефакте какую-то метку и произнёс:
— Эта печать поможет твоему духу продержаться ещё какое-то время.
Янь Цинхуай со вздохом заметил:
— Видимо, в Царстве Призраков совсем беда с кадрами, раз тебе приходится лично заниматься вербовкой.
Лань Ли погрузился в молчание — вероятнее всего, смысловые тонкости их разговора ускользали от него.
Тем временем Янь Цинхуай под руководством Лань Ли принялся собирать оставленные в комнате вещи. Заглянув под стол, он внезапно ощутил некое духовное родство с прежним хозяином:
— А я-то полагал, что напяливать по пространственному кольцу на каждый палец — предельно странная замашка. Но ты, оказывается, переплюнул меня по части любви к кричащей роскоши.
Едва он прикоснулся к истлевшей одежде, как та рассыпалась в прах, обнажив скрытое под ней россыпью множество пространственных колец. Там лежало больше десятка перстней — даже если надеть по одному на каждый палец, место всё равно останется.
Содержимое колец оказалось весьма скудным и однообразным: внутри находились лишь духовные пилюли, растения да духовные камни. Янь Цинхуай с любопытством поинтересовался:
— Неужели ты не оставил после себя никаких руководств по техникам?
Лань Ли издал неловкий смешок:
— Наша секта отличалась скупостью, переписывать техники строго запрещалось, так что приходилось заучивать всё наизусть.
Янь Цинхуай кивнул:
— Да уж, мелочные ребята. И тебе действительно больше не нужны все эти вещи?
Лань Ли великодушно отозвался:
— Забирай всё, даос. Мне они отныне без надобности.
Что касается духовных трав на столе, Лань Ли не стал давать подробных пояснений, лишь бросил:
— Это довольно редкие духовные материалы. Заберите их с собой перед уходом.
В углу же находился источник. По словам Лань Ли, это был неплохой духовный родник — оставалось лишь гадать, каким образом его умудрились перенести во Дворец Зловещих Камней. Янь Цинхуай опустил руку в воду, проверив её свойства: вода и впрямь обладала высокой концентрацией духовной энергии. Стоило набрать немного — авось пригодится при выплавке пилюль с особыми свойствами.
Комнатка оказалась совсем небольшой. Закончив опись имущества, Янь Цинхуай уже собирался позвать Се Тяньланя и уйти, как Лань Ли неожиданно подал голос:
— А ложе вы не заберёте?
Янь Цинхуай совершенно искренне ответил:
— Честно говоря, у меня стойкое ощущение, что на нём валялся какой-нибудь труп. Как-то это не к добру.
Лань Ли от такой откровенности, похоже, лишился дара речи. Помолчав немного, он пробормотал:
— В таком случае будь так добр, забери его для меня. Оно мне ещё пригодится.
Янь Цинхуай рассудил, что забрал у человека столько добра, и отказывать в подобной мелочи было бы совсем уж бесчеловечно. Поэтому он с лёгкостью спрятал ложе в свободное кольцо, добавив:
— Я верну тебе это пространственное кольцо, когда ты вылепишь себе тело призрака.
Благодаря указаниям Лань Ли они быстро покинули комнату и вскоре вышли на след той группы, что ушла вперёд.
Подходя ближе, Янь Цинхуай услышал яростный крик Гоу Даня — тот с кем-то взволнованно ругался. Янь Цинхуай беспокойно нахмурился: если меряться силами, то троице демонических зверей не тягаться с остальными, ведь те были пусть паршивыми, но заклинателями.
Он уже намеревался выйти к ним, как вдруг раздался голос Ван Шуйхуа:
— И о чём тут спорить? Он же с виду дуб дубом, разве такой сумеет кого-то подставить?
«Человек-то он хороший, да только язык больно ядовит», — мысленно ухмыльнулся Янь Цинхуай.
Се Тяньлань, не проявлявший ни малейшего интереса ни к чему, что не касалось Янь Цинхуая, молча наблюдал за происходящим, переведя пристальный взгляд на Ван Юньфэна. А вот Лань Ли, давно не видевший живых людей, с жадным любопытством уставился на перепалку. Он даже попытался направить жемчужину чуть вперёд:
— Ох, сколько лет я не видел такой толпы!
Янь Цинхуай внезапно невозмутимо обронил:
— Тебе стоит насладиться зрелищем впрок, ведь не факт, что в будущем тебе выпадет шанс увидеть столько людей.
Воздух вокруг, казалось, в мгновение ока похолодел на несколько градусов. Янь Цинхуай же, словно не замечая этого, неторопливо добавил:
— В конце концов, попав в Царство Призраков, ты будешь встречаться исключительно с духами.
Лань Ли:
—... Даос совершенно прав. Что ж, тогда я обязан рассмотреть всё как следует.
В этих словах Янь Цинхуаю послышался явный скрежет зубов — вероятно, шутка показалась собеседнику чересчур прохладной.
Перепалка впереди благодаря вмешательству Ван Шуйхуа слегка утихла, однако Гоу Дань явно не желал уступать. Он гневно рявкнул:
— Не думай, будто я не знаю! Тогда вы сбросили даоса Цина!
Демонический заклинатель, на которого он орал, окончательно вышел из себя:
— С чего ты взял, что это я его погубил?! Он сам по глупости оступился и свалился вниз!
Эта фраза окончательно взвинтила Гоу Даня. Скорчившийся от боли Чжу Юй, находившийся рядом и, видимо, получивший ранение, не успел удержать товарища. Гоу Дань рванулся вперёд, навалился на демонического практика и нанёс ему два увесистых удара кулаком.
Если так пойдёт и дальше, дело добром не кончится. Поняв, что отсиживаться в стороне больше нельзя, Янь Цинхуай увлёк за собой Се Тяньланя и выскочил из тени, слегка улыбаясь:
— Что здесь за шум?
Момент был выбран идеально: Гоу Дань успел отвесить противнику пару сокрушительных тумаков, а тот ещё не успел дать сдачи.
Заслышав голос Янь Цинхуая, Гоу Дань тут же обернулся и радостно закричал:
— Даос Цин?! Ты жив!
Янь Цинхуай поднял руку, призывая его к спокойствию. Скользнув взглядом по Ван Шуйхуа, он заметил, как тот с явным облегчением перевёл дух.
В душе Янь Цинхуая всё сильнее разгоралось недоумение: с чего бы Ван Шуйхуа так печься о нём? Но сейчас было не лучшее время для расспросов, так что он решил отложить этот вопрос до более подходящего случая.
Гоу Дань, не задумываясь об этих тонкостях, подскочил и намеревался броситься к Янь Цинхуаю, но путь ему преградила ледяная ладонь Се Тяньланя.
Опешив от того, что его с лёгкостью остановил какой-то незнакомый холодный заклинатель, Гоу Дань от изумления изменился в лице и выпалил:
— Ты ещё кто такой?!
Янь Цинхуай слегка откашлялся:
— Это тот самый даос, о котором я тебе рассказывал.
Гоу Дань глупо хлопнул глазами:
— Ты что, свалился в яму и прямо там нашёл себе приятеля?
Янь Цинхуай решил отнекаться:
— И не говори, какое совпадение! Он тоже свалился в то место, но из другого хода, вот мы и выбрались вместе.
Благодаря задержке с Лань Ли их возвращение не выглядело подозрительно быстрым. Заговорив зубы Гоу Даню, Янь Цинхуай не вызвал ни у кого дополнительных подозрений.
Лишь тот демонический практик, которому досталась пара ударов, уныло дулся в стороне. Улучив момент, пока остальные отвлеклись, он злобно уставился на Янь Цинхуая. Но Янь Цинхуай лишь дружелюбно улыбнулся ему в ответ, а стоящий за его спиной Се Тяньлань окинул беднягу настолько леденящим взором, словно перед ним стоял уже мертвец.
Демонический практик в ужасе сжался и поспешно отвёл взгляд. Переведя дух и мысленно взвесив риски, он юркнул за спины соратников, полностью скрывшись из виду.
Заметив это, Янь Цинхуай тихо шепнул Се Тяньланю на ухо:
— Не думал, что ты умеешь нагонять такой страх.
Се Тяньлань, видимо, недооценивал собственную внушительность, а потому спокойным тоном ответил:
— Должно быть, у него просто нечиста совесть.
Чем дальше они продвигались по Дворцу Зловещих Камней, тем больше механизмов и ловушек встречалось на пути. Заклинатель, изначально указывавший дорогу, окончательно выбился из сил, но благодаря своевременным подсказкам Лань Ли и вмешательству Янь Цинхуая группе удавалось избегать смертельных опасностей.
Впрочем, случайно или намеренно, Янь Цинхуай каждый раз «забывал» выручить тех двоих демонических практиков, что пытались напасть на него прежде, из-за чего те получили немало увечий. Оба прекрасно понимали причину такой «забывчивости», но не смели протестовать, а потому лишь притихли и осторожно следовали за всеми, молясь не попасть в очередную беду.
Когда они наконец миновали туннель, оба демонических практика облегчённо вздохнули: похоже, кошмар подошёл к концу.
За выходом из туннеля открывался невероятно просторный зал. Трудно было вообразить, как под землёй, испещрённой узкими лазами, смогло поместиться столь грандиозное помещение.
Зал казался пустым. Он был целиком выстроен из ослепительно белого камня, а в самом центре располагался родник. Посреди водной глади покоился нефритовый лотос с полупрозрачными, словно выточенными из нефрита лепестками. Лепестки плотно смыкались, позволяя лишь смутно разглядеть внутри алые, словно налитые кровью тычинки.
Янь Цинхуай, однако, отчётливо разглядел, что алые тычинки медленно пульсируют, выказывая присутствие некоей неведомой живой сущности.
В этот момент Лань Ли тихо произнёс:
— Это и есть сердце Короля Небесных Демонов.
Заклинатели, преодолевшие столько опасностей лишь ради того, чтобы уткнуться в пустой зал, пришли в ярость:
— Что за чертовщина?! Почему здесь пусто? Разве нам не обещали, что зал завален яйцами Зверей Белого Кристалла?!
— Каких ещё Зверей Белого Кристалла?! Не о тысячелетнем ли Плоде Нефритового Успеха шла речь?!
* * *
Зверь Белого Кристалла — крайне редкое и слабое духовное создание, чей единственный уникальный дар заключался в способности ускорять развитие сожительствующих с ним существ. Плод же Нефритового Успеха и вовсе являлся бесценным сокровищем, способным укреплять духовную суть практиков. Подобную находку можно было назвать истинным даром небес.
Эти люди рисковали жизнями во Дворце Зловещих Камней ради легендарных сокровищ, но обнаружили лишь голые стены. Слухи, приведшие их сюда, разнились, и оставалось лишь гадать: случайно ли это вышло или кто-то намеренно стянул их сюда ложными посулами.
Янь Цинхуай услышал, как Лань Ли презрительно фыркнул:
— Нечисть слепая, ценностей не видят.
Янь Цинхуай не удержался от мысленного комментария: «Для праведных заклинателей сердце Короля Небесных Демонов и впрямь уступает в цене названным сокровищам».
Лань Ли вновь умолк. То ли обиделся, то ли просто исчерпал пыл — удивительно, как у духа, стоящего на грани исчезновения, сохранялся столь скверный характер.
Янь Цинхуай лишь качнул головой, наблюдая за тем, как собравшиеся, заприметив нефритовый лотос в роднике, принялись спорить о способах его извлечения. Кто-то из особо нетерпеливых метнул в воду несколько метательных ножей, рассчитывая взрывной волной выбить цветок на сушу.
Однако едва ножи погрузились в воду, как родник беззвучно поглотил их, не оставив даже мелкой ряби.
Янь Цинхуай заметил:
— Похоже, этот лотос управляет всем источником.
Се Тяньлань кивнул, подтверждая его догадку, и предостерёг:
— Под этим лотосом скрывается что-то ещё.
Пока они переговаривались, несколько подслушивающих заклинателей ухватились за их слова и въелись взглядами в нефритовый цветок.
На этот раз ударить по барьеру решила уже целая группа практиков, действовавших сообща. Но этого оказалось недостаточно: лотос вспыхнул ослепительным светом, и волна отдачи швырнула нападавших на каменные стены, отчего те с грохотом повалились на пол.
Зрелище вышло весьма плачевным. Янь Цинхуай даже услышал, как Лань Ли сочувственно поцокал языком, совершенно позабыв о недавних стенаниях о собственной слабости. Если бы Се Тяньлань лично не подтвердил плачевное состояние его духа, Янь Цинхуай заподозрил бы Лань Ли в притворстве.
Ещё несколько групп не удержались от попыток разбиться о защитный барьер, но результат оставался неизменным.
Янь Цинхуай с любопытством повернулся к Се Тяньланю:
— Если мы попробуем вместе, сумеем пробить этот барьер?
Се Тяньлань отрезал абсолютно спокойно:
— Я и один справлюсь.
Его уверенный тон мгновенно вызвал ропот среди побитых заклинателей, а один из них даже презрительно усмехнулся.
Янь Цинхуай скосил глаз на Лань Ли, всё ещё кружившего неподалёку, и, посмотрев на Се Тяньланя, произнёс с лёгкой тревогой в голосе:
— Лучше пойдём вместе, не оставляй меня одного.
Ему казалось, что Лань Ли крутится возле него не просто так. Налаживать отношения с Се Тяньланем дух не пытался, так какой смысл виться рядом с ним? Разве что выбрать жертву помягче или дождаться, пока Се Тяньлань отвлечётся, чтобы совершить захват тела.
Се Тяньлань хотел было что-то ответить, но, услышав просьбу, лишь мягко промолвил:
— Тогда пойдём вместе. Ничего дурного не случится.
Янь Цинхуай знал, что Се Тяньлань успокаивает его, и на душе у него стало значительно спокойнее.
Окружающие же, слыша их самоуверенные речи, уже приготовились вкусить зрелище их неизбежного провала. Однако неожиданно для всех к ним приблизился Ван Юньфэн, доселе хранивший молчание.
Он слегка улыбнулся и произнёс:
— Не согласятся ли даосы взять и нас с собой? В конце концов, тот, кто расколет барьер, и будет вправе решать судьбу того, что скрыто под ним, верно?
Янь Цинхуай чувствовал, что между Ван Юньфэном и Ван Шуйхуа есть давняя связь, и оба они куда надёжнее кружащего рядом Лань Ли. Переглянувшись с Се Тяньланем, он улыбнулся:
— Разумеется, почему бы и нет.
Главное, Янь Цинхуай хотел использовать эту возможность, чтобы получше проверить эту парочку.
Инициатива Ван Юньфэна заставила остальных заклинателей заподозрить неладное. Кое-кто тут же вызвался присоединиться к их четвёрке, но Янь Цинхуай резко пресёк эти попытки.
Его волновало не то, что кто-то претендует на добычу — в конце концов, он-то знал, что внутри цветка спрятано бесполезное сердце. Он опасался хаоса, в котором Лань Ли мог бы найти момент для завладения чужим телом.
Велев троице Гоу Даня укрыться в безопасном месте, он подал знак Ван Шуйхуа и Ван Юньфэну действовать. На сей раз под одновременным ударом четырёх заклинателей нефритовый лотос не успел дать отпор и моментально рассыпался в пыль.
В тот же миг маскировка на лицах Янь Цинхуая и Се Тяньланя полностью рассеялась. Янь Цинхуай с удивлением посмотрел на стоящих напротив двоих: они и впрямь оказались его старыми знакомыми!