Серый туман, изрезанный кроваво-красными прожилками, выглядел жутко, однако защитным коконом укрыл Янь Цинхуая в самом центре этого хаоса.
Зверь не придавал этому значения. В его глазах все еще читался хитрый расчет: хотя хозяин и велел оставить этих заклинателей в живых, пожрать их самому казалось куда заманчивее. Монстр метнулся к Янь Цинхуаю, нацелившись разинутой пастью, но туманные клубы, казавшиеся невесомой дымкой, вспучились и намертво преградили ему путь.
Не веря своим чувствам, зверь вознамерился повторить бросок, но в то же мгновение его череп пронзила острая боль — и неведомая сила швырнула тварь прочь.
Монстр врезался в каменную стену подземного хода и больше уже не поднялся.
Все уставились на поверженного исполина: прямо посреди его лба зияло сквозное отверстие шириной в палец. Кровь из раны не текла — лишь струился тонкий сизый дымок.
К этому моменту серый туман вокруг Янь Цинхуая окончательно рассеялся. Он задумчиво перевел взгляд с собственных пальцев на серую, словно подернутую дымкой перламутровую бусину на запястье.
Сила примененного только что «Перста Золотого Солнца» ощутимо превосходила обычную — это точно не было простым совпадением.
А тот туман... Янь Цинхуай коснулся прохладной поверхности бусины — той самой, что Се Тяньлань навязал ему перед разлукой. Хотя сам Се Тяньлань находился далеко, оставленный им артефакт в очередной раз выручил Янь Цинхуая. На душу ненароком накатила волна смешанных чувств.
Остальные смотрели на Янь Цинхуая с невольным трепетом: его отстраненное, загадочное выражение лица в сочетании с молниеносной расправой над жутким чудовищем придавало ему вид неземного мастера.
— Чего застыли? — Янь Цинхуай, уловив на себе их взгляды, инстинктивно прикрыл запястье другой рукой. — Где-то рядом затаилась вторая тварь. Если не произойдет ничего непредвиденного, ее слабое место — лоб.
Увидев гибель сородича, второй мутировавший зверь, успевший обрести зачатки разума, не рисковал нападать открыто. Впрочем, спутники Янь Цинхуая не намерены были оставлять его за спиной: позволить такой твари нанести удар из засады в самый подходящий момент было бы непростительной глупостью.
Вскоре Юнь Жуй отыскал монстра. Тот прижался к своду пещеры и, как они и предполагали, выжидал удобного мгновения.
Когда обоих мутировавших зверей охватило пламя, вырвавшееся из пасти Юнь Жуя, Янь Цинхуай нахмурился:
— Почему от них несет так странно?
— Это демоническая ци, — подтвердил его догадку Жун Юйсю.
В голосе Жун Юйсю звучала непреклонная уверенность. Даже глупец понял бы подтекст этих слов. Кроме зверской ауры, в монстрах клубилась густая демоническая скверна. Это напомнило Янь Цинхуаю их недавнюю вылазку в поместье Тигра, когда Се Тяньлань обронил, что за происходящим стоит нечто куда более зловещее, чем кажется.
Первым изрядно переменился в лице И Тяошэ, неизменно хранящий верность образу преданного вассала:
— Неужели бедствие, постигшее нашего владыку, связано с этими тварями?
Видя, как в глупой голове змеиного демона впервые проклюнулся здравый смысл, Янь Цинхуай даже почувствовал нечто похожее на умиление. Кабы не окружающая обстановка, он бы непременно устроил в честь такого события малый пир.
Тем временем Юнь Жуй, пожравший несметное количество монстров, словно напитался светящейся силой: его роскошное оперение переливалось яркими сполохами. Издали птица казалась чистым пламенем. Ло Чуаньхуа, стоявший подле него, невольно ощутил исходящий от Феникса жар.
Буркнув себе под нос, что стало душновато, он сделал пару шагов в сторону, но Юнь Жуй тут же подался следом. Сколько Ло Чуаньхуа ни зыркал на него, птица упорно делала вид, будто ничего не замечает.
Глядя на эту сцену, И Тяошэ, окрыленный какой-то собственной мыслью, просиял восторженным взором. Юнь Жуй коротко клекнул, указывая направление, и И Тяошэ мгновенно подобострастно подхватил:
— Владыка указывает нам путь! Идем туда!
Прижимая руку к ране, Янь Цинхуай не удержался от колкости:
— Мне кажется, у тебя прорезалось кое-что лишнее.
И Тяошэ озадаченно хлопнул глазами. Не выдержав паузы, Янь Цинхуай пояснил:
— Собачий хвост. Ты виляешь им так, что аж пыль столбняком.
Однако он забыл, насколько своеобразно устроены мозги этого змея. И Тяошэ, приложив ладонь к груди, растроганно выдохнул:
— Я всегда знал, братец Янь, что ты человек прямой и искренний! И тогда, когда ты меня обманул, у тебя наверняка были свои, непередаваемые причины!
Янь Цинхуай промолчал, лишившись дара речи.
Жун Юйсю с одобрением качнул головой, искренне восхищаясь речью демона:
— Ну и кадр... Редко увидишь, как даос Янь садится в галошу.
— Завязывайте с шуточками, — насупился Янь Цинхуай. — Вспомните тварей, перекрывших нам дорогу. Кто знает, какая еще пакость поджидает впереди.
Жун Юйсю даже не нашел, что возразить. Оглядевшись, он с досадой подумал, что компания подобралась еще та: доверчивый Ло Чуаньхуа, готовый верить любому слову Янь Цинхуая, парочка глуповатых змеиных демонов да немой Феникс. Единственным утешением было отсутствие Се Тяньланя — с ним выжить в этой чехарде было бы вовсе невыполнимой задачей.
Они двинулись по направлению, указанному Юнь Жуем. Вскоре позади гулко отдался грохот сильной вибрации. Наученные прежними внезапными нападениями, спутники среагировали мгновенно.
Янь Цинхуай резко качнулся в сторону, уклоняясь от удара, свистнувшего в миллиметре от его шеи. По спине пробежал хладный пот. Краем глаза он успел разглядеть силуэт в черных одеждах, неотступно следовавший за ними.
Поняв, что первая атака цели не достигла, незнакомец в черном прижал обе ладони к полу. Проход внутри гигантского чудовища начал стремительно сужаться, лишая отряд всякой возможности двигаться дальше.
Янь Цинхуай нахмурился:
— Он что, способен управлять этим монстром?
Предположение оправдалось: кишечный тракт твари сжимался с ужасающей скоростью, угрожая перемолоть их в кровавую кашу. Единственным выходом было повернуть назад — прямо к нападавшему. Другого пути не оставалось; пробиться сквозь сжимающиеся плотные стены было невозможно.
Развернувшись, они едва успели уйти из зоны схлопывания прохода. Незнакомец в черном, вальяжно застыв на месте, с ехидной ухмылкой наблюдал за их вынужденным отступлением.
— Демонический практик, — вполголоса процедил Жун Юйсю.
Причем уровень его культивации был весьма высок.
Завидев возвращающихся жертв, демонический практик неторопливо извлек кроваво-красный треножник. Его глаза, налитые алым огнем, жадно блеснули:
— Замечательно. Великолепное сырье.
Голос его звучал скрипучо и сухо, будто по горлу провели наждаком. Но смысл произнесенных слов заставил каждого содрогнуться: сомнений не оставалось, жуткие мутировавшие животные были делом рук этого человека.
Багровый треножник взмыл в воздух и устремился к ним, норовя накрыть всех скопом. К счастью, реакции спутникам хватило: даже замешкавшегося Ло Чуаньхуа Юнь Жуй успел подхватить за шиворот и швырнуть себе за спину, спасая от прямого удара.
Оказаться внутри этого сосуда означало стать новым материалом для переплавки в изуродованных монстров. Глядя на клубящийся над треножником темный туман, Янь Цинхуай мрачнел на глазах. Остальные тоже прекрасно осознавали смертельную угрозу.
Назад пути не было — оставалось лишь принять бой. И хоть сражаться в чреве твари, подконтрольной врагу, было крайне невыгодно, это всяко лучше, чем превратиться в бессмысленных уродов. Увы, превосходство было на стороне противника, и вскоре их отряд разбросало по полу.
Единственной помехой для демонического практика оставалась кучка змеиных демонов. Пусть особой высотой культивации они не отличались, но их огромные истинные формы, толстая чешуя и сплоченность не позволяли расправиться с ними с ходу.
Демонический практик презрительно усмехнулся и взмахом рукава призвал еще десяток мутировавших тварей:
— Не спешите, к чему такая суета? Я выстраивал эту ловушку так долго ради одной-единственной цели — ради Феникса!
В его взгляде вспыхнула безудержная алчность:
— Столько трудов... И надо же, мне даже не пришлось врываться во Дворец Сожженных Перьев — птичка сама прилетела в тенета!
Переплавить такого божественного зверя и подчинить его своей воле... Демонический практик уже предавался сладким грезам. Он был наслышан о легендарной мощи Феникса и верил: если ему удастся поработить эту тварь, его собственная сила взлетит до небес.
Кровавый треножник ринулся на Юнь Жуя. Птица, уже получившая два тяжелых удара, пока защищала Ло Чуаньхуа, замерла, истекая кровью. Ло Чуаньхуа, превозмогая боль в израненном теле, выжал из даньтяня последние капли духовной энергии и рванулся вперед, закрывая собою Феникса.
Демонический практик лишь хохотнул:
— Жалкое ничтожество. Впрочем, переплавлю двоих разом — экая невидаль!
К его изумлению, Ло Чуаньхуа изо всех сил вытолкнул Юнь Жуя из-под падающего сосуда. Кровавый треножник со звоном обрушился на камень, мгновенно затянув Ло Чуаньхуа внутрь.
Демонический практик досадно поморщился, но тут же вознамерился достать второй треножник, чтобы все же пленить Феникса.
Однако не успел он закончить жест, как его шею прожгла вспышка дикой боли. Протянув руку, он с ужасом нащупал сквозную дыру.
Виновник атаки, Янь Цинхуай, с легким разочарованием вздохнул:
— Надо же, и впрямь живой человек... А я-то думал, очередной обращенный урод.
Его тело все еще окутывала полупрозрачная серая дымка. Аура, исходившая от него, заставила сердце демонического практика уйти в пятки. Неужели он по неведению нарвался на небывало опасного монстра в человечьем обличье?