К великому сожалению Ду Чэнсяня, выяснить у Янь Цинхуая, с какой это радости к нему намертво приклеилось клеймо «сталкера», ему так и не светило.
Стоило чужой компании скрыться за дверями своей ложи, как из соседней комнаты уже раздался недовольный оклик:
— Ду Шестой, ты чего там застрял? Дядюшка зовёт, оглох, что ли?!
Ду Чэнсянь торопливо отозвался и поспешил внутрь.
Сам же Янь Цинхуай прекрасно понимал, почему этот тип то и дело крутился поблизости. Но раз Ду Чэнсянь до сих пор ограничивался лишь наблюдением со стороны, значит, прямых доказательств его причастности к ночному визиту на задний двор клана Ду у него не было.
Впрочем, постоянная слежка уже порядком осточертела Янь Цинхуаю. К тому же этот назойливый тип едва не испортил его надежные отношения с золотым бедром! Так что грех было не ввернуть напоследок язвительную шпильку, чтобы у того скулы от злости свело.
Ло Чуаньхуа, сгорая от любопытства, выслушал рассказ о том, как Ду Чэнсянь раз за разом разыгрывал «случайные» встречи — то по плечу хлопнет, то за рукав схватит, распуская руки без малейшего стыда.
— Слушай, — осенило вдруг Ло Чуаньхуа, — а он не мог под этим предлогом подсунуть тебе какую-нибудь следилку?
Янь Цинхуай призадумался: звучит вполне разумно. В мире культивации электронных жучков нет, так с чего бы этому Ду каждый раз с идеальной точностью выходить на него?
— Похоже на то, — вздохнул он. — Настоящий маньяк-преследователь.
И от этой дряни наверняка исходил мерзкий душок, раз уж из-за неё между ним и Янь Ланем чуть не пробежала чёрная кошка.
Ло Чуаньхуа сочувственно закивал:
— С виду вроде приличный человек, а нутро-то с гнильцой. Каков интриган!
Фэн Сяо тут же поспешил выслужиться:
— Даосу Яню теперь стоит быть с ним вдвойне осторожным!
Тем временем в соседней ложе Ду Чэнсяня внезапно продрал ледяной озноб. Не понимая, откуда взялось это дурное предчувствие, он мысленно насторожился. Интуиция практика редко обманывает — внезапная тревога вполне могла предупреждать о том, что кто-то точит на него зуб.
Вскоре аукцион официально начался. Лоты потекли по помосту непрерывной чередой. Янь Цинхуай слушал, как аукционист без умолку расхваливает товар, и, положа руку на сердце, с трудом подавлял соблазн.
К счастью, его надежно защищала непробиваемая броня абсолютной нищеты.
Ло Чуаньхуа же всю дорогу сидел с горящими глазами. Когда на помост вынесли невзрачный с виду булыжник, Янь Цинхуай даже сообразить ничего не успел, как сосед хищно блеснул взглядом и с губ сорвалось восторженное: «Сама судьба посылает мне это сокровище!»
Остальной зал при виде тусклого серого камня единодушно впал в недоумение.
Аукционист тем временем, собрав волю в кулак, принялся за представление:
— Происхождение сего лота весьма необычно. Разведывательный отряд нашего Терема Сокровищ с боем отбил его у зверя-стража в тайном царстве Алых Перьев. Эксперты сходятся во мнении, что это яйцо редкого духовного зверя, и в нём до сих пор теплится жизнь.
Прежде чем кто-либо успел опомниться, Ло Чуаньхуа уже выкрикнул новую цену.
Янь Цинхуай опешил — не думал он, что настанет день, когда ему самому придётся призывать кого-то к благоразумию.
— Может, присмотришься получше? — осторожно потянул он его за рукав.
В глазах Ло Чуаньхуа полыхал огонь первобытной жадности.
— Ты разве не помнишь?! — с жаром зашептал он. — Сам Предок Цинчжуань наставлял: истинные редкости всегда скрываются под невзрачной оболочкой! Он ведь и сам однажды точно так же раздобыл яйцо древнего зверя!
Услышав это, Янь Цинхуай наконец вспомнил: он ведь действительно когда-то сочинил подобную байку. Да не одну, а целую серию!
Цикл историй о том, как сказочно обогатиться в мире культивации, подбирая чужой «мусор», вобрал в себя весь его многолетний опыт чтения веб-новелл. В своё время он искренне гордился этими постами, считая их вершиной своего литературного мастерства.
И вот теперь Янь Цинхуай с запоздалым раскаянием осознал, какую чудовищную свинью подложил наивным практикам. Впрочем, наряду со стыдом мелькнуло и облегчение: слава небесам, он не успел одурачить учеников какого-нибудь великого патриарха, а не то по его душу уже давно бы явились...
Пока он предавался тяжким раздумьям, дерзкая ставка Ло Чуаньхуа сработала подобно грому среди ясного неба: зал внезапно ожил, и со всех сторон посыпались выкрики.
Цена за невзрачное яйцо стремительно взлетела со стартовой сотни низкосортных духовных камней до внушительных восьми тысяч. На этой отметке Ло Чуаньхуа наконец остыл и с глубоким сожалением вздохнул:
— Какая жалость... Не вышло урвать за бесценок.
Однако остальные участники отступать не собирались, продолжая ожесточённый торг.
Янь Цзюньцзэ, внимательно сканировавший зал божественным чувством, усмехнулся:
— Внизу шепчутся, будто в этой скорлупе дремлет кровь птицы Чжунмин.
Ведущий аукциона об этом и словом не обмолвился — оставалось лишь гадать, откуда поползли подобные слухи.
Фэн Юнь с удивлением приподнял бровь и принялся пристально разглядывать серый камень. Спустя мгновение он покачал головой:
— Я тоже ничего не вижу.
Вскоре лот ушёл с молотка за баснословную сумму. По залу прокатилась волна разочарованных вздохов, но тут аукционист преподнёс сюрприз, выставив точно такое же серое яйцо.
— Находка была парной, — пояснил ведущий. — Однако, по оценке наших мастеров, в этом экземпляре жизненная сила угасла окончательно. Посему начальная цена составляет всего восемьдесят низкосортных духовных камней.
В зале тут же поднялся недовольный гул.
— Терем Сокровищ совсем из ума выжил, — послышались насмешливые выкрики, — раз выставляет на торги откровенную дохлятину!
Янь Цинхуай поначалу даже бровью не повёл: мёртвое яйцо и есть мёртвое. Выложишь восемьдесят камней за то, чтобы просто пустить его на яичницу? Ло Чуаньхуа, охочий до лёгкой наживы, тоже скривился с презрением. В зале повисла гробовая тишина — ещё минута, и лот сняли бы с торгов за неимением спроса.
Оно и понятно: даже если в первом яйце и не было крови легендарной Чжунмин, его хотя бы охранял свирепый зверь, а значит, потомство обещало быть сильным. Второе же не подавало никаких признаков жизни, став совершенно бесполезным куском камня.
Глядя на тусклую скорлупу, Янь Цинхуай вдруг почувствовал необъяснимый внутренний толчок. Не отдавая себе отчёта, он поднял табличку, накинув сверху всего один камень. Больше дураков не нашлось, и мёртвый лот достался ему за восемьдесят один духовный камень.
Ло Чуаньхуа не удержался от подколки:
— Цинхуай, вообще-то находить сокровища и подбирать мусор — это две большие разницы.
Эту непреложную истину Янь Цинхуай когда-то сам лично вбивал в головы читателей под анонимным профилем. Получив собственную мудрость обратно в лоб, он лишь неловко отшутился:
— Да просто интересно стало, каково на вкус жареное яйцо за восемьдесят духовных камней.
Присутствующие окинули его странными взглядами. Впрочем, среди заклинателей действительно хватало гурманов, готовивших блюда из редких яиц монстров, так что с этой точки зрения покупка могла оказаться вполне выгодной.
Торги продолжились, и служащие внесли покупку в ложу.
Оставшись один на один с безжизненным серым булыжником, Янь Цинхуай почувствовал, как морок спадает. Мысли прояснились, и он с каменным лицом уставился на приобретение: «И на кой чёрт оно мне сдалось? Неужели и правда жарить?»
Поколебавшись, он всё же убрал яйцо в рукав.
Аукцион шёл своим чередом, пока Янь Цинхуай безуспешно пытался понять причину своего внезапного порыва. Вдруг снаружи грохнула серия оглушительных взрывов, и весь Терем Сокровищ накрыло колоссальным, удушающим духовным давлением.
Словно упавший с небес метеорит, тёмный силуэт с грохотом пробил крышу и врезался прямо в центр сцены. Когда осела густая каменная пыль, Янь Цинхуай разглядел в глубоком кратере фигуру, с головы до пят укутанную в бесформенный чёрный балахон.
Зал охватила паника. Аукционист — всего лишь мелкий практик на стадии Очищения Ци — побелел как полотно и закричал дрожащим от страха голосом:
— Кто вы такой?! Это владения Терема Сокровищ, немедленно убирайтесь! Иначе наши старейшины не оставят от вас мокрого места!
Янь Цинхуай с интересом наблюдал за разворачивающейся сценой. Надо же, нашёлся безумец, решивший средь бела дня разгромить столь уважаемое заведение!
В ложе Янь Цзюньцзэ и Фэн Юнь помрачнели. Будучи опытнее и сильнее остальных, они куда отчетливее ощущали, какая чудовищная мощь скрывается в незваном госте.
Человек в балахоне пропустил угрозы мимо ушей и не сдвинулся с места. Когда он заговорил, его искажённый голос звучал совершенно бесполо:
— Слышал, Каменный меч Разрушенных Звёзд, принадлежавший роду Лянь из города Фэнчэн, осел в вашей лавке?
В Тереме Сокровищ мгновенно всё поняли: перед ними обыкновенный грабитель.
Янь Цинхуай до своего перемещения с подобным беспределом ни разу не сталкивался, а тут сразу стал свидетелем столь неприкрытого, наглого разбоя.
— Вот уж действительно мир заклинателей, — не сдержал он восхищённого шёпота, — даже грабят средь бела дня и не стесняясь.
Фэн Цинь, будучи в курсе старых слухов, пояснил:
— Этот Каменный меч когда-то оставил роду Лянь сам Почтенный Меч. Говорили, после истребления клана реликвия бесследно исчезла, и молва приписывала её похищение Се Тяньланю. Кто бы мог подумать, что она всплывёт в заштатном филиале Терема.
Услышав знакомое имя, Янь Цинхуай на мгновение замер, но тут же взял себя в руки и скрыл эмоции.
Внизу тем временем завязалась яростная схватка. Стражи Терема ринулись в атаку, а остальные гости поспешили укрыться по углам, выжидая удобного момента.
Янь Цзюньцзэ нахмурился:
— Добром это не кончится. Уходим.
Подобная мысль пришла в голову не им одним. Лавируя между осколками заклинаний и стараясь держаться подальше от эпицентра битвы, они вместе с толпой ринулись к выходу.
Но не успели они сделать и десятка шагов, как позади раздались яростные ругательства охранников, перекрытые чьим-то испуганным криком:
— Это Се Тяньлань?!
Янь Цинхуай резко затормозил и оглянулся.
В кольце окружения человек в чёрном держал клинок, окутанный молочно-белой морозной дымкой. Едва заметным движением запястья он взмахнул оружием, и с десяток бросившихся на него практиков разлетелись в стороны, словно сухие листья.
Движение было безупречно точным, а вырвавшаяся аура меча — сокрушительной.
И всё же Янь Цинхуая кольнуло смутное сомнение: этот человек не был Се Тяньланем.
Рядом тихо подал голос Фэн Юнь, разделявший его мысли:
— Это не может быть Се Тяньлань.
Янь Цинхуай с живым интересом повернулся к нему:
— Почему старший Фэн так уверен?
Фэн Юнь не стал ходить вокруг да около:
— Стойка и выпады скопированы один в один, даже меч в руке — духовный клинок самого Се Тяньланя. Вот только уровень культивации у нападающего несоизмеримо выше...
— Но ведь говорили, будто Се Тяньлань резко прибавил в силе? — вклинился в разговор Ло Чуаньхуа.
Фэн Юнь лишь холодно усмехнулся:
— Какой бы гениальностью ты ни обладал, перемахнуть с ранней стадии Золотого Ядра выше стадии Зарождающейся Души всего за два года попросту невозможно.
Услышав это, Янь Цинхуай окончательно утвердился в своих подозрениях. Но зачем кому-то намеренно выдавать себя за Се Тяньланя, используя его личный клинок и фирменные приёмы? Кому понадобилось мутить воду?