Янь Цинхуай вновь от нечего делать принялся скроллить «Небесный связной». Впрочем, артефакт по-прежнему состоял всего из двух лаконичных вкладок. Он вспомнил слова Ло Чуаньхуа: устройство разработал какой-то молодой ремесленник из Терема Сокровищ.
При случае стоит разыскать этого мастера. «Небесный связной» оставался его единственной нитью, связывавшей этот мир культиваторов с прежней жизнью. Янь Цинхуай размышлял: отыщи он создателя артефакта, глядишь, и прольётся свет на то, как он попал в этот мир и есть ли хоть малейший шанс вернуться домой.
Будущее, доселе скрытое непроглядным туманом, внезапно обрисовало тонкую нить, указывающую направление. Пусть Янь Цинхуай и не знал, приведёт ли эта нить куда нужно, двигаться по ней было куда лучше, чем беспомощно топтаться на месте.
А раз план намечен, то первый шаг очевиден — надо хорошенько посёрфить в сети! Как-никак, изучить «Небесный связной» следует более досконально. Навесив на себя этот железобетонный предлог, Янь Цинхуай с чистой совестью окунулся в виртуальные просторы.
Первый же тред, бросившийся ему в глаза, содержал в заголовке три крупно выведенных иероглифа: «Се Тяньлань». Бровь Цинхуая нервно дёрнулась, а в груди закопошилось недоброе предчувствие.
Когда это Се Тяньлань успел объявиться у клана Ду? Лично он никакого Се Тяньланя там и близко не видел. Да даже адепты Бессмертной секты Девяти Высот, прибывшие специально ради него, весь юбилейный пир только и делали, что носом землю рыли в поисках своего старшего брата.
Где вообще носит этого Се Тяньланя?
Помявшись немного, Янь Цинхуай всё же ткнул на ветку обсуждения.
[Разное]: Поговаривали же, что Се Тяньлань явился к клану Ду? Так где он, чёрт возьми?
[1 этаж]: А разве не говорили, что Се Тяньлань пошёл грабить Терем Сокровищ?
[2 этаж]: Разве не писали, что он пошёл отбирать священные техники у Храма Великого Пробуждения?
[3 этаж]: Разве он не рванул утягивать нотные партитуры с Утёса Пяти Аккордов?
[5 этаж]: А мне казалось, он пошёл тырить внутренние методы Дворца Алого Вермильона!
[6 этаж]: Алло, ходил слух, что он отправился грабить наследие Предка Бэймина в Царстве Демонов!
[7 этаж]: Я слышал, он пошёл отжимать девятихвостого демонического зверя в качестве питомца!
[8 этаж]: Говорили же, что он отправился выковыривать самый большущий глаз у Владыки демонов Ста Глаз!
[9 этаж]: А как же слух, что он учинил предательство и пошёл отбирать Меч Повелителя сотни мечей у своей же Бессмертной секты Девяти Высот?
[10 этаж]: Разве он не сломал единственную здоровую ногу главе Альянса Вольных Практиков?
[11 этаж]: Постойте... Почему мне кажется, что пару серий из этого списка я где-то уже видел?
...
Янь Цинхуай потерял дар речи от прочитанного. Раньше он думал, что «Небесный связной» — просто сборище троллей и любителей мемных тредов, потому что обитатели там несли беспросветный бред. Откуда ему было знать, что настоящие, реальные культиваторы этого мира на самом деле настолько неадекватны?!
Судя по всему, никто из этих балаболов в глаза не видел Се Тяньланя у клана Ду, а в сети просто мололи языками.
Он облегчённо вздохнул, но настроение всё равно было испорчено. Желание дальше листать ленту пропало, и, сделав ещё пару свайпов, Янь Цинхуай отложил артефакт в сторону.
События, одно за другим грянувшие в Городе Воинственного Солнца — сначала в Тереме Сокровищ, а затем и в клане Ду, — неизбежно привлекли внимание всего мира культивации. Нынче каждый второй гадал, действительно ли наглый грабёж сокровищницы — дело рук Се Тяньланя. В то же время объявленный кланом Ду розыск монаха Сюнина собрал немало любителей поглазеть на чужое горе.
Диванные эксперты вовсю орали, чтобы монахи из Храма Великого Пробуждения немедленно угомонили своего взбесившегося воспитанника. Впрочем, отшельники-буддисты, разумеется, игнорировали эти вопли, зато верные последователи храма схлестнулись в словесных баталиях с остальными практикующими.
Се Тяньлань, само собой, оставался в самом центре бури. Вот только до сих пор никто так и не смог назвать его точное местонахождение. Многие склонялись к тому, что без его участия здесь точно не обошлось.
* * *
Выше облаков, на величественной Бессмертной горе Девяти Высот, перед Утёсом Держащего Меч располагалась обитель Предка Янъе.
Сквозь густой туман, рассекая небо на мече, кто-то стремительно приближался, но был тут же перехвачен патрульными адептами Бессмертной секты Девяти Высот. Прибывший, судя по всему, был тяжело ранен — едва успев затормозить, он кубарем свалился с меча прямо на камни.
Теряя сознание, он успел лишь выкрикнуть:
— Учитель... Се Тяньлань вырвался из запретной зоны!
Патрульные мгновенно обступили его. Кто-то узнал испачканного в грязи и крови человека.
— Это же Старший брат!
— Живо, отнесите его внутрь!
Шумиха снаружи всё-таки потревожила Предка Янъе. Во всей секте не нашлось бы человека, который не знал бы, что этот старейшина больше всего на свете ценит покой.
Среди облачного марева возник юноша в ослепительно-белом одеянии. Его седые волосы и даже глаза имели молочно-белый, туманный оттенок. Казалось, шагни он в сторону — и тут же растворится в окружающих облаках.
Если бы один из адептов не вскрикнул от неожиданности, остальные даже не заметили бы, что старейшина стоит прямо перед ними.
— Это Предок Янъе!
Предок Янъе оставался невозмутим. Происходящее у порога его обители, похоже, ничуть его не волновало.
— К чему этот шум? — ровным тоном спросил он.
— Предок, Старший брат Чан Сюнь вернулся! — набравшись храбрости, отрапортовал один из учеников.
Янъе чуть приподнял белоснежные ресницы и, скользнув взглядом по лежащему на земле человеку, произнёс (никто из учеников, впрочем, не смел поднять головы):
— Вернулся и вернулся. Подняли такой гвалт — позор.
— Но Старший брат сказал... — запнулся адепт. — Се-шисюн бежал из запретного места...
На этот раз выражение лица Предка Янъе едва заметно изменилось. В его голосе проскользнули лёгкие напевные интонации:
— О-о? Об этом поговорим позже. Сначала отнесите Чан Сюня к Пруду Закалки Мечей.
С этими словами силуэт Предка Янъе снова растаял в тумане.
К слову сказать, ветвь Предка Янъе в секте всегда считалась довольно своеобразной. Под своим началом он держал лишь двоих личных учеников, остальные считались лишь формальными адептами. Забавно, но и сам Предок Янъе, и оба его личных ученика обладали редчайшим изменённым духовным корнем льда.
В своё время в секте даже шутили: уж не питает ли Предок Янъе какую-то особую слабость к ледяным мутациям?
Высшие одиночные духовные корни встречались редко, что уж говорить об изменённом одиночном корне — редчайшем сокровище из сокровищ.
Мечники с Утёса Держащего Меч переглянулись. Когда фигура Предка Янъе окончательно сгинула в тумане, они аккуратно подняли бессознательного Чан Сюня и понесли его к Пруду Закалки Мечей.
Будучи лишь формальными учениками, многих тайн они не знали. Однако, судя по реакциям, Предок Янъе впервые за долгое время собирался лично покинуть обитель.
* * *
Тем временем братия Секты Просветления, выбиваясь из сил, мчалась назад. К счастью, они успели вернуться ровно до того, как стихийное бедствие в виде звериного гона окончательно сровняло их обитель с землёй. Помимо них, к горам со всех ног спешили и другие адепты секты.
Янь Цинхуай смотрел на беснующихся животных — бегающих, летающих, плавающих — и испытывал глубочайший трепет перед стихией. И если бы на его глазах зверюга, похожая на помесь дикого кабана и гигантского кролика, не снесла напрочь стену его собственной спальни, он бы, пожалуй, выдал ещё пару поэтичных метафор.
— Старший брат, а наша секта точно никогда не думала открыть зоопарк? — спросил Янь Цинхуай, пытаясь ладонью оттолкнуть тварь, продолжавшую увлечённо подрывать фундамент ученического общежития. Увы, упитанное туловище монстра даже не шелохнулось.
Янь Цзюньцзэ действовал куда оперативнее. Несколькими молниеносными движениями он зачистил территорию вокруг жилых построек. Тем не менее лицо его оставалось хмурым:
— Повезло ещё, что сюда прорвались лишь низкоранговые монстры.
Ло Чуаньхуа тем временем всё ещё переваривал слова Янь Цинхуая:
— А что такое «зоопарк»?
Янь Цинхуаю было совершенно не до филологических изысканий. Запрокинув голову к небу, он с сарказмом выдохнул:
— Наша Секта Просветления, вот что.
Ло Чуаньхуа, похоже, так и не уразумел, каким боком их обитель относится к загадочному «зоопарку», и, глядя на мечущихся зверушек, окончательно запутался.
Янь Цинхуай бросил попытки что-либо объяснять и просто примкнул к разгону взбесившихся тварей. К счастью, на штурм горы шли только слабые монстры, так что даже ученики на стадии Накопления Ци, сгруппировавшись по несколько человек, успешно зачищали свои участки.
Однако, когда последняя туша была выдворена за пределы территории, от Секты Просветления остался лишь голый фундамент.
Янь Цинхуай обвёл взглядом живописные руины и тяжело вздохнул:
— И без того крошечная секта... Теперь стала ещё компактнее.
Уставшие ученики сбились в кучки, собирая с земли туши убитых зверюг. Ло Чуаньхуа пояснил:
— Шкуры, мясо и внутренние ядра можно выгодно продать. Заработаем немного духовных камней — как раз хватит на восстановление секты.
Услышав это, Янь Цинхуай вздохнул ещё тяжелее. Светлое будущее их скромной обители казалось ему более чем туманным.
Вскоре на место погрома спешно прибыл потёртый жизнью культиватор среднего возраста, чтобы взять управление в свои руки.
Ло Чуаньхуа шепнул на ухо Цинхуаю:
— Это глава нашей секты.
Глава секты при виде разрушений издал вопль, полный нечеловеческой боли:
— Моя плитка! Я же её всего пять лет назад выложил! Мой загоооон... Эй, вы чересчур усердствуете, отпустите того кабана, это же наш собственный! И тот, с мечом, полегче! Мои духовные травы-ы-ы...
Янь Цинхуай перевёл взгляд на пиковых старейшин, подоспевших к месту событий. Судя по их каменным лицам, к подобным истерикам главы они давно привыкли. Двое из них чисто для галочки подошли к главе и попытались его успокоить.
Ло Чуаньхуа с уважением заметил:
— Наш глава — мастер алхимии, он постоянно на грядках копошится. Видишь, у него даже штанины подкатаны? Сразу видно — только что из духовного поля вылез.
Янь Цинхуай присмотрелся: и впрямь, штанины были мокрыми и в грязи. Для главы пусть и небольшого, но всё же клана, выглядел он чересчур... близким к народу. Пока Цинхуай сомневался, не галлюцинация ли перед ним, неудачно успокоенный глава зарыдал в голос.
Янь Цинхуай потерянно спросил:
— Э-э... И это нормально?
Ло Чуаньхуа с гордостью отрезал:
— Глава у нас просто искренний человек! Без фальши!
Цинхуай огляделся вокруг — остальные ученики воспринимали происходящее как должное. Ему ничего не оставалось, кроме как спрятать своё изумление подальше.
В последующие дни у Янь Цинхуая не было ни единой свободной минутки, чтобы покинуть территорию Секты Просветления, не говоря уже о поисках загадочного ремесленника. Как редкий обладатель стадии Закладывания Основания в их небогатом ордене, он немедленно оказался мобилизован на главные стройки века.
А восстановление обители — дело небыстрое. Одни только выбитые плиточные дорожки и рухнувшие строения требовали прорву времени и сил.
Так пролетело несколько месяцев. Опустим детали возникших по ходу дела неурядиц, но когда стройка наконец подходила к концу и Цинхуай настроился на поиски создателя «Небесного связного», неожиданность прилетела со стороны Ло Чуаньхуа.
— То есть ты хочешь сказать, что перевёл все свои сбережения какому-то незнакомому культиватору?! — Янь Цинхуай был в полном шоке. — И теперь этот тип не отвечает на сообщения? Тебя обчистили до нитки?!
Новость обухом ударила по голове. Янь Цинхуай и подумать не мог, что даже в местном мире бессмертных срочно требуется внедрять курсы по борьбе с кибермошенничеством.
Ло Чуаньхуа вспыхнул и замахал руками:
— Меня не обманули! У него наверняка просто возникли непредвиденные трудности!