Короткостриженый вместе с Е Лань вернулся к библиотеке аккурат к приходу Фэй, У Цзяня и Длинноволосого.
Троица, отправлявшаяся на восток, после обнаружения запретной зоны и загадочного старика больше ничего путного не нашла, а потому без лишних колебаний повернула назад. Едва они успели перевести дух, как увидели соратников, ведущих за собой двух незнакомцев.
Фэй с невольным любопытством смерила взглядом прибывших — мужчину и женщину.
Короткостриженый сходу изложил всё произошедшее, сделав особый упор на ссоре этой парочки.
— Выходит, они подходят под все описания, за исключением инверсии полов? — задумчиво проговорила Фэй.
В её голове мелькнула смутная догадка, но ухватить суть пока не удавалось. Она перевела взгляд на гостей. Те лишь растерянно хлопали глазами, разглядывая собравшуюся у здания группу.
У Цзянь тем временем бегло пересказал их собственные наблюдения.
— Значит, музей тоже может оказаться ключевой локацией? — слегка удивился Короткостриженый.
На данный момент они разведку провели по всем четырём сторонам света. Если считать библиотеку центром, то на востоке располагались странная запретная зона и старик, на западе — жилой массив и эта парочка, на севере — Управление аэронавтики с кружком астрономов-любителей, а на юге — музей.
Что же касается ключевой фигуры, связанной с музеем, то тут оставалось лишь дожидаться возвращения Дин И и Му Цзяши.
Как бы то ни было, появление молодых людей навело группу на определенные мысли, хотя и породило новые загадки.
— Вот только эти двое явно никак не связаны ни с музеем, ни с Управлением аэронавтики... — досадно вздохнул Короткостриженый.
Фэй молча кивнула.
Похоже, найденная пара имела отношение исключительно к западному кварталу и центральной библиотеке. Прочие же места существовали словно сами по себе. Впрочем, если Сюй Сяоли действительно был Хозяином кошмара, все эти декорации обязан был связывать с ним хоть какой-то логический мостик. Сейчас же никакой связи не прослеживалось вовсе.
Сплетение противоречий загнало Фэй в тупик.
В этот момент зрители в чате трансляции вовсю пытались коллективным разумом разгадать природу этого инстанса. Увы, без информации от группы, ушедшей в музей, их рассуждения тоже быстро зашли в тупик.
«Короче говоря, парень из этой парочки — главный кандидат на роль Хозяина кошмара. Части условий отвечает, а части — хоть тресни, нет.»
«Вот и ломай теперь голову. Эх, поменяй они их полами, всё сложилось бы идеально!»
«Да дело не только в полах! Они нашлись в жилом квартале. В лучшем случае их можно привязать к библиотеке, а вот с остальными местами — полнейший разрыв!»
«Аналитик в чате дело говорит!»
«На самом деле к этому моменту прояснилась одна важнейшая деталь: больше всего на свете Хозяин кошмара боится Схождения небесного огня. Исполнители очутились здесь за час с небольшим до катастрофы именно потому, что тот страстно цепляется за мирную жизнь.»
«Однако Небесный огонь стирал тот мир в порошок. Катастрофа нанесла Хозяину сильнейшую психологическую травму, вот он и проигрывает бесконечно заново завязку, кульминацию и развязку, окончательно сгинув в петле собственного сна.»
«А тот житель Узкой башни, если верить разговорам исполнителей, как раз сумел выжить в том аду. Да только окончательно лишился рассудка, вот и твердит без конца, мол, конец близок, все мы умрём...»
«Но если вдуматься, его мотивы весьма любопытны! Он ведь фактически встал на сторону Апокалипсиса и кошмарит собственных сородичей. С чего бы вдруг проявиться такой злорадной жестокости?»
«А если он потерял в том пламени единственного любимого человека?»
«Точно! Ты попал в самое яблочко!»
«Жажда мести! Обыкновенная выжженная месть! "Раз уж я прошёл через этот ад, то и каждый из вас обязан испить эту чашу до дна! Пусть все ваши любимые сдохнут!" — в этом же суть?»
«Ого... Тогда у Хозяина кошмара мозг напрочь повернулся!»
«Да его понять можно. Видеть, как на твоих глазах гибли любимые, пока ты сам почему-то выжил... Тут у кого угодно крыша съедет, если ты не кремень какой-нибудь.»
«Чистейшая компенсаторная психопатия. Из серии "лучше бы умер я, а не ты"... Но наш Хозяин, видать, гниловатым человеком был при жизни, раз перенёс свою желчь на непричастных, желая им познать ту же бездну...»
«Э-э, народ, но если судить по парню на экране, логика рушится! Вы же видели стрим, он же типичный мямля и добряк! Мамаша над ним издевается, а он даже слова против сказать не может...»
«Так у тихонь при почернении как раз самый лютый трэш и вылезает!»
«Чёрт, а ведь звучание в этом есть!»
«Как же приятно, что с подачи бывалых аналитиков наш чат наконец-то начал выдавать здравые мысли... А то сидели тут как стадо дурачков...»
«Это кто тут дурачок?! 【Нож】»
«Кто отозвался, тот и дурачок! 【Собака】»
Зрители продолжали подшучивать друг над другом, тогда как перед исполнителями встала весьма щекотливая задачка. Главное условие — обезопасить себя, вычислить Хозяина кошмара и закрыть инстанс как можно скорее. Если этот пространственный пласт окончательно развалится... Учитывая первобытную дурь Небесного огня, накроет ли их обновленной, ультимативной версией Апокалипсиса? Из такого переплета живым уже не выбраться.
Исполнители переглянулись, с трудом скрывая головную боль.
Вдруг Чжан Минлянь, помявшись, с нерешительностью поинтересовалась:
— Извините... Вы упоминали зацепку, связанную с концом света. А где она?
— В библиотеке, — отозвался Короткостриженый. — Пойдёмте за мной.
Группа гуськом втянулась в здание.
Стрелка часов стремительно подбиралась к четырём. Похоже, в этом цикле Схождение небесного огня было неизбежным.
Фэй с растущей тревогой бросила взгляд на улицу. Все семеро исполнителей уже собрались здесь, и лишь Дин И с Му Цзяши так и не вернулись к условленному сроку... Застряли? Или потеряли счёт времени?
Если они останутся в музее и тот действительно окажется надежным укрытием, полбеды. Но что если они вышли наружу и теперь попросту не успевают добежать до библиотеки?
Фэй ощутила, как к горлу подступает липкий страх.
Пример Хэ Шуцзюнь всё ещё стоял у всех перед глазами. Никто даже не знал, вернётся ли она в норму после выхода из кошмара. А если нет? Не превратился ли этот инстанс в бездонную ловушку, где их ждёт лишь верная смерть?
Впрочем, Му Цзяши уже бывал здесь и даже смог закрыть этот сценарий на Истинную концовку. Он не мог так глупо подставить под удар собственную шкуру. Ему ли не знать о важности укрытия?
Фэй покачала головой и шагнула в прохладу библиотеки. Сейчас оставалось лишь уповать на то, что с той парочкой ничего не случилось.
И ведь действительно: Дин И и Му Цзяши были в полной безопасности, пусть ситуация и складывалась не лучшим образом.
А всему виной оказалась встреча со Старым директором музея.
Едва они попрощались с раздражительным мужиком и ступили под своды музея, как перед ними словно из воздуха вырос этот старик. Подобная прыть невольно заставляла нервничать. Впрочем, Дин И уже знала, чего ожидать, а потому смогла выдавить из себя вполне дружелюбную улыбку.
Они проследовали за директором в корпус искусств, и только тут Дин И окончательно поняла, почему тот вспыльчивый горожанин счел музей бесполезной тратой времени. Практически все экспонаты отсюда давно вывезли.
Однако старик с абсолютно невозмутимым видом встал перед голыми стенами и вдохновенно завел длинную лекцию, словно перед ним всё ещё висели шедевры живописи.
Дин И обдало ледяным холодом. Она вдруг отчетливо осознала: ещё до того, как с небес обрушился огонь, этот мир уже корчился в судорогах безумия.
И в то же мгновение её пробила иная, куда более страшная мысль.
Если подобное помешательство когда-то пережили и они сами, то кем исполнители являются прямо сейчас? Разумными людьми или всё теми же безумцами?
Дин И впервые попыталась взглянуть на себя с этой стороны, но ответа так и не получила. Ей казалось, что с ней всё в порядке. Впрочем, разве сумасшедший признает себя таковым?
А что если жители Узкой башни — это и есть те самые сошедшие с ума остатки человечества?
От этой догадки лицо Дин И стремительно налилось мертвенной бледностью.
Му Цзяши, хоть и слушал старика вполоборота, сразу заметил, как изменилась его спутница.
— Что с тобой? — тихо спросил он.
Дин И выдержала паузу и едва слышно проронила:
— Жители Башни...
Му Цзяши замер.
Пока старик со всем пылом сотрясал воздух перед пустой стеной, двое исполнителей продолжали переговариваться вполголоса.
— Вернувшись на нижние этажи, я разузнала кое-что, — шепнула Дин И. — Про Финальный кошмар и про то, что наш мир на самом деле был Землей... Я обо всём этом знаю. И теперь мне кажется... Что жители Башни точно такие же, как мы. Они тоже жертвы?
Её голос звучал отстраненно и нереально.
Душевное безумие и физическая катастрофа — два состояния, идеальным образом отражавшие два лагеря внутри Узкой башни. Неужели они и впрямь когда-то делили одну планету на всех?
Му Цзяши вовсе не удивился тому, к каким выводам пришла Дин И.
— Возможно... — уклончиво отозвался он.
Судя по зацепкам, найденным Фэй и У Цзянем, слово «возможно» можно было смело менять на «определенно». Однако Му Цзяши предпочитал не распространяться на этот счёт. Если подозрения в отношении жителей Узкой башни верны, то возникал закономерный вопрос: почему за столько лет никто из них так и не дал ни одной прямой наводки?
Даже если исполнители отличались феноменальной слепотой, поведение жителей казалось чересчур смиренным.
В точности как в той истории, которую Фэй и У Цзянь услышали в аварийной высотке: стоит кому-то слишком долго играть роль, как он окончательно врастает в свой образ.
И в этом не было ничего хорошего.
Их полное погружение лишь доказывало, что личная воля человека внутри игры «Побег к жизни» ничего не стоит. А значит, Главный разум им враг, а никак не союзник.
Потому Му Цзяши и отмалчивался, не желая привлекать к себе лишнего внимания Главного разума.
Дин И прекрасно поняла его маневр. Раз он не стал отрицать ее слов, значит, догадка попала точно в цель. Девушка молча стиснула кулаки, вонзая ногти в ладони.
Они продолжали идти за стариком.
Смотреть в музее действительно было не на что. Гулкая пустота залов лишь сильнее подчеркивала атмосферу обречённости и упадка.
Когда они миновали очередной пролёт, старик внезапно остановился.
— Знаете, друзья... — заговорил он с тихой грустью. — Здесь и впрямь больше не на что смотреть.
Дин И и Му Цзяши опешили. Неужели к директору на мгновение вернулся рассудок?
— Мы... Как только мы растеряли память о прошлом, о своей истории, как только перестали чтить её и трепетать перед ней, наша цивилизация окончательно зашла в тупик.
Исполнители молча впитывали его слова.
— Если мы не сможем вернуть эти воспоминания, все наши потуги окажутся тщетными, — продолжал старик.
Исполнители переглянулись. В речах директора явно прослеживался более глубокий подтекст.
Впрочем, старик тут же сменил тему:
— Сегодня последний день вывоза экспонатов. Последняя партия отправляется в надежное место. Так что, даже пожелай я продолжить экскурсию, показывать мне попросту нечего.
Дин И с облегчением перевела дух.
— Быть может, у вас остались ко мне какие-то вопросы? — поинтересовался директор.
Му Цзяши снова предпочёл промолчать, уступая право хода спутнице.
Дин И немного подумала и спросила:
— Вы всё время говорите о памяти... Эта память как-то связана с Цанчэном?
Старый директор на мгновение задумался, а затем мягко улыбнулся:
— Ну разумеется! Нынче даже среди местных мало кто помнит, что освоение космоса в нашей стране начиналось именно отсюда, из Цанчэна. Управление аэронавтики в северной части города было первым официальным учреждением, отправившим наших космонавтов в звёздную бездну. Этот шаг ознаменовал наш выход во Вселенную, наш первый крик в космическое молчание! И именно тогда тайны мироздания начали понемногу открывать нам свой лик.
Дин И едва удержала удивлённый возглас.
Ещё когда Фэй рассказывала про то Управление аэронавтики, Дин И гадала, существует ли связь между ним и музеем. Всё-таки в контексте Цанчэна музей, Управление аэронавтики и библиотека выглядели наиболее значимыми объектами.
И вот теперь слова директора подтвердили её догадки.
«Прошлое... — размышляла Дин И. — Мы узнаём историю этих мест и события прошлых дней.»
В контексте происходящего девушка всё чётче осознавала: сам этот кошмар был создан с единственной целью — донести до них, выживших людей, правду об ушедшей эпохе.
Она пристально всматривалась в лицо старика. Даже если тот не являлся Хозяином кошмара, он безусловно занимал центральное место во всей этой истории. Похоже, о Цанчэне он знал решительно всё.
Директор между тем улыбнулся с искренней гордостью:
— Сам-то я так и не женился, но у меня был боевой товарищ... Рано ушёл, болезнь сгубила. А дочку его мы с сослуживцами взяли под крыло. Девчонка выросла — зарекомендовала себя настоящим оплотом науки! Работала исследователем в том самом Управлении. Настоящая гордость страны... Отец её на том свете наверняка счастлив. Жаль только, когда началось это безумие, всё пошло наперекосяк. Управление реорганизовали, передали другим ведомствам... Дело-то благое, да только освоение космоса на том заглохло. Дочка моя в новые структуры переходить не захотела, забрала документы и спуталась с любителями астрономии... Совсем опустилась, эх.
Старик вроде бы и ворчал, но на губах его играла тёплая улыбка. Было видно, насколько сильно он гордится своей воспитанницей, сумевшей в столь молодые годы стать научным сотрудником. Но увы, против катастроф и людского безумия даже самый яркий талант оказывается бессилен.
Впрочем...
Управление аэронавтики? Астрономы-любители?
Дин И внезапно вспомнила о вспыльчивом мужчине, руководившем погрузкой экспонатов.
— Когда мы только пришли сюда, то встретили человека... Не его ли вы назвали женихом своей воспитанницы?
— А, вы про этого паршивца! — старик насупился. — Дело к свадьбе идёт, а он всё с работой носится! Вот закончат с вывозом ценностей, пусть только попробует не уделить время А-Цзи!
— А-Цзи?..
— Девочку зовут Сэ Цзи, — вздохнул директор. — Мать потеряла совсем крохой, а в подростковом возрасте и отца не стало. Но девчонка с характером оказалась, упёртая — подалась в Управление аэронавтики. Много ли у нас девчонок с такой силой воли? Впрочем, имя у неё пророческое... «Сэ Цзи» — прояснение после дождя. Рано или поздно тучи рассеются, и глянет солнце.
Дин И понимающе кивнула.
Ну точно, Сэ Цзи!
Девушка размотала этот клубок: Сэ Цзи была приёмной дочерью директора, невестой того грубоватого мужика и той самой исследовательницей, что разглядела в телескоп приближающуюся к Земле угрозу.
Если так, то шансы её жениха оказаться Хозяином кошмара возрастали в геометрической прогрессии!
Рассуждая об этом, Дин И случайно бросила взгляд на настенные часы и тут же изменилась в лице:
— Проклятье! Мы не успеем вернуться в библиотеку!
Минутная стрелка перевалила за сорок минут. До Схождения небесного огня оставалось не больше трети часа. Поймай они автобус, ещё был бы шанс проскочить в последний момент, но автобусы возле музея попросту не останавливались.
Выходит, единственным выходом оставалось укрытие в самом музее.
Сможет ли музей защитить их от кары небесной? Дин И с тревогой всматривалась в окно.
Пока она переживала из-за приближающейся катастрофы, Сюй Бэйцзинь переключил камеру трансляции на их группу и тоже услышал монолог директора.
Перевести обзор его заставило то простое обстоятельство, что прочие исполнители уже собрались в библиотеке, и лишь двое всё ещё где-то пропадали. Заслушавшись старого директора, они попросту потеряли счёт времени и пропустили момент для отступления.
Впрочем, зрители стрима, прослушав старика, пришли в неописуемый восторг от количества полученных зацепок.
«Сэ Цзи! Похоже, эта барышня тут ключевой персонаж!»
«Она связывает воедино музей и Управление аэронавтики! Да и тот старик на востоке, верняк, тоже боевой товарищ её отца!»
«Так может, её жених и есть Хозяин кошмара?!»
«А как быть с жилым кварталом на западе? Да и вообще, Сэ Цзи-то всё связывает, а вот про жениха её мы толком ничего не знаем.»
«Эх, кандидатов на роль Хозяина раз-два и обчелся, а приглядишься — ни один не влезает в рамки идеального совпадения!»
«Народ, у меня тут мысль возникла. Парочка, которая сейчас в библиотеке, и Сэ Цзи со своим женихом... Какая из этих двух пар на самом деле та самая "ругающаяся парочка", о которой болтают жильцы?»
«Ого, а ведь ты в самую точку загнул!»
«Логично! Если Сэ Цзи — астроном и крутилась среди тех любителей у здания Управления, то про скорый конец света она знала заранее. А вот её жених мог быть не в курсе... Получается, эта парочка идеальнее всего подходит под описание!»
«Но жильцы-то говорили про влюбленных, а не про жениха с невестой. Это всё-таки немного разные вещи.»
«Да боже, откуда простым соседям знать тонкости их отношений? Увидели, что парень с девчонкой срутся, вот и окрестили парочкой!»
«Э-э-э, в таких старых дворах все про всех всё знают до седьмого колена... Там скрывать что-то бесполезно.»
«Тьфу ты, я окончательно запутался! Если ругались Сэ Цзи с женихом, зачем было добавлять в сюжет ещё одну точно такую же пару? К чему этот огород городить?»
«Может, между этими двумя парами есть какая-то скрытая связь, о которой мы пока не догадываемся?»
«Да просто разработчики — садисты, вот и всё!»
«И такое не исключено...»
«Всё, я сдулся. Какой смысл был вводить эту контрольную группу?!»
Сюй Бэйцзинь окинул взглядом мелькающие сообщения и при слове «контрольная группа» едва заметно улыбнулся. А ведь и правда, точное определение.
Сюй Сяоли с Чжан Минлянь и Сэ Цзи со своим женихом — наглядная иллюзия экспериментальной и контрольной групп.
Но почему в разуме Хозяина кошмара возник столь контрастный слепок?
В вопросах приближающегося конца света эти две пары занимали диаметрально противоположные позиции. В одной верен был мужчина, в другой — женщина. Да и характеры у них различались разительно.
Что всё это могло означать?
Пока Сюй Бэйцзинь размышлял над этой загадкой, стрелка часов перешагнула отметку в четыре часа. Раздавшиеся из громкоговорителей звуки объявления все дружно проигнорировали.
Когда снаружи раздался глухой, нарастающий гул, Сюй Сяоли и Чжан Минлянь застыли у окна библиотеки, немигающим взглядом уставившись на небо.
Уже имевшие подобный опыт исполнители переглянулись и синхронно выдохнули: слава богу, пронесло.
Однако не успели они толком обрадоваться спасению, как перед глазами у каждого вспыхнула непроглядная тьма.
Кошмар перезапустился.