Когда Крепыш только переступил порог апартаментов 807, вокруг царил абсолютный покой. Вещи стояли на своих местах, и в помещении не ощущалось ни намёка на угрозу. Из-за этой обманчивой тишины он так и не понял: опасность исходит не только от общедомовых коммуникаций, но и от самой обычной мебели в каждой квартире.
Раньше, находясь в собственном жилье, он лишь чувствовал на себе чей-то пристальный взгляд, но тогда обошлось без открытого нападения. А когда мысли затмила жажда наживы — поиски карт предметов и нездоровый интерес к личной жизни Линь Циня, — глубокие тайны самого Кошмара и вовсе перестали его волновать.
Трудно сказать, что сыграло решающую роль: его первобытная грубость или действие карты «Маска дьявола», сделавшей и без того скверный характер ещё более дерзким и заносчивым. Так или иначе, в апартаментах 807 он действовал напролом, без тени осторожности, одержимый единственной целью — найти карту.
Он был свято уверен, что искомый артефакт спрятан где-то в этой квартире.
Прошло несколько минут. Квартира превратилась в разгромленное поле боя, а поиски так и не принесли результатов. В отличие от Цзян Шуанцзы, которая при поиске карт в его собственной квартире ступала едва слышно и опасалась прикоснуться к вещам, помня об ожившей мебели, Крепыш ни с чем не считался.
Он рвался перевернуть всё вверх дном.
Шкафы? Распахнуть настежь. Посуду и утварь — к чертям на пол, грохот стоял невообразимый. Софу он без церемоний оттащил в сторону. Не найдя ничего ценного, со злости пинал стены, двери и столы.
В какой-то момент в воздухе апартаментов невидимо распахнулось несколько пар глаз. Но Крепыш, ослеплённый азартом, ничего не заметил.
Лишь когда он снова приблизился к софе, оконная штора внезапно взвилась и мёртвой хваткой захлестнула его шею.
Потратив немало сил, он с трудом сорвал плотную ткань, но в потасовке задел и опрокинул роутер... И в то же мгновение штора бессильно опала.
Крепыш застыл в оцепенении, переводя ошарашенный взгляд со сбитого на пол роутера на ткань, которая только что пыталась его задушить.
Даже конченый дурак в такой ситуации уловил бы причинно-следственную связь.
Чат трансляции буквально взорвался каскадом сообщений:
«!!! Твою мать, дело в сети?!»
«... Умная мебель».
«Погодите! Бэйбэй ведь уже упоминал это слово? Бэйбэй, ты с самого начала всё понял?!»
«То есть взбесилось только то оборудование, что подключено к интернету?»
«Не просто мебель... Вернее будет сказать — Интернет вещей?»
«Так вот почему эти хреновины общались друг с другом! Они тупо пользуются сетью!»
«Интересно, моя умная мебель не устраивает тайные сходки за моей спиной?..»
«Устраивает. (Шёпот дьявола)»
«... У меня умный кондиционер в последнее время сам по себе включается...»
«Ему просто тоже холодно».
«... Чёрт».
«Выходит, книжная лавка Бэйбэй — и правда безопасный дом. Там же вообще нет сети! [Смех сквозь слёзы]»
«Значит, щупальца взбесившихся гаджетов туда не дотянутся... Кстати, тот лифт говорил, что среди них есть и хорошие, и плохие?»
«Да фиг их разберёшь, кроме лифта никто больше разговаривать не умеет».
«Главная проблема — времени в обрез. Локация огромная, пока проверишь каждый предмет по очереди, Кошмар успеет перезапуститься сотню раз».
«Погодите... Если корень проблемы в сети, то разрыв соединения всё решит?»
«Гениально!»
«Предлагаю пробраться в щитовую и обесточить здание!»
«[Смех сквозь слёзы] Вы что тут, ответы к головоломкам подбираете?»
Наблюдая за тем, как зрители в чате обсуждают столь незамысловатый и топорный способ прохождения, Сюй Бэйцзинь невольно задумывался над их логикой. Ему казалось, что подобный план... вполне жизнеспособен.
Впрочем, для достижения Истинной концовки этого наверняка не хватит — максимум для Обычной.
Но захотят ли Исполнители довольствоваться малым?
Сюй Бэйцзинь задумчиво потер подбородок. Худой и Девчушка вполне могли согласиться на Обычную концовку. В конце концов, они, как и Линь Цинь, попали в этот Кошмар случайно.
К тому же эта парочка совсем недавно высматривала что-то возле его книжной лавки, наверняка действуя по чьей-то указке... Одно воспоминание об этом вызвало у Сюй Бэйцзиня глухое раздражение.
Что касается остальных, он не берётся судить. Входя в Кошмар, люди обычно рассчитывают на большее... Хотя к Крепышу это едва ли относится.
Сюй Бэйцзинь тихо вздохнул и сладко зевнул. Его снова одолевала дремота. Возможно, стоило прогуляться на свежем воздухе. Во время первых двух циклов он чувствовал себя бодрее, и не последнюю роль в этом сыграл молочный чай.
Он уже погружался в полусонное состояние, когда стук открывшейся двери заставил его вздрогнуть и мгновенно прийти в себя. На пороге, как и следовало ожидать, стоял Линь Цинь.
Кивнув в знак приветствия, гость протянул ему баночку с напитком. Сюй Бэйцзинь поблагодарил его, открыл жестяную крышку и сделал пару глотков. Сонливость как рукой сняло.
... И тут же его охватил ступор от абсурдности происходящего.
Что вообще происходит? Линь Цинь взялся подкармливать его напитками?
Бэйцзинь опустил взгляд на баночку в своих руках. Яблочный сок.
Сюй Бэйцзинь: «...»
Помолчав пару мгновений, он спросил:
— Где ты это взял?
Линь Цинь мельком глянул на баночку:
— Заходил в продуктовый магазин. Хозяин сам отдал. — Он перевёл прямой взгляд на Сюй Бэйцзиня: — Спать передумал?
Сюй Бэйцзинь тихо отпил ещё немного:
— Теперь получше.
— Угу, — отозвался Линь Цинь.
Сюй Бэйцзинь посмотрел на него и не удержался:
— Ты в курсе, что...
Линь Цинь чуть наклонил голову набок.
— Твоё имя... — договорил Бэйцзинь.
— А, — Линь Цинь мельком скользнул взглядом по баночке сока. — Я не против.
Сюй Бэйцзинь: «...»
Ты можешь выражаться яснее?! Будто это я был против!
Бэйцзинь, которому до этого не было никакого дела, после слов Линь Циня внезапно почувствовал себя задетым.
... Что плохого в том, чтобы пить яблочный сок?! Человек уже сок выпить не может?!
Сюй Бэйцзинь промолчал.
Линь Цинь добавил:
— Правда не против. — Он слегка нахмурился: — Почему ты опять обо всём на свете задумываешься?
— Вовсе нет, — отрезал Бэйцзинь.
— Точно нет? — Линь Цинь с подозрением оглядел его.
Этот вопрос окончательно вывел Сюй Бэйцзиня из равновесия.
— Пей спокойненько, — пожал плечами Линь Цинь. — Я хоть и Яблочко, но меня-то ты не грызёшь.
Сюй Бэйцзинь выждал паузу и с особым нажимом произнёс:
— Ты... яблоко...
— Ладно, пусть яблоко, — Линь Цинь невозмутимо уселся на стул у входа в лавку. — Если тебе так хочется со мной подраться, я согласен быть кем угодно: хоть яблоком, хоть виноградом, грушей, ананасом, апельсином...
Он перечислял фрукты так спокойно, словно зачитывал меню.
— Тебе что больше нравится? В следующий раз принесу соответствующий сок.
Сюй Бэйцзинь окончательно лишился дара речи.
Линь Цинь изменился. Реально изменился.
«Я же просто подкалывал этого парня, а не хвалил его!»
Бэйцзинь глубоко вдохнул, поставил баночку на стойку и с максимально безупречной вежливостью отчеканил:
— Ничего из этого. — И, опережая очередную нелепую реплику, быстро добавил: — По крайней мере, сейчас.
Линь Цинь недоумённо уставился на него. С его точки зрения, весь разговор был абсолютно искренним и прямым. Он искренне не понимал, почему Сюй Бэйцзинь злится и нервничает.
К тому же, что значит «не сейчас»? То есть потом понравится? Так готовить сок или нет?
Почему угодить человеку оказывается так сложно?
Тем не менее Линь Цинь серьёзно кивнул. Интуиция подсказывала ему, что прямо сейчас развивать тему не стоит.
Сюй Бэйцзинь бессильно посмотрел на него. Ну откуда в мире берутся такие монстры интуиции?
Он ведь читает его как открытую книгу!
Он перевёл взгляд на Линь Циня. Тот беззаботно восседал у дверей лавки и уже вовсю листал какую-то книгу, чувствуя себя как дома.
И как они успели так сблизиться?
Сюй Бэйцзинь задумался. Пожалуй... всё началось с того момента, когда Линь Цинь проявил полное равнодушие к его Кошмару, а сам Бэйцзинь узнал о его провалах в памяти.
Когда один человек вверяет другому свои тайны, это неизбежно порождает доверие и близость. Общий секрет невероятно ускоряет сближение.
К тому же Кошмар Бэйцзиня абсолютно не интересовал Линь Циня.
Зато тот проявлял трогательную заботу о его бессоннице — вот как только что спросил, не клонит ли его в сон. Он словно принял как данность: Сюй Бэйцзинь не спит, и это совершенно не мешает их общению.
... Что ж, их и вправду можно было назвать друзьями.
Сюй Бэйцзинь заколебался, но всё же произнёс:
— Насчёт тех двоих, что высматривали что-то у моих дверей...
Линь Цинь поднял голову, вопросительно глядя на него.
Сюй Бэйцзинь встретил его взгляд и, немного помешкав, решил сказать правду:
— Как думаешь, они крутились здесь не потому, что пронюхали про напитки, которые ты мне носишь?..
Произнеся это, он и сам почувствовал некое неловкое смущение.
Линь Цинь ненадолго задумался, а затем его лицо прояснилось:
— Я понял. — С этими словами он снова уткнулся в книгу.
Сюй Бэйцзинь растерялся:
—... И что же ты понял?
Линь Цинь ответил:
— Я всё улажу, не переживай.
Сюй Бэйцзинь: «...»
Вот от таких слов как раз и становится жутко!
Он закрутился на месте, не зная, чего ждать от Линь Циня, и осторожно закинул удочку:
— И как именно ты собираешься всё уладить?
Линь Цинь без колебаний отрезал:
— Скажу им, чтобы не лезли к тебе и не мешали нашим делам.
Сюй Бэйцзинь вздохнул про себя. Этот ответ не прояснил абсолютно ничего!
Стоило ли расспрашивать подробнее? Линь Цинь всё-таки взрослый человек, не нянчиться же с ним в вопросах элементарного общения?
Но с другой стороны... у Линь Циня нет воспоминаний о Земле. Что, если он решит проблему самым примитивным и топорным путём? Например, просто набьёт им морды?..
... Это ведь проблемы Линь Циня! Почему теперь у него самого болит голова?!
Через пару мгновений Линь Цинь, видимо, осознал, как сильно озадачил собеседника, и поспешно добавил:
— Извини. Я не подумал об этом раньше. Только не злись на меня.
Сюй Бэйцзинь лишился дара речи. Он смущённо пробормотал:
— Я... я и не думал на тебя злиться...
Линь Цинь облегчённо улыбнулся и вернулся к чтению.
Сюй Бэйцзинь: «...»
Он внезапно понял: все его привычные ужимки, деликатность, хождение вокруг да около в разговорах с Линь Цинем — полная ахинея! С этим парнем нужно говорить напрямую, без экивоков!
Как тогда, когда он попросил Линь Циня не соглашаться на чужие просьбы из-за него... Линь Цинь ведь спокойно послушался?
Поэтому Сюй Бэйцзинь настойчиво добавил:
— Объяснить всё словами — это правильно. Но не смей давить на них силой. Это выглядит скверно, понял?
Линь Цинь снова поднял взгляд, ненадолго задумался и кивнул:
— Понял.
Сюй Бэйцзинь с подозрением прищурился:
— Точно?
— Я по-твоему совсем дурак? — с досадой буркнул Линь Цинь. — Ты меня и правда за глупое яблочко держишь?
Сюй Бэйцзинь: «...»
Вообще-то, когда он мысленно называл его так, то...
Извини.
Раз уж точки над «i» были расставлены, Бэйцзиню оставалось лишь предоставить Линь Циню свободу действий.
В конце концов, сам Сюй Бэйцзинь, будучи Актёром, никак не мог вмешиваться в дела Исполнителей. Многие Актёры, которых донимали участники прохождений, мечтали сменить жильё, но были вынуждены терпеть их назойливые преследования.
Поэтому Сюй Бэйцзинь не испытывал особой паники из-за слежки той парочки. Если Линь Цинь сможет всё уладить — тем лучше.
Вот только... бог весть, каким именно способом он собирается решать вопрос.
Сюй Бэйцзинь горько усмехнулся про себя.
И почему раньше его жизнь была такой безмятежной... А теперь даже спокойно отсидеться в стороне не получается? Приходится забивать голову всякими бытовыми проблемами.
Решив больше не мучить себя догадками, он расслабился, а затем вспомнил про трансляцию и переключил ракурс камеры.
Крепыш всё ещё с остервенением перерывал апартаменты 807 в поисках карт, а остальные Исполнители... Сюй Бэйцзинь сместил угол обзора и обнаружил, что вся группа уже добралась до Торгового квартала!
Пятеро Исполнителей держались вместе.
Во втором цикле Кошмара они уже оказывались здесь, но из-за цепи происшествий не успели осмотреться. И вот они вернулись.
Цзян Шуанмэй наивно поинтересовалась:
— Ребята, а может, сначала дадим мебели подстрелить нас? Вдруг получится выжить без...
Остальные проигнорировали её слова.
Цзян Шуанзи с беспомощной и доброй улыбкой посмотрела на сестру, мягко пояснив:
— Шуаншуан, наша главная цель сейчас — пройти Кошмар.
— Ну ладно... — пробормотала Цзян Шуанмэй.
Ей было немного обидно, что открытое ей важное правило Кошмара оставили без внимания. Даже собственная сестра не придала этому значения.
Действительно, если ожившая мебель убьёт тебя один раз, она переключит внимание и перестанет преследовать.
Но... неужели всем нужно умереть по разу? Гибель нескольких человек не может произойти одновременно, а значит, каждая смерть неизбежно спровоцирует перезапуск Кошмара.
А ведь идет уже третий цикл. Если мир снова обнулится, разрушающийся Кошмар принесёт такие неизвестные угрозы и риски, предсказать которые никто не берется.
Поэтому вместо того чтобы выжидать, лучше идти напролом.
Чем скорее они раскроют этот Кошмар, тем быстрее вырвутся отсюда. И нечего думать о смерти.
Руководствуясь этой логикой, Исполнители разделились на три группы и приступили к досмотру Торгового квартала.
Сёстры Цзян Шуанцзы и Цзян Шуанмэй начали осмотр с четвёртого этажа, двигаясь вниз. Худой и Девчушка взяли на себя первый и второй этажи. Шэнь Юньцзюй, успевший до этого обследовать цокольный уровень, отправился на второй подземный этаж.
И хотя теперь Шэнь Юньцзюй знал, что ожившие предметы интерьера не станут его атаковать, он всё же благоразумно предпочёл лестницу.
Эскалаторы для Шэнь Юньцзюя стали таким же кошмаром, как ванны для Цзян Шуанмэй или унитазы для Худого — травмой на всю оставшуюся жизнь.
Минут через пятнадцать вся пятерка снова собралась у главного входа на первом этаже. На лицах читалось явное разочарование: они не нашли ровным счётом ничего.
Более того, даже безумная техника словно сквозь землю провалилась.
Худой вытер пот со лба, стирая капли душной испарины:
— Внутри всё чисто. Может, глянем снаружи?
Цзян Шуанцзы кивнула, но вдруг с подозрением присмотрелась к нему:
— Тебе жарко?
Худой замер.
— Ты весь взмок... — Цзян Шуанцзы резко изменилась в лице и сдавленно крикнула: — Кондиционер!
Все как один вскинули головы к решёткам центрального кондиционирования под самым потолком.
Свисавшие оттуда красные ленты бешено трепетали в потоках воздуха.
Жара...
В крупных торговых центрах кондиционеры всегда работают на полную мощность. Летом дают прохладу, зимой — тепло.
Но сейчас стояла поздняя осень, конец октября, на улице в самые теплые часы было от силы градусов двадцать. С чего бы системе дуть раскалённым воздухом?
Цзян Шуанмэй побледнела, её голос задрожал:
— Сестра... Сестра! Я же тогда... как раз попала под взбесившийся кондиционер!
Цзян Шуанцзы мёртвой хваткой вцепилась в руку сестры, переглянулась с Худым и гаркнула:
— Бежим!
Они среагировали мгновенно, но объединившиеся в сеть приборы Интернета вещей, способные мгновенно обмениваться данными, не оставили им ни единого шанса.
Автоматические стеклянные двери на выходе намертво заклинило.
Шэнь Юньцзюй сориентировался первым:
— На минус первый! Там открытая площадь!
Группа рванула к лестничным пролётам. Воспользоваться эскалатором никто не дерзнул, оставался только бег по ступеням. И эта гонка превратилась в сущий ад.
Запайщик стаканов из лавки с баббл-ти преодолевал препятствия, едва ли не кувырком катясь им наперерез; автомат с мягкими игрушками сам по себе выуживал клешнёй плюшевых зверей из стеклянного куба и с силой швырял им в головы...
Повсюду на стенах объективы камер наблюдения поворачивались им вслед. Их сопровождали липкие, ледяные взгляды, полные жажды убийства, и пульсация алых светодиодов заставляла сердца сжиматься от ужаса прямо на бегу...
В здании становилось всё душнее, воздух раскалился так, что перехватывало дыхание. А они продолжали бежать. Жители Узкой башни то и дело возникали на пути, создавая толкотню и едва не отрезав Цзян Шуанмэй от группы.
У самого входа на лестницу взвинченная до предела Цзян Шуанмэй не выдержала и с силой растолкала прохожих. Люди повалились друг на друга, образовав завал.
Беспорядочный топот эхом отдавался в непроглядной тьме пожарного выхода. В темноте каждый панически боялся оступиться и повторить судьбу Шэнь Юньцзюя со сломанным позвоночником. Собственный рваный стук сердец и хриплое дыхание заглушали всё вокруг.
Им казалось, что прямо из тьмы на них смотрят чьи-то невидимые глаза. Даже здесь за ними следили объективы видеокамер.
Словно нечто по ту сторону экрана наблюдало за их метаниями. Насмешливо, высокомерно, как кошка за загнанными мышами. Это невидимое давление ломало волю.
Они не знали, откуда ждать следующего удара. Даже уже умиравшие Цзян Шуанмэй и Шэнь Юньцзюй в этой обстановке были на грани нервного срыва.
Хаос, сплошной хаос. Когда они выскочили на открытую площадь и замерли, тяжело дыша и в страхе озираясь, казалось, что мысли и внутренности скрутило в один тугой узел.
Худой с трудом сглотнул слюну и заикаясь вытолкнул:
— Мы... мы в безопасности?..
Цзян Шуанцзы согнулась пополам, упёршись руками в колени. От бешеного бега и душного, спёртого воздуха её тошнило.
Спустя минуту она всё же немного перевела дух и ответила Худому:
— Кажется... да.
Среди всех присутствующих лишь Девчушка сохраняла невозмутимость. Даже «Зомби» Шэнь Юньцзюй стоял белый как полотно.
Девчушка же абсолютно спокойно огляделась по сторонам и произнесла:
— Здесь много места.
Худой непонимающе уставился на неё:
— Ч-что?
Девчушка мельком взглянула на него и пояснила:
— Это безопасная зона. — Она указала пальцем на эскалатор в отдалении: — Если только мы не удумаем на нём прокатиться.
Не успело её слово затихнуть, как эскалатор со скрипом замер.
А в следующее мгновение лента ступеней взбесилась — они то рвались вперёд, то резко давали задний ход. На ступенях в этот момент находилось несколько жителей Узкой башни, и их охватил дикий ужас.
Кто-то полетел кувырком вниз, кому-то повезло больше — они успели мёртвой хваткой вцепиться в поручни. Но тут поручни рассинхронизировались с движением ступеней!
Поручень рвался вверх, а ступени летели вниз. Из чьего-то горла вырвался вопль боли — человеку сорвало поясницу, и он в три прыжка слетел с проклятой лестницы.
К счастью, обошлось без смертельных травм, как у Шэнь Юньцзюя.
Девчушка мгновенно умолкла.
На площади воцарилась гробовая тишина. Наконец Худой глухо проговорил:
— Похоже, безопасных мест больше не осталось.
* * *
Переполох на площади отлично просматривался из книжной лавки, где находились Сюй Бэйцзинь и Линь Цинь.
Сюй Бэйцзинь, наблюдавший за всем путешествием группы через чат трансляции, сочувственно вздохнул. Он прекрасно помнил тот странный кондиционер, что недавно присматривался к нему самому.
И только сейчас Бэйцзинь до конца понял, что имел в виду Дай У, когда говорил: «Опасность за спиной».
Угол зрения человеческого глаза не превышает ста восьмидесяти восьми градусов. А значит, ты никогда не видишь, что происходит у тебя за спиной.
Сюй Бэйцзинь сидел неподвижно, чувствуя, как по спине пробегает мелюзга липких мурашек — исключительно от собственного буйного воображения.
Линь Цинь тоже отвлёкся на шум на площади. Он посмотрел на бесноватый эскалатор, потом на Сюй Бэйцзиня, немного помешкал и тихо позвал:
— Бэйцзинь?.. Я могу тебя так называть?
— Как тебе угодно, — отозвался Сюй Бэйцзинь.
«Хорошо хоть не Бэйбэй, как эти в чате... Нет, это было бы уже чересчур».
— Что такое? — спросил он.
Линь Цинь с искренним любопытством уставился на него:
— На Земле всё устроено именно так? Лифты и эскалаторы там тоже капризничают на ровном месте?
Сюй Бэйцзинь: «...»
И что на это ответить?