Му Цзяши ошеломлённо смотрел на картину, вдребезги разбивавшую его привычные представления о здешнем мире.
— Как такое возможно... — бледными губами пробормотал он. — Как это вообще возможно?..
Взаимосвязь казалась непреложным законом: любая гибель в кошмаре неизбежно запускает перезагрузку.
Однако прямо у них на глазах погиб человек — более того, его недвусмысленно убили, — а кошмар даже не подумал перезапуститься.
В чём же причина?
Пока остальные исполнители стояли в полном замешательстве, Сюй Бэйцзинь мыслил значительно глубже.
Он вспомнил недавний разговор с Лысым: в этом конкретном кошмаре причиной перезапуска — ну или как минимум нового цикла — становилась утрата воспоминаний.
Голова отозвалась тупой болью, когда Сюй Бэйцзинь попытался извлечь из памяти строгие логические понятия о необходимых и достаточных условиях. Впрочем, теория оказалась бесполезной. Ведь до сих пор все были свято уверены в эквивалентности этих вещей: смерть всегда влечёт перезагрузку, а перезагрузка указывает на смерть. Однозначная двусторонняя связь.
И вот теперь железное правило разлетелось в пыль.
Поразмыслив пару мгновений, Сюй Бэйцзинь решил, что строить догадки на пустом месте бессмысленно — разве что кошмар действительно перезапустится и удастся воочию увидеть, какой триггер сработает на этот раз.
К подобной отсрочке он привычно прибегал каждый раз, сталкиваясь с очередным неразрешимым тупиком.
Со спокойной совестью выбросив из головы спутанный клубок мыслей, он перевёл взгляд на экран трансляции, наблюдая за реакцией шестерых исполнителей.
Среди них ярче всех выделялся Коллекционер. На его лице расплылась улыбка искреннего, глубокого восторга. Поглаживая подбородок, он с воодушевлением произнёс:
— А этот кошмар... оказывается, чертовски увлекателен!
Ещё бы.
Му Цзяши вяло поглядел на него. Мужчина, погрузившийся в глубокую апатию после возвращения на нижний этаж Узкой башни, сейчас выказал схожее изумление.
За всю его практику это был первый кошмар, посмевший нарушить святое правило обязательного перезапуска после чьей-либо гибели.
Тяжело вздохнув, Му Цзяши понял: совпадением тут и не пахнет. За происходящим скрывалась конкретная, пока не известная причина.
С этими мыслями он отвёл взгляд от разбитого тела.
Они стояли у самого подножия здания перед трупом, констатируя бесспорный факт смерти. Когда человек падает с такой высоты и, раскроив череп, ударяется об асфальт, считать его живым организмом при всём желании не получится.
Затянувшимся молчанием решил воспользоваться Татуированный:
— Может... э-э... может, он был мёртв ещё до того, как его сбросили? Ну, знаете, просто готовый труп-декорация?
Действительно, в некоторых кошмарах встречались мёртвые тела, служившие лишь фоновыми декорациями для атмосферы, а не результатом чьей-то гибели прямо на глазах.
Однако Лысый тут же оборвал своего напарника:
— Да ты посмотри на эту кровь! На мозги, вытекшие на камни! Сам-то веришь, что он упал уже холодным?
Труп выглядел... слишком свежим.
Едва это слово всплыло в сознании Му Цзяши, к горлу подступила тошнота. Пришлось признать: привыкнув к тому, что при любой смерти кошмар перезапускался от силы за три секунды, никто из исполнителей уже давно не разглядывал так пристально изуродованные останки.
Тем более с такой ужасающей мешаниной вместо плоти.
Му Цзяши брезгливо отвернулся — и случайно перевёл взгляд на Фэй и У Цзяня. И замер от неожиданности.
Заливаемая завывающим ветром зона руин смотрелась мрачно, да и лица у всех исполнителей были под стать окружающему пейзажу — серые, словно облупившаяся штукатурка полуразрушенных стен.
Сам факт чьей-то гибели или то, что она не привела к перезапуску, заставлял всех чувствовать нарастающий липкий дискомфорт. Этот кошмар демонстративно плевал на накопленный ими опыт.
Однако реакция Фэй и У Цзяня разительно отличалась от остальных. На их лицах читались не страх или тревога, а... нездоровое потрясение напополам с неистовством азарта.
С чего бы такая бурная реакция?
Ну да, кошмар не перезапустился. Но мало ли сюрпризов преподносят разные инстансы? Вдруг это просто уникальная механика данного мира? Или тот несчастный и впрямь был лишь бездушным манекеном?
К тому же... азарт? Что за дикая эмоция в такой обстановке?
Му Цзяши мысленно покачал головой.
Отвернувшись, он сделал вид, будто ничего не заметил. Разумеется, он взял это странное поведение на заметку, но лезть с расспросами прямо сейчас было бы верхом глупости.
На миг ему даже показалось, что собравшаяся здесь компания исполнителей подобралась весьма колоритная.
Коллекционер недействительных карт, странная пара — находящиеся во взвинченном трансе мужчина и женщина, братья-напарники, скрывающие половину фактов об этом месте... Ну и сам Му Цзяши.
И в следующую секунду он невпопад вздохнул.
Если Сюй Бэйцзинь пребывал в состоянии вечного сонного спокойствия, то эмоции Му Цзяши мотало из стороны в сторону, словно на американских горках.
Он мог мгновенно встряхнуться, выдать блестящую серию решений и вытащить всю группу из смертельной ловушки, а потом разом потерять к происходящему всякий интерес и мысленно смешать себя с грязью — точь-в-точь как в прошлом кошмаре.
Какое-то время назад он признался Сюй Бэйцзиню, что, спускаясь на нижний этаж Узкой башни, рассчитывал восстановить душевное равновесие. Прошлый кошмар сломал его и швырнул на самое дно личной преисподней, однако он всё ещё отчаянно пытался выкарабкаться.
Пока он витал в своих мыслях, остальные исполнители молча стояли рядом.
Напряжение разрядил Коллекционер. Он негромко усмехнулся:
— Друзья... вы почему-то упускаете из виду кое-что куда более существенное.
— Что именно?
Отношения между Лысым и этим вечно лыбящимся типом не задались с самого начала, поэтому вопрос задал Татуированный. Впрочем, Лысый всё равно недовольно косился на своего напарника.
Коллекционер даже не обратил внимания на их реакцию — его разум полностью захватила новая интригующая деталь:
— Тот, кто сталкивал беднягу с крыши, — небрежно произнёс он. — Если память мне не изменяет, с момента нашего прихода из здания никто не выходил. Выходит, убийца до сих пор внутри.
Переглянувшись, исполнители осознали очевидную правоту его слов.
С той самой секунды, как тело сорвалось с крыши, они непрерывно контролировали единственный вход. Никто не покидал здание, да и внутрь никто не заходил.
Решено было выставить Фэй на караул у стеклянных дверей, пока пятеро остальных разбредутся по этажам в поисках предполагаемого преступника.
Избавившись от необходимости бегать по лестницам, Фэй всё же чувствовала себя не в своей тарелке рядом с окровавленным трупом. Прикусив губу, она отступила на пару шагов, но взора от дверей не отводила, совершенно игнорируя окружающие развалины.
Мысли в её голове крутились непрерывно.
Справившись с первым шоком, девушка поняла: не исключено, что данный кошмар — тот самый легендарный инстанс, который все так отчаянно искали.
Из множества теорий заговора, гуляющих по Узкой башне, одна пользовалась непререкаемым авторитетом — ну или, как минимум, в неё свято хотели верить абсолютно все.
Суть её сводилась к следующему: среди бесконечного числа кошмаров скрывается некий Финальный кошмар. Если пройти его и выйти на Истинную концовку, исполнитель сможет навсегда покинуть Узкую башню.
Звучало убедительно. В конце концов, в любой игре есть ключевой сюжет и финальный босс, а «Побег к жизни» — это в первую очередь игра.
Вот только где искать этот Финальный кошмар?
Толпы исполнителей сходили с ума от одной мысленной зацепки, однако никому так и не удалось его обнаружить.
В своё время нижний этаж содрогался от слухов вокруг кошмара Хозяина книжной лавки, и за теми волнениями наверняка стояла жажда отыскать путь на свободу.
Покинуть Башню мечтали все — как исполнители, так и... актёры-жители. Не исключено, что в тот давний хаос подлили масла в огонь именно обитатели Башни, жаждавшие узнать секрет мира Сюй Бэйцзиня.
Прошли годы. И хотя в тени до сих пор плелись интриги, на открытые вылазки против Сюй Бэйцзиня больше никто не решался — особенно после того, как Линь Цинь прямо и жёстко взял его под своё покровительство.
И пусть шёпот о характере их отношений полнился довольно ядовитыми сплетнями, авторитет Некоронованного короля нижнего этажа оказывал магическое усмиряющее действие.
Так что неприятностей, которых так опасался Сюй Бэйцзинь, удалось избежать.
Впрочем, помимо фигуры самого Линь Циня, появление текущего кошмара тоже здорово отвлекло внимание общественности.
Среди людей поползли слухи: не этот ли инстанс — тот самый Финальный кошмар?
Развалины, выжившие, апокалиптическая атмосфера, густой туман... Вся атрибутика вызывала прямой отклик в душах обитателей Башни. А уж провалы в памяти и отсутствие перезапуска при гибели и вовсе делали совпадение вопиющим.
Первые исполнители, которым не удалось пройти этот мир, поднявшись выше, щедро приукрасили свои рассказы.
В результате ситуация опять вырвалась из-под контроля — точь-в-точь как история вокруг кошмара Сюй Бэйцзиня.
Для отчаявшихся, безумных людей, прижатых к стене, это было подобно соломинке, брошенной утопающему.
Реален ли шанс? Пустышка ли это?
Никто не знал наверняка.
Но разве могли обречённые пройти мимо единственной надежды?
Вот почему, как знали Фэй и У Цзянь, на нижний этаж спустились не только они — другие опытные исполнители тоже ринулись вниз в надежде попытаться штурмовать загадочный инстанс.
Пара напарников успела проскочить раньше прочих лишь потому, что молва добиралась до верхов постепенно.
В итоге вырисовывалась абсурдная картина: пока обитатели низов штурмовали кошмары, устремляясь наверх из-за слухов о «чьём-то успешном побеге из Башни», ветераны верхних этажей сломя голову неслись вниз, уверовав в байку о «появившемся на первом этаже Финальном кошмаре».
Да уж, слухи — страшная сила.
А вот были ли эти вести пустыми фейками — ответа не знал никто.
Даже тайная организация, стоявшая за спинами Фэй и У Цзяня и запустившая в своё время эти гипотезы, вряд ли могла вообразить, что спустя годы их домыслы превратятся в святую истину для тысяч людей.
К примеру... легенда о Финальном кошмаре.
Строго говоря, сами Фэй и У Цзянь прилетели сюда вовсе не ради этого отвлечённого идеала.
Они и помыслить не могли, что брошенная когда-то полушутливая идея доведёт людей до безумия и заставит бросить нажитые позиции наверху ради возвращения к истокам.
Да и кто знает, не приложили ли тогда руку к бунту вокруг Сюй Бэйцзиня высокоуровневые визитёры?
Му Цзяши как-то признавался Сюй Бэйцзиню: верхние ярусы Узкой башни — место куда более мёртвое и беспросветное, чем подножие.
Но если эти ожесточённые, отчаявшиеся обитатели преисподней сорвутся с цепей, последствия окажутся чудовищными.
И Фэй искренне опасалась подобного исхода.
Погружённая в эти мысли, она простояла на страже довольно долго, пока из дверей не показались остальные пять исполнителей. Без единой зацепки.
* * *
В здании насчитывалось тринадцать этажей, так что обход занял определённое время. Впрочем, благодаря полуоткрытой планировке пустующих помещений особых трудностей не возникло. Минут через пятнадцать пятёрка вернулась на первый этаж, разочарованно качая головами.
Убийцу они так и не нашли.
Глаза Лысого налились кровью, он нервно закричал:
— Но мы же ясно видели, что на крыше кто-то был! И из здания абсолютно точно никто не выходил!
— Вот именно, — с неизменной улыбкой протянул Коллекционер, хотя поиск не принёс результатов. — А может, кто-то из нас наткнулся на след, но предпочёл утаить это от остальных?
Лысый тут же вспыхнул. Он прекрасно понял прозрачный намёк на свою прошлую утайку фактов. И хотя сам не брезговал двойными стандартами, громко буркнул в свою защиту:
— Да не нашёл я ничего, провалиться мне на этом месте!
— Я тоже, — поддержал напарника Татуированный.
— Да я вовсе не о вас, — Коллекционер тихо хмыкнул и кивнул подбородком в сторону застеклённой витрины. — Посмотрите-ка туда.
Подошедшая Фэй вместе с остальными проследила за его взглядом. За пыльным стеклом книжной лавки, безучастно восседая за стойкой, сидел Сюй Бэйцзинь.
Сюй Бэйцзинь: «...»
Внутри него всё буквально закипело от досады.
За весь кошмар он отлучился на крышу лишь на пару минут в самом начале, а всё остальное время безвылазно просидел здесь!
Тем не менее подозрения исполнителей пали прямо на него.
Логика казалась железобетонной: с крыши кого-то сбросили, из дверей никто не выходил, других живых душ в здании обнаружить не удалось... кроме Сюй Бэйцзиня.
Ему даже не успели предъявить обвинений, а он уже почувствовал всю безнадёжность своего положения.
Хуже всего, что система трансляции показывала лишь лестницу, крышу и книжную лавку. Он даже не мог лично разглядеть другие помещения и вычислить настоящего виновника...
Постой-ка... Стоп!
Сюй Бэйцзинь осёкся, поражённый внезапной мыслью.
Система трансляции работать со сбоями не могла по определению. Показ определённого ракурса опирался на заложенные разработчиками триггеры — по сути, законный чит, позволяющий подглядеть замысел сценариста.
Если система выводила ракурс, значит, локация содержала ключевые улики. Отсутствие же обзора означало лишь то, что перед ними бесполезный фоновый декор.
Конечно, в условиях абсолютного реализма «Побега к жизни» Главный разум прорабатывал декорации безупречно, позволяя исполнителям блуждать по всему пространству.
Говоря проще, обычные люди были вынуждены прочёсывать карту вслепую, тогда как Сюй Бэйцзинь благодаря системе трансляции наперёд знал, куда имеет смысл смотреть.
И доступных для наблюдения мест во всём здании было ровно три...
На его лице проступила глубокая задумчивость.
Неужели... убийцы и впрямь нет в здании?
Сам он, естественно, никого не убивал. Значит, посторонний человек действительно пробрался внутрь. Но ракурсы системы не фиксировали никого ни на лестничной клетке, ни на крыше...
Выходит, кроме него и группы поиска, в строении больше ни души?..
Здание одновременно скрывало убийцу и пустовало?
Из двух взаимоисключающих тезисов один заведомо ложен. Доверяя исправности системы трансляций, Сюй Бэйцзинь вынужден был признать: посторонних в здании действительно не было.
Но куда тогда сгинул преступник?
Как ему удалось ускользнуть незамеченным?
Обойти под наблюдением «взгляд бога» — это граничило с мистикой!
К тому же сам Сюй Бэйцзинь, сидя у панорамного окна, прекрасно видел всё происходящее на входе!
Он озадаченно нахмурился.
Кошмар становился всё страннее.
Смерть не вызывает перезапуск, люди испаряются в воздухе...
Настоящий классический детектив с загадкой запертой комнаты.
Пока он предавался размышлениям, шестёрка исполнителей с азартом ворвалась в лавку.
«Он?! Что он здесь делает?!»
Исходя из прежних встреч, Му Цзяши считал Сюй Бэйцзиня абсолютно безобидным человеком. Он просто не мог поверить, что этот тип способен сбросить человека с высоты, а затем как ни в чём не бывало восседать за стойкой.
Однако никто никогда не бывал в его собственном кошмаре, а значит, и знать его по-настоящему не мог.
Внешность обманчива... Впрочем, глядя на загадочную ауру Сюй Бэйцзиня, правильнее было бы сказать — более чем красноречива.
Му Цзяши мысленно одёрнул себя: обитатели Узкой башни внутри инстансов далеко не всегда совпадают со своими оригиналами на этажах. Если, конечно, кошмар не принадлежит им самим.
Но ведь в прошлый раз они тоже пересекались в кошмаре! И тогда Му Цзяши обещал навестить его в лавке, а Сюй Бэйцзинь прекрасно об этом помнил.
Противоречивый образ Сюй Бэйцзиня окончательно сбил Му Цзяши с толку.
Заметив этот странный, полный сомнений взгляд, Сюй Бэйцзинь легко догадался о ходе мыслей Му Цзяши. Похоже, тот пошёл по стопам прежних умников и теперь подозревает его в расправе.
Что же касается остальных пяти исполнителей, то они и вовсе открыто считали его виновным.
Чертовщины тут не водилось, а единственный человек в пустом здании — готовый кандидат в убийцы.
Выслушивая наперебой сыплющиеся обвинения, Сюй Бэйцзинь устало вздохнул. Поджав губы, он молча переждал поток гвалта, но напор не спадал.
Тогда он медленно поднял взгляд и равнодушно спросил:
— Вы закончили?
Исполнители поневоле замолкли.
Шумела в основном троица: Лысый, Татуированный и Коллекционер. Когда Сюй Бэйцзинь подал голос, Коллекционер уставился на него с нескрываемым плотоядным интересом.
Скользнув взглядом по его лыбящемуся лицу, Сюй Бэйцзинь спокойно бросил:
— Вы ошиблись адресом.
— Не запирайся! — набрался храбрости Лысый. — Кроме тебя, в здании никого не было! Кто ещё мог скинуть его с крыши?!
Напарники прибыли раньше прочих и точно знали, что хозяин книжной лавки никуда не уходил.
Конечно, распространяться о своей первой встрече с ним Лысый не собирался.
Но коль скоро с момента падения никто не заходил и не выходил, присутствие Сюй Бэйцзиня делало его идеальным подозреваемым.
Сюй Бэйцзинь и сам толком не знал, как доказать свою невиновность, однако...
Он лишь вальяжно откинулся на спинку кресла и с лёгким превосходством обвёл визитёров взглядом:
— Значит, моё предсказание сбылось?
Исполнители опешили.
Лица Лысого и Татуированного мгновенно пошли пятнами.
Уловив их замешательство, Му Цзяши тут же потребовал:
— Что вам известно?! — И перевёл взгляд на Сюй Бэйцзиня: — О чём речь?
Сюй Бэйцзинь едва заметно улыбнулся:
— О том самом трупе под окнами. Я лишь придерживаюсь принципа равноценного обмена: они поделились со мной сведениями, а я в ответ приоткрыл им пару тайн.
Му Цзяши нахмурился.
«Равноценный обмен...» Му Цзяши вгляделся в его лицо. В отличие от остальных, он прекрасно знал: этот человек слова на ветер не бросает.
Но всё же...
Неужели этот бледный, загадочный человек с тёмным взглядом, внушающий невольный трепет, и скромный книготорговец, отдавший ценный секрет за банку напитка — одно и то же лицо?
Му Цзяши снова захлестнула волна сомнений: кто же ты такой на самом деле, Сюй Бэйцзинь?
Прежде чем он успел разобраться в своих мыслях, Лысый сквозь зубы выдавил:
— Крыша...
Хозяин лавки предупреждал: в здании внимания заслуживают лишь два места — крыша и книжная лавка.
Первое подтвердилось со всей очевидностью — с крыши действительно кто-то вылетел. А второе и подавно: носитель тайны восседал прямо перед ними.
Губы Лысого задрожали. Бледный как смерть, он смотрел на Сюй Бэйцзиня с таким диким удушающим ужасом, что даже сам хозяин лавки озадаченно приподнял бровь.
«В чём дело? — подумал Сюй Бэйцзинь. — Зачем эта драма?» Он всего лишь пытался снять с себя подозрения, намекнув на прежний обмен информацией.
Ему казалось куда более безопасным сойти за всеведущего пророка, нежели за убийцу.
Но отчего Лысый выглядит так, словно увидел дьявола?
В следующую секунду Лысый вне себя от ужаса закричал:
— Ты... ты специально поднялся на крышу и грохнул человека, только чтобы доказать свою правоту?!
Сюй Бэйцзинь: «...»
Он открыл рот, но так и не нашёл, что ответить.