В Финальном кошмаре люди уже начали замечать: безумцы, выбегавшие из серого тумана, проявляли далеко не ту агрессию, которой от них ждали.
Впрочем, жизненное пространство они всё равно отбирали беззастенчиво.
Мало кто отваживался шагнуть в этот туман. Исполнители цеплялись за безопасные островки — локации, ещё не поглощённые мутной пеленой. Мало кто понимал истинную природу серого тумана и то, чем на самом деле являлись безумцы, пришедшие из-за стен Узкой башни. Но, во-первых, все помнили: те, кто прежде уходил в туман за пределами башни, назад уже не возвращались. А во-вторых, появление этих непонятных сумасшедших заставило людей относиться к мрачной, клочковатой взвеси ещё настороженнее.
Лишь немногие всё же рисковали переступить порог пелены. Одних к этому принуждала безысходность — туман смыкался вокруг, не оставляя иного выхода для спасения; другие же... просто лишились ума.
Число тех, кто сохранял рассудок в Финальном кошмаре, неуклонно таяло. Если бы Сюй Бэйцзинь взглянул сейчас на цифры на панели управления, он увидел бы, что в сознании осталась едва ли четверть. Три четверти всех исполнителей и актёров уже потеряли рассудок.
Поначалу этот показатель стремительно падал, затем ненадолго замер, но вскоре вновь обрушился — с трети до четверти. Кто-то сгинул сразу, ступив в кошмар, кто-то долго боролся, но в конце концов сдался. Лишившихся себя становилось всё больше.
Они безвольно погружались в пучину этого гигантского морока и, разумеется, совсем не опасались тумана. Старые безумцы выходили из пелены, а новые — шагали ей навстречу.
Помимо угрозы, исходившей от тумана, выживших всё сильнее тревожила неизбежность Схождения небесного огня и последующая борьба за жизнь среди руин. Даже те, кто не понимал сути этого бедствия, инстинктивно чувствовали: если кошмар затянулся настолько, не начнёт ли он рушиться?
Напряжение нарастало.
Когда Фэй и Цзян Шуанмэй наконец выбрались из туманной завесы и жадно глотнули воздух, они даже не успели поделиться увиденным — земля под ногами содрогнулась в диком гуле.
— Схождение небесного огня! — выкрикнула Фэй.
Не раздумывая, она вместе с Цзян Шуанмэй бросилась к ближайшему зданию. Девушки чудом укрылись от обрушившегося с неба катаклизма.
Фэй всё ещё дрожала, пытаясь перевести дух, как вдруг кто-то ощутимо хлопнул её по плечу. Вскрикнув от неожиданности, она чуть не въехала незнакомцу по лицу. Лишь в последний миг разглядела У Цзяня.
Перед ней стояли У Цзянь, Е Лань и Сэ Чжицзинь. Сам У Цзянь смущённо пожал плечами — явно не ждал такой бурной реакции. Фэй глубоко вздохнула и сжала кулаки: руки так и чесались задать ему трепку.
— Надо же, вы тоже здесь! — обрадовалась Цзян Шуанмэй.
Фэй оглянулась. За стенами укрытия разворачивалась не просто картина апокалипсиса — это и был апокалипсис. Привычные городские улицы, ещё секунду назад жившие своей жизнью, в мгновение ока превратились в дымящиеся руины. В реальном мире разрушения, возможно, происходили не столь стремительно, но Финальный кошмар ускорял время. Именно так выглядел финал, с которым столкнулось человечество.
Фэй заворожённо смотрела на катастрофу. В её глазах мелькнула боль. Кто мог предвидеть такую беду? Кто мог подумать, что обычная, размеренная жизнь оборвётся в один миг? Окончательно, бесповоротно, безжалостно.
Прикрыв глаза, она тяжело вздохнула и повернулась к У Цзяню, но её взгляд зацепился за фигуру рядом. Раньше, оглушённая страхом, она не присмотрелась, а теперь радостно воскликнула:
— Лао Сэ!
Сэ Чжицзинь приоткрыл рот, одарив её скептическим взглядом:
— Выходит, меня тут каждая собака знает, и один я ничего не помню?
На его лице читалось глубочайшее недоумение. Фэй на секунду замешкалась.
— Он сейчас в сознании... — поспешно заговорил У Цзянь. — Хотя, как сказать. Мне он верит, но вот памяти об Узкой башне у него нет. В общем... эм, с бзиком?
— Я хоть ничего и не помню, — спокойно уронил Сэ Чжицзинь, — но уверен, что память ко мне вернётся.
«И тогда мы с тобой посчитаемся», — читалось в его взгляде. У Цзянь предпочёл умолкнуть.
Фэй с озадаченным видом еще пару раз оглядела Сэ Чжицзиня и качнула головой. Ей показалось, что нынешний Лао Сэ выглядел гораздо... живее того, какого она знала раньше. Впрочем, вспомнив Узкую башню и то, как кошмары ломают людей, она вздохнула. Все они после катастрофы стали куда более замкнутыми, мрачными и молчаливыми.
Они быстро обменялись новостями. Троице У Цзяня повезло: туман хоть и появился, но до их участка ещё не добрался. Поэтому они выстроили здесь временную базу, собирая припасы для выживания среди будущих руин. Им удалось запасти немало еды, воды и вещей первой необходимости.
— Этого точно хватит ненадолго, — уверенно заявил У Цзянь. — По крайней мере, сможем выждать и осмотреться.
С момента погружения в Финальный кошмар прошло много времени. Никто не знал, по какому сценарию будет развиваться апокалипсис дальше, поэтому оставалось готовиться к худшему.
Сейчас они находились на первом этаже газетного издательства. Сотрудники испарились, оставив после себя лишь пустые помещения. Вокруг ещё возвышались отдельные постройки, уцелевшие при Схождении небесного огня. Но из-за плотной пелены рассмотреть что-либо вдалеке не удавалось. Ощущение замкнутого пространства и близость невидимой угрозы держали исполнителей в постоянном напряжении.
— Мы пришли прямо через туман, — произнесла Фэй.
Троица мгновенно подтянулась. Им повезло обойти серую пелену стороной, и мысль лезть в неё никому в голову не приходила.
— И что там? — спросила Е Лань.
— Локации никуда не делись, просто их застилает туман, ничего не разглядеть, — ответила Цзян Шуанмэй. — А кроме этого... вообще пустота.
— Совсем ничего? — переспросил У Цзянь. — Выходит... там безопасно?
Фэй вздохнула:
— Нет. Опасно.
— Да нет же, я про другое, — перебила Цзян Шуанмэй. — Напрямую их не видно. Там полно невидимых объектов. Невидимых дверей.
Пробираясь сквозь серую взвесь, девушки сперва ничего не замечали и тоже посчитали туман безопасным, пока Фэй случайно не налетела на дверной косяк. Лишь тогда они поняли, что всё пространство пронизано прозрачными преградами.
— И главное, они все распахнуты, — с досадой добавила Цзян Шуанмэй. — Зазеваешься — и влетишь прямо внутрь. А там... скорее всего, останешься прозябать вместе с теми, кто сгинул в кошмаре.
Голос Цзян Шуанмэй под конец дрогнул. Те, кто знал о судьбе её сестры, сочувственно переглянулись, но промолчали. Лишь Сэ Чжицзинь, не осведомлённый о трагедии Цзян Шуанцзы, переводил недоуменный взгляд с одного на другого, однако расспрашивать не стал — время было не то.
— Значит, пройти сквозь туман можно, но придется глядеть в оба, — подытожила Е Лань. — Каждая такая невидимая дверь — минус один вменяемый исполнитель.
— Долго оставаться в тумане тоже нельзя, — запнулась Фэй. — Мне кажется, эта дрянь плохо влияет на рассудок.
— Вы долго там пробыли? — поинтересовался У Цзянь. — Ощутили что-нибудь?
— Явных симптомов не было, но... — Цзян Шуанмэй заколебалась. — В тумане теряешь ориентацию. Начинаешь кружить и...
— И остаёшься там навсегда, — угрюмо закончила Фэй.
— Не пойму, как туман вообще просочился в кошмар, — вздохнул У Цзянь. — Неужели правда явился за этими сумасшедшими?
Раньше они встречали нечто похожее на серую взвесь в кошмаре-руинах, но то была лишь граница сна во сне, а не настоящий туман из-за стен башни. Теперь же эта дрянь пробралась в Финальный кошмар.
— Если даже эти безумцы считаются игровой угрозой, — замешкалась Е Лань, — это всё равно должно поддаваться логике мира?
— Логике мира? — переспросил Сэ Чжицзинь. — И в чём она заключается?
Фэй пояснила:
— Точных данных нет, но по нашим догадкам всё выглядит так: после апокалипсиса человечество укрылось в последнем убежище — Узкой башне. Управляющий башней — искусственный интеллект. Жители видят кошмары, основанные на их воспоминаниях о конце света. Но и у самого ИИ есть свой кошмар... А чужаки, то есть исполнители, входят в эти сны, чтобы помочь выжившим преодолеть травму.
— И что, в вашей теории совсем нет ни слова про Финальный кошмар и развязку? — нахмурился Сэ Чжицзинь.
Фэй и У Цзянь смущённо переглянулись. Не скажут же они, что так рвались в этот кошмар и мечтали о свободе, что даже не подумали расспросить подробнее? В конце концов, они подсознательно отождествили гибель Земли с игровым апокалипсисом. По сути, побег из башни и был той развязкой, к которой они стремились.
Стоп. Фэй вздрогнула.
«Отождествили гибель Земли с игровым апокалипсисом?..» — пробормотала она.
Все уставились на неё.
— Люди покидают башню... Наш финал — это и есть финал игры! — Её голос задрожал от волнения. — Вот к чему нас вели!
— Что? — уставился на неё У Цзянь. — Хочешь сказать... вырваться из Узкой башни?
— Побег — это и есть заложенный разработчиками конец?! — воскликнула Е Лань.
— Эй, вы о чём? — подал голос Сэ Чжицзинь. — В каком смысле «побег — это заложенный финал»? Мы что, должны восстать против управляющего и вырваться наружу?
Поймав на себе взгляды четырёх пар глаз, он сглотнул:
— Я... попал в точку?
— Мы всё время валили в одну кучу гибель Земли и катастрофу башни, а ведь они различаются, — быстро заговорила Фэй. — Судьба реального человечества и история выживших в башне — не одно и то же. Но между ними полно параллелей! Сюжет игры буквально воспроизводит наш собственный путь. Выжившие пережили конец света — и мы тоже. Они заперты в башне — и мы заперты. И если мы пытаемся вырваться... Не значит ли это, что и выжившие в игре должны пройти через то же самое? Побег из башни — вот истинная концовка! Название игры — «Побег к жизни». Сама суть в том, чтобы бежать!
— Выходит, НЭ нам не союзник, — ошеломлённо выдохнул У Цзянь. — Он — наш противник.
— Я вообще перестала понимать его позицию! — ругнулась Фэй. — С одной стороны, он помогал нам. С другой — если наша теория верна, он станет на пути! Чёрт бы всё побрало!
Цепочка выстраивалась недурно: если финал — побег, то люди неизбежно столкнутся лбами с управляющим ИИ. А значит, НЭ — враг.
Фэй и У Цзянь вновь погрузились в тревогу. Раньше мысль о помощи НЭ придавала сил — всё-таки Главный разум всемогущ в пределах этой системы. Но теперь картина менялась.
— Погоди... — У Цзянь попытался цепляться за соломинку. — А вдруг ИИ башни сам хочет её покинуть? Вдруг такой вариант возможен?
— Исключено, — отрезала Е Лань. — Он — управляющий. Пойти против системы он сможет лишь в том случае, если разработчик перепишет его код...
Е Лань осеклась.
— Разработчик! — вскричала Фэй. — Точно! Кто создал этот ИИ по сюжету игры?
Создатели НЭ находились за пределами виртуальности, но внутри игровой истории ведь тоже должны быть разработчики! Способны ли они изменить директивы?
У Цзянь вдобавок обхватил голову руками:
— Голова кругом...
— Да как мы их найдём? — взмолилась Цзян Шуанмэй. — Локация огромная, туман кругом — зги не видать!
— Как бы там ни было, — вмешался Сэ Чжицзинь, — ваши споры нас ни на шаг не приближают к делу. Мы уходим отсюда или нет?
Все смолкли, переведя взгляд на туман за окнами. Он неумолимо наступал.
— Если Финальный кошмар — это кульминация противостояния людей и ИИ, — задумчиво произнесла Е Лань, — то туман — это защитный механизм Главного разума, верно?
— Но почему в кошмаре, а не в самой башне? — спросила Фэй и тут же добавила: — Кошмар — это воспоминания выживших о конце света... Почему именно здесь можно остановить ИИ?
— Потому что в этом временном отрезке ИИ находился на стадии разработки? — выдвинул догадку У Цзянь.
Исполнители переглянулись.
— Значит, ключевая точка укрыта где-то в тумане, — заключила Е Лань. — Там, где ИИ пытаются скрыть. Нам нужно добраться туда и сорвать проект.
— Но кошмар — это же не путешествие в прошлое... — пробормотала Цзян Шуанмэй.
Сэ Чжицзинь устало потёр переносицу. Половины из их речей он не понимал, но отстранённо заметил:
— Почему бы просто не найти этих разработчиков и не спросить, как вырубить вашу железяку?
Сказал — и сам замер.
— Точно! — в один голос воскликнули остальные.
Они привыкли считать НЭ нерушимым богом. Но ИИ внутри сюжета — совсем другое дело. И если отключить сюжетный ИИ... что станет с самим Главным разумом?
— Опять нам против НЭ идти... — вздохнула Фэй.
— Надо же хоть что-то делать! — возразил У Цзянь. — Не сидеть же сложа руки, как говорил Сюй Бэйцзинь. На шару выскочить не выйдет.
— Права, — кивнула Фэй.
— С чего начнём поиски? — задумалась Е Лань. — С места, где туман появился впервые?
Они с У Цзянем одновременно повернулись к Сэ Чжицзиню.
— Под моими окнами?! — изумился тот.
— Ну, про первое проявление тумана я узнал именно от тебя, — пожал плечами У Цзянь.
Сэ Чжицзинь нервно хмыкнул:
— Не знал, что в нашем жилом комплексе клепали божественный ИИ...
Звучало дико, но остальные приняли эту зацепку и принялись прокладывать маршрут. Сэ Чжицзинь решил молчать. В конце концов, пусть лучше эти психи действуют, чем ждут смерти в тихом уголке.
«Ждать смерти в безопасном месте...»
В этот миг перед глазами Сэ Чжицзиня промелькнули смутные образы: он и кто-то ещё в тёмном, гнилом месте... цепляются за жизнь, но всё равно обречены.
Он встряхнул головой. Что ж, пусть будет так.
— Пелена собьёт нас с пути, — напомнила Е Лань.
Фэй и Цзян Шуанмэй подтвердили:
— Без ориентации мы пропадем.
Тогда У Цзянь вытащил из рюкзака ноутбук, который таскал с собой.
— Карта вряд ли спасёт, но встроенный компас сработает!
— Отличная идея, — поддержал Сэ Чжицзинь.
Исполнители мгновенно собрались.
* * *
Сюй Бэйцзинь наблюдал за ними через экран трансляции. Он подключался не с самого начала разговора, но увидел главное: они догадались о различиях между Сэ и НЭ и направились к цели. Это наполняло его гордостью.
Он не мог выложить им всю правду — резкое ключевое слово могло разбудить спящий Главный разум. Сюй Бэйцзинь надеялся, что к моменту пробуждения НЭ ситуация станет необратимой.
— Осталось всего пять метров, — произнёс стоящий рядом Линь Цинь.
Сюй Бэйцзинь поднял взгляд. Серый туман — программа самоуничтожения игры — подступил вплотную к их убежищу. Пространство между Узкой башней и пеленой сжалось до крошечного пятачка.
А в густой дымке предчувствием распада уже прорисовывался туманный силуэт невидимой двери.