Какой же образ на самом деле отведен У Шэню, хозяину этой лавки кукол?
Увидев через окно трансляции, как мужчина внезапно сел на кровати и с мрачной ухмылкой уставился на исполнителей заданий, Сюй Бэйцзинь невольно задался этим вопросом.
Судя по имеющимся сведениям, перед ними был отец, без памяти любящий свою дочь. И на этом, казалось бы, всё: каждый его поступок, каждое слово неизменно вращались вокруг маленькой У Сяочунь.
Разбавляли эту картину лишь бесконечные распри с бывшей женой.
В письмах хозяйка лавки клеймила У Шэня безумцем — человеком, который любил свои куклы куда сильнее, чем жену и собственного ребенка. В дневниках же и записках самого У Шэня она представала деспотичной и жестокой матерью, чьи дикие выходки попросту вынудили девочку сбежать из дома.
Кому из них верить? Чьи слова правдивы?
Глядя на нынешнее поведение кукольника, все трое исполнителей заданий не сговариваясь склонились к правоте хозяйки.
Прежде У Шэнь убивался от горя и отчаяния из-за пропажи дочери, но стоило заговорить об этом напрямую, как он вдруг мерзко захихикал... Что за дикая реакция? Он действительно сошел с ума?
Столь разительный контраст заставил девушку с конским хвостом и очкарика одновременно подумать об одном психическом расстройстве — раздвоении личности.
В медицине это именовалось диссоциативным расстройством идентичности — термин витиеватый и сложный, но его обиходное название понятно каждому.
«Раздвоение личности... Неужели У Шэнь и впрямь псих?»
Пошатываясь, У Шэнь поднялся с кровати. Склонив голову набок, он окинул троих гостей мутным взглядом:
— Вы пришли искать мою дочь... Хе-хе... Сяочунь... Сяочунь...
— У тебя есть какие-то зацепки? — осторожно поинтересовалась девушка с хвостом.
У Шэнь уперся руками в бока и подался вперед. Движения его были пугающе одеревеневшими, неестественными:
— Нет, нет... Ей сейчас наверняка хорошо... Очень хорошо... Нет, постой, осталось еще одно дело... Всего одно... Сяочунь, хе-хе, Сяочунь...
От его бессвязного, лишенного всякой логики бормотания девушка с хвостом нахмурилась.
Мужчина в очках потребовал ответа напрямик:
— Что ты несешь? С чего бы Сяочунь радоваться? Где она сейчас?
У Шэнь резко повернул голову к нему и, процедив сквозь зубы каждое слово, зашипел:
— Сяочунь... точно... будет счастлива! Папа сделал то, что обещал ей в тот день... Хе-хе, папа всё сделал...
Он замахал руками, задергался в лихорадочном подобии пляски, переполненный маниакальным восторгом:
— Сяочунь точно обрадуется! Стоит ей только увидеть, что папа для нее сотворил... Сяочунь... — Но восторг тут же сменился жалобным, сдавленным всхлипом: — Вот только... Сяочунь... ах, Сяочунь еще ничего не видела...
— Что именно ты ей обещал?
Кукольник резко замер:
— То, что папа обещал своей Сяочунь.
— Но что именно?! — продолжала допытываться девушка.
У Шэнь повернул голову с механической дробностью шарнира, будто марионетка. Он уставился на девушку остекленевшими, безжизненными зрачками, от взгляда которых мороз пробегал по коже.
— Сяочунь хотела самое совершенное в мире...
На этом слове он осекся.
Он скривился от неподдельного ужаса. Исполнители заданий невольно отшатнулись от столь жуткой перемены. О чем он вспомнил? Что могло так до смерти его напугать?
Чего же «самого совершенного в мире» хотела У Сяочунь?
Девушка уже открыла рот, чтобы вытянуть из него ответ, но в ту же секунду из горла У Шэня вырвался глухой клокот. Кукольник побагровел, закатил глаза и рухнул на пол без памяти.
— Да твою же мать! — в бешенстве выкрикнула девушка с хвостом. — Ну почему каждый гребаный раз всё обрывается на самом важном месте?!
Во время недавнего погружения в воспоминания У Шэня они прожили события того злополучного дня вплоть до момента, когда тот собрался спуститься на первый этаж — и видение прервалось. Теперь же всё повторилось: обморок настиг кукольника ровно перед ключевым словом.
Мужчина в очках напряженно рассуждал:
— Самое совершенное... что?
— Маму? — ляпнул спорщик. — Разве не говорили, что хозяйка дурно обращалась с ребенком?
Очкарик саркастично усмехнулся:
— А почему не папу?
Девушка с хвостом глубоко вздохнула:
— Вам не кажется, что для шестилетней девочки это слишком сложная претензия к родителям?
— Ну, нынешние дети... Хотя ладно, твоя правда, — махнул рукой спорщик. — Может, она просто выпрашивала какую-нибудь игрушку или сладости.
— Но прозвучало слово «совершенный», — возразил очкарик. — Разве к сладостям или игрушкам применимо такое определение?
— Эй, мужик, ты чего ко всему цепляешься? Ты тут за спорщика, что ли?
Мужчина в очках лишь закатил глаза.
— Заткнитесь оба! — раздраженно оборвала их девушка. — Давайте сведем вместе всё, что успели узнать.
На валяющегося без чувств У Шэня никто даже не взглянул — сейчас было не до него.
— Судя по словам У Шэня, он исполнил обещанное, но Сяочунь этого так и не увидела, — продолжила девушка. — Выходит, он закончил задуманное уже после ее исчезновения?
Потерев подбородок, очкарик развил мысль:
— Но при этом он упомянул, что осталось еще одно незаконченное дело... Не имел ли он в виду, что должен как-то показать дочери результат?
Спорщик перевел ошалелый взгляд с девушки на очкарика и развел руками:
— Вы тут в шарады играете, что ли?
Девушка тяжело вздохнула:
— Похоже на то...
Зрители на стриме синхронно взвыли в комментариях:
«Мозги закипают...»
Знаток детективов написал:
«Мы точно упустили какую-то важную деталь».
«Само собой, упустили, — подумал Сюй Бэйцзинь. — Точнее, ключевые улики всё еще скрыты от глаз».
Беда заключалась в том, что никто даже не догадывался, что именно они ищут. Блуждать впотьмах в поисках верного направления в этом кошмаре было чертовски сложно.
В комнате на втором этаже лавки кукол девушка с хвостом снова не сдержала разочарованного вздоха:
— Насколько я помню, истинную концовку в этом кошмаре еще никто не закрывал. Действительно сложный уровень.
— Да бросьте, после таких-то выкрутасов уже очевидно, что У Шэнь убил девчонку! — нетерпеливо бросил мужчина в очках.
Девушка резко повернулась к нему, вперив в него пронзительный взгляд:
— Что именно тебе известно?
Очкарик опешил:
— В смысле?
— Ты сказал: «У Шэнь убил У Сяочунь», — отчеканила она каждое слово. — Откуда у тебя эта мысль? Почему ты вообще так уверен, что девочка мертва?
Тот осекся, не найдясь с ответом.
— Когда мы вдвоем пытались прощупать У Шэня, ты уже ляпнул нечто подобное: «Никогда бы не подумал, что он способен поднять руку на собственную дочь». С чего такая уверенность, что виновен именно У Шэнь? Почему подозрение не пало на хозяйку лавки?
Подавив волнение, очкарик попытался придать голосу непринужденность:
— Да потому что он подозрительный донельзя! У мужика явно крыша поехала, почему бы ему не прикончить девчонку?
— Но его безумие могло стать следствием шока от ее пропажи.
Девушка сделала шаг вперед, не сводя с него глаз, и мужчина невольно отвел взгляд.
— Ты сам говорил, что у внезапного обрыва воспоминаний есть две причины, — продолжала давить она. — Первая: сильнейший шок стер из памяти У Шэня всё последующее. Вторая: он сам расправился с ребенком и не пожелал показывать нам содеянное.
— Верно! — уцепился за свои слова очкарик. — Я склоняюсь ко второму варианту. Он с самого начала выглядел виновным!
— Вот только во время погружения в память У Шэнь нас в упор не замечал! Он даже не подозревал о нашем присутствии. С какой стати ему скрывать свои действия от тех, кого для него попросту не существует?!
Мужчина застыл, лишившись дара речи.
Девушка холодно усмехнулась:
— Твои выводы изначально строились на предубеждении, будто У Шэнь — убийца.
Очкарик опустил голову, храня гробовое молчание.
— Эти три нестыковки шиты белыми нитками, — произнесла она, слегка смягчив тон. — Мы пока еще в одной команде. Надеюсь на твою честность: выкладывай, что тебе известно и почему ты с такой уверенностью твердишь об убийстве?
Внезапный выпад девушки ошарашил не только ее спутников, но и зрителей стрима вместе с самим Сюй Бэйцзинем.
Знаток детективов в чате эмоционально выдал:
«А ведь верно! Черт побери, этот очкарик и меня сбил с толку! В его логике огромная дыра!
В воспоминаниях кукольника было ясно видно, что он не воспринимает исполнителей заданий. Как он мог оборвать видение из желания скрыть правду от тех, о чьем существовании даже не догадывался? Чушь собачья!»
«Теперь понятно, этот тип реально мутный. С чего он вообще взял, что У Шэнь — убийца?»
«Сестренка с хвостом просто богиня! Красотка!»
«Эм... у меня тут мысль возникла. Если у стримера особый статус, может, очкарик тоже непрост? Вдруг он еще на входе в кошмар получил скрытую инфу или вообще сразу узнал имя убийцы?»
«Вполне возможно, но вряд ли ему слили всю правду — это было бы слишком читерно».
«Ага, сто пудов есть ограничения. Вон стример со старта владел кучей сведений, а толку? До сих пор бревно бревном, только за счет нашего детективщика и вывозит».
«Разве в играх это называется "вывозить"? — мысленно хмыкнул Сюй Бэйцзинь. — Это зовется... пассивной победой! К тому же в этом кошмаре мне просто пока не представилось случая проявить себя».
В глубине души он раздосадованно решил, что при первой же возможности покажет класс — вечно сносить насмешки зрителей было выше его сил. Впрочем, при всем буйстве внутренних эмоций он сохранял абсолютную невозмутимость.
На экране трансляции очкарик после затянувшегося молчания всё же решил расколоться:
— Еще до входа сюда, в лавке кукол Узкой башни, я нашел карту предметов...
Глаза девушки азартно блеснули. Она приготовилась внимать каждому слову, как вдруг приоткрытая дверь в комнату предательски скрипнула.
Исполнители заданий синхронно обернулись к порогу и застыли в ужасе: в комнату мелкими шажками входила кукла девочки в красном платье.
— Черт! Какого хрена она опять здесь?!
Грязно выругавшись, девушка с хвостом инстинктивно попятилась, лихорадочно озираясь по сторонам в поисках выхода или укрытия.
Но было слишком поздно.
— Глазки, — проскрежетал фарфоровый голосок. — Я хочу... глазки.
В следующее мгновение кукла вскинула короткие ручки. Ее пальцы неестественно вытянулись, расщепились на острые спицы и с пулевой скоростью метнулись вперед.
Острия с мерзким чавканьем вонзились в глазницы всех троих.
Пока брызгала горячая кровь, каждый из них успел услышать, как отчаянно и гулко заколотилось их собственное сердце — прежде чем затихнуть навсегда.
Кошмар вновь перезапустился.