Лян Синъи производил впечатление законченного дурака.
В нём уживались нелепая педантичность, беспомощность и самое настоящее безумие. То, что он совершил, любого нормального человека повергло бы в ужас, но сам он действовал буднично — словно у него просто не было иного выбора. При этом о последствиях он не задумывался вовсе, свято веря, что его заветное желание просто обязано исполниться.
Только под перекрёстным допросом Му Цзяши до добряка дошло: в программу искусственного интеллекта следовало встроить хоть какой-то предохранитель.
Откуда вообще у него взялась уверенность, что мозг Лян Чжии сработает и проснётся в виртуальной среде? Подтверждений не было, но он слепо верил в успех.
К счастью, совсем уж конченым идиотом он не был — в код написанного им ИИ он всё же заложил жёсткий алгоритм.
Му Цзяши с огромным трудом уловил суть из его сбивчивых, путаных объяснений:
— То есть ИИ постоянно воздействует на мозг Лян Чжии, пытаясь заставить его очнуться?
— Да! — Лян Синъи закивал с отчаянным усердием. — Брат обязательно проснётся!
Му Цзяши едва не задохнулся от возмущения. Сдержав грянувшее было проклятие, он процедил сквозь зубы:
— И какой от этого толк?! Проблема как раз в том, что он ДО СИХ ПОР не проснулся!
Лян Синъи опешил. Спустя мгновение он пробормотал — с такой жалкой интонацией, что у любого сжалось бы сердце:
— Но... но я ведь думал, что брат очнётся...
— Да мне плевать, что ты там думал! — Му Цзяши не сдержался и рявкнул на него, после чего глубоко выдохнул, пытаясь взять себя в руки.
Шэнь Юньцзюй слегка коснулся его плеча. Эта больница действительно исподволь влияла на эмоции — и положительные, и отрицательные всплески здесь ощущались куда острее.
Постепенно взяв себя в руки, Му Цзяши тихо произнёс:
— Я в порядке...
На какое-то время в третьей операционной воцарилась тишина.
Лян Синъи замер, бережно прижимая к груди стеклянный сосуд, и смотрел перед собой полностью померкшим взглядом.
Му Цзяши, всё ещё раздражённый бестолковостью собеседника, молчал. Шэнь Юньцзюй напряжённо размышлял о чём-то своём.
В итоге паузу нарушила Гадалка:
— Скажи, а какую функцию изначально должен был выполнять созданный тобой искусственный интеллект?
Лян Синъи просиял. Вопрос явно попал в цель: заикаясь и путаясь, он вывалил ворох узкоспециализированных терминов. Впрочем, быстро сообразив, что перед ним не IT-специалисты, он попытался объяснить проще:
— Это система... в основном заточенная под автоматизированное управление.
— Автоматизированное управление... — протянул Му Цзяши. — Значит, в итоге эта программа и превратилась в Управляющего Узкой башней?
Шэнь Юньцзюй нахмурился:
— Мне кажется, эта структура скорее напоминает управление промышленным производством, а не... организационную систему общества.
Они снова воззрились на Лян Синъи.
Тот опять принялся защищаться сложным профессиональным сленгом, но было очевидно: объяснить трём Исполнителям практическую пользу своего детища он не в состоянии. Слишком специфическая область.
Му Цзяши произнёс с ледяной угрозой:
— Мы попусту тратим время.
Лян Синъи от такого тона сжался и испуганно вытаращился на него.
Шэнь Юньцзюй немного помолчал и наконец озвучил вопрос, который давно его беспокоил:
— Твой искусственный интеллект... можно как-то отключить?
— Отключить? — Лян Синъи вздрогнул. — Зачем его отключать?
Шэнь Юньцзюй обменялся быстрым взглядом с Му Цзяши — тот тоже подхватил эту мысль и на мгновение задумался.
— Лян Чжии в будущем так и не очнулся, — абсолютно невозмутимо начал забивать голову учёному Шэнь Юньцзюй. — А ИИ захватил полный контроль. Ты всего лишь связал систему с мозгом своего брата, но это не значит, что они стали единым целым, верно?
Лян Синъи открыл рот, собираясь возразить, но Шэнь Юньцзюй не дал ему вставить слова:
— А значит, если обесточить или отключить ИИ, твой брат вполне может прийти в себя.
Лян Синъи выглядел абсолютно оглушённым. Он долго и заторможенно смотрел на Шэнь Юньцзюй, после чего с трудом вытолкнул из себя:
— Есть... есть один способ.
— Какой?
— Программа, — выдохнул Лян Синъи. — Изначально этот ИИ невозможно отключить извне, если только не достать его исходный код. Но вы... вы вряд ли его найдете. Исходный код остался у меня, а вы ведь пришли из будущего... В общем, обычным путём это сделать нельзя. Но позже, дописывая алгоритмы, я подумал... Я ведь создал его только ради того, чтобы вернуть брата. И если брат так и не проснётся, то в существовании этого ИИ больше нет никакого смысла.
Голос его звучал надрывно и глухо.
Трое Исполнителей переглянулись. Кажется, каждый из них понял, к чему всё идёт.
— Ты имеешь в виду, — уточнил Му Цзяши, — что после определённого количества неудачных попыток разбудить твоего брата ИИ отключится автоматически?
Лян Синъи долго молчал, а затем медленно кивнул:
— Об этом никто не знает. Я никому не говорил.
Шэнь Юньцзюй тихо хмыкнул. Он был поражён тем, что лазейка для отключения действительно существует, но одновременно ощутил приступ глухой ярости.
Искусственный интеллект Узкой башни рано или поздно отключится сам!
А что станет с людьми, которые всё это время живут под его защитой? О них кто-нибудь подумал?!
Какое право имел Лян Синъи единолично принимать такое решение? Понимал ли он вообще, что его разработка станет единственным оплотом выживания человечества в Узкой башне? Понимал ли, что его эгоистичная строчка кода обрекает на гибель тысячи душ?
Пусть всё это происходило в рамках игрового сценария, Шэнь Юньцзюй почувствовал почти осязаемую боль и горечь.
Лян Синъи был безумен. И только из-за своего безумия он мог поступить подобным образом.
Решив, что без брата этот мир и созданный ИИ не имеют ценности, он попросту вычеркнул из уравнения судьбы остальных людей. Его больше не волновало, в какую бездну рухнут выжившие.
Он полностью лишился эмпатии.
Но почему он сошёл с ума? По собственной воле?
Нет. Виной всему был Конец Света.
В обычной жизни тоже встречались люди, чья психика ломалась из-за болезней или травм, заставляя совершать жуткие вещи. Но после Апокалипсиса безумие приняло масштабы эпидемии, погрузив всё общество в хаос.
Взять хотя бы предателя из того Лабиринта... Ради чего он предавал человечество? Что им двигало? Этого не мог понять даже его собственный учитель.
Когда безумие охватило весь мир, судьба людского рода оказалась предопределена. И то, что единственным защитником остатков человечества стал ИИ, которому суждено отключиться, казалось невероятно злой и ироничной шуткой.
Му Цзяши зажмурился на мгновение и спросил:
— Сколько? Сколько неудачных попыток должно произойти, прежде чем он отключится?
— Тысяча двадцать четыре в степени одна тысяча двадцать четыре, — вяло пробормотал Лян Синъи. — После такого количества ошибок программа заблокируется автоматически.
У Му Цзяши дёрнулся уголок губ.
И как, спрашивается, им проверить, сколько раз ИИ уже потерпел неудачу? Это же астрономическая цифра!
— Вручную его не остановить, — продолжал Лян Синъи, словно не замечая закипающего гнева Исполнителя. — Если только...
— Если только что?
— Если только вы не найдете место, где хранятся исходные коды ИИ в вашем времени.
— Исходные коды? — машинально переспросил Му Цзяши и тут же добавил: — Но ты сам не знаешь, где они будут находиться...
Лян Синъи покачал головой.
Сейчас исходник лежал на его компьютере — в этом времени ИИ даже ещё не был окончательно собран! Но что произошло потом? Когда создание Лян Синъи превратилось в Управляющего Узкой башней, куда переместились эти данные?
Му Цзяши горько усмехнулся и тяжело вздохнул:
— Похоже, перед нами очередная невыполнимая миссия...
Найдя Лян Синъи, они действительно получили кое-какие зацепки. К примеру, они могли попытаться разбудить мозг Лян Чжии. Или отыскать исходники ИИ. Любой из этих путей сулил выход из тупика.
Вот только... неужели это вообще реально выполнить?! Кабы они знали, где искать исходный код, или умели оживлять погружённый в коматозное состояние мозг, они бы разве оказались в таком положении?!
До того как шагнуть в этот Финальный кошмар... нет, до того как войти в эту больницу, они даже не подозревали о существовании никакого Лян Чжии!
Выходит, они проделали огромный путь и гигантскую работу лишь для того, чтобы уткнуться в очередную глухую стену?
Психику Му Цзяши вновь накрыла волна апатии и безысходности. Но на сей раз его взгляд оставался холодным и собранным — выработанная стойкость не позволяла поддаться унынию. В стенах этой проклятой больницы собственные эмоции лишь мешали здраво мыслить, а значит, с ними следовало бороться.
Му Цзяши крепко зажмурился, справляясь с приступом тоски.
Его спутники тоже погрузились в мрачное молчание.
Лян Синъи смотрел на них с робким испугом. В этом забитом чересчур нервном человечке не было ничего от великих деятелей, но сделанное им потрясло основы целого мира.
Му Цзяши не выдержал и снова вздохнул:
— Ты — создатель этого проклятого ИИ.
— Д-да... — заикаясь, подтвердил Лян Синъи.
— И ты понятия не имеешь, как его теперь выключить! — в голосе Му Цзяши зазвенела сталь.
Лян Синъи открыл рот, но так и не нашёл, что ответить. В конце концов на его лице отразилось такое отчаяние, будто он вот-вот расплачется:
— Я... я правда не знаю... Я просто собирал программу по шагам... По привычному стандарту...
— Постой, — вдруг перебила его Гадалка. — Ты сказал: «по привычному стандарту»?
Остальные трое удивлённо уставились на неё, не понимая, к чему она клонит.
Лян Синъи растерянно кивнул.
Гадалка чеканила каждое слово:
— Три закона робототехники?
— Ну... да, — недоумённо пролепетал Лян Синъи. — Я заложил их в базу... ИИ не может причинить вред человеку или допустить, чтобы человеку был причинён вред... Он обязан повиноваться указаниям человека, если только они не противоречат Первому Закону... И должен заботиться о своей безопасности, пока это не противоречит Первому и Второму Законам...
Заметив, как темнеют лица стоящих перед ним людей, он испугался ещё сильнее.
— Что такое?.. — забормотал он, дрожа. — Я правда... я всё сделал точно по инструкции...
Он окончательно сбился и лишь переводил растерянный взгляд с одного Исполнителя на другого.
Шэнь Юньцзюй поражённо выдохнул:
— Но этот ИИ на корню нарушает первые два закона! Он вышвырнул безумцев за пределы Узкой башни — а это прямое причинение вреда и обречение людей на гибель! И если бы он подчинялся приказам человека, разве Финальный кошмар развивался бы по такому сценарию? Попроси мы его выключиться — и он бы просто выключился?! Но игра устроена совершенно иначе!
Му Цзяши подвёл суровый итог:
— Очевидно, абсолютным приоритетом для ИИ является защита всей Узкой башни и сохранность людей внутри неё. И эта директива перекрывает даже Три закона робототехники.
— Выходит, — тихо произнесла Гадалка, — он в первую очередь Управляющий Узкой башней, и только потом — искусственный интеллект.
Му Цзяши на мгновение умолк, после чего процедил сквозь зубы:
— Чёрт бы побрал... Какому психопату вообще пришло в голову сделать эту программу Управляющим?!
И теперь им приходится сражаться ещё и с НЭ!
В третьей операционной вновь воцарилась звенящая тишина.
* * *
В то же самое время в Узкой башне Сюй Бэйцзинь перевёл взгляд на панель управления, расположенную под рукой.
Линь Цинь поинтересовался:
— Что там? На этой панели...
Сюй Бэйцзинь тихо пробормотал:
— Возможно, отсюда получится узнать, сколько именно попыток уже предпринял Сэ?
Это было лишь предположение.
Данная панель отражала полномочия НЭ в рамках игры, но, если разобраться, содержала и административный доступ ИИ к управлению самой Узкой башней. А попытки пробудить мозг Лян Чжии вшиты в его код как фундаментальный инстинкт.
Сюй Бэйцзинь рассчитывал найти среди системных данных строку цифр, демонстрирующую, сколько попыток осталось до автоматической блокировки ИИ.
С другой стороны, его терзали сомнения: позволил бы НЭ взглянуть на эти данные? Ведь они затрагивают самую суть жизни искусственного интеллекта. К тому же, даже найдя нужный счетчик, они увидели бы поистине гигантскую, практически недостижимую цифру.
Разве в их силах искусственно подтолкнуть Сэ к тому, чтобы тот нарастил частоту попыток?
Сюй Бэйцзинь не видел ни одного решения. Это лежало за пределами их возможностей. Да и кто знает, где именно в Узкой башне спрятан мозг Лян Чжии? На самом верхнем этаже? Скрыт в тайниках НЭ? Или... вовсе уничтожен? Пусть Сэ не пошёл бы на такое, но от НЭ можно было ждать чего угодно.
К тому же...
Сюй Бэйцзинь добавил:
— Впрочем, даже если мы не узнаем точное число, рано или поздно Сэ всё равно будет заблокирован. И тогда... мы сможем просто воспользоваться плодами этой ошибки.
Линь Цинь с лёгким недоумением посмотрел на него:
— Воспользоваться плодами?
— Ну да. Рано или поздно Сэ отключится, и мы окончательно вырвемся из-под власти НЭ, — объяснил Сюй Бэйцзинь. — В этой игре НЭ и Сэ стали единым целым. Нам нужна цепная реакция... Чтобы НЭ хотя бы на одно мгновение полностью потерял контроль и завис. Это даст нам шанс. Но сейчас этот шанс придётся создавать своими руками — времени ждать естественного финала просто нет.
Линь Цинь ненадолго задумался, но вместо обсуждения «удачного момента» спросил совсем о другом:
— Если НЭ отключится, это как-то навредит тебе?
— Мне? — Сюй Бэйцзинь на секунду замешкался. — Нет. Я отличаюсь от НЭ. Если НЭ уйдет в глубокий анабиоз, его административные права перейдут ко мне.
Линь Цинь наклонил голову набок:
— А сейчас? Сейчас разве не так?
— Сейчас... — Сюй Бэйцзинь кинул беглый взгляд на серый туман за окном. — Лян Чжии всё ещё не проснулся. Проще говоря, я не получил полный доступ к функционалу НЭ.
Это можно было назвать противостоянием человеческого разума и искусственного интеллекта. По замыслу Лян Синъи, приоритет Лян Чжии должен перекрывать любые команды самого ИИ. Будучи «актёром», исполняющим роль мозга Лян Чжии, Сюй Бэйцзинь вполне мог забрать эти права себе — в противоположность тому поражению, которое он потерпел, впервые став НЭ и Сэ.
Но пока мозг Лян Чжии спит, а системный приоритет ИИ не перехвачен, Сюй Бэйцзинь оставался ограничен в возможностях.
Линь Цинь понимающе кивнул:
— Значит, наша главная задача — разбудить мозг Лян Чжии?
Сюй Бэйцзинь не совсем понял, почему Линь Цинь так резко вернулся к этой теме, но всё же подтвердил: да, на сегодняшний день это казалось самым коротким путём.
— Но ты ведь говорил раньше, что для прохождения Финального кошмара и получения истинной концовки игры каждый человек должен сделать осознанный выбор? — уточнял Линь Цинь. — Почему теперь достаточно просто разбудить Лян Чжии?
Сюй Бэйцзинь замер, выстраивая логическую цепочку:
— Да, ты прав. Финальная концовка игры — это противостояние людей и ИИ Узкой башни, где перед человеком встаёт выбор: отключить систему или оставить всё как есть. Изначально я ничего не знал о братьях Лян Чжии и Лян Синъи. Возможно, их добавили в сюжет уже после того, как я попал сюда, и игра получила обновление...
Сюй Бэйцзинь ненадолго ушёл в себя, гадая, хорошим или плохим знаком было это обновление. Но затем предпочёл отложить мысли об этом:
— Сейчас перед нами два пути. Первый — разбудить Лян Чжии или выключить Сэ... Словом, решать проблему через историю этих братьев. Сделать так, чтобы полномочия Лян Чжии перекрыли код ИИ, вернув управление Узкой башней и игрой людям... Тогда наша цель будет достигнута. А второй путь... тот, о котором я говорил изначально...
Сюй Бэйцзинь досадно вздохнул и сжал виски.
Стоило им шагнуть в Финальный кошмар, как одна за другой начали всплывать всё новые переменные. Ситуация закручивалась в тугой узел, и прямо сейчас он не мог с уверенностью сказать, как лучше поступить.
Линь Цинь спросил:
— А что требуется для первого способа?
— Как минимум, не нужно искать Лян Синъи, — ответил Сюй Бэйцзинь. — Зато нужно отыскать другую группу людей.
— Кого?
— Тех, кто изначально назначил ИИ по имени Сэ Управляющим Узкой башней. Понять, как они это сделали, а потом отнять у ИИ административные права. Это можно сделать активным путём... или пассивным. Если эти люди прислушаются к моему совету и будут сохранять рассудок внутри Кошмара, мы тоже сможем добиться желаемого. Но...
Сюй Бэйцзинь бросил взгляд на числовой индикатор на панели управления.
Там отображалось количество людей, всё ещё сохраняющих ясный ум в Финальном кошмаре.
Примерно пятая часть от общего числа вошедших. Цифра существенно просела, но это было не смертельно. Ведь те, кто погрузился в безумие, непрерывным потоком возвращались обратно в Узкую башню через двери в сером тумане.
Соседний счетчик, показывающий число погрязших в иллюзиях Кошмара, неуклонно стремился к нулю. Рано или поздно наступит момент, когда в Кошмаре не останется ни одного безумца.
Линь Цинь порассуждал немного и заметил:
— Похоже, вариант с Лян Синъи куда надежнее и решает проблему раз и навсегда.
Если найти Лян Синъи, ИИ можно будет отключить напрямую. А если идти через вторую группу людей — придётся лишать ИИ прав на управление башней. По сути, им снова предстоит вступить в схватку за административный доступ, как тогда, когда Сюй Бэйцзинь только примерял эту личность. Они не могли позволить врагу удержать контроль над Узкой башней. А поскольку НЭ и Сэ слились воедино, контроль над башней автоматически означал контроль над всей игрой.
За эту власть следовало бороться до конца.
Сюй Бэйцзинь соглашался с логикой Линь Циня: разбудить Лян Чжии и забрать права напрямую куда предпочтительнее, чем оставить систему ничьей.
— Вот только... — с досадой выдохнул Сюй Бэйцзинь, — сейчас я могу перехватывать лишь часть полномочий НЭ, пока тот спит. А как забрать их полностью... пока звучит как сказка.
Линь Цинь с любопытством спросил:
— И правда нет никакого способа разбудить мозг Лян Чжии?
— Искусственный интеллект совершил бесчисленное множество попыток... Постой, — Сюй Бэйцзинь внезапно замер. — Бесчисленное множество попыток? И за всё это время мозг Лян Чжии ни разу не подал признаков жизни? Если Сэ пытается разбудить его непрерывно, то одна тысяча двадцать четыре в степени одна тысяча двадцать четыре — не такое уж нереальное число... Мы ведь провели в этой игре столько лет...
Линь Цинь внимательно посмотрел на него:
— О чём ты думаешь?
— В этой игре есть несколько разветвлений сюжетных концовок, — пробормотал Сюй Бэйцзинь. — Не две, а больше... Как минимум три: сохранить статус-кво, отключить ИИ совсем или оставить ИИ, но лишить его прав Управляющего.
— Это отражает разное отношение людей к искусственному интеллекту?
— Да! Именно так! — воодушевлённо отозвался Сюй Бэйцзинь и снова погрузился в мысли. — Мозг Лян Чжии... Мозг Лян Чжии олицетворяет позицию человечества по поводу власти над Узкой башней.
Линь Цинь хлопал ресницами, слушая его:
— Выходит, если абсолютно все люди единодушно решат отнять у Сэ власть над башней, мозг Лян Чжии проснется сам собой?
— Вполне возможно, что Сэ давно совершил нужное количество попыток, но не отключился, потому что Лян Чжии уже очнулся! — с жаром высказал догадку Сюй Бэйцзинь. — Лян Синъи был свято уверен в пробуждении брата. Что, если расчет этого безумца сработал? Если Лян Чжии давно очнулся, почему серый туман висит над нами все эти годы? Потому что... потому что главной директивой Сэ остаётся защита людей и управление башней! Возможно, ИИ посчитал, что передача власти Лян Чжии поставит выживание человечества под угрозу. А безопасность людей выше Трех законов и любых иных алгоритмов! И поэтому Сэ искусственно усыпил Лян Чжии снова. Вот почему туман никуда не исчез!
Сюй Бэйцзинь еще раз прокрутил эту мысль в голове и вдохновенно прошептал:
— Да... Да! Всё сходится!
Он порывисто обернулся к Линь Циню. Тот смотрел на него абсолютно чистым, доверчивым взглядом.
— А значит, эти два пути не исключают, а дополняют друг друга! — воскликнул Сюй Бэйцзинь. — Нам нужно найти Лян Синъи и одновременно объединить людей! И тогда всё сложится именно так, как мы задумали!
Сюй Бэйцзинь понял, что до этого его рассуждения зашли в тупик. Появление истории братьев вовсе не ломало концепцию, а дополняло картину мира, даруя людям реальный инструмент спасения.
Сохранись в игре лишь первоначальная концовка с лишением Сэ прав, шансы человечества вырваться из Узкой башни оставались бы крайне малы. Но с фигурами Лян Чжии и Лян Синъи на доске люди получали возможность забрать управление в свои руки. Оба этих элемента подпирали друг друга.
Сюй Бэйцзинь не знал, в какой момент разработчики внесли эту ветку в сюжет. В той версии игры, которую он помнил изначально, братьев не было. Возможно, это обновление планировалось давно, но его приберегли для последующих патчей. А может, разработчики из реального мира добавили этих персонажей специально — после того, как кто-то из игроков сумел занять место Сэ...
Причин могло быть множество. Но главное, Сюй Бэйцзинь теперь твердо знал: там, за пределами Узкой башни, во внешнем мире, настоящие люди изо всех сил пытаются их спасти!
От этой мысли с души спал тяжелый камень, а уверенность в успехе побега возросла многократно.
Линь Цинь, хоть и не до конца уловил все технические тонкости, просто доверчиво кивнул.
Сюй Бэйцзинь подался вперёд и нежно поцеловал своего милого «Яблочко» в губы. После чего переключил интерфейс панели управления и системы трансляций, отыскивая нужную группу людей.
И тут же с удивлением обнаружил: кто-то уже добрался до них раньше.