«Дело дрянь, — мысленно запричитал Му Цзяши. — Я только что перечеркнул боссу Линю весь план по ухаживанию за любимым человеком?!»
По выражению лица Сюй Бэйцзиня было очевидно: тот даже не догадывался о чувствах Линь Циня!
«Пропал, точно пропал...» — эхом отзывалось в голове Му Цзяши. И как теперь это исправлять?
К тому же его поразила реакция Хозяина Сюя. Слухи, охватившие весь нижний этаж Узкой башни, обошли стороной самого виновника торжества?!
Да ведь вся башня только об этом и гудела!
Некоронованный властелин нижнего яруса, вознамерившись умаслить предмет своих воздыханий, сгреб со складов едва ли не весь запас напитков. В результате деградировавшие исполнители зашлись праведным гневом, а торговцы товарами первой необходимости оказались на грани финансового коллапса.
Один из таких торговцев был старым знакомым Му Цзяши по временам, когда тот состоял в гильдии наёмников. Он пришел к Му Цзяши с прозьбой стать посредником: мол, пусть Линь Цинь ухаживает за кем угодно, но не устраивает при этом такой разгром.
В награду торговец пообещал Му Цзяши услугу, которой тот мог воспользоваться в любой момент. А Му Цзяши как раз требовалась информация о Су Энья.
Сам торговец о Су Энья ничего не знал, но навел его на другого человека. Му Цзяши спросил, что потребуется для обмена, и тот указал на текущий кошмар — возможно, тот самый Финальный Кошмар, к которому проявлял интерес нужный исполнитель.
Добудет Му Цзяши зацепки или даже Истинные концовки из этого кошмара — и ценные сведения у него в кармане.
Так Му Цзяши и оказался здесь.
Он и подумать не мог, что столкнется с Сюй Бэйцзинем. А раз уж Хозяин Сюй был тут, Му Цзяши решил заодно замолвить слово за знакомого.
Му Цзяши знал, что запасы напитков Линь Цинь получил от Дин И перед её уходом. И то, что эта сделка вызвала такую бурю, вызвало у него лишь глухой вздох.
Дело было даже не в газировке. Настоящей причиной стала огромная ниша, образовавшаяся после ухода Дин И.
Каждый делец зарился на оставленные ею ресурсы и рынок. И хотя большую часть имущества Дин И отписала подчинённым, у неё оставалась огромная база постоянных клиентов. Кому она достанется?
Все ждали от Линь Циня реакции, знака, вектора... решения.
Каждый называл Линь Циня некоронованным королем нижнего этажа, но сам Линь Цинь об этом даже не задумывался. Зато местная братия — меркантильная, хитрожопая и расчётливая — вечно выталкивала его на амбразуру.
Получи кто-нибудь от Линь Циня хотя бы намёк (или то, что они посчитали бы намёком), будто его выбрали доверенным лицом — и этот счастливец мгновенно оперится, нацепит чужие перья и начнет диктовать свои условия.
И ведь шанс у них был. Про Линь Циня все знали две вещи: первое — его боевая сила ломает логику мира, словно баг; второе — мозги у него... кхм, устроены довольно просто.
Словом, подмять Линь Циня под себя и сделать из него живой щит казалось соблазнительной затеей.
Вот только до сих пор никто не получил его одобрения и не смог прикрыться его именем.
Но после ухода Дин И, когда слухи о чьём-то успешном побеге из Узкой башни всколыхнули умы, а вести о Финальном Кошмаре всплыли вновь, у кого-то наконец сдали нервы.
Торговцы, портные, наёмники, перекупщики карт, мелкие воришки... стоящие за ними подземные группировки вознамерились ловить рыбу в мутной воде.
Даже если уйти из башни не выйдет, урвать кусок побольше в общей суматохе — уже благо.
Вот почему к Му Цзяши пришли с просьбой.
Но действительно ли его знакомого волновали эти проклятые напитки?
Му Цзяши отлично понимал подоплёку, и от этого его охватывала глухая тоска. Чёрт возьми, это же Узкая башня!
Почему даже здесь, в смертельной игре на выживание, среди мрака и безнадёги, люди продолжают без устали грызть друг другу глотки?
Человеческая натура неизменна...
В этом кошмаре, когда Сюй Бэйцзинь робко проронил: «Человечество — это лишь грязь на теле Земли», Му Цзяши на мгновение почувствовал глубокое, едкое согласие.
Он тоже считал, что люди — это лишь грязь.
И всё же, подавив эмоции, Му Цзяши заговорил о поручении.
О напитках.
Знакомый лишь помнил, что Му Цзяши когда-то выменял у Сюй Бэйцзиня улику за пару банок сока, вот и попросил замолвить словечко.
Но... кто же знал, что Сюй Бэйцзинь вообще не в курсе чувств Линь Циня!
Му Цзяши замер в тупике.
Нажмёшь дальше — испортишь ухаживания боссу Линю. Отступишь — не выполнишь обещание.
«Да чтоб этот мир сгорел дотла», — с тоской подумал Му Цзяши.
После того как он потерпел сокрушительный крах на верхних этажах, его нервная система совсем перестала держать удар...
А Сюй Бэйцзинь всё ещё пребывал в шоке.
В окне трансляции после вереницы восклицательных знаков рассыпались дружные «ха-ха-ха».
«Я так и знал, что Яблочко неровно дышит к Бэйбэй!!»
«Да это с самого начала было видно!»
«Какая нафиг драка... Он просто хочет затащить Бэйбэй в постель!»
«Яблочко, ты оказался тем ещё фруктиком...»
«Бэйбэй, не давай ему себя совратить! (плачет)»
«Бэйбэй, ты только постарайся победить его в драке! (плачет)»
«Мамочка запрещает тебе заводить роман! Слышишь меня, Бэй?!»
«Посмотрите на лицо Бэйбэй... Ясно, он вообще ни сном ни духом. Ну и тормоз!»
Сюй Бэйцзинь: «...»
Какой ещё тормоз! С чего вдруг Линь Циню в него влюбляться?! Му Цзяши просто несёт несусветную чушь!
Кончики ушей Сюй Бэйцзиня вспыхнули. С трудом овладев собой после первой вспышки смущения, он с наигранным спокойствием произнёс:
— Ты ошибаешься. Линь Цинь ко мне ничего не испытывает.
Му Цзяши сомневаясь смерил его взглядом.
Неужели...?
Он не верил. Сюй Бэйцзинь казался ему невероятно слепым. Впрочем... жители Узкой башни — это в конечном счёте лишь набор игровых данных.
Эта мысль мгновенно прояснила всё в голове Му Цзяши.
Ну конечно! Откуда искусственному интеллекту знать, какие нескромные помыслы могут возникнуть у человека к строчкам кода?
Он посмотрел на Сюй Бэйцзиня со смесью жалости, сочувствия и молчаливого утешения. В его взгляде буквально читалось: «Не бойся, малыш, люди — действительно ебанутая раса».
Сюй Бэйцзинь: «...»
Куда опять завели этого идиота его фантазии?!
Сюй Бэйцзинь едва не заскрежетал зубами от досады.
Сейчас ему хотелось только двух вещей: во-первых, вернуться в реальность и всё выяснить с Линь Цинем; во-вторых, вбить правду в голову Му Цзяши.
Но, пораскинув мозгами, он с горьким отчаянием понял: переубедить ему не удастся ни того, ни другого...
Спустя долгую паузу Сюй Бэйцзинь снова зашагал одеревеневшими ногами к Площади с фонтаном. Промедление недопустимо — Главный Разум уже торопит.
Между ним и Му Цзяши установился молчаливый уговор: Му Цзяши больше не заикается о чувствах Линь Циня, а Сюй Бэйцзинь делает вид, будто ничего не слышал.
... Да и с какой стати Линь Циню в него влюбляться?!
Эта наивная мелкая кочерыжка...?!
У него вообще хватит мозгов на романтику?!
В голове Сюй Бэйцзиня пронеслись сотни вопросов, и каждый из них сводился к абсолютно логичному выводу: кто в здравом уме станет встречаться с таким нетёсаным, назойливым типом, как Линь Цинь?
Уж точно не он, Сюй Бэйцзинь.
Совершенно не осознавая собственного положения, Сюй Бэйцзинь мысленно поставил на себе жирный флаг.
Наконец, взяв себя в руки, Сюй Бэйцзинь спросил:
— Так о чём ты хотел заговорить изначально?
Следовавший за ним Му Цзяши осторожно оглядел его лицо. Ему показалось, что хозяин лавки просто не в силах переварить предыдущую тему и спешно перевёл разговор.
«Очень по-искишному», — подумал Му Цзяши.
Убедившись, что Сюй Бэйцзинь не желает обсуждать чувства босса Линя, он зашёл с другой стороны:
— Дело в следующем... Тогда босс Линь ради того, чтобы подраться с тобой...
На этих словах он невольно запнулся.
Сюй Бэйцзинь: «...»
Ты чего застрял?! Ну подраться, и что?! Говори нормально, не делай таких пауз!
Сюй Бэйцзиню стало жутко не по себе.
Он мысленно проклял всё на свете: «Чёртово Яблочко!..»
Му Цзяши кашлянул:
— Короче говоря, один торговец товарами первой необходимости заключил с ним сделку. Ты в курсе?
Сюй Бэйцзинь на мгновение замер, затем медленно произнёс:
— Дин И?
Му Цзяши удивлённо вскинул брови — он не ожидал, что хозяин лавки знает это имя, — и кивнул:
— Именно. Дин И заключила с боссом Линем сделку...
— Я знаю об этом, — перебил Сюй Бэйцзинь.
Му Цзяши посмотрел на него с ещё большим изумлением: надо же, Линь Цинь деликатничать не стал и доложил ему даже об этом.
Сюй Бэйцзинь лишь мысленно вздохнул: «Вообще-то я видел всё через чат трансляции».
Му Цзяши добавил полунамёком:
— Из-за этой партии напитков... А объём там внушительный, да и сама ситуация на нижнем этаже, сам понимаешь, с ресурсами туго... В общем...
Сюй Бэйцзинь слегка нахмурился:
— Хочешь сказать, это подорвало рынок?
Му Цзяши замешкался. Ему не хотелось вываливать грязь и мелкие козни дельцов, поэтому он лишь намекнул:
— И это тоже. Но главное... Они хотят через историю с напитками наладить канал связи с боссом Линем.
Му Цзяши с тоской осознал, что сейчас смахивает на хитроватого советника при бунтовщиках.
Сюй Бэйцзинь замер.
До него наконец дошёл подлинный смысл туманных фраз Му Цзяши!
Поскольку все кругом решили, будто Линь Цинь без ума от него, дельцы вознамерились действовать через него — пошептать на ухо!
... Сюй Бэйцзинь мысленно скривился. Хоть формулировка звучит сомнительно, суть оставалась именно такой.
Он вздохнул, на его лице отразилась усталость и глухое раздражение.
Так он и знал... Покой окончательно сгинул.
Сюй Бэйцзинь прекрасно знал о делишках нижнего этажа, но совершенно не горел желанием влезать в чужие разборки за ресурсы. Да и Линь Цинь, судя по всему, тоже.
Этот парень каждый день припирался к нему в книжную лавку, то читал, то донимал расспросами про драку... Разве он похож на некоронованного короля, перед которым трепещут исполнители?
Не похож. Но факта это не меняло.
Сюй Бэйцзинь произнёс с равнодушным видом:
— С этим вопросом можете обращаться напрямую к Линь Циню.
Му Цзяши промолчал.
Он действительно питал надежду, что Сюй Бэйцзинь замолвит за них слово. Как-никак, к подобным вещам прислушиваются куда охотнее, когда они исходят от близкого человека.
Вот только Му Цзяши и в страшном сне не мог представить, что у этих двоих ещё всё в стадии неразгаданных намёков! Иначе он бы ни за что не попёрся к Сюй Бэйцзиню.
Поколебавшись секунду, он решительно отрезал:
— Виноват, моя ошибка. Я сам всё переговорю с боссом Линем позже.
Сюй Бэйцзинь сначала кивнул, а затем качнул головой:
— И ещё. Не смей в его присутствии заикаться ни о какой «любви».
Му Цзяши опешил.
Сюй Бэйцзинь судорожно подбирал слова. Он знал, насколько прост мир Линь Циня, знал, что у того нет воспоминаний о Земле, а значит, в вопросах чувств он абсолютный профан.
Если Му Цзяши ляпнет перед ним что-то вроде «босс, ваша любимая половинка из книжной лавки», Линь Цинь может действительно принять это за чистую монету!
Сюй Бэйцзинь меньше всего на свете хотел столкнуться с подобным кошмаром.
А если этот дурень и правда поверит, будто влюблён? А если начнёт ухаживать с тем же упрямством, с каким напрашивается на драку?!
Сюй Бэйцзинь вовсе не считал, что назойливое присутствие этой мелкой кочерыжки рядом — подарок судьбы.
Поэтому он остановился, вперил в Му Цзяши тяжёлый, пристальный взгляд и произнёс с недвусмысленной угрозой:
— Думаю, ты не хочешь, чтобы Линь Цинь узнал о твоём визите ко мне. Так что ни слова перед ним о симпатиях.
Му Цзяши на мгновение впал в ступор, а затем его осенило. Он поспешно закивал:
— Понял, не волнуйся! Я рта не раскрою.
Сюй Бэйцзинь подозрительно смерил его взглядом: ему показалось, что парень снова увёл мысли куда-то не туда. Но они как раз ступили на Площадь с фонтаном, так что расспрашивать было некогда. Он кивнул Му Цзяши и закрыл тему.
А Му Цзяши внутри сгорал от раскаяния.
Ну вот какими судьбами его занесло в личную жизнь этих двоих?!
Если верить Хозяину Сюю, тот не хочет, чтобы Линь Цинь знал об огласке лишь потому... что сам Сюй Бэйцзинь не желает выдавать свою осведомленность!
Они ведь наверняка взаимно влюблены! Просто стесняются признаться, а теперь Сюй Бэйцзинь готовит ответный шаг и не хочет, чтобы Му Цзяши испортил весь сюрприз...
Размышляя об этом, Му Цзяши мысленно накатал целую любовную драму.
Он тяжко вздохнул: ну что ж, выходит, он выступил сводником?
Затем вспомнил подлинное изумление на лице Сюй Бэйцзиня и на секунду усомнился:
«А вдруг Линь Цинь и правда ничего к нему не чувствует?..»
Му Цзяши нахмурился, перед глазами всплыли сцены из книжной лавки и кошмара — и он тут же отбросил глупые сомнения.
Даже не думай! Линь Цинь точно влюблён в Сюй Бэйцзиня! По уши, без памяти влюблён!
Утвердившись в этой мысли, Му Цзяши наконец перевёл дух. Он глубоко вдохнул, выбросил из головы романтическую ахинею и сосредоточился на происходящем перед ними хаосе.
* * *
На Площади с фонтаном в парке аттракционов уже собралась внушительная толпа выживших. Среди них возвышался мужчина среднего возраста, облачённый в чёрную мантию.
Исполнители, разумеется, тоже были здесь.
Сюй Бэйцзинь встал в самом хвосте, а Му Цзяши, как чужак, осторожно пристроился рядом.
Из-за вторжения посторонних выжившие быстро организовались и начали перекличку.
Му Цзяши держался поодаль, поэтому избежал упрёков, а вот Фэй и Коллекционеру повезло куда меньше. Подобно большинству исполнителей, они считали НПС в кошмарах тупыми болванчиками и открыто следовали за мужчиной в мантии.
Теперь их скрутили. Впрочем, они, вероятно, до сих пор полагали, что это лишь обязательная часть игрового сюжета — скриптованная сцена, которую невозможно избежать.
... Вот только в этом кошмаре правила игры казались иными.
Фэй и Коллекционера держали за руки по обе стороны импровизированного помоста на месте старого фонтана. Глядя на оборванных выживших, в чьих глазах бушевал фанатичный, безумный огонь, оба исполнителя невольно застыли.
Ещё трое исполнителей где-то затаились и не показывались.
Му Цзяши, избежавший поимки, чувствовал нарастающую тревогу.
Судя по сказанному Сюй Бэйцзинем, участь схваченных игроков завидной не назвала бы даже самая оптимистичная гадалка. Вполне возможно, их ждала очередная казнь...
Справившись с закипающим раздражением, Му Цзяши уставился на помост, ожидая развязки.
Толпа выживших хранила мертвую тишину, благодаря чему каждое слово мужчины в чёрной мантии отчётливо разносилось по площади.
Му Цзяши опустил религиозный бред и проповеди, о которых ему уже рассказывал Сюй Бэйцзинь. Его волновал единственный вопрос: как эти фанатики поступят с чужаками?
Если решение окажется мирным — возможно, именно в этих людях кроется ключ к разгадке кошмара.
А если их просто убьют... значит, эти сектанты — обычные охотники, очередное препятствие на пути прохождения.
Ведь обычно гибель в кошмаре приводит к его перезапуску. Но если они нещадно уничтожают игроков, какую роль они играют в структуре этого мира?
И тут...
Му Цзяши осенённо вспомнил: в этом кошмаре смерть... кажется, НЕ приводит к перезапуску?
При мысли о той жертве, что шагнула с крыши, по спине Му Цзяши пробежал ледяной холодок.
До сих пор никто не понимал, чем вызваны аномалии этого места.
Не зря прошлые исполнители уходили ни с чем, а по башне поползли слухи, будто этот кошмар — тот самый Финальный.
Му Цзяши слышал эти сплетни, но никогда в них не верил.
Потому что...
Финальный Кошмар в легендах описывался как испытание, пройдя которое, можно навсегда покинуть Узкую башню.
Однако в байках о «человеке, которому удалось выбраться», никогда не упоминалось никакое финальное испытание.
Существует ли Финальный Кошмар на самом деле? Или это... лишь фальшивка, пущенная в оборот алчными дельцами?
Как человек, постоянно контактировавший с торгашами, Му Цзяши сразу же ухватился за эту версию.
Вполне вероятно, что дельцы подкрутили слухи ради собственной выгоды: чтобы распродать карты предметов, разогнать ажиотаж на рынке...
А слух о побеге из башни лишь подлил масла в огонь — умный человек сразу поймёт, где кроется нажива.
Му Цзяши размышлял об этом, даже не подозревая, что человек, первым пустивший слух о существовании Финального Кошмара, прямо сейчас стоял на постаменте разрушенного фонтана под взглядами сотни фанатиков.
... И выслушивал приговор мужчины в чёрной мантии.
Казнь!
Мужчина в мантии воздел руки и возвысил голос:
— Человечество никогда не приносило Земле пользы! Напротив, оно лишь барахталось в бесконечных междоусобицах, веками отравляя всё вокруг. Земля устала от нашей гордыни! Мы пришли сюда, мы застыли на этих руинах, потому что ищем иной путь. Мы отказались быть грязью под ногами Земли! Мы выбрали покой, стабильность и тишину! Мы сольёмся с планетой в гармонии! Нас не коснётся конец света! Из грязи мы обратимся в сокровище! Мы обретем вечность! И теперь наш покой осмелились нарушить чужаки! Что мы сделаем с ними?!
Сектант бросил вопрос толпе — и Площадь зашлась оглушительным ревом:
— Казнить! Казнить!
Му Цзяши нахмурился, переведя взгляд на помост. Ни Фэй, ни Коллекционер до сих пор не осознавали опасности.
Фэй лишь хмурилась, а Коллекционер с нескрываемым любопытством рассматривал перекошенные от ярости лица сектантов, будто находил их фанатизм весьма занимательным.
Для исполнителей эта сцена — сектанты, судилище, руины постапокалипсиса — была лишь набором антуража, созданными для красоты декорациями очередного игрового мира.
Они знали, что здесь можно чувствовать боль и умереть, но все равно воспринимали всё происходящее как игру.
Но Му Цзяши... почувствовал, как в глубине души закипает странная, тревожная тоска.
Он невольно повернулся к Сюй Бэйцзиню.
Тот отрешённо смотрел на беснующуюся площадь. Шумы, выкрики, людская суета... казалось, ничто из этого не достигало его темных, бездонных глаз — или же давно было выжжено в его памяти.
О чём он думал?
Что кроется за этой застывшей, ледяной печатью скорби на его лице?
Кто он в этом кошмаре, на этих руинах гибнущего мира? Какое прошлое он скрывает?
В эту секунду Му Цзяши едва удержался, чтобы не спросить вслух.
Потому что Сюй Бэйцзинь слишком сильно отличался от прочих одурманенных жителей Узкой башни. Он казался живым человеком — если не считать того факта, что он никогда не спал.
Но даже без сна... он выглядел живее всех, кого Му Цзяши встречал в этом аду.
Порой Му Цзяши отказывался верить, что перед ним всего лишь НПС, пустая строчка кода с жестко прописанным алгоритмом действий.
Разве он похож на программу?
... Чем на самом деле является эта игра?
В глазах Му Цзяши мелькнула тёмная тень.
Тот проклятый кошмар... тот кошмар, где он потерпел самое страшное поражение в жизни... Та женщина... И её слова.
Слова, которые он снова услышал здесь, на самом дне Узкой башни.
«Я боюсь многого. Но единственное, чего я не боюсь — это смерть».
... Что все это значит?
Порой Му Цзяши казалось, будто проклятая судьба непрерывно следит за ним из темноты.
А Сюй Бэйцзинь в этот момент думал о другом.
О конце света...
Картина фанатичной толпы на руинах всколыхнула в его памяти то, что он похоронил в самых дальних уголках души. Воспоминания, которые он надеялся забыть навсегда.
Но они вернулись.
Из праха и пепла поднялись образы прошлого.
Он долго блуждал в потёмках той серой, беспросветной эпохи, пока не решил шагнуть прочь — пусть даже этим шагом стало медленное, безымянное гниение на нижнем этаже Узкой башни.
В каждом кошмаре он послушно отсиживался в роли, отведённой ему Главным Разумом, с безразличным спокойствием глядя на происходящее.
Но теперь всё изменилось.
... Сюй Бэйцзинь прикрыл глаза. Лицо его оставалось мертвенно-бледным, от него веяло глубокой, нечеловеческой усталостью. Хлынувшие воспоминания на миг заставили его поверить, будто он действительно вернулся в прошлое.
Декорации кошмара казались слишком, слишком реальными.
* * *
Суд завершился. Несколько выживших повели Фэй и Коллекционера прочь — их ждала казнь через сбрасывание с высоты.
Му Цзяши, немного помешкав, попрощался с Сюй Бэйцзинем и двинулся за конвоем. Возле самого выхода из парка аттракционов перед ним внезапно возникли остальные трое исполнителей. У Цзянь радостно воскликнул:
— Смотри, что мы отрыли!
Лысый нахмурился, разглядывая сбившихся в кучки сектантов:
— Что тут стряслось? А где ещё двое?
У Цзянь спохватился:
— Точно! Почему ты один?
Му Цзяши вкратце описал положение дел. Наблюдая, как меняются лица троицы, он подытожил:
— Сначала проследим за ними, а там видно будет.
В кошмаре закипали страсти.
Но и в самой Узкой башне было неспокойно.
В ту самую ночь, когда они погрузились в кошмар, Линь Цинь переступил порог одного из домов на нижнем этаже...