Спустя несколько минут Цзян Шуанцзы и Цзян Шуанмэй уже стояли перед дверью апартаментов 408.
Всю дорогу они не обронили ни слова. Старшая, Шуанцзы, непрестанно прикидывала, куда Мускулистый мог перепрятать карты предметов, а младшая, Шуанмэй, молчала из чистого, животного страха.
Хотя это была всего лишь аварийная лестница, пролёт элитного жилого комплекса выглядел ухоженно: яркое освещение, никакой привычной для выходов эвакуации сырой жути, да и зелёные указатели не резали глаз фосфорической мертвечиной.
И всё же Цзян Шуанмэй не находила себе места.
Она понимала: липкий ужас прошлых смертей до сих пор не отпустил её. В этот миг до девочки вдруг дошло, что с момента её последней гибели в Кошмаре пролетели годы.
Они застряли. Остановились — и простояли на месте несколько лет, успев почти забыть отчаянный, парализующий страх, сквозь который продирались когда-то.
Это же Кошмар... Не просто гибельная ловушка для жителей Узкой башни, но и суровое испытание для них, Исполнителей.
Шуанмэй глубоко вдохнула, вынуждая сердце замедлить бешеный бег. Паника сейчас — роскошь. Какая польза от страха там, где за каждым углом поджидает смерть?
Когда внизу, в холле первого этажа, она потеряла над собой контроль и забилась в истерике, остальные Исполнители не бросили её только потому, что рядом с ней была рассудительная, хладнокровная старшая сестра.
Шуанмэй горько усмехнулась про себя. Она и впрямь... слишком привыкла прятаться за чужую спину.
Цзян Шуанцзы и не подозревала о метаниях сестры. Возможно, она и догадывалась о чём-то похожем, но никогда не стала бы лезть в душу с расспросами. Они были близнецами, делились всем на свете и вместе выживали в Узкой башне, но при этом оставались двумя разными людьми. И Шуанцзы двигало не желание повелевать, а лишь стремление уберечь младшую.
Сейчас у неё просто не оставалось времени на рефлексию. Набрав общий пароль, она открыла дверь 408-х апартаментов.
Замок поддался без задержки, что слегка удивило Шуанцзы — она ожидала подвоха. В прошлый раз, когда она пыталась вернуться в собственное жильё, умная система не впустила её даже по отпечатку пальца.
«Дело в общем пароле или автоматика дала сбой?» — отложив эту мысль на потом, она переступила порог и внимательно осмотрела помещение.
Планировка этой квартиры оказалась зеркальным отражением её родной 807-й.
Шуанцзы сразу принялась переворачивать всё вверх дном, а Шуанмэй замерла на пороге, собираясь с духом. Старшая не подгоняла её, молча продолжая поиски.
Лишь спустя полминуты Шуанмэй решилась сделать шаг внутрь.
И в то же мгновение её обдало ледяным дыханием смерти.
В спину словно вонзился чей-то пристальный, немигающий взгляд. На секунду Шуанмэй показалось, будто её снова убивают... Губы её задрожали, а испуганные глаза хаотично заметались по комнате.
На этот раз... какая ещё мебель уставилась на неё?!
Собрать волю в кулак далось с трудом. Забыв о сестре, ищущей карты предметов, Шуанмэй принялась въедливо осматривать обстановку, пока её взгляд не упёрся в потолочный светильник прямо над головой.
Лампа горела ровно и тихо. Мебель, призванная дарить свет, сейчас сама казалась воплощением затаившейся тени.
Она молча наблюдала за ней.
Однако в этом взгляде не было той зловещей, исходившей от предметов ненависти, с которой они столкнулись в квартире 1104. Напротив, мягкий янтарный свет лампы казался удивительно спокойным и умиротворяющим.
«Быть такого не может...» — Шуанмэй отчаянно затрясла головой, пытаясь отогнать наваждение.
Но ощущение не исчезало. Невидимое присутствие светильника окутывало её каким-то странным, почти физическим теплом — и от этого неестественного уюта по коже побежали крупные мурашки.
—... Шуаншуан?
Шуанцзы обернулась и, заметив искажённое лицо сестры, не удержалась от вопроса.
— Сестра... — пробормотала Шуанмэй дрожащим голосом. — Ты разве не чувствуешь? На нас же смотрят!
Шуанцзы помешкала пару секунд и качнула головой.
— Да как же так! — вырвалось у младшей. — Неужели эта дрянь уставилась только на меня?!
Шуанцзы подошла ближе и ласково погладила её по длинным волосам:
— Успокойся, Шуаншуан. О каком предмете речь?
Шуанмэй помешкала, а затем несмело подняла глаза к потолку. Вверху висел круглый плафон — не то полная луна, не то гигантский человеческий зрачок.
Шуанцзы тоже скользнула взглядом по светильнику и тихо произнесла:
— Если тебе так страшно, постой у двери, хорошо?
Шуанмэй обожгла обида. По тону сестры было очевидно: та ей не верит. Должно быть, думает, что после недавней гибели у младшей окончательно расшатались нервы и мерещится всякая чертовщина.
Ведь сама Шуанцзы действительно ничего не ощущала.
С трудом подавив усталый вдох, старшая сестра отвернулась. Она не знала, как утешить Шуанмэй. Гостиную она уже проверила — карт предметов там не оказалось.
«Похоже, Мускулистый спрятал их в разных местах», — подумала она.
Квартира стояла почти полупустая, спрятать что-то ценное здесь было толком негде. Если только...
Шуанцзы прошла в ванную комнатку, смерила её быстрым взглядом и сняла крышку с бачка унитаза. Спустя пару секунд её пальцы выудили со дна заветную карту предметов.
Стряхнув с ладони воду, она удовлетворенно ухмыльнулась.
Спрятать карту в таком месте... Нашла чем удивить.
Воодушевленная успехом, она принялась обыскивать остальную квартиру: кухню, обеденную зону, спальню... Однако, сколько бы она ни ролась в вещах, вторая карта как сквозь землю провалилась.
От былого задора не осталось и следа. Шуанцзы озадаченно нахмурилась, судорожно соображая, где еще мог затаиться тайник.
А Шуанмэй так и стояла столбом в дверном проеме.
Взгляд... невидимый взгляд сверху продолжал буравить её. Человек не способен увидеть собственную макушку или затылок — и оттого, если кто-то смотрит тебе в спину, ты никогда не узнаешь, что именно он там разглядел.
Шуанмэй опустила глаза, мелковато дрожа всем телом. Она боялась шелохнуться, боялась окликнуть сестру. Чувство было такое, будто она вновь оказалась в том проклятом номере 1104.
И пусть этот взгляд казался мягким и ненавязчивым, Шуанмэй не верила ему ни на грош.
Прошло немало времени, прежде чем обессилевшая от ожидания Шуанмэй рискнула переступить с ноги на ногу.
Ничего не произошло.
Переведя дух, она пересилила страх и вскинула голову. Прямо над ней, чуть наискосок, мерцал ровный свет плафона. Она уставилась на лампу.
А лампа уставилась на неё. Спустя мгновение в этом немом взгляде отчетливо проскользнули торопливость и немое подбадривание.
Че...го?
Шуанмэй вытаращила глаза. «Я точно сошла с ума», — пронеслась дикая мысль.
Однако несколько минут спустя, когда они сняли плафон, оторвали клейкую ленту и сняли приклеенную к самому потолку карту предметов, обе сестры застыли в полном ошеломлении, неверяще переглядываясь.
Это еще что за фокусы?!
Шуанмэй судорожно сглотнула и одеревеневшими губами выдавила:
— Он... эта лампа... она давала нам подсказку?
Шуанцзы осторожно вернула плафон на место и бережно смахнула с него пыль.
— Выходит, даже среди ожившей мебели встречаются достойные добряки, — произнесла она после долгой паузы. — В этом доме есть хоть какое-то оборудование, способное разговаривать? Может, если мы...
Они переглянулись и хором выдохнули:
— Лифт!
Сорвавшись с места, сестры выскочили из 408-й. Кабина на четвёртом этаже не стояла, поэтому они бросились вниз по лестнице, намереваясь поймать лифт внизу.
Но едва их ноги коснулись пола первого этажа...
Кошмар перезапустился.
Цзян Шуанцзы распахнула глаза в апартаментах 807 и первым делом от души выругалась:
— Блядь! Какого черта произошло?!
* * *
Десятью минутами ранее объектив трансляции следовал за группой Исполнителей, направившихся в сторону торгового квартала.
К тому моменту Мускулистый уже успел испариться в неизвестном направлении. Оставшиеся Исполнители разделились: одни отправились на поиски украденных карт предметов, другие решили покинуть жилой комплекс.
Сюй Бэйцзинь переключил камеру на Худого, Девчушку и Шэнь Юньцзюя. Главным образом его интересовал именно Юньцзюй — стримеру не давала покоя та странная гримаса, с которой парень до этого разглядывал торговый квартал.
И действительно: бесплодно обыскав окрестности дома и направившись к торговому кварталу, Шэнь Юньцзюй вновь изменился в лице.
Казалось, он ощущал приближение чего-то противоестественного, невиданного и оттого неимоверно жуткого. Его охватывал дрожащий ужас, но парень изо всех сил пытался сохранить внешнее хладнокровие — точно боялся, что проявленная слабость подтолкнёт притаившегося монстра к броску.
Худой и Девчушка тем временем вполголоса обсуждали детали задания. Теперь им была примерно понятна местная аномалия, но они по-прежнему не представляли, кто владелец Кошмара и как выбить концовку.
— Знай я наперёд, что та квартира не пустует... — с досадой вздохнул Худой.
Как и Линь Цинь, они свято верили, будто помещение по соседству с Сюй Бэйцзинем свободно. Прежний жилец съехал несколько дней назад, и никто не мог вообразить, что новый заселится так быстро и бесшумно. В итоге их всех без предупреждения втянуло в чужой Кошмар.
— Держи язык за зубами, — сухо оборвала его Девчушка. — Впрочем... насчёт этого Кошмара. Кажется, я где-то о нём уже слышала.
Очи Худого блеснули. Он обернулся к Шэнь Юньцзюю, собираясь проверить, не подслушивает ли тот их разговор, но вместо этого наткнулся на застывший в глазах спутника животный страх.
Юньцзюй пребывал в глубоком оцепенении и даже не заметил направленного на него взгляда.
Худой на мгновение заколебался. До входа в торговый квартал оставалось всего пара шагов.
— Эй... ты как? — осторожно поинтересовался он.
Шэнь Юньцзюй медленно поднял глаза на гигантский электронный экран на фасаде здания и сипло выдавил:
— Плохо...
Спутники недоуменно замерли. Юньцзюй криво, болезненно усмехнулся:
— Мне совсем нехорошо.
— Ну... если дело в Кошмаре... мы, конечно, не настаиваем... — попытался сгладить углы Худой.
Шэнь Юньцзюй продолжал смотреть на здание торгового квартала и заговорил — тихо, отрешённо, будто бредил наяву:
— Я уже бывал здесь.
Оба Исполнителя остолбенели.
По ту сторону экрана Сюй Бэйцзинь тоже не смог скрыть изумления. Он мазнул взглядом по чату: зрители наперебой гадали, не проходил ли этот парень данный Кошмар раньше... Однако сам Сюй Бэйцзинь испытывал острое беспокойство.
Ведь было очевидно: Шэнь Юньцзюй имел в виду вовсе не испытание Башни. Он говорил про...
—... Землю, — выдохнул Шэнь Юньцзюй. — В своей прошлой жизни, на Земле, я ходил по этому зданию.
Даже зрители в чате пришли в движение:
«Ух ты, это ещё что за повороты?»
«Ха-ха, художники игры совсем обленились! Срисовали локацию с реального прототипа на Земле! Нарушение авторских прав, ату их!»
«Чистый физический чит-код [собакен]»
«Как честный игрок, я глубоко презираю подобные фокусы... Эй, разработчики, а ну быстренько отсканируйте здания из моего города!»
Публика продолжала безудержно паясничать, даже не догадываясь, какой подтекст кроется в словах Юньцзюя.
Сюй Бэйцзинь мысленно вздохнул с облегчением.
Какое счастье, что Главный Аналитик сейчас не смотрит эфир! Попадись подобная деталь на глаза этому проницательному уму — совместить утверждение «в эту игру играет только стример» с заявлением другого игрока «я видел эти декорации на Земле» не составило бы никакого труда. Сюй Бэйцзинь, во всяком случае, уловил связь мгновенно.
Его зрачки сузились, а взгляд прикипел к бледнеющему юноше на экране. «Неужели... Не может этого быть!»
— Бред какой-то! — рявкнул Худой, будто его ужалила оса. — Откуда в Кошмарах взяться настоящим домам с Земли?!
Даже вечно невозмутимая Девчушка нервно передёрнула плечами и пробормотала под нос что-то невнятное.
Шэнь Юньцзюй горько ухмыльнулся. Он ведь обмолвился лишь о том, что бывал в подобном торговом центре до попадания в Башню. Парень не стал признаваться в главном: в его собственной голове образовалась зияющая дыра, из-за которой он не мог вспомнить ни одной подробности того визита. Он точно знал, что ходил по этим коридорам, но память категорически отказывалась выдавать детали. Его воспоминания... были изуродованы и переписаны.
Но заговорить об этом вслух он не смел.
Он боялся признаться самому себе, боялся довериться спутникам. Каждому жителю Узкой башни было известно: Главный разум, ИскИн по имени NE, непрестанно наблюдает за каждым их шагом.
По Башне издавна ходили мрачные слухи и теории заговора. Шептались, будто за всем этим стоит некий таинственный кукловод, а NE — лишь его зоркий глаз. И пусть оставался открытым вопрос, способен ли искусственный интеллект на осознанное соучастие в злодеянии, факт оставался фактом: NE фиксировал всё происходящее в Кошмарах.
На миг Юньцзюй оказался на грани того, чтобы выложить правду про свои провалы в памяти. Одному нести тяжесть этого жуткого открытия было невыносимо, ему требовалось разгрузить душу. Но липкий страх сковал челюсти.
Любое откровение грозило обернуться катастрофой. В итоге он отважился открыть лишь крошечную часть истины. А остальное... остальное рано или поздно просто сведёт его с ума.
Сюй Бэйцзинь не отрывал взгляда от помертвевшего лица юноши. «Что же тебе известно? Если ты выложил не всё, то почему напуган до такой степени?»
Впрочем, нельзя было сбрасывать со счетов и версию из чата: а что, если этот торговый квартал — всего лишь скопированный разработчиками текстурный шаблон из реального мира? Это объяснение лежало на поверхности. Ведь для зрителей всё происходящее оставалось обычной видеоигрой.
Так отчего же Шэнь Юньцзюй объят таким первобытным ужасом?
Худой и Девчушка явно поддались тревожным речам спутника, на секунду поверив, будто Башня — это игровой мир, а Кошмар каким-то образом переносит их обратно на Землю. Однако здоровый цинизм быстро взял верх.
Как и предполагал Сюй Бэйцзинь, справившись с первым шоком, Худой взял себя в руки:
— Слушай, это просто похожие декорации. Вовсе не обязательно, что перед нами... то самое место из твоих воспоминаний.
Девчушка кивнула, соглашаясь:
— В Кошмарах сплошь и рядом встречаются земные пейзажи. Нет ничего удивительного в том, что тебе чудится дежавю.
— Вот как... — пролепетал Шэнь Юньцзюй с блуждающей улыбкой.
Его спутники недовольно нахмурились.
Девчушка сочувствием не отличалась, поэтому наставлять парня на путь истинный пришлось Худому:
— Брат, наша главная задача — закрыть этот Кошмар, а не засорять голову посторонним мусором. — Он тяжело вздохнул. — Звучит паршиво, но... толку-то гадать на кофейной гуще?
Шэнь Юньцзюй несколько секунд смотрел на него немигающим взглядом, а затем деревянно выцедил:
— Верно... Ты прав... Всё это не имеет никакого значения.
Вот только рассудок его уже трещал по швам.
Решив, что парень выкинул дурь из головы, Худой кивнул, и троица переступила порог комплекса.
Оказавшись внутри, Худой ахнул:
— Ну и толпа!
Торговый квартал встретил их приятным теплом и неторопливой суетой. Снующие повсюду покупатели на мгновение создавали иллюзию, будто они вновь вернулись в мирный земной город.
Однако Девчушка смерила людской поток холодным взглядом:
— И как среди этого муравейника отыскать того, кто даст нужную зацепку?
Худой опешил:
* * *
Задача и впрямь выглядела неподъёмной.
Сюй Бэйцзинь подпёр подбородок ладонью и тишком ухмыльнулся.
В прошлом Кошмаре, не найдись среди Исполнителей человек, уже проходивший тот сценарий, выудить Дай У из зоны обслуживания среди пары десятков Актёров было бы той ещё головоломкой.
А здесь?
В торговом квартале толпились сотни актеров, большинство из которых — вроде самого Сюй Бэйцзиня — вообще понятия не имели о сути текущего Кошмара.
Шансы угадать стремились к нулю.
Худой быстро пришёл к тому же выводу:
— Главный разум не стал бы давать заведомо невыполнимый квест. Должно быть, ключ к разгадке кроется не в простых жителях Башни.
Девчушка кивнула в знак согласия.
Смерив Шэнь Юньцзюя задумчивым взглядом, Худой предложил:
— Разделимся. Ты проверь подземные этажи, а мы соберем информацию на наземных. Идёт?
Юньцзюй вяло качнул головой и побрёл к эскалатору.
Едва парень скрылся из виду, Худой обернулся к спутнице:
— Так что за слухи ты упоминала?
— Говорят, этот Кошмар уже появлялся на нижнем этаже Узкой башни несколько лет назад, — негромко отозвалась Девчушка.
Худой от удивления чуть не приоткрыл рот.
Пусть они и выходили на задания вместе, напарниками они стали недавно и прошлое друг друга знали плохо. Худой прекрасно помнил, что пару лет назад находился на куда более высоких этажах, поэтому новости с самых низов были для него в новинку.
— Ты, скорее всего, не в курсе, — продолжала Девчушка. — Тогда один хозяин книжной лавки наделал много шума в Башне.
Перед экраном трансляции Сюй Бэйцзинь едва не поперхнулся. Он никак не ожидал, что старые сплетни всплывут в разговоре и заденут его самого!
Он горестно усмехнулся, в очередной раз убеждаясь, что появление системы стриминга заново открывает ему глаза на мир, в котором он жил.
Узкая башня...
Сюй Бэйцзинь бесшумно вздохнул.
— Исполнители тогда из кожи вон лезли, лишь бы проникнуть в его Кошмар, — между тем рассказом делилась Девчушка. — В ход шли любые уловки, в том числе попытки выудить информацию через его соседку. Одни ограничивались расспросами, а другие наглели настолько, что вламывались прямо в её собственный Кошмар.
Соседка... Сюй Бэйцзинь мгновенно вспомнил, как Му Цзяши в предыдущем испытании заводил речь о его прежней соседке.
И точно! В те годы, когда Исполнители осаждали его порог, рядом с ним неизменно жила одна и та же женщина-Актриса. И лишь после того, как ажиотаж вокруг его Кошмара угас, она покинула нижний этаж.
Сюй Бэйцзинь на мгновение задумался, восстанавливая в памяти хронологию, и окончательно убедился: речь шла именно о ней.
«Постойте... Но если так...» — на его лице отобразилось глубокое замешательство.
Худой, выслушав собеседницу, с недоумением уточнял:
— Хочешь сказать, этот Кошмар принадлежит той самой соседке книжника?
— Ожившая мебель... — вполголоса повторила Девчушка характерную деталь и твёрдо кивнула: — Именно.
Худой озадаченно почесал затылок:
— Постой, но насколько я помню, у соседки книжника был совсем другой Кошмар...
— У предшественницы, — уточнила Девчушка. — Это была женщина. Когда в её Кошмаре выбили истинную концовку, она съехала, как и прочие жители Башни. Только потом на её место заселился тот мужик, которого ты помнишь. А когда съехал и он...
—... Она вернулась обратно? — усмехнулся Худой. — Серьёзно? На нижнем этаже можно кататься туда-сюда?
Девчушка лишь плечами пожала:
— Кто их разберёт.
Не став въедаться в подробности переселений, Худой вернулся к главному:
— Так тебе известно что-то конкретное про её испытание?
Они неторопливо шагали по первому этажу торгового квартала, внимательно присматриваясь к витринам и прохожим.
— Знаю только, что одной лишь взбесившейся мебелью дело не ограничилось, — задумчиво проговорила Девчушка. — Выжившие Исполнители не особо распространялись о подробностях, но... у них были потери.
— Потери?
— В смысле... даже закрыв сценарий на обычную концовку и получив право уйти, часть игроков испарилась без следа. Ну, сам понимаешь...
Худой мгновенно омрачился.
Ему не нужно было разжёвывать: речь шла о вечно рушащемся Кошмаре. Исполнители избегали произносить эти слова вслух — слишком у многих там навсегда остались друзья и соратники.
С трудом подавив тяжелый вздох, Худой пробормотал:
— Но... как такое вообще возможно?
Выбить обычную концовку — и всё равно сгинуть в бездне вечно рушащегося Кошмара? Бред какой-то.
Это же... вечный откат в небытие.
Девчушка открыла рот, намереваясь добавить что-то ещё, как вдруг стоящие неподалёку прохожие испуганно зашептались. Секундой позже снизу, с подземных ярусов, донеслись дикие вопли и исполненные ужаса крики.
Исполнители переглянулись и мгновенно осознали: у Шэнь Юньцзюя стряслась беда!
Однако предпринять они ничего не успели — в следующее мгновение перед глазами у обоих вспыхнула непроглядная тьма.
Кошмар перезапустился.
Шэнь Юньцзюй с диким выдохом распахнул глаза. Отшатнувшись на два шага назад, он тяжело рухнул на диван — лицо его исказила гримаса ужаса, а расширившиеся зрачки застыли в оцепенении, будто он всё ещё не мог вырваться из липких лап смертельного сна.