Цзян Шуанцзы медленно обходила комнату за комнатой. Невидимый наблюдатель следил за каждым её шагом, но разглядеть его среди пустых стен не удавалось.
Это была обычная двухкомнатная квартира с просторной гостиной, вот только кроме неё здесь не оказалось ни души.
Дело дрянь. В кошмар они входили вместе с младшей сестрой, однако теперь она очутилась здесь в полном одиночестве.
Цзян Шуанцзы подошла к входной двери и потянула за ручку, надеясь выбраться наружу, но замок словно намертво приварило невидимой силой. Стало ясно: покинуть апартаменты на самом старте испытания система не позволит.
Она глубоко вздохнула, заставляя себя сохранять хладнокровие.
Чужой взгляд... всё ещё впивался ей в затылок.
Кожа на спине покрылась ледяными мурашками. Тяжёлое, липкое чувство чужого присутствия стекало по шее, забиралось под волосяной покров и проникало глубоко в разум, путая мысли и сея липкую тревогу.
Вздрогнув, девушка резко развернулась и прижалась спиной к прохладному дверному полотну. Взгляд её метнулся по комнате.
Перед ней простиралась самая обыкновенная, тихая гостиная. Чуть дальше — застеклённая дверь, ведущая на балкон. Оконная створка была закрыта, а плотная штора, сдвинутая в сторону, лишь частично загораживала вид на раскинувшийся за окном огненный океан ночного мегаполиса.
В гостиной горел свет. Тёплые желтоватые лучи падали на белёные стены, придавая им слегка полинялый, старый оттенок. Перед мягким тканевым диваном стоял низкий деревянный столик. На нём непринуждённо лежал пульт, а сам телевизор оставался выключенным — его темный экран не отражал ничего.
По обе стороны от гостиной располагались двери в спальни. Слева от входа в квартиру находился санузел: холодное белое освещение в сочетании с такой же белоснежной плиткой создавало ощущение стерильной чистоты. Справа обустроили обеденную зону и кухню. Свет горел абсолютно везде.
В квартире работал центральный кондиционер. Из дефлекторов плавно струился тёплый воздух, наполняя помещение уютным теплом. Однако Цзян Шуанцзы всё равно прошиб холодный пот.
Всё выглядело совершенно нормально...
И именно эта идеальная нормальность пугала больше всего.
Девушка замерла, напрягшись до предела. В этой звенящей тишине каждый предмет казался неподвижным и безобидным.
Пока она вдруг не заметила, как качнулась портьера на балконе.
Дыхание перехватило. Дверь на балкон заперта, внешние рамные створки зафиксированы — отчего же тогда дрогнула ткань?
Сжав кулаки, чтобы подавить подступающий страх, она медленно двинулась вперёд. Каждый шаг давался с трудом. Подойдя к стеклянному проёму вплотную, Цзян Шуанцзы рывком отдёрнула штору.
За ней оказалась лишь голая стена. Никого.
Она облегчённо выдохнула.
В то же мгновение давящее ощущение чужого взгляда исчезло, словно его и не было.
Опустив ткань, девушка озабоченно нахмурилась. Неужели это движение — лишь плод её перегруженной нервной системы? Иллюзия, рождённая страхом?
... Возможно. В конце концов, она слишком долго не решалась переступить порог кошмара и вернулась сюда лишь ради одной цели — выбить истинную концовку.
Вероятно, чрезмерные надежды, неожиданное разделение с сестрой на самом старте и это странное ощущение слежки окончательно расшатали её нервы.
Тяжело вздохнув, Цзян Шуанцзы окинула квартиру новым взором. На этот раз тревога слегка улеглась, уступив место практическому интересу: скрывается ли в этих стенах хоть какая-то зацепка?
* * *
Зрители в прямом эфире могли бы с полной уверенностью заявить несчастной исполнительнице: никакой галлюцинации не было.
Потому что они тоже это видели — край портьеры действительно дёрнулся!
Словно его подхватил невидимый сквозняк или кто-то задел подол ткани, отчего та качнулась и тут же опала обратно.
«А-а-а-а! Это что, хоррор с призраками?!»
«... Я, э-э... В общем, Бэйбэй, увидимся в следующем кошмаре!»
«Это не по науке! Вовсе не по науке!»
«Бэйбэй, переключи аудиопоток на себя, будь добр [вежливо]»
Сюй Бэйцзинь с лёгкой улыбкой выполнил просьбу чата, переведя звук на свой микрофон.
Сейчас в трансляции находились четверо зрителей. Трое из них были старыми знакомыми, а четвёртый, судя по всему, оказался не из храброго десятка — вся его активность сводилась к паническим пассажам в чате.
К сожалению, местный гений дедукции на стрим пока не заглянул.
Так что Сюй Бэйцзиню пришлось взяться за разбор ситуации самостоятельно.
— Сейчас камера трансляции фиксирует действия одного из исполнителей, — проговорил он. — Основной локацией этого кошмара выступают жилой комплекс и коммерческий квартал, где находится моя книжная лавка.
Девушка на экране заперта в апартаментах 807 жилого комплекса «Локэ». Остальные шестеро участников рассеяны по другим комнатам. Чуть позже мы заглянем к каждому из них.
О самом сценарии у меня сведений немного. Что касается качнувшейся шторы... За ней никто не прятался, окна и двери заперты. Это может быть как проявлением паранормальщины, так и...
Он сделал паузу, не став озвучивать догадку до конца, а лишь подытожил:
— Впрочем, возможен любой расклад.
Зрители охотно поддержали его мысль:
«Кошмар только начался, делать выводы рано».
«Интересно, что за чертовщина тут творится?»
«Неужели условия для истинной концовки снова окажутся зубодробительными, как в прошлые разы?»
Сюй Бэйцзинь пробежал взглядом по строчкам чата, а затем перевёл взор на длинный список локаций в правой части интерфейса.
Апартаменты «Локэ».
На мгновение он задумался.
Стример умолк, однако из коммерческого квартала доносились отголоски музыки и оживлённый гомон, благодаря чему в эфире не царила гнетущая тишина. Зрителей молчание ведущего совершенно не смущало — они внимательно наблюдали за происходящим в мини-окне.
Исполнительницу звали Цзян Шуанцзы. У неё была сестра-близнец по имени Цзян Шуанмэй.
Много лет назад, едва очутившись у подножия Узкой башни, эти сёстры сумели отыскать друг друга благодаря той неизъяснимой, почти мистической связи, что существует между близнецами.
С тех пор они не разлучались ни на миг.
В Узком замкнутом мире мало кто мог похвастаться столь абсолютным доверием и привязанностью. Впрочем... даже эта редкая сплочённость не принесла им особой удачи в преодолении кошмаров.
Сёстры годами курсировали между нижними этажами и секциями повыше. Стоило им с ликованием подняться на новый уровень, как вскоре следовала плохая концовка, и система неизменно отбрасывала их назад, к самому подножию башни.
Подобная судьба преследовала многих. И, как и большинство местных обитателей, сёстры отказывались смириться со своей посредственностью и редкими случайными прорывами.
Они штурмовали кошмары снова и снова, надеясь доказать собственную силу... или воплотить давнюю мечту — пробиться на самые верхние ярусы.
Истинная, обычная, обычная, плохая, плохая, истинная, обычная, плохая...
Казалось, над ними довлеет какое-то замкнутое проклятие.
И вот однажды, в очередной раз очнувшись на самом нижнем этаже, Цзян Шуанмэй тихо сказала старшей сестре: «Сестра, может, сделаем перерыв?»
Близнецовое чутьё позволило Цзян Шуанцзы без слов понять, к чему клонит младшая.
Она устала. Ей больше не хотелось шаг за шагом продираться сквозь кошмары. По крайней мере, не сейчас.
И этот «перерыв» затянулся на годы.
То были времена, когда имя Сюй Бэйцзиня гремело среди исполнителей нижнего этажа. Выгоревшие сёстры не стали вникать в тогдашние бурлящие события. Вместо этого они погрузились в ту праздную, беспечную жизнь, какую вели лишь окончательно опустившие руки обитатели Башни: шумные рынки, питейные заведения, нескончаемые ночные гуляния.
Пока одни исполнители отчаянно цеплялись за жизнь в кошмарах, сёстры вместе с другими отчаявшимися топили разум в веселье и самозабвении. Они перестали задаваться мучительными вопросами о том, что представляет собой Узкая башня, существует ли внешний мир и есть ли шанс вырваться из этой ловушки.
Лишь хмельной напиток в бокале да дикий ритм угарных ночей казались по-настоящему реальными.
Но любой сладкий сон рано или поздно заканчивается.
В последнее время Узкую башню будоражили смутные слухи, и многие обитатели вновь зашевелились.
Кто-то шептался о полуправдивых вестях с верхних этажей, похожих на байку о той самой карте уловки, способной принудительно вырвать человека из кошмара. Кто-то пересказывал старые предания, которые, перемешиваясь с туманными сплетнями, становились всё загадочнее.
Так или иначе, даже до погружённых в омут сестёр на одной из попоек долетел слух: какому-то исполнителю якобы удалось вырваться из Узкой башни.
Правда ли это? Но если он сбежал, то каким образом весть об этом просочилась обратно?
Вымысел? Однако... подобно тому как они верили, что вечно рушащийся кошмар не означает окончательной смерти, они не могли не зацепиться за эту надежду.
И вот даже те, кто годами топил тоску в алкоголе, начали стряхивать с себя хмель, вычищать отупевшие мозги и с азартом готовиться к восхождению.
Сёстры Цзян не стали исключением.
Более того, они действовали расторопнее многих. Продав слух о том, что «Миллиардерша» благополучно перебралась наверх, они уже на следующую ночь отправились в путь.
Они были знакомы с Дин И. Если точнее, когда-то давно они даже держались вместе. Три девушки — им было проще довериться друг другу.
Но позже, когда Дин И с восторгом продемонстрировала карту предметов, вытянутую из призового пула, их пути бесшумно разошлись.
С тех пор Дин И спокойно жила в роли беззаботной богачки у подножия башни, а сёстры продолжали свой бесконечный бег по этажам. А позже, сдавшись, они не раз принимали бокалы из рук самой Дин И.
Но ни женщина с бирюзовыми волосами, ни близнецы никогда не подавали виду, что узнают друг друга.
И вот теперь Дин И ушла наверх. А сёстры, не произнося лишних слов, на следующую ночь синхронно шагнули за порог своего жилища.
Они давно не бывали в кошмарах, но базовые навыки никуда не исчезли. Цзян Шуанцзы методично обыскивала апартаменты.
Спустя несколько минут она остановилась и вновь нахмурилась.
Пусто.
Комната казалась не жилым помещением, а скорее стерильным номером дешевого отеля. Бытовые предметы на местах, но ни малейшего следа использования.
В шкафах нет одежды, в холодильнике — ни крошки еды, даже в ванной не найти случайно ронённого волоска или обрывка бумаги. Всё вычищено до блеска и пугающе пусто.
Девушка рассчитывала обнаружить хоть какую-то зацепку: дневник, газетную вырезку, средство связи — что угодно. Но комната молчала.
Она попыталась включить телевизор, но тот словно вымер. Он не реагировал на пульт точно так же, как замок входной двери не поддавался нажиму — в этом ощущалась чья-то намеренная, злая воля.
Цзян Шуанцзы застыла посреди гостиной, напружинившись от недоумения.
«А кем в таком случае являемся мы? — размышляла она. — Какая роль отведена исполнителям в этом кошмаре? Почему нас заперли в этом здании?»
Этот кошмар...
Цзян Шуанцзы пожалела о своей поспешности. Не следовало влезать в испытание очертя голову, не собрав хотя бы минимальной информации.
Они просто бродили по переходам Узкой башни в поисках подходящего портала и, заметив две знакомые фигуры, шагнувшие в телепорт, скользнули следом.
Но кто мог знать, что после старта их сразу раскидает по отдельным локам?
Каждому досталось по изолированной квартире, да ещё и с запертыми дверями...
Девушка нервно сжала пальцы.
Быть может, эта изоляция сама по себе является подсказкой?
* * *
Пока Цзян Шуанцзы в растерянности стояла посреди гостиной, Сюй Бэйцзинь переключил камеру трансляции на остальных участников, оценивая их положение.
Шестеро исполнителей оказались хаотично разбросаны по разным этажам и комнатам.
Большинство из них, подобно первой девушке, судорожно обыскивали помещения в поисках улик и, ничего не найдя, погружались в мрачные раздумья.
Переключившись на один из экранов, Сюй Бэйцзинь и зрители невольно ахнули: девушка на изображении выглядела точной копией Цзян Шуанцзы. Близнецы в Узкой башне — явление поистине уникальное.
Ещё один участник стоял на балконе и с непонятной мимикой всматривался в сияющий огнями коммерческий квартал.
А Линь Цинь... Линь Цинь просто застыл посреди комнаты, погружённый в глубокие раздумья. Сюй Бэйцзинь улыбнулся про себя: человек, не имеющий ни единого воспоминания о Земле, наверняка испытывал сейчас крайнее замешательство. Интересно, думал ли он в этот момент: «Так вот как выглядят жилища людей на Земле?»
Сделав круг по всем источникам, Сюй Бэйцзинь зафиксировал главный кадр на том самом странном парне у окна.
На вид ему было не больше двадцати лет. Впрочем, возраст человеческих тел в этом мире замирал навсегда, так что, вероятно, это лишь возраст, в котором тот попал в Башню.
Юноша смотрел на Торговый квартал с крайне задумчивым видом. Но выражение его лица казалось совсем нетипичным. Это не было ликованием от найденной зацепки или спокойным анализом.
В его взгляде мешались растерянность, глубокое непонимание и... животный страх.
Он взирал на залитые светом улицы так, словно перед ним разворачивалось нечто монструозное и смертоносное.
О чём он думал в этот момент?
Это выражение лица пробудило в Сюй Бэйцзине искреннее любопытство.
Зрители в чате не понимали, почему стример зафиксировал камеру на этом ничем не примечательном парне, и засыпали экран вопросами. Сюй Бэйцзинь честно поделился своими наблюдениями.
«Да тут вариантов вагон!»
«Раз нашего аналитика нет, я возьму роль на себя! Хм... может, он всё-таки заметил что-то важное?»
«Ну ты и нуб. Бэйбэй же только что сказал, что парень вовсе не похож на человека, нашедшего улику».
«... А вдруг он уже бывал в этом кошмаре? Как тот парень из прошлого раунда? Он знает, какая дрянь таится в этом квартале, вот его и плющит!»
«Логично... М-да, темный лес».
Сюй Бэйцзинь и сам не находил ответа. Однако реакция парня явно намекала на нечто существенное.
Но на что именно?
Головоломка пока не складывалась.
Тем временем зрители в чате легко переключились на новую тему:
«Кстати, раз все исполнители заперты по норам, Бэйбэй может спокойно прогуляться?»
«Ага, локация в этот раз огромная! Самое время проветриться».
«Похоже, эта компания ещё долго из комнат не выберется».
«Бэйбэй, иди погуляй, ну пожалуйста!»
Сюй Бэйцзинь немного помялся, но всё же поддался на уговоры. Чат взорвался ликующими сообщениями. Лишь новичок впал в полное недоумение, выдав цепочку вопросительных знаков, которые смотрелись дико на фоне всеобщего восторга.
«Эй, народ, мы вообще-то хоррор-стрим смотрим! Какое ещё "пойти погулять"?!»
Сюй Бэйцзинь перевёл основной обзор на себя, оставив в углу экраны с парнем. Поднявшись, он вышел из книжной лавки, запер дверь и обернулся к ярким огням торговых рядов.
Коммерческий комплекс состоял из двух массивных зданий, объединённых между собой. Наземная часть включала четыре этажа магазинов, ещё два этажа уходили под землю, а ниже располагалась двухуровневая парковка.
Здания соединялись не только пешеходным переходом на первом этаже, но и крытым мостом на третьем, а также открытой площадью на минус первом ярусе.
Книжная лавка Сюй Бэйцзиня как раз ютилась в углу этой подземной площади.
Это был антикварный магазинчик — неприметный, с пыльными стёклами и мрачным интерьером, отпугивающим редких прохожих.
Стоило сделать несколько шагов в сторону, как на него обрушилась густая атмосфера праздничного оживления. Главный разум, судя по всему, не скупился и нагнал сюда кучу актёров: только на открытой площадке прохаживались с десяток человек.
Конечно, до настоящего земного столпотворения этому зрелищу было далеко, но для мрачной Башни такая плотность и суета выглядели настолько непривычно, что Сюй Бэйцзинь на мгновение замер.
Словно он действительно вернулся домой, на Землю.
Он неторопливо шагал вдоль рядов, минуя своих трудолюбивых коллег-актёров. Мимо плыли вывески: чайные, закусочные с жареной курицей, лавки с пряными утиными шейками, суши-бары, рестораны сочной рыбы в квашеной капусте, заведения хого, раменные, пекарни... Разнообразные ароматы еды дразнили обоняние.
Не удержавшись, он подошёл к одной из точек с бабл-ти и встал в очередь.
Денег у него не было, но коллеги по съёмочной площадке великодушно угостили его за счёт заведения.
Сюй Бэйцзинь с детским восторгом наблюдал, как запайщик накрывает пластиковой плёнкой стакан за стаканом. Забрав свой напиток, он был абсолютно счастлив. В эту минуту он мысленно провозгласил этот кошмар лучшим из всех, где ему приходилось бывать!
... По крайней мере, за всё время с момента обретения системы трансляций.
Раньше, даже если в кошмарах встречались подобные места, он не смел делать лишнего шага, опасаясь наткнуться на участников и нарваться на штраф от Главного разума. Но теперь, контролируя перемещения игроков через стрим, он мог позволить себе расслабиться.
И даже насладиться молочным чаем.
В чате посмеивались над его детской радостью:
«Боже мой, Бэйбэй чиллит на максималках!»
«Чай... мой любимый бабл-ти... Тоже хочу... [слюнки]»
«Пить чай прямо в игре... И почему я до этого не додумался? Главное, никакой лишней калорийности... Всё, лезу в свою капсулу питательного раствора!»
«Ого, капсула! Вот это босс!»
«Эх, мне бы такую капсулу, я бы вообще из игры не вылезал...»
«Способов подключения куча, а я до сих пор сижу на самом базовом шлеме. Эх, были бы бабки...»
«Раз стример свободно пьёт чай в игре и чувствует вкус, у него точно железо топовое. Зависть!»
«Надеюсь, технологии скоро подешевеют, и капсулы с питанием станут доступны каждому...»
«Да уж, от нас тут ничего не зависит...»
Зрители увлечённо спорили о плюсах и минусах различного оборудования для нейроподключения.
Судя по их словам, капсула питательного раствора являлась высшим технологическим решением: она непрерывно подавала в организм необходимые вещества, поддерживая жизнедеятельность и снимая любые физиологические ограничения.
Кроме того, уровень симуляции в таких капсулах доходил до абсолютных ста процентов.
Владельцы этих систем могли безболезненно проводить в виртуальности дни напролёт.
Следом шли обычные игровые капсулы — устройства попроще и подешевле.
В них не было автоматической подачи питания, поэтому игрокам приходилось регулярно делать паузы, чтобы перекусить или посетить уборную.
К тому же уровень сенсорной симуляции в них уступал премиальным образцам, особенно по части вкуса и осязания.
По цене капсулы питательного раствора стояли на недосягаемой высоте. Обычные игрокроссбуки были по карману среднему классу, а ниже располагались совсем бюджетные решения — нейрошлемы и простые VR-очки.
Поскольку Сюй Бэйцзинь так смачно пил чай, зрители окончательно убедились, что он использует дорогую капсулу. Сюй Бэйцзинь не стал никого переубеждать и лишь молча следил за бегущими строчками.
Капсула питательного раствора?..
Он даже не знал, в каком теле существует на самом деле.
И жив ли он вообще?
От этой мысли взгляд его померк, а тёплый напиток на языке показался горьким.
Пока зрители спорили о технике, а Сюй Бэйцзинь витал в своих мыслях, в нижнем углу экрана произошли изменения. Молодой парень с перепуганным лицом отвернулся от окна и вернулся в глубь квартиры.
Сделав шаг в полутёмную гостиную, где горели лишь тусклые лазерные ленты, он резко замер.
Тяжёлый, леденящий взгляд вонзился ему прямо в лицо. Чужое присутствие буквально физически давило на него — на него смотрели с животным, искажённым безумием и яростью, желая его немедленной смерти.
Двадцатилетний парень вздрогнул и судорожно попытался определить, откуда исходит эта угроза.
И тут его взгляд упёрся в дверной глазок.
А из-за той стороны дверного глазка прямо на него смотрел чей-то глаз.