Услышав этот голос, Ян Юйчэнь вздрогнул всем телом. Он неотрывно уставился на стоящую перед ним женщину.
Голос и черты лица оставались прежними, однако в Кукловоде больше не проглядывало былого оскала. В её взгляде проступала кроткая, но непреклонная сила, а облик наконец обрел утраченную гармонию.
Ян Юйчэнь резко поднялся, не смея поверить собственным глазам:
— Учитель?
— Юйчэнь, Жаньжань… — Голос Янь Сяшань звучал совсем тихо, словно она боялась слишком громким звуком разрушить этот хрупкий морок.
Ян Юйчэнь торопливо подхватил Тун Цижаня на руки и шагнул к ней:
— Учитель, вы…
Договорить он не смог — слова застряли в горле. В голове теснились сотни вопросов, но, встретившись взглядом с Янь Сяшань, он замер, не в силах произнести больше ни звука.
Заметив это, Бай Вэньсин лёгким взмахом руки снял с женщины духовные путы.
Янь Сяшань тут же подняла дрожащую ладонь, порываясь коснуться щеки сына. Но рука застыла в воздухе: наткнувшись на растерянный, отстранённый взгляд Тун Цижаня, она не посмела сделать последнего движения.
Ян Юйчэнь тоже поглядел на малыша:
— Жаньжань…
Тун Цижань моргнул, крепче вцепился в воротник брата и лишь после этого негромко выговорил:
— Мама.
Он был слишком смышлёным для своих лет и, видя реакцию брата, без лишних объяснений понял, кто перед ним. Мальчик произнёс это слово без страха, но и без тени тепла. Для него мать оставалась лишь далёким образом: единственной опорой и защитой с самого детства для него был только Ян Юйчэнь.
Однако, услышав это сухое обращение, Янь Сяшань не сдержала слёз:
— Жаньжань… Мой Жаньжань…
Она с жадной тоской всматривалась в родные черты, но так и не решилась шагнуть ближе. Больше девяти лет она подавляла в себе материнские чувства, и теперь, когда перед ней стояли повзрослевший ученик и едва узнаваемый сын, слёзы лились сами собой.
Видя терзания наставницы, Ян Юйчэнь чувствовал, как у него самого щиплет в глазах.
Остальные присутствующие смотрели на эту сцену с тяжелым сердцем. Ань Гуанюй нарушил тишину глубоким, исполненным печали вздохом.
Бай Вэньсин чуть опустил веки и очередным пассом руки перенёс троих в соседние покои. В ушах у них эхом прозвучали его слова:
— Поговорите спокойно.
Едва они оказались там, всё пространство вокруг комнаты запечатала мощная духовная сила Бай Вэньсина. Выйти оттуда они не могли, но и ни одна живая душа снаружи теперь не способна была подслушать их разговор.
Лишь тогда Ян Юйчэнь смог перевести дух. Он шагнул вперёд, пытаясь помочь Янь Сяшань подняться, но та в испуге отшатнулась:
— Нет, не подходи!
Ян Юйчэнь замер:
— Что случилось?
Янь Сяшань торопливо отирала слёзы:
— Остерегайтесь Цзян Жун. Мне нельзя приближаться к вам. Если она очнётся, вы окажетесь в опасности!
Услышав имя предательницы, Ян Юйчэнь вспыхнул от ярости, но тут же совладал с собой:
— Не бойтесь, учитель. Её марионеточные нити не причинят нам вреда. К тому же здесь Великий Лорд — она не осмелится выкинуть глупость!
Упоминание Бай Вэньсина подействовало на Янь Сяшань успокаивающе. Хоть её телом и владела Цзян Жун, наставница не оставалась в неведении и слышала о могуществе Лорда Бая.
Ян Юйчэнь подвёл Тун Цижаня ближе:
— Учитель, неужели вы не хотите обнять Жаньжаня?
Янь Сяшань вздрогнула, и её глаза снова застлала пелена. Сквозь водянистое марево она осторожно взглянула на сына — такого близкого и одновременно чужого. Когда она уходила, ему едва исполнилось полтора года, он был совсем крохой, беспомощным и липнувшим к родителям. Но прошло девять лет. Их прежний счастливый мир рухнул, да и сам мальчик стал совсем другим…
Янь Сяшань не могла не заметить холодной отчуждённости в глазах ребёнка. На её губах появилась горькая ухмылка:
— Не нужно… Главное, что вы живы и невредимы. На моем сердце уже спокойно.
— Учитель… — Ян Юйчэнь смотрел на них и не знал, что сказать.
Но Янь Сяшань не стала предаваться унынию. Волевым усилием она смахнула остатки слёз, и в её взгляде блеснула прежняя твердость:
— Времени мало. Слушайте меня внимательно…
* * *
Тем временем в главном зале после ухода Ян Юйчэня на несколько секунд воцарилась тишина. За долгие месяцы постапокалипсиса каждый из присутствующих видел немало смертей и разлук, но подобная встреча после долгих лет невольно заставляла содрогнуться сердцем.
Впрочем, драгоценного времени не оставалось. Помолчав лишь мгновение, совет вернулся к текущим делам.
Бай Вэньсин и Су Е намеревались уйти в длительную медитацию. Им требовалось утвердить план развития на ближайший месяц и разрешить накопившиеся вопросы.
Собрание затянулось. Прошло полчаса, прежде чем Бай Вэньсин подвёл итог:
— Во вчерашнем сражении мы уничтожили основные силы зомби в округе. Игровой системе вряд ли захочется снова тратить ресурсы на новую волну в ближайшее время. А значит, целый месяц нам не грозят крупные нападения. Стратегия базы на этот период — стабильный рост и укрепление.
Он сделал паузу и осмотрел присутствующих:
— Главная задача — заставить всех жителей заново освоить Изначальную Ци. После битвы мы захватили колоссальное количество кристаллов. Выдайте всем бесплатные базовые техники и откройте доступ к Башням культивации в соответствии с очками вклада. К концу месяца все трофеи этой битвы должны быть пущены в дело!
Сотни миллионов уничтоженных тварей дали невероятную добычу, даже с учётом доли, доставшейся союзным базам. Одно лишь уничтожение почти тысячи зомби пятого уровня принесло им огромные богатства. Они разбогатели в одну ночь. И если разумно распорядиться этими ресурсами, сила Базы Заря вырастет в разы.
Все присутствующие уверенно кивнули.
Бай Вэньсин вздохнул:
— Этот месяц — наш последний шанс на спокойное развитие. Игровое система не станет смиренно ждать.
В его глазах блеснул холодный огонёк:
— Поэтому не тратьте слишком много сил на мелкую административную рутину. Держите под контролем только стратегические направления, а главное внимание уделите собственному развитию!
Если верхушка базы удержит неоспоримый авторитет и силу, в обществе не возникнет смут. В противостоянии с иномировыми захватчиками решающим аргументом остаётся только боевая мощь.
Все понимали положение дел, поэтому без лишних слов приняли указание.
В этот момент Бай Вэньсин внезапно осекся. Взмахнув рукой, он возвратил Ян Юйчэня и Тун Цижаня в зал, а Кукловода отравил обратно в Тайное обиталище. Едва запущенный процесс снова позволил Цзян Жун захватить контроль над телом Янь Сяшань.
Глаза Ян Юйчэня были красными от сдерживаемых слёз, а всегда отстранённый Тун Цижань выглядел подавленным.
Заметив, что Ян Юйчэнь заколебался, соратники проявили чуткость и, попрощавшись, покинули зал.
Вскоре в помещении остались только Бай Вэньсин, Су Е, Ян Юйчэнь и малый Тун Цижань.
Ян Юйчэнь виновато вздохнул:
— Простите… Мне бы не хотелось, чтобы подробности истории моего учителя разглашались.
Бай Вэньсин с пониманием кивнул:
— Всё в порядке. Говори.
Тогда Ян Юйчэнь пересказал полученные сведения:
— Когда самолёт учителя потерпел крушение, она вместе с Цзян Жун попала на закрытое бета-тестирование. Но учитель и помыслить не могла, что её любимая ученица, которую она считала названой сестрой, давно таила предательство. В ходе бета-теста Цзян Жун завладела навыком «Захват Чужого Гнезда».
Ян Юйчэнь сжал кулаки так, что побелели костяшки:
— Выгадав момент, когда учитель ослабла, она применила этот навык и захватила её тело! К счастью, дух учителя оказался слишком силён, и полностью поглотить её душу не удалось. Разумеется, вернуть тело насовсем учитель не может, но она способна копить силы и ненадолго перехватывать управление в критические моменты.
Бай Вэньсин мгновенно сложил пазл:
— Так это она направила тело Кукловода на нашу подчинённую базу?
— Именно, — подтвердил Ян Юйчэнь. — Учитель делила с Цзян Жун все чувства и знала, насколько сильна наша база. Чтобы помешать Цзян Жун устроить кровавую бойню, учитель улучила миг и привела марионетку прямо к нам.
Бай Вэньсин и Су Е переглянулись. Теперь причины странного поведения Кукловода стали понятны:
— Значит, техника Кукловода казалась такой топорной оттого, что Цзян Жун — всего лишь самозванка?
— Да, — кивнул Ян Юйчэнь. — Истинный навык учителя такой же, как у Жаньжаня. Цзян Жун — лишь фальшивка. Спомощью «Захвата Чужого Гнезда» она украла лишь крупицы способностей Янь Сяшань, поэтому её техники не имели и половины настоящей силы!
Бай Вэньсин задумался. Раньше они считали, что игровые навыки раздаются системой случайно. Но если мать и сын обладают одинаковой редчайшей способностью, случайность ли это?
Или навыки, выдаваемые системой — это лишь пробуждённые скрытые таланты самих людей?
Если это так, то где запечатан этот талант? В крови? Но Цзян Жун заняла тело Янь Сяшань, а полностью скопировать способность так и не сумела…
Отложив эти мысли на потом, Бай Вэньсин продолжал слушать.
— Позже Цзян Жун прославилась своей жестокостью во время бета-теста. Учитель могла лишь беспомощно наблюдать, как её руками убивают невиновных. А потом… Цзян Жун вышла на связь с самой Игровой Системой!
При этих словах Бай Вэньсин и Су Е резко подняли взгляды.
— Цзян Жун связывалась с Системой только через игровой интерфейс, самой сущности она не видела, — продолжил Ян Юйчэнь. — Система давала ей задания, а за выполнение щедро одаривала. Это и помогло ей так быстро возвыситься. Позже, когда Система велела Цзян Жун затаиться на Земле, учитель улучила момент, перехватила контроль и отправила назад первую группу людей в чёрных балахонах, а за пару дней до бета-теста вышла на связь с правительством…
Так прояснилась и загадка с людьми в чёрном, и то, как власти узнали о надвигающемся конце света заранее.
К сожалению, усилия Янь Сяшань принесли скромные плоды — перед лицом иномировых захватчиков человечество оказалось слишком бессильным.
Ян Юйчэнь понизил голос, его тон стал предельно серьёзным:
— После завершения бета-теста сила бета-тестеров не исчезла — она была лишь временно запечатана. Но едва мы вышли из Башни Инь-Ян, Система сняла эти печати с предателей! И, по сведениям Цзян Жун, на Земле скрывается ещё немало таких перебежчиков. Их уровни скрыты, и они даже не отображаются в общих рейтингах!
Бай Вэньсин нахмурился, хотя новость не стала для него неожиданностью. Было бы наивно полагать, будто у врага всего пара марионеток среди людей.
— Известно их точное число?
Ян Юйчэнь качнул головой:
— Они не знают друг друга в лицо. Цзян Жун удалось выведать лишь общие крупицы.
Бай Вэньсин задумчиво кивнул:
— Скоро начнётся борьба за посты владык фракций. Наш Альянс Инь-Ян будет выбирать главу, а Церковь Завтрашнего Дня — своего Папу. Тогда-то все крысы и вылезут из нор.
Ян Юйчэнь согласился. Впрочем, больше ничего ценного Янь Сяшань сообщить не могла — остальное касалось лишь внутренней структуры Общества Теней да мелких замыслов Цзян Жун, которые с её поимкой потеряли смысл.
— Забудь о них пока, — подвёл итог Бай Вэньсин. — В этот месяц мы должны сосредоточиться на тренировках. А когда придет время, эти предатели станут отличным оселком для наших клинков.
В его голосе проскользнула холодная, обжигающая жажда крови, но мгновение спустя Бай Вэньсин снова был спокоен.
В зале снова повисла тишина.
Ян Юйчэнь поглядел на Тун Цижаня. Мальчик ответил тем же подавленным взглядом. Хотя раньше ребёнок не помнил матери, полчаса общения, наполненного нерастраченной материнской любовью, растопили лед в его сердце. Видеть её в таком состоянии было больно.
Бай Вэньсин перевёл взгляд с одного на другого и невзначай произнес:
— Что до состояния профессора Янь… В Тереме Хранения Книг Священной усадьбы Цяньюань может найтись решение.
Ян Юйчэнь и Тун Цижань резко вскинули головы! Их глаза вспыхнули надеждой.
Бай Вэньсин строго добавил:
— Но учтите: этот месяц — драгоценное время. Если ваша личная культивация замедлится, о допуске в Терем можете забыть.
Это означало одно: путь в сокровищницу знаний для них открыт!
Оба мгновенно выпрямились и с одинаковым пылом чеканно выдохнули:
— Есть!
Бай Вэньсин взмахнул рукой, и перед ними зависли два пропуска в Тайное обиталище:
— Ступайте. Завершите дела и отправляйтесь на тренировку.
Поблагодарив Лорда, Ян Юйчэнь с братом торопливо покинули усадьбу. Чем быстрее они закончат с рутиной, тем скорее найдут способ спасти Янь Сяшань.
* * *
Когда усадьба Лорда опустела, Бай Вэньсин и Су Е тоже не стали медлить. Шагнув сквозь пространство, они мгновенно оказались в Тереме Хранения Книг.
Бай Вэньсин повел рукой, и две книги с золотым тиснением слетели с верхних полок прямо ему в ладони:
— В прошлый раз я приметил эти две. Взгляни.
Большинство фолиантов здесь имело обычные синие переплёты, поэтому золотое сияние этих свитков сразу выдавало их уникальность.
Су Е принял фолианты.
На обложках значилось: «Искусство Лука Падения Девяти Небес» и «Десять Форм Девяти Небес». Одно руководство описывало стрельбу из лука, второе — искусство владения клинком.
В раскосых глазах Бай Вэньсина заплясали искры:
— По классификации Бессмертного Достопочтенного Цяньюаня все техники делятся на небесный, земной, глубокий, жёлтый и людской ранги. Эти две — высшего, Небесного ранга. По системе игры это чистый ранг SSS!
В то время как в Павильоне Техник на базе высшим достижением были фолианты Жёлтого ранга — аналог скромного ранга RR.
Бай Вэньсин с видом победителя поглядел на Су Е:
— Из десяти небесных техник в Тереме эти две идеально подходят нам!
Су Е полистал древние страницы, и его взгляд потеплел:
— Хоть техники и разные, на вершине мастерства они ведут к единому источнику.
К примеру, «Искусство Лука Падения Девяти Небес» на пределе развития позволяло одним выстрелом разрывать пространство, вспарывать ход времени и уничтожать саму душу врага. То же касалось и «Десяти Форм Девяти Небес».
— Именно, — подтвердил Бай Вэньсин, а затем хитровато улыбнулся: — Но дойти до вершины за пару дней невозможно. Времени у нас мало. Если мы усвоим теоретическую базу других направлений, то сможем комбинировать их с луком и мечом!
Если совместить ментальную атаку с искусством стрельбы или фехтования, их смертоносность возрастет многократно.
Су Е посмотрел на Бай Вэньсина, который буквально лучился от ожидания похвалы, и тихо усмехнулся:
— Великий Лорд, как всегда, проницателен.
Получив заслуженную похвалу, Бай Вэньсин подался вперёд, почти касаясь губами щеки Су Е:
— И какая мне за это полагается награда?~
Глаза Су Е чуть потемнели. В его бархатном голосе проскользнули искусительные нотки:
— Всё, что пожелает мой Лорд.
…
Полчаса спустя.
Бай Вэньсин лежал на груди Су Е, тяжело дыша. Его лисьи глаза с наигранной досадой покосились на абсолютно спокойного жреца.
«Ладно-ладно, сейчас главное — тренировки. Вот будет время, я сорву с тебя эту маску благочестия и посмотрю, какой ты на самом деле!» — пронеслось в голове у Бай Вэньсина, и от этих мыслей у него пересохло в горле.
Но в следующую секунду Су Е медленно перевёл на него невозмутимый взгляд.
Парнишка мгновенно почувствовал неладное!
Он мгновенно вскочил на ноги:
— Всё, хватит терять время! Пошли на тренировочную площадку!
И, не пытаясь спорить, юноша стремительно испарился.
Когда Су Е неторопливо вышел на полигон, Бай Вэньсин уже полностью погрузился в отработку стойки и натяжения лука.
* * *
Дни пролетали незаметно.
Для Базы Заря наступила редкая пора затишья. Война утихла, и даже зомби, донимавшие людей последние три месяца, словно сквозь землю провалились.
Под руководством администрации жители трудились и готовились к переходу на новую систему культивации. Вопреки опасениям Ань Гуанюя, никаких бунтов или недовольств не возникло.
После грандиозного сражения с ордой каждый житель осознал две вещи: смертельную опасность внешнего мира и невероятную, почти божественную силу Бай Вэньсина. За один день Лорд уничтожил сотни миллионов тварей, среди которых были монстры четвёртого и пятого уровней.
Эта победа подарила людям надежду, а продемонстрированная мощь навсегда выжгла из их голов мысли о неповиновении. Для многих слова Бай Вэньсина стали непреложной истиной. Развеять прежнюю силу и начать заново? Если Лорд так сказал — значит, так надо!
В этой гармоничной атмосфере единственным событием, занимавшим умы жителей, оставалась предстоящая церемония заклания и панихида.
За три месяца ада слово «похороны» стало чуждым. Первое время люди ещё пытались предавать земле останки близких, но вскоре борьба за выживание вытеснила всё остальное. Похороны казались забытым роскошным ритуалом.
И когда объявили, что база готовит грандиозную церемонию прощания, сердца людей сжались.
В назначенный день с самого утра над базой висела тишина. Даже школьная детвора не носилась по дворам с обычной громкой бранью.
На перемене у стены сгрудились малыши:
— Брат Сяо Фэн, папа сказал, сегодня вечером у нас будут похороны. А что это такое?
Юный Вэй Хунфэн ответил со всей серьёзностью, на которую был способен:
— Бабушка сказала, это ритуал, когда вспоминают ушедших родных и друзей.
Слово «смерть» для детей постапокалипсиса давно потеряло таинственность. Но от слов Вэй Хунфэна дети притихли.
Девчушка с задорными косичками всхлипнула:
— Значит… я тоже смогу вспомнить папу?
В этот момент стоявший рядом мальчик вдруг громко зарыдал:
— Я хочу к маме! Мамочка… я так скучаю!
Стоило ему заплакать, как слезы заблестели на глазах остальных детей. В этой катастрофе они лишились не только детства — они потеряли родителей, свой дом и привычный мир.
Прежде им запрещали плакать. Чтобы выжить в постапокалиптическом аду, первым делом требовалось научиться молчать, ведь громкие звуки привлекали зомби и врагов. Они не могли пролить ни слезинки по погибшим близким.
И теперь простое слово «похороны» вскрыло глубоко запрятанную боль. Ведь панихида — это ритуал не только для умерших. Это возможность для живых отдать дань памяти и выпустить скорбь, томившуюся в груди.
* * *
В семь вечера жители базы дружно оставили дела и вышли из тёплых домов.
Немая, скорбная людская река потекла сквозь сквозняки и падающий снег со всех концов территории к Алтарю.
Они шли на первую панихиду Базы Заря. На первые настоящие похороны, которые проводило человечество с момента начала конца света.