第113章
Четвёрка, отмеченная Метками Дарования, не нуждалась в подсказках: едва взглянув на топорщащийся светом осколок, они сразу поняли — перед ними очередное Дарование Времени и Пространства.
Впервые им довелось созерцать его первозданный облик. Старик Бай не солгал: реликвия и впрямь напоминала острый обломок зеркала.
Но никому бы и в голову не пришло принять её за обычное стекло. Вокруг кромки клокотала поистине бездонная Сила правил пространства и времени. От одного вида этой мощи у пятерых сильнейших мастеров перехватило дыхание, а души дрогнули от трепета.
Даже Бай Вэньсин, продвинувшийся дальше всех в постижении Правил, смутно сознавал: ему не под силу сдвинуть этот осколок хотя бы на волос. Иными словами, с нынешним уровнем сил им ни за что не подчинить себе такой раритет.
Вся четвёрка поневоле затаила дыхание, словно опасаясь случайным вздохом сдуть этот крошечный осколок пространства и времени.
Вэньсин мысленно усмехнулся:
«Значит, вот про какой север толковал Старик Бай? Надо же… Сколько обуви износишь в поисках, а находка ждёт прямо под носом!»
Впрочем, радость быстро сменилась настороженностью. Осколок замер и не подавал никаких признаков жизни.
— Лулопу, почему оно молчит? — нахмурился Бай Вэньсин. — Нам что, так и стоять над ним?
Сейрен Лулопу на мгновение задумался и ответил:
— Для новичков нужно время. Но нам, кто уже бывал внутри, достаточно направить Изначальную Ци в свои Метки Дарования, чтобы активировать его.
— Так чего же мы ждём! — Цзи Цзишань тут же принялась расстёгивать наруч.
— Погоди, — остановил её Бай Вэньсин. В его лисьих глазах мелькнула хитрая искра. — Не торопись. Сначала подтянем своих.
Цзи Цзишань мгновенно поняла замысел:
— Точно! Проверим, выйдет ли затащить туда побольше народу.
В прошлый раз осколок пространства и времени поглотил всю их четвёрку без разбору. Если их пропуск гарантирован, почему бы не попытаться провести соратников? Попытка не пытка.
Трое Лордов одновременно вытащили средства связи и принялись раздавать приказы.
Юн Юйци, внимательно слушавший перекличку, догадался, о чём речь, и обратился к свободному Су Е:
— Это и есть то самое Дарование Времени и Пространства, о котором говорил глава Альянса?
— Именно, — подтвердил Су Е. — Лорд Юн, вы тоже можете созвать своих подчинённых.
Юн Юйци на миг замешкался, но всё же качнул головой:
— Увы, все, кому я доверяю, сейчас привязаны к позициям.
В сегодняшней осаде столицы от Горы Чжаояо участвовал он один: на родных землях как раз бушевала последняя, самая свирепая волна монстров. Юн Юйци вовсе не желал вернуть соратников из пространственной купели лишь для того, чтобы обнаружить свой клан полностью уничтоженным.
Су Е не стал настаивать.
Бай Вэньсин завершил вызов и бросил взгляд на союзников:
— Чтобы не рисковать, дадим им ровно минуту. Кто не успеет добраться до Базы Ихай — остаётся за бортом.
Осколок висел прямо перед ними, однако никто не мог поручиться за его долговечность. Возражений не последовало: упускать редчайшую возможность ради опоздавших вассалов никто не собирался.
Спустя минуту прибыло подкрепление. От Базы Заря явились десять ветеранов, когда-то сопровождавших Вэньсина в Башню Инь-Ян, вместе с пополнившими отряд «Сокрушитель армий» братом Май Лэшу и сестрой Май Ли. От владений Цзи Цзишань и Сейрена Лулопу прибыло ещё по шесть человек.
Осколок пространства и времени оставался неподвижным, но медлить больше не рисковали.
Бай Вэньсин обвёл соратников строгим взглядом:
— Начинаем. Объяснять некогда — оказавшись внутри, действуйте по обстановке. Главная задача — уцелеть.
Хотя прошлый опыт обошёлся без жертв, гарантировать безопасность в этот раз никто не брался. Собравшиеся собранно кивнули.
— Три, два, один! — отдал команду Вэньсин.
Четвёрка одновременно направила поток Изначальной Ци в свои метки.
В то же мгновение из глубины осколка вырвался ослепительный столб белого света, мгновенно поглотивший всех, кто стоял поблизости!
* * *
На миг перед глазами Вэньсина потемнело, а в следующее мгновение на него обрушилась удушающая, безбрежная волна убийственной жажды!
Тело сработало быстрее мысли: Вэньсин вскинул Лук Падшего Бога и спустил тетиву.
Стрела с влажным треском впилась в цель.
Разглядев окружение, Бай Вэньсин невольно издал изумлённый возглас.
Он стоял посреди исполинского древнего поля битвы. С обеих сторон от него плотные шеренги воинов осыпали врага тучами стрел и заклинаний. Впереди выстроились пехотинцы и тяжелая пехота. Однако от обычных сражений древности это отличалось размахом и природой бойцов: каждый из них был культиватором!
Противниками же выступали жуткие иномировые демоны, возвышавшиеся над землей словно ходячие утесы.
Выпущенная Вэньсином стрела торчала из груди одного из таких исполинов. Но, к его изумлению, тварь получила лишь лёгкую царапину!
Как такое возможно?! Пусть выстрел и был спешным, но даже Юн Юйци, прими он такой удар на себя, остался бы без кожи!
Внезапно небесный свод содрогнулся от чудовищного всплеска силы. Весь кровопролитный хаос на мгновение замёрз. Бай Вэньсин оцепенел, чувствуя, как спина покрывается липким хладным потом. Эта аура заставила его вновь затрепетать перед давным-давно забытым дыханием смерти.
Запрокинув голову, он разглядел уходящие за облака силуэты, сошедшиеся в поднебесной вышине. Там бушевала иная, высшая битва. Каждая из тех фигур излучала такую мощь, что у Вэньсина заходила ходуном душа.
— Чего застыли, олухи?! — раскатистый, подобный грому рёв дракона раздался прямо над ухом, мгновенно вернув Вэньсина к реальности.
Очнувшиеся воины вновь ринулись в атаку, обрушивая на врага шквал смертоносных техник.
Не до конца понимая происходящее, Вэньсин влился в общий строй. Доведённые до автоматизма движения принесли спокойствие, позволив оценить обстановку.
То, что он увидел, поразило его в самое сердце. Миллионная армия, покрывавшая равнину, состояла из культиваторов, слабейшие из которых находились на стадии Зародившегося Младенца! А мастера уровней Объединения и Великого Совершенства составляли добрую половину этого войска.
И это были не фальшивые, а настоящие, закалённые мастера. Понимание Великого Дао у каждого из них едва ли уступало его собственному! Со своей стадией Великого Совершенства Вэньсин попросту терялся в этом океане могущества.
Чудовища напротив ничуть не уступали людям в силе, а по крепости шкуры и сокрушительности ударов превосходили их в разы. Неудивительно, что его одинокий выстрел не произвёл никакого эффекта.
И тогда до него дошло, кто сражается в небесах.
Бессмертные.
Осколок пространства и времени швырнул его в ту далёкую эпоху, когда истинные бессмертные ходили по земле, а грандиозный расцвет культивации превращал стадии вроде Зародившегося Младенца в рядовое явление!
Однако этот великий век уже находился под прицелом Захватчиков.
Взгляд Вэньсина обледенел. От гигантских туш исходило до боли знакомое дыхание. Наяву он с ним не сталкивался, но чутьё подсказывало: ошибиться невозможно, эти демоны — порождение цивилизации Захватчиков!
В его глазах вспыхнул лютый огонь. Убрав Лук Падшего Бога, Бай Вэньсин призвал леденящий клинок и ринулся в самую гущу битвы.
Орда врагов простиралась до самого горизонта. Полагаясь лишь на лук, он быстро истощил бы Изначальную Ци и обрёк себя на гибель. Только ближний бой позволял задействовать крепость плоти, дабы продержаться дольше и уничтожить как можно больше тварей.
Каковы бы ни были замыслы Дарования Времени и Пространства, плевать! Раз выпал шанс резать приспешников Захватчиков — надо выжать из него максимум!
Выбрав беса на стадии Великого Совершенства, Вэньсин обрушил на него широкий, сокрушительный размах клинка.
Демон взревел и сгрёб воздух когтистой лапой, намереваясь раздавить дерзкую букашку.
Завязалась жёсткая рубка. Ударные волны от столкновений с грохотом сотрясали землю, заставляя рядовых бойцов и мелких тварей в радиусе десятков ли спешно отступать.
Чем дольше продолжалась схватка, тем более азартным и хищным становился оскал Вэньсина.
Отбросив чудовище клинком и отскочив на пару шагов назад, он огласил поле боя ликующим кличем:
— Ещё!
Клинок описывал всё более изощрённые дуги. Очередной молниеносный выпад наконец отсёк твари одну из лап!
Взбешённый монстр обрушил на него град неистовствующих ударов. Однако Вэньсин отражал их все легко и непринуждённо. Его воинское искусство точилось на глазах — враг сам не заметил, как превратился в бесплатного манекена.
Владению мечом его обучал лично Су Е. И хотя движения выглядели ладно, из-за редкой практики в них проскальзывала упрямая ученическая скованность. Теперь же, с каждым взмахом, эта искусственность испарялась. Клинок становился продолжением его плоти, а условные формы растворялись в чистом намерении. Полное слияние оружия и воли, возвращение к первозданному истоку.
Наряду с владением клинком, обращение с Силой правил становилось всё более филигранным. На Земле постигнутые им Правила делали его практически непобедимым. Отсутствие равных соперников лишало возможности расти дальше. Теперь же кругом кипела настоящая бойня с достойными врагами. Каждая срубленная голова углубляла понимание техники, циркуляции Изначальной Ци и законов мироздания.
Настоящее исступление! Впервые Бай Вэньсин бился на пределе сил, испытывая чистейший восторг битвы.
Раз выпад, два, три... Постепенно мир вокруг растаял. Исчезли солнце и луна, остались только враги под лезвием и сияющие нити правил, проступавшие сквозь пространство всё отчётливее.
Вселенские законы предстали перед ним во всех мельчайших подробностях. Это не удивляло — раньше при глубокой концентрации он уже видел нечто подобное. Однако на этот раз всё ощущалось иначе. С каждым взмахом клинка и каждым оборотом энергии ткань мироздания становилась словно бы ощутимее, плотнее.
Прежде законы оставались лишь призрачным отблеском в воде, невидимым и неосязаемым. Теперь же они будто обретали плоть, откликаясь на малейший жест.
Процесс шёл невероятно медленно. Понадобятся десятки тысяч ударов, чтобы вызвать хоть краткое колебание нитей. Но когда он научится повелевать ими одним движением руки, путь к Слиянию с Дао и становлению бессмертным будет завершён!
Неизвестно, сколько прошло времени, когда с поднебесья раскатился ледяной хмык, грохнувший над полем боя подобно небесному грому.
Вэньсина мгновенно вырвало из трансцендентного транса.
В тот же миг три тёмные тени призраками скользнули по небу, подхватили полтора десятка выживших гигантов и мгновенно растворились в небытии.
Следом за ними небесную твердь рассекла величественная фиолетовая полоса мечевого сияния.
Из недосягаемой дали донёсся исполненный ярости вопль:
— А-а-а! Цянь Цин, я всё равно спущу с тебя шкуру!!
— Ничтожество, разбитое в пух и прах, ещё смеет тявкать, — раздался холодный голос, и на землю опустилась фигура в пурпурных одеждах. Повелевающий взгляд смерил строй: — Враг бежал! Преследовать на три тысячи ли!
Едва отзвучали слова, вспыхнул новый взмах меча. В радиусе тридцати ли все демоны мгновенно обратились в пепел!
Обессилевшие воины вновь зашлись в победном кличе и устремились в погоню вослед за Цянь Цином. Бай Вэньсин не упустил случая и прикончил под шумок ещё немало тварей.
Отгнав остатки орды на три тысячи ли, Цянь Цин утомлённо опустил клинок:
— Довольно. Вы отлично потрудились. По возвращении в город каждый получит щедрую награду!
Уставшие бойцы огласили воздух сдержанными ликующими возгласами и начали опускаться на землю, восстанавливая силы.
Вэньсин вонзил клинок в грунт и повис на рукояти, тяжело дыша от полнейшего изнеможения. С головы до ног его покрывала густая корка спёкшейся грязи и крови. Даже Душевное оружие не могло вмиг очистить его одеяние. И эта кровь принадлежала не только демонам, но и ему самому... и погибшим братьям по оружию.
В этой рубке на грани жизни и смерти никто не отступил ни на шаг. Но далеко не каждый обладал запасом прочности, позволявшим выйти победителем из горнила сражения. Вэньсин не знал точного числа павших, но строй сократился ровно наполовину.
Сердце сжималось от скорби. Впервые ему пришлось наочно видеть столь страшную цену победы, и эта тяжесть легла на плечи давным-давно не ведавшего поражений мастера.
Вот он, апокалипсис... Проклятый, кровавый апокалипсис!
Пальцы сжали рукоять до побелевших костяшек. В душе закипела лютая ярость. Не будь он обессилен, он бы в одиночку ринулся в бой, чтобы вырезать всех демонов... и достать их кукловодов — Захватчиков!
Остывшие от азарта бойцы скорбно замерли, охваченные той же тяжёлой горечью.
Внезапно со стороны авангарда подошёл воин в тяжёлых доспехах. Вэньсин смахнул мрачные мысли и поднял взор. Перед ним стоял кряжистый мужчина средних лет. Вэньсин помнил его — именно он командовал сухопутными порядками.
Подойдя ближе, военачальник окинул парня одобряющим взглядом и тяжёлой ладонью хлопнул по плечу:
— А ты хорош, парень! Я видел, как ты в одиночку уложил сотню тварей на стадии Великого Совершенства. Достойная поросль!
Стоявшие рядом культиваторы воззрились на Вэньсина с невольным уважением. Срезать сотню равных по силе монстров за один бой! Да случись ему сойтись с обычными людьми, он один размёл бы целую армию! Вот уж воистину редчайший самородок. На лицах воинов смешались зависть и ликование: пробейся такой умелец в Бессмертные, мощь человеческого рода возросла бы многократно!
Чувствуя искреннее тепло соратников, Бай Вэньсин ответил изнеможённым кивком:
— Благодарю за похвалу, генерал.
Тот лишь раскатисто расхохотался:
— Ладно-ладно, береги силы, не разбазаривай дыхание на эти церемонии. Опыта у тебя маловато, экономить силы совсем не умеешь. Теперь плетись назад своим ходом — пусть будет тебе уроком!
Вэньсин лишь изобразил виноватую и вежливую улыбку.
— Славный малый, — генералу юноша нравился всё больше. Он снова хлопнул его по плечу: — Переходи в наш Легион Цяньюань. Как твоё имя?
Вокруг ахнули. Легион Цяньюань считался первым войском человечества! Каждая душа там была гением. Не сгинь они в горниле войны, каждый со временем прошёл бы кару и стал Бессмертным!
Услышав имя Цяньюаня, Вэньсин не задумываясь произнёс:
— Бай Вэньсин. С почтением принимаю предложение.
— Отлично! Отдохнёшь в городе — придёшь в лагерь. Я Хуань Лэ, первый заместитель командующего Легиона Цяньюань.
С этими словами генерал вручил ему резную жестяную бляху — пропуск в расположения войска.
— Благодарю, генерал, — Вэньсин сберёг пропуск за пазухой.
Хуань Лэ кивнул и вернулся в головную колонну, отдавая приказ о марше.
Назад воины шли не торопясь: из сил выбились почти все. После перенесённого кошмара командиры сквозь пальцы смотрели на нарушения строя, давая бойцам возможность перевести дух в неспешных разговорах.
Прислушиваясь к пересудам, Бай Вэньсин постепенно воссоздал картину эпохи, в которую его забросило.
Полмесяца назад Бессмертный Достопочтенный Цяньюань пробил преграду и ступил на путь Слияния с Дао. Встревоженные Захватчики немедленно бросили все силы орды на штурм человеческих оплотов. Нынешняя битва являлась лишь одной из рядовых стычек, но даже она унесла жизни тысяч выдающихся культиваторов.
Страшная, нечеловеческая бойня... И именно такое будущее ждёт Землю, если они не выстоят.
Замысел осколка пространства и времени оставался загадкой. Но коль уж судьба забросила его сюда, Вэньсин решил отдать все силы защите своего народа. Бросить братьев по расе посреди беды ради шкурных поисков наживы он бы просто не смог.
Вернувшись в Город Байфэн, он восстановил силы в тихом местечке и направился в штаб Легиона Цяньюань, сделавшись полноправным бойцом первого элитного полка.
* * *
Шли дни. Вэньсин с головой погрузился в суровую армейскую жизнь: тренировки, быт, вылазки. Местные воины искренне поддерживали новичка, а опытные ветераны охотно делились секретами мастерства.
День сменялся днём. Незаметно пролетели три месяца, проведённые им в стенах Города Байфэн. За это время он участвовал более чем в тридцати крупных и мелких сражениях.
С каждой вылазкой кто-то из знакомых лиц исчезал навсегда. Но закалка в адском пламени битв преобразила самого Вэньсина до неузнаваемости. Прежде он повелевал силой владыки, подавляя своей мощью. Ныне же один его холодный взор выдыхал такую кровавую жажду убийства, взращённую на горах трупов, что у любого перехватывало дыхание. Он стал истинным богом смерти.
Воинские техники отточились до совершенства, а контроль над Изначальной Ци стал абсолютным.
Так минули ещё три месяца.
Однажды утром Вэньсин очнулся с неясным вещим предчувствием. Отменив вылазку, он остался в покое, неторопливо протирая Лук Падшего Бога.
Вскорости в дверь постучали. На пороге стоял Хуань Лэ. Взгляд заместителя командующего был полон сложных чувств:
— Брат Бай... Признаться, при первой нашей встрече я и помыслить не мог, что ты зайдёшь так далеко.
Вэньсин отложил оружие и удивлённо вскинул брови:
— К чему эти слова, генерал?
Хуань Лэ пристально всматривался в него:
— Тебя вызывает сам Бессмертный Достопочтенный Цяньюань.
«Наконец-то», — мысленно отозвался Вэньсин.
Прожитые полгода закалили его и дали понять: весь этот жестокий опыт был лишь первой частью Дарования. А венцом награды неизбежно должен был стать главный колосс этой эпохи — Цяньюань.
— Что ж, тогда прошу вести меня, генерал, — спокойно поднялся Бай Вэньсин.
— Думал, я оценил тебя по достоинству, а ты опять превзошёл все ожидания... Ну что же, иди за мной, брат Бай!
Сдержанно улыбнувшись, Вэньсин не стал ничего объяснять и последовал за генералом прочь из военного лагеря, направляясь прямиком к Усадьбе Лорда.
После аудиенции градоначальник вручил ему особый жетон. Вэньсину этот пропуск был знаком до боли — он и сам не раз передавал похожие артефакты своим людям.
Лорд напутствовал его доброжелательным тоном:
— Это ключ в Тайное обиталище Цяньюань. Мы со стариком Хуанем привязаны к обороне, так что сопровождать не сможем. На той стороне тебя встретят. Не опасайся, вреда не причинят.
— Благодарю, Лорд, — принял раритет Бай Вэньсин, однако спешить с активацией не стал.
Повернувшись к Хуань Лэ, он помолчал пару мгновений и с искренней душевной теплотой произнёс:
— Берегите себя, генерал.
Тот слегка удивился порыву, но кивнул:
— Ступай со спокойным сердцем.
Сглотнув подступивший к горлу комок печали, Вэньсин влил ци в жетон. Он знал — назад дороги нет.
Проведённый в Легионе Цяньюань срок превосходил по длительности всё время апокалипсиса на Земле. Как бы он ни старался держаться особняком, кровь и пот боевого братства навсегда связали его с этими людьми. И проститься с соратниками ему уже не суждено.
Тихий, едва слышный вздох потонул во вспышке перемещения. Сдавившая тело пространственная тяга вернула мысли в холодное русло.
На той стороне его встретили сопровождающие. Миновав вереницу закрытых переходов и залов, Бай Вэньсин оказался перед входом в главное святилище — Священную усадьбу Цяньюань.
Он задумчиво огляделся вокруг. Внешне комплекс точь-в-точь повторял ту древнюю усадьбу, что досталась ему в наследие. Но здесь кипела жизнь, в коридорах звучали шаги адептов, а в глубине незримо пребывал великий владыка. Разруха и запустение грядущих веков ещё не коснулись этих величественных стен.
Постояв у подножия мраморной лестницы и глубоко переведя дух, Вэньсин переступил порог высокого чертога.
Внутри царила едва ощутимая, но давящая аура подлинного верховного мастера. Она не подавляла, а лишь напоминала о неимоверной мощи своего хозяина.
Вэньсин поднял взор и увидел на возвышении человека... нет, Бессмертного!
Внешность Бессмертного Достопочтенного Цяньюаня полностью соответствовала мысленному образу: бледный зелёный халат с узорами бамбуковых ветвей, возвышенный и в то же время удивительно располагающий к себе облик.
Хозяин усадьбы встретил гостя пристальным взглядом, в котором промелькнули искры постигнутого Дао:
— Твоё имя — Бай Вэньсин.
Вэньсин сложил ладони в уважительном поклоне:
— Так и есть. Приветствую Бессмертного Достопочтенного Цяньюаня.
Поклон был полон искреннего почтения: стоявший перед ним легендарный мастер являлся не просто сильнейшим воином эпохи, но и героем, отдавшим жизнь за спасение человечества.
Однако Цяньюань лишь тяжело, протяжно вздохнул и с печалью произнёс:
— Раз ты здесь... значит, в той последней битве я потерпел поражение.