Ань Гуанюй оторопел от такого ответа. Застыв в замешательстве, он сбивчиво пробормотал:
— Но... Великий лорд, если не вы, то кто? Разве есть на этой земле человек, достойный возглавить страну?
Бай Вэньсина эти аргументы ничуть не трогали:
— Как раньше выбирали, так и выбирайте. Я в это дело не лезу.
Он ведь был всего лишь обычным студентом, которого против воли втянуло в круговорот апокалипсиса. Он и так вымотался до предела. Разделается с захватчиками — и сбежит с Су Е подальше от людских глаз, наслаждаться жизнью. Зачем ему эта каторжная работа до конца дней?
Видя, с какой упрямостью лорд отмахивается от власти, Ань Гуанюй сокрушённо вздохнул:
— Но как ни выбирай, народ все равно проголосует за вас!
И он был прав. В умах игроков Альянса Инь-Ян авторитет Бай Вэньсина взлетел на недосягаемую высоту. Случись выборы — никто в мире не смог бы с ним соперничать, даже верховный жрец Су Е!
Бай Вэньсин, заметив, что собеседник опять зашёл в тупик, принял снисходительно-наставительный вид:
— Старик Ань, мы выбираем главу государства, а не кумира для фанатов. Тут на первом месте должны быть профессионализм и порядочность. А я в управлении державой ни бэ, ни мэ. Посадите меня на трон — только всё испорчу!
Самокритики ему хватало. Быть вождём в эпоху хаоса и войны — это пожалуйста. Если кто-то недоволен — прижал к ногтю силой, и делов! Пока генеральная линия верна, никто и пикнуть не посмеет. Но ведь это чистой воды абсолютизм. Для смутных времён годится, а вот попробуй править так в мирное время — и народ мгновенно поднимет тебя на вилы.
Если же возвращаться к прежней государственной системе, правителю придётся крутиться как белка в колесе, балансируя между интересами тысяч фракций. Каждый шаг придётся взвешивать до мелочей, выжигая тонны нервов и сил. А у Бай Вэньсина к власти душа совершенно не лежала.
Видя непоколебимую решимость лорда, Ань Гуанюй совсем пал духом и с мольбой воззвал к Су Е, надеясь, что тот вразумит своенравного юношу.
Однако Су Е лишь едва заметно улыбнулся и произнёс с глубоким смыслом:
— Делайте то, что должно. Не бойтесь: мы всегда будем за вашей спиной.
Ань Гуанюй замер на мгновение, а затем его глаза вспыхнули пониманием:
— Раз верховный жрец так говорит, нам не о чем беспокоиться! Я немедленно займусь подготовкой!
Отдав поклон, он с воодушевлением покинул Усадьбу Лорда.
Глядя вслед уходящему Ань Гуанюю, Бай Вэньсин лукаво сощурил лисьи глаза. Ему не потребовалось много времени, чтобы разгадать немую пантомиму между Су Е и его помощником.
По задумке Вэньсина, после восстановления Государства Хуася государственные дела следовало передать в руки профессионалов. Сам он влезать в эту рутину не желал. Но было очевидно: после пережитой катастрофы возврата к доапокалиптическому укладу в чистом виде не будет. Времена изменились, и старые лекала больше не работали.
Ни Ань Гуанюй, ни Су Е не могли допустить, чтобы Бай Вэньсин лишился своего высокого статуса. Да и сам народ нуждался в том чувстве абсолютной безопасности, которое дарило одно лишь его имя.
Потому Су Е и подал эту мысль. Управлять пусть управляют знающие люди. Но Бай Вэньсин должен оставаться символом нации — эким неуязвимым, живым талисманом!
Какую именно должность придумают для этого «талисмана», теперь зависело лишь от фантазии Ань Гуанюя и нового правительства.
Осознав это, Бай Вэньсин фыркнул и с наигранной злостью щипнул Су Е за щеку:
— А спросить меня, хочу ли я этого, ты не забыл?
Су Е перехватил его проказливую ладонь и, подняв взор, нежно прикоснулся губами к тыльной стороне кисти.
Бай Вэньсин замер. Встретившись с этим полным обожания, мягким взглядом, он почувствовал, как к щекам приливает жар. Слегка кашлянув, чтобы скрыть смущение, он просто навалился на Су Е всем телом!
Как говорят, долгая разлука слаще свадьбы, а они не виделись больше месяца! Настало время наверстать упущенное — да так, чтобы искры летели!
Впрочем, сокрушительный враг всё ещё подстерегал за порогом, так что долго предаваться страсти они не могли. Полчаса спустя, выплеснув накопившуюся нежность, они вновь вернулись к насущным делам.
Прижавшись к груди Су Е, Бай Вэньсин пересказал последние новости и добавил:
— Завершим Великую формацию всех законов Неба и Земли — и сразу отправимся к Реке пространства и времени.
Хоть после недавнего разгрома захватчиков на Земле и воцарился временный покой, никто не мог предсказать, когда Цивилизация Захватчиков нанесёт новый удар. Пока планета не обретет способность защищаться самостоятельно, они — единственные культиваторы Сферы Дао, способные противостоять высшим божествам, — не имели права надолго отлучаться. Случись что-либо в Реке времени, задержись они там — и Земля останется беззащитной перед лицом катастрофы.
Су Е перебирал тонкие, изящные пальцы Бай Вэньсина:
— Отложим путь до завершения Церемонии восстановления государства.
Бай Вэньсин удивлённо обернулся:
— Да что ты так упёрся в эту церемонию?
Ладонь Су Е скользнула по щеке юноши. Его голос и взор лучились благоговением, подобающим лишь истовому верующему:
— Ты заслужил эту славу. Если ты откажешься от неё, то пройдет всего пара лет — и люди забудут всё, что ты для них сделал.
— Думаешь? — Бай Вэньсин чуть прищурился.
Су Е мягко поцеловал его в лоб и прижал к себе:
— Человеческая память коротка.
История — лишь послушная девчушка, которую каждый перекраивает на свой лад. Вспомнить хотя бы мир до апокалипсиса: сколько великих подвигов было искажено, сколько имён героев затоптано в грязь! Где гарантия, что с Бай Вэньсином не поступят так же?
В глазах Вэньсина блеснул огонёк, и упрямство окончательно улетучилось:
— Ладно, убедил.
Они рисковали жизнями, балансируя на грани гибели, вовсе не ради почестей. Но если спустя годы его имя вычеркнут из учебников, а в сети начнет поливать грязью всякое глупое отребье... Бай Вэньсин просто лопнет от злости!
Чтобы не доводить дело до уничтожения мира от собственного гнева, лорд решил смириться. Подумаешь, побыть свадебным генералом — сидеть, ничего не делать и вкусно кушать он умеет лучше всех!
Глядя на очаровательную гримасу своего «лисенка», Су Е не сдержался и накрыл его губы поцелуем. Бай Вэньсин пылко ответил.
Они тихо шептались, переплетаясь пальцами, как вдруг в воздухе соткался третий марионеточный клон Бай Вэньсина. Деревянная кукла тащила на себе огромный световой шар, превосходящий её собственное тело в десятки раз. Сгрузив добычу прямо перед хозяином, марионетка уперла руки в бока и гордо запищала:
— И-я! И-я~!
Судя по её виду, затащить такую махину из столь дальних краёв было подвигом мирового масштаба.
Бай Вэньсин в мгновение ока поглотил энергию шара и ласково погладил марионетку кончиком пальца:
— Умничка, спасибо за службу.
Деревянный человечек радостно прижался к его пальцу, снова издавая веселое «и-я!». Когда он улыбался, его глаза изгибались полумесяцами — точно так же, как у самого Вэньсина.
Су Е впервые видел деревянного двойника своего возлюбленного. При виде столь милого создания в его тёмных глазах мелькнула озорная искра.
Поведя рукой, Су Е тут же сотворил точно такую же марионетку — уменьшенную копию самого себя, вложив в неё каплю собственной духовной души.
Клон Су Е живейшим образом хлопал глазами. Едва его черные зрачки сфокусировались на марионетке Вэньсина, они вспыхнули ярким блеском. Маленький Су Е сорвался с места и в порыве чувств заключил маленького Вэньсина в объятия!
Деревянный Бай Вэньсин от неожиданности повернул голову, но, узнав «Су Е», радостно запищал и обнял его в ответ.
Малыши прижались щекой к щеке. Клон Вэньсина восторгался на своем кукольном языке: «И-я! И-я!», а марионетка Су Е, вопреки молчаливой натуре оригинала, бойко поддакивала: «Угу, угу!».
Двое малышей веселились от души, совершенно забыв про своих создателей. Они активно жестикулировали, о чем-то бурно перепищались, а затем... взялись за руки и наглым образом испарились!
Сгинули без следа!
Бай Вэньсин онемел от изумления:
— Это... это они куда намылились?
Су Е тоже выдержал странную паузу, прежде чем смущённо произнести:
— Судя по их лепету... отправились на Северный полюс. Любоваться полярным сиянием.
Бай Вэньсин от удивления чуть не лишился дара речи:
— Что?! Я отправил его пахать, а не зажигать на свиданиях!
Сейчас первые два клона вылавливали якоря веры, а третий должен был следовать за войсками Альянса Инь-Ян и приносить сферы захваченных баз. И что в итоге?!
Юноша с немым укором уставился на Су Е. Не создай тот свою деревяшку, его исполнительный клон в жизни не подумал бы отлынивать от работы!
Су Е сохранял безупречно невозмутимый вид:
— Время выйдет — сами вернутся. Захват базы — дело небыстрое, марионеткам не обязательно торчать там каждую минуту. Пусть немного отдохнут.
Бай Вэньсин лишь сокрушённо закрыл лицо руками. Хоть управление марионеткой требовало куда меньше сил, чем создание полноценного аватар-клона, но теперь ему казалось, что эта затея с треском провалилась! Сам-то он кипел трудоголизмом и за столько времени толком не побывал ни на одном нормальном свидании, а его кукла оказалась конченой романтичной натурой! Невыносимо!
Су Е крепко прижал «лисенка» к себе, ласково поглаживая по спине. В его взгляде читалась такая безграничная нежность, какую никто другой и вообразить не мог.
Лишь спустя пару минут Бай Вэньсин взял себя в руки и выбрался из объятий. Ткнув пальцем в грудь Су Е, он фыркнул:
— Это всё твоя вина!
— Моя вина, — безропотно согласился тот.
— Ладно, так и быть, прощаю, — умиротворенно буркнул Бай Вэньсин. Переложив ответственность на чужие плечи, он вновь обрел душевное равновесие.
Опустив взгляд на ладонь, лорд стал разглядывать Систему территории, общипанную до состояния крошечной серебряной иглы. Это был уже пятый шар, обесточенный им после достижения Сферы Дао. Предыдущие четыре он поглощал на ходу, занимаясь слиянием баз, и не вглядывался в эти серебряные остатки, хоть и подспудно чуял неладное.
Теперь же, приблизив иглу к глазам, он внимательно изучил её структуру и спустя секунду удивленно ахнул:
— Странные эти системы... Они больно смахивают на...
— На кристаллы души, — закончил за него Су Е.
— Именно! — Бай Вэньсин нахмурился. — Но откуда у кристаллов души собственное сознание?
Кристалл души — это остаточная ментальная энергия умершего существа, закристаллизовавшаяся под воздействием цепочки невероятно редких совпадений. Этот процесс требует неисчислимых веков и уникальных условий, являясь, по сути, окаменелостью духовного тела. По всем законам природы такие кристаллы должны быть величайшей редкостью и начисто лишены разума.
Однако шары, скрытые внутри Алтарей территорий, мало того что исчислялись тысячами, так ещё и каждый обладал уникальным характером — прямо как живое существо! Это всё равно что ожившая ископаемая кость древнего динозавра. Дикость какая-то!
Вглядываясь в серебряную иглу, Су Е спросил:
— Откуда у захватчиков столько кристаллов?
Бай Вэньсин вспомнил прошлые допросы:
— Судя по памяти Восьминога и остальных, эти иглы и алтари — обычные припасы, полученные от Цивилизации Захватчиков. Там подобные штуки — повседневная рутина.
Взор Су Е заледенел. Кристаллы души — ладно, но неужели даже Алтари территорий для них не представляют ценности? Ведь даже пустой Алтарь без Системы способен наложить тяжелейшие оковы на Законы Земли. Как столь могущественные артефакты могут быть обычным мусором в мире агрессоров? Неужели сила Цивилизации Вторжения настолько чудовищна?
Атмосфера в комнате мгновенно сквозила морозом. Однако пару мгновений спустя Су Е мягко разгладил морщинку между бровей юноши:
— Не бери в голову. Придет время — сами всё увидим.
Могущественны ли они на самом деле или просто пыль в глаза пускают — станет ясно при личной встрече. Незачем заранее пасовать перед врагом.
В глазах Бай Вэньсина блеснуло хладнокровное пламя:
— И то верно.
Сидеть в глухой обороне на Земле они никогда не собирались. Лучшая защита — это нападение! При первой же возможности они нанесут визит в цивилизацию агрессоров, выведают все тайны, а если повезет — устроят там грандиозную встряску или вовсе разнесут их логово!
При мысли об этих мерзких захватчиках от Вэньсина рванулась такая лютая, всепоглощающая жажда крови, что над Землей грозно взревели тучи! Впрочем, уже через мгновение лорд полностью обуздал свою ауру: небо вновь прояснилось, будто ничего и не было.
В усадьбе Бай Вэньсин, приняв решение, не стал дальше ломать голову над тайной серебряных игл. Он отправил артефакт в сокровищницу Священной усадьбы Цяньюань — к прочим извлечённым системам — и вернулся к совместной медитации с Су Е.
Оба достигли Сферы Дао. Хотя их пути различались, они во многом перекликались, благодаря чему постижение законов превратилось в истинно поэтический обмен опытом. С каждым разговором понимание собственного Пути становилось всё глубже, а контуры будущих прорывов — всё отчетливее.
Внутри Сферы Дао Бай Вэньсина вновь затеплились искры правил Пространства и Времени. Судя по темпам, к моменту прибытия на Реку времени он вполне мог сформировать третье правило!
Спустя несколько дней погруженные в медитацию Вэньсин и Су Е одновременно подняли взоры. Они ощутили: Девятая кара Небес, обрушившаяся на Цзи Цзишань и её товарищей, подходила к концу. Последние десять ударов молний уже наливались гневом в вышине!
Бай Вэньсин поднялся и сладко потянулся:
— Ну наконец-то! До чего же они копаются.
Су Е встал вслед за ним, обняв юношу за талию:
— Пойдём глянем?
Бай Вэньсин прислушался к ощущениям:
— Хм... Давай сначала к Тан Цицы. У него дело движется быстрее.
Цзи Цзишань и Сейрен Лулопу выжигали небесной карой вражеские метки, из-за чего отставали от Тан Цицы. Юн Юйци шёл вровень с ним, но если выбирать, кто ближе сердцу, то старший брат Тан заведомо выигрывал. А если Цицы закончит быстро, они ещё успеют проведать остальных.
Су Е, разумеется, спорить не стал. Окутав лорда силой, он мгновенно перенес их в глухие, необитаемые горы.
Впрочем, называть это место горами было бы ошибкой — скорее, гигантским озерцом молний. Месяц непрерывной трибуляции Тан Цицы и рассеянная энергия небесной кары стерли в порошок все пики под грозовыми тучами. Склоны же соседних гор под ударами стихии перековались, напитавшись густой молниевой ци. Эти преображенные скалы намертво замкнули бушующий разряд внутри долины, создав не то рукотворный, не то природный бассейн кипящих молний.
Застыв у границы грозового фронта, Бай Вэньсин с интересом разглядывал электрический хаос, кипящий внизу:
— Придется объявить эти места запретной зоной. Любой, кто не практикует магию молнии, сгорит тут дотла в секунду.
Но для культиваторов молниевого пути эта долина станет благословенной обителью!
Су Е вскинул взор на ревущие небеса, чья сила продолжала питать нижнее озеро:
— Весьма дерзкий способ прохождения кары.
У Тан Цицы не было столько удачи и ресурсов, как у Вэньсина с Су Е, поэтому он не рискнул вбирать весь массив небесного гнева прямо в тело. Вместо этого он сковал всю избыточную энергию в долине. Теперь с каждым новым ударом молнии с небес всё озеро внизу резонировало, обрушивая на него двойной удар! Зато и закалка от разрядов получалась максимальной.
Окинув море электрических змей золотисто-карими глазами, Бай Вэньсин со смешком прищурился:
— Видать, работа Сяо Тана. Приятно, когда младший брат так заботится!
Лорд не стал понижать голос, и на обычно бесстрастном лице Тан Цицы, стоящего в эпицентре кары, наконец дёрнулся мускул.
Внезапно все трое повернули головы. Из вдалеке рассекаемого воздуха вылетела мечевая тень — Тан Ияо стремительно мчался к ним верхом на летящем клинке.
Завидев младшего брата, Тан Цицы окончательно утратил каменное выражение. Пренебрегая зреющей над головой карой, он громко крикнул:
— Сяо Яо, осторожно!
Свежий ветер надул нежные щеки Тан Ияо румянцем. Замрев в воздухе, он уставился на старшего брата. Тот стоял посреди ревущего омута молний — прямой, несокрушимый, словно обнаженный клинок, выкованный для великих свершений. Его аура подпирала небеса, обретая силу истинного владыки.
Румянец на щеках Ияо стал ещё гуще. Опустившись подле Бай Вэньсина, он неотрывно смотрел на Цицы:
— Старший брат, я буду ждать тебя здесь!
В глазах Цицы блеснула нежность, но с губ слетели простые слова:
— Будь осторожен.
— Угу! И ты торопись!
Цицы хотел добавить что-то ещё, но грозовое облако, разгневанное подобным пренебрежением, обрушило на землю накопленный удар. В одно мгновение всё озеро молний потонуло в ослепительном свете!
Зрачки Тан Ияо сжались от испуга:
— Великий лорд... С ним же ничего не случится?!
Бай Вэньсин усмехнулся:
— Да что с ним станется, полон сил ваш брат. Лучше не отвлекайся и смотри во все глаза — скоро самому пригодится.
Зоркий взор Вэньсина сразу заметил: аура Тан Ияо колебалась, накатывая волнами, что предвещало скорый прорыв. Парнишка лишь сдерживал развитие, пытаясь дождаться окончания кары Цицы.
Услышав слова лорда, Ияо облегченно вздохнул и послушно впился взглядом в бой старшего брата с небесной стихией.
И тут... он в очередной раз провалился в состояние озарения!
Бай Вэньсин от удивления аж лишился слов:
«М-да уж... Какая там удача у Май Ли! Вот он — истинный любимчик небес!»
Лорду оставалось лишь бессильно прислониться к плечу Су Е, задаваясь вопросом: не приходился ли Тан Ияо внебрачным сыном Старику Та?
Прошло ещё несколько дней. Тан Цицы успешно одолел девяносто первый разряд. В этот момент Тан Ияо очнулся от глубокого просветления; его аура стала совсем возвышенной и неуловимой.
Глядя на невероятно мощного Цицы посреди бушующего грозового вала, он всё равно не мог сдержать трепета. Когда обрушился последний, чудовищный удар молнии, белоснежное сияние озарило лицо Ияо, сделав его мертвенно-бледным.
К счастью, спустя пару минут в столбе света проступил силуэт Цицы. Сжимая в руках свой духовный меч, он уверенно отражал натиск небес. Хоть вид его и стал немного растрёпанным, сил у него оставалось с лихвой.
Ияо наконец выдохнул.
Спустя час ярость небесной кары спала больше чем наполовину. В то же время Бай Вэньсин ощутил, что Цзи Цзишань и Сейрен Лулопу перешли к последним ударам трибуляции!
Ещё через три часа на Земле Десятого макроцикла одновременно родились третий и четвёртый Бессмертные — да не простые, а Бессмертные Девяти Небес! В ту же секунду Тан Ияо, седьмой культиватор этого века, достигший рубежа, больше не смог сдерживать духовный поток и запустил свою небесную кару прямо в озере молний.
А ещё час спустя Цзи Цзишань и Сейрен Лулопу окончательно укрепились в статусе Бессмертных Девяти Небес.
За один этот день весь земной шар озарился благодатным сиянием, а в воздухе зазвенели небесные песнопения. Аура судьбы планеты за считанные часы подскочила на добрую десятую часть!
Этот всплеск мировой энергии позволил всем культивирующим игрокам мгновенно совершить прорыв на целый малый уровень, а особо одаренные и вовсе вошли в редчайшее состояние озарения.
Благодаря столь мощному импульсу шансы Ян Юйчэня, Янь Жуи и остальных готовых к прорыву мастеров успешно одолеть трибуляцию возросли многократно. Ещё месяц-другой усердных медитаций — и они тоже войдут в сонм бессмертных.
Таким образом, доля культиваторов, становящихся Бессмертными Девяти Небес сразу после кары, ничем не уступала Девятому макроциклу. А по высшим боевым силам — два мастера Сферы Дао и четыре Бессмертных Девяти Небес — этот век уже далеко превзошел прошлый!
С такой мощью, даже явись высшее божество лично на Землю, они сумеют отстоять свой дом.
Бай Вэньсин и Су Е переглянулись — в глазах обоих пылал ликующий огонь.
Тем временем Ань Гуанюй, получив известие о начале трибуляции Тан Ияо, дал ход вестям о грандиозной церемонии, подготовка к которой шла полным ходом.
Что же до будущего статуса Бай Вэньсина, верхушка основных баз в ходе долгих дебатов сформулировала три основных варианта. Их вынесли на всеобщее голосование, чтобы народ сам выбрал наилучший.
Однако...
Когда Ань Гуанюй принес эти проекты на утверждение Бай Вэньсину, лицо Великого лорда приняло выражение, точь-в-точь повторяющее знаменитый мем с дедушкой, недоуменно вглядывающимся в экран смартфона.