Бай Вэньсин отчётливо разглядел движения Мо Е, но клинка не остановил — ни на мгновение.
Скорость мастера Сферы Дао находилась далеко за гранью человеческого восприятия. В ту самую секунду, когда женщина лишь заметила замах, рассекающий удар уже обрушился на силу, исторгнутую из Реки пространства и времени.
И едва Мо Е успела обнажить меч, как в тишине комнаты раздался сухой стеклянный хруст.
Путы времени, пронзившие сердца супругов, мгновенно разлетелись вдребезги.
Лишённые связи с истоком, кристаллы временной мощи рассыпались тысячами искрящихся брызг. Безумным вихрем они затопили всё пространство комнаты.
Воздух в мгновение ока закружился штормовым порывом, и в сознании троих вспыхнуло леденящее предчувствие беды. Поглоти их эти волны — и каждый лишится не менее миллиона лет жизни. За Бай Вэньсина можно было не опасаться, но Гань Цзян и Мо Е испустили бы дух на месте, израсходовав весь свой жизненный срок.
Бай Вэньсин сжал губы и прикрыл супругов спиной. Серебристо-белый клинок, воплотивший в себе силу Туаньцзы, с размаху рассек пустоту.
Юный лорд объединил собственное понимание Великого Дао с угасающими законами погибшего мира. Зарождение и увядание сплелись воедино, подобно смене мировых макроциклов. Сила, порождённая этим союзом, кратно превосходила его чистую духовную мощь.
Преобразованная энергия Дао, точно гигантская ловчая сеть, силовым импульсом сжала хаотичные брызги в единый кокон.
Немедля следом Бай Вэньсин обрушил третий удар.
Разрушительная, всепоглощающая жажда уничтожения нанесла сокрушительный удар в самое скопление временных брызг.
Бесчисленные капли с детонацией распались на мельчайшие песчинки. Взвесь бесшумно повисла в воздухе, окончательно утратив смертоносную силу.
Бай Вэньсин наносил срез за срезом.
Каждый взмах клинка углублял его связь с силой Туаньцзы, и каждый последующий удар выходил в разы мощнее предыдущего.
Пять взмахов — и свирепствовавший в комнате шторм полностью обратился в невесомую пыль.
В глазах юноши блеснула острая искра: он молниеносно впитал в себя вспыхнувшее озарение, отчего его аура стала ещё более сдержанной и глубокой.
Когда же жуткий шквал и неуютное чувство опасности рассеялись, в помещении воцарилась звенящая тишина. Лишь прозрачная, искрящаяся пыль времени плавно кружилась в каждом уголке, придавая комнате завораживающий вид.
Едва заметным движением руки Бай Вэньсин собрал всю эту взвесь воедино.
Из целой комнаты пыли образовалась крошечная щепотка размером не больше ногтя. Юноша с любопытством оглядел её и вдруг на миг ощутил едва уловимый зов.
Этот импульс указывал не на обычные стороны света. Он был нездешним, глубинным — словно пробивался сквозь само время и пространство из неведомых глубин безначальной Вселенной.
Именно там и протекала Река пространства и времени.
Глаза Бай Вэньсина вспыхнули. Осторожно спрятав ценную пыль, он повернулся к супругам.
Хотя юноша успел совершить немало действий, в действительности прошло от силы пары секунд. За эти мгновения Гань Цзян и Мо Е успели пережить целую гамму чувств: от ужаса перед замахом лорда к неожиданной смертельной угрозе и её мгновенной ликвидации.
От подобной пляски смерти супруги на мгновение оцепенели. Лишь встреча с золотыми глазами Бай Вэньсина вернула их к реальности.
Но в следующий миг они почувствовали нечто такое, отчего их тела вздрогнули, а во взглядах застыло немое изумление.
Бай Вэньсин впервые видел мастеров в столь беспомощном замешательстве. Прищурив лисьи глаза, он со смешком спросил:
— Дядя Гань, тётушка Мо, вы чего это? Неужто от счастья дар речи потеряли?
Мо Е судорожно сглотнула. Её голос звучал сухо и прерывисто:
— Лорд... мы... неужели мы...
— Именно, — Бай Вэньсин смягчил улыбку и искренне произнёс: — Дядя Гань, тётушка Мо, я полностью снял с вас древние оковы. Поздравляю: отныне вы свободны.
Он широко раскрыл объятия и ярко улыбнулся:
— С возвращением!
С возвращением из ледяных глубин Реки пространства и времени, из бесконечного небытия — в этот живой и полный красок мир!
Супруги застыли. Мо Е с такой силой ужалила себя за руку, будто пытаясь очнуться от наваждения. Но острая, живая боль лишь подтвердила реальность происходящего.
Женщина прикрыла ладонью рот, сдерживая подступившие к горлу чувства. В её памяти вихрем пронеслись воспоминания обо всех пройденных испытаниях.
Сколько раз они участвовали в бета-тестированиях?
Каждый раз они с надеждой откликались на призыв и отдавали все силы в попытке обрести свободу. Но снова и снова им не хватало какой-то малости.
Со временем шансы на призыв падали, а периоды беспросветного сна в непроглядной тьме становились всё длиннее. Постепенно мечта о свободе превратилась в несбыточную иллюзию, о которой супруги старались даже не вспоминать. К чему бередить раны и напоминать себе о свете, находясь на самом дне беспросветной бездны?
Когда Бай Вэньсин выдернул их из небытия в этот раз, они радовались уже самой возможности глотнуть свежего воздуха. А уж когда судьба послала им такого талантливого ученика, как Тан Ияо, в их давно остывших сердцах вновь вспыхнула робкая надежда.
И вот теперь... Бай Вэньсин говорит, что они свободны?
Сокровище, за которым они безуспешно охотились тысячи лет, досталось им вот так просто и неожиданно?
На мгновение чувство произошедшего показалось им абсолютно сюрреалистичным. Но эта мысль быстро сгорела в пламени захлестнувшего их ликования.
Даже сдержанный Гань Цзян просиял, а его смуглое лицо тронул яркий румянец. Мо Е и вовсе засуетилась, не зная, куда девать руки. Она взглянула на зажатый в ладони меч и торопливо спрятала его в ножны.
— Мы свободны?.. Неужели правда свободны?!
Гань Цзян крепко сжал её руку. Его обычно спокойный голос заметно дрожал:
— Свободны... Свободны!
Им даже не требовались слова лорда. Мастера четко ощущали: тяжесть, давившая на них тысячелетиями, испарилась без следа. Тела стали легкими, а чувства — невероятно обостренными. Мир вокруг наконец обрел звенящую четкость.
Они вернулись. Окончательно и бесповоротно.
Мо Е не выдержала: слезы радости застелили ей глаза. Она ступила вперед и стала опускаться на колени:
— Великий лорд... вашу доброту нам не искупить и за тысячу жизней...
— Эй-эй, отставить! — Бай Вэньсин тут же подхватил её потоком бессмертной Ци. — Без этих церемоний. У нас тут коленопреклонения не водятся. Хотите отблагодарить — выкуйте для базы побольше хороших артефактов да воспитайте новых мастеров. Это куда полезнее любых поклонов!
Слыша этот практичный тон, Мо Е сквозь слезы прыснула со смеху. Смахнув слезинки, она поднялась:
— Лорд, не смейтесь над стариками. Вы подарили нам вторую жизнь, разве мы не имеем права выказать почтение?
Впрочем, зная о нелюбви Бай Вэньсина к чинопочитанию, настаивать она не стала. Лорд прав: поклоны — лишь пустой звук. Если отдавать долг, то только делами!
Глядя на их сияющие лица, Бай Вэньсин и сам невольно расплылся в улыбке:
— Ладно, идите к остальным. Зовите их сюда, я сниму оковы со всех.
— Есть! — радостно откликнулась Мо Е и повлекла мужа к выходу. Все наставники делили общую горькую долю, и супруги от чистого сердца радовались за товарищей.
Бай Вэньсин смотрел им вслед, и улыбка на его лице постепенно угасла.
Он не стал говорить супругам правду: когда-то они действительно погибли. Старик Та выхватил их образы из фрагментов Реки пространства и времени за мгновение до смерти. В их памяти запечатлелся лишь день, когда они оказались навеки привязаны к Хижине подмастерья.
Никто из наставников не помнил собственного конца. Почти все они были уверены, что дожили до наших дней с древнейших времён.
Бай Вэньсин не намеревался бередить эти раны без нужды, хотя и скрывать ничего не собирался. Если кто-то из них сам догадается о прошлом — он скажет правду. Но пока пусть эти измученные души просто порадуются долгожданной свободе.
Юноша тихо вздохнул, отгоняя лишние мысли.
* * *
Выйдя в дворик Хижины подмастерья, Мо Е подставила лицо ласковым лучам солнца. На её губах заиграла забытая, светлая улыбка:
— Соколик мой, а жизнь-то, похоже, налаживается.
Гань Цзян тепло кивнул:
— Великий лорд — достойный человек.
— Ладно, рассуждать потом будем, — Мо Е потянула мужа в сторону кузни. — Нам ещё надо ошарашить этих старых хрычей. Представляю их физиономии!
Её лицо лучилось счастьем, а в уголках глаз собрались лучики морщинок. Гань Цзян взглянул на жену, и его собственная улыбка стала ещё мягче.
Да, жизнь действительно налаживалась.
* * *
Спустя десять часов Бай Вэньсин разрушил временные цепи на каждом из ста восьмидесяти наставников Хижины подмастерья.
Обретя свободу, мастера вовсе не спешили покидать стены, служившие им тюрьмой долгие века. Вместо этого они с усердием взялись за работу.
Вскоре ученики с изумлением обнаружили: их преподаватели словно с цепи сорвались! Даже те, кто раньше славился своим покладистым характером, превратились в настоящих тиранов. Занятия удлинились втрое, а домашние задания сыпались одно сложнее другого, будто наставники устроили соревнование на самый суровый курс.
Врассыпную из кузни выскочила очередная группа ремесленников.
— На сегодня хватит! — отрезал наставник-артефактор. — Материал у вас есть. Чтобы через неделю каждый сдал по пять предметов ранга SR! Кто не справится — может больше не приходить!
С этими словами он выставил учеников за дверь и тут же кликнул следующих. Судя по боевому настрою, мастер вознамерился преподавать сутками напролёт, вёрсты упущенного времени нагоняя.
Пока наставники предавались педагогическому азарту, выдворенные ученики буквально стонали от ужаса.
Шань Дань с причёской «под горшок» в отчаянии обхватил голову:
— Пять артефактов SR?! За неделю?! Да это же грабёж! Мы только-только закрепились на этом уровне, мы же не монстры вроде нашего начальника!
Рядом с ним заметно раздавшийся в плечах Жуань Бои сохранял относительное спокойствие:
— Наставник сегодня объяснял куда подробнее обычного. Если строго следовать его инструкциям, всё должно получиться.
— Да дело не в сложности, а в количестве! — запричитал Шань Дань. — Что вообще на них нашло?! В соседних классах то же самое! Всё, про сон на эту неделю можно забыть!
Жуань Бои вздохнул:
— Если бы только на эту... Похоже, теперь такой темп станет нормой.
Услышав этот прогноз, Шань Дань едва не лишился чувств:
— О небéса, прибейте меня кто-нибудь...
Жуань Бои лишь качнул головой и под руку повёл приятеля к выходу.
Эти двое, одни из первых жителей Зари, стали типичным отражением жизни на базе. Каждый пришедший сюда находил дело по душе. Честным трудом люди отвоёвывали у постапокалипсиса право на нормальную жизнь. Под защитой Бай Вэньсина жители снова учились радоваться и грустить, постепенно забывая о животном страхе перед завтрашним днём.
Мир медленно, шаг за шагом, выкарабкивался из бездны.
* * *
Освободив наставников, Бай Вэньсин разглядывал в пустой комнате сгусток временной пыли размером с кулак.
Невидимая, бесплотная и бесцветная, она тем не менее переливалась внутренним светом. И хотя опасность миновала, сила Реки пространства и времени в этом сгустке оставалась невероятно концентрированной. Стоило зазеваться — и эта пыль могла затянуть исследователя прямо в глубины временного потока.
«Лишь щепотка пыли способна поколебать пространственно-временной якорь мастера Сферы Дао, — подумал Бай Вэньсин. — Какова же тогда мощь самой Реки пространства и времени?»
Юноша всматривался в таинственные узоры энергии, и в его золотисто-карих глазах отразилось движение Великого Дао. В глубине его духа, внутри пустующего плода Дао, внезапно затеплился крошечный огонёк.
То зарождалось новое Правило!
Однако, стоило моргнуть пару раз, как искорка угасла, не найдя подпитки.
Бай Вэньсин опустил руки и со вздохом убрал пыль. Его понимание законов времени оставалось слишком поверхностным. А вот Су Е, кажется, подбирался к этой тайне куда ближе. Надобно дождаться, пока тот выйдет из медитации, и отправиться к Реке времени вместе!
Приняв решение, лорд направился в мастерскую Небесных опор.
Тан Ияо уже завершил медитацию и вместе с наставниками трудился над пятой опорой. Взглянув на юношу, Бай Вэньсин невольно бровь поднял.
Окружавшая кузнеца аура Дао стала ещё гуще прежнего!
Вот это да! Озарение закончилось, а эффект продолжается?! Знай об этом обычные культиваторы, не способные даже до стадии Зародившегося Младенца добраться, они бы от зависти сгорели.
Недаром говорят: проклятый небесами гений. Бай Вэньсин понял, что всё ещё недооценивал потенциал парня.
Поцокав языком, лорд успокоился за судьбу ученика. С таким заделом после завершения оставшихся трёх опор Тан Ияо без труда преодолеет испытание Стадии Девяти Небес. Недели две — и дело в шляпе.
Удовлетворённо кивнув, Бай Вэньсин тихо покинул мастерскую.
Поразмыслив, юноша понял, что срочных дел у него не осталось, и решил неторопливо прогуляться по базе, заложив руки за спину.
Впрочем, моцион продлился от силы минут десять. Ошарашенный пылким почтением и непрерывными поклонами жителей, лорд позорно бежал обратно в усадьбу!
«Ужас какой... До костей пробирает!»
Бай Вэньсин вырос в приюте, где привык либо к пренебрежению, либо к жалости. Он давно выработал толстокожесть и умел держать удар. Но когда люди начали возводить его в ранг божества — тут уж у юноши едва земля из-под ног не ушла!
Как-никак, ему не исполнилось и двадцати. В его представлении истинную ценность имели свобода, дружба и любовь. А вот к власти и почитанию этот бунтарь питал искреннее отвращение.
Кто бы мог подумать, что однажды он окажется в роли почитаемого идола?
Вернувшись в пустующий главный зал усадьбы, лорд опустился в кресло. Взглянув в яркое зимнее небо за окном и вспомнив свою недавнюю струсость, он невольно тихо рассмеялся.
А ведь всё-таки хорошо.
Жизнь становилась всё лучше.
Если не считать пары назойливых фигур, маячивших в поднебесье.
Спустя пару минут в зал торопливым шагом вошёл Ань Гуанюй. Выглядел он замученным — с нечёсаной бородой и растрёпанными волосами, — но глаза его горели азартом. Завидев Бай Вэньсина, старейшина просиял:
— Лорд!
Бай Вэньсин привстал и вскинул руку:
— Да-да, всё правда. Снял.
Ань Гуанюй споткнулся и невольно улыбнулся:
— Лорд, вы о чём?.. Я вовсе не за этим пришёл!
Бай Вэньсин мгновенно переменился в лице:
— А? И с чем тогда?
Ань Гуанюй сдержал смешок и отчитался:
— Ваши клоны доставили свыше тысячи человек. Хотел спросить, как с ними поступить?
— А, эти... — Бай Вэньсин нахмурился, вспомнив про затаившуюся угрозу. — Попробуйте промыть им мозги, чтобы сделались убеждёнными атеистами. Если не выйдет...
В его глазах промелькнула стальная лютость:
— Вживите им устройства мгновенной смерти. При необходимости я должен ликвидировать их всех за одну секунду.
Почувствовав ледяную решимость лорда, Ань Гуанюй мгновенно подтянулся:
— Если дело не горит, мы поручим разработку Академии Хуакэ сразу после запуска производства вакцины и лекарства.
— Время терпит, — Бай Вэньсин развернул системную панель. Шкала режима войны техногенной цивилизации против еретического культа синела на восемьдесят процентов. Значит, якорных точек веры пока немного. С устройством можно не спешить.
Ань Гуанюй сделал пометку и, помешкав, поднял взгляд на лорда:
— Лорд Бай... Все земли Страны Хуа полностью освобождены. Старик Чжао сейчас формирует легионы в районе базы Забытая Река, чтобы продолжить наступление на северо-запад.
Слова старейшины звучали как военный отчёт, но подтекст был очевиден.
Бай Вэньсин хмыкнул:
— Не суетитесь. Формальности подождут. Вот развернём Великую формацию всех законов Неба и Земли — тогда и начнём. А пока милости прошу готовить почву.
Глаза Ань Гуанюя вспыхнули от восторга, а к щекам прилил кумачовый румянец:
— Есть! Я тотчас отдам распоряжения! Нам надо... надо выбрать день...
Глядя на его волнение, Бай Вэньсин мягко улыбнулся:
— Давайте на Праздник весны. Новый год — новая страница истории.
Ань Гуанюй от нахлынувших чувств едва не потерял дар речи:
— Праздник весны... Отлично! Чудесный день!
До Праздника весны оставалось меньше месяца.
Всего через месяц их Земли Хуася... официально вернутся на карту мира!
От этой мысли у старого воина перехватило дыхание, а на глаза навернулись слезы.
Бай Вэньсин тоже тепло улыбался, но вдруг замёрз на месте и резко поднялся с кресла.
— Су Е! — вырвался у него радостный возглас.
Прямо из воздуха соткался высокий, статный силуэт и мгновенно привлёк юношу к себе:
— Я вернулся.
— Су Е! — Бай Вэньсин крепко обнял его за шею, всматриваясь в родное лицо. — У тебя получилось?!
Су Е кивнул:
— Почти. Теперь я на стадии Сферы Дао.
Лицо лорда озарилось ликующей улыбкой:
— Потрясающе! Просто замечательно!
Он прижался к нему ещё сильнее, радуясь больше, чем даже окончанию светского апокалипсиса.
Выход Су Е на стадию Сферы Дао означал одно: теперь они будут вместе невероятно долго!
Обычный бессмертный живёт один макроцикл — почти сто сорок тысяч лет. Практически вечность. Но разница между Сферой Дао и обычным бессмертным была такой же пропастью, как между бессмертным и смертным. Мастер Сферы Дао обретал истинное бессмертие. Даже если Земля обратится в прах, Бай Вэньсин не погибнет.
Раз уж сам он достиг этой вершины, делиться вечностью лишь на короткий срок в его планы не входило. Прорыв Су Е был поважнее любой свадьбы!
Влюблённые стояли в обнимку, не скрывая нахлынувшего счастья.
Ань Гуанюй, всё это время скромно стоявший в сторонке, старательно изображал из себя элемент интерьера. Он бодался с собственным дыханием и боялся даже поздравить Великого жреца — не дай бог лорд смутится и сдуру вышвырнет его за ворота усадьбы. В его-то годы такой конфуз был бы непростителен!
Впрочем, про старейшину никто не забыл. Постояв в обнимку минут пять, молодые люди неохотно разомкнули руки.
Су Е повернулся к Ань Гуанюю:
— Старейшина Ань, а кого народ прочит в лидеры после восстановления государства?
Этот вопрос окончательно сбил старого воина с толку. Он на автомате перевёл взгляд на Бай Вэньсина.
Бай Вэньсин тут же отпрыгнул назад и скрестил руки на груди:
— Даже не думайте! Я на это не подписывался!