Бай Вэньсин едва заметно нахмурился, но вовремя сдержал порыв и, развернувшись, швырнул бомбу прямо в темя трёхранговому зомби. Лишь окончательно утвердившись на площадке магического портала, он открыл личный чат и отправил сообщение Ян Юйчэню.
Поскольку подконтрольных Тун Цижаню игроков Вэньсин переправил на базу «Южное Зарево», туда же он направил и обоих братьев — следить за порядком.
Ответ от Ян Юйчэня пришёл незамедлительно:
«Ничего из ряда вон выходящего не стряслось. Как стемнело, все, кто охотился снаружи, покорно вернулись. Сейчас они помогают разбирать завалы».
Вся территория базы «Южное Зарево» представляла собой сплошное пепелище рухнувших зданий, и за последние дни очистить её полностью так и не удалось.
И всё же… Бай Вэньсина не покидало смутное чувство неладного.
«Они сами вызвались разгребать обломки?» — уточнил он.
«Да, — отозвался Ян Юйчэнь. — Мы с ними даже в разговор не вступали».
Подозрения Вэньсина лишь усилились. С какой стати им среди ночи разгребать завалы? На базе давно обустроили пригодные для отдыха места…
Сжав губы, Бай Вэньсин напечатал:
«Будьте настороже. Я буду у вас минут через двадцать».
Получив это предупреждение, Ян Юйчэнь тоже нахмурился. Осознав всю серьёзность ситуации, он бережно подхватил на руки Тун Цижаня и тихо промолвил:
— Жаньжань, созови всех своих марионеток. Подождём Лорда у алтаря.
— Угу, — Жаньжань возле брата становился удивительно послушным.
Вскоре эта пара в сопровождении десятитысячного отряда «марионеток» направилась к алтарю территории. Шаги десяти тысяч человек в ночной тишине отзывались гулким эхом, однако игроки, копошившиеся в руинах, даже головы не подняли. Они не удостоили отряд ни единым взглядом.
Ян Юйчэнь, опасаясь внезапного нападения, весь путь оставался начеку. Но, добравшись до алтаря, он понял, что этой жутковатой толпе до них нет абсолютно никакого дела.
Пока он недоумевал, на платформе портала соткался силуэт Бай Вэньсина.
Увидев, что Ян Юйчэнь и Тун Цижань в полном порядке, Вэньсин чуточку расслабился:
— Всё спокойно?
Ян Юйчэнь покачал головой:
— Эти люди… они ведут себя чересчур тихо.
Только это слово и подходило — тишина вокруг стояла неестественная, до мурашек по коже. Даже разбирая каменные завалы, люди не издавали почти ни звука.
Бай Вэньсин закрыл глаза, призывая восприятие Лорда.
В его сознании распахнулась картина всей базы. В каждом неразобранном завале кишели человеческие фигуры. Почти полмиллиона доставленных сюда людей — каждый с застывшей, блуждающей улыбкой на лице — безмолвно, но с поразительной слаженностью разбирали обломки камень за камнем.
Со стороны казалось, будто идёт обычная расчистка территории. Но от этого зрелища у Вэньсина мороз прошёл по коже.
Он разомкнул веки и перевёл взгляд на Тун Цижаня:
— А где наши солдаты, подпавшие под внушение?
Цижань, прижавшись к груди брата, поманил пальцем.
Из строя ровным шагом выделился отряд из тридцати человек. Это были бойцы, охранявшие портал в пригороде Столицы, которых Фаньсинь при встрече подчинил своей воле. Внешне они выглядели столь же мрачно и веяли мертвенным холодом, как и прочие марионетки Тун Цижаня. Однако на фоне жертв «промывки мозгов» Фаньсиня эти солдаты казались куда более живыми. Судя по тому, что следов чужого внушения на них не проглядывалось, мастерство Кукловода пересилило магию монаха.
Бай Вэньсин задумчиво спросил:
— Скажи, а есть разница между управлением этими солдатами и обычными людьми?
Тун Цижань похлопал ресницами и тихонько кивнул:
— Прочие похожи на плотный зефир, а эти — на пористый!
Бай Вэньсин опешил. Поразмыслив над этой метафорой, он взмахнул рукой и материализовал два вида лакомства: заводской прессованный зефир размером с кость для маджонга и пышное облако сахарной ваты.
Глаза Тун Цижаня вспыхнули, он потянулся за угощением, но Вэньсин отвёл руку, лукаво прищурив лисьи глаза.
Мальчишка надул губы и лишь после этого заговорил серьёзно:
— У них дух легче, чем у остальных… Вернее, та часть духа, которую я могу подчинить, стала совсем невесомой. — Он склонил голову набок. — Я думаю, тот лысый осёл украл у них кусок душ! Вот они и превратились в идиотов, умеющих только лыбиться!
Услышав толковый ответ, Вэньсин вручил ему «пористый» зефир, а «плотный» с аппетитом съел сам.
Тун Цижань, не получив обещанной сладости сполна, заметно сник. Вэньсин, впрочем, не обратил на его капризы внимания. Парнишка уже осваивал университетскую программу, его словарный запас ничем не уступал взрослому. И раз уж он позволяет себе дурацкие метафоры — значит, просто напрашивается на нахлобучку. Жаль, сейчас не время воспитывать сорванца.
Бай Вэньсин оглядел тридцать выстроившихся бойцов и остановил взгляд на более-менее знакомом лице:
— Ослабь контроль над этим. Хочу кое-что проверить.
Тун Цижань пожевал зефир и моргнул.
Не прошло и пары секунд, как зловещая аура марионетки рассеялась, вернув солдату человеческий облик. А затем… на его лице вновь расползлась эта жуткая безумная улыбка.
Видя, как боец его собственного отряда корчит подобные гримасы, Вэньсин прищурился.
— Подойди-ка, парень, — поманил он рукой.
Солдат тут же чеканным шагом подошёл к Лорду, выпрямился стрункой и отдал честь:
— Здравия желаю, Лорд!
Если бы не эта блуждающая улыбка, его движения ничем бы не отличались от выправки кадрового военного.
В глазах Вэньсина блеснул огонёк. Кивнув в сторону игроков, разбирающих завалы, он спросил:
— Знаешь, чем они заняты?
— Докладываю, Лорд! — выкрикнул солдат. — Они собирают строительные материалы!
У Вэньсина внутри всё похолодело:
— И зачем им стройматериалы?
При этих словах на улыбающемся лице бойца вспыхнул фанатичный восторг:
— Мы возведём Священный храм!
— Что-то я не расслышал, — голос Бай Вэньсина упал до ледяного шёпота. — Повтори.
Солдат даже не заметил смертельной угрозы. Запрокинув голову к небу и широко распахнув руки, он в исступлении закричал:
— Мы раскинем сияние Дитя Будды по всей Земле! Пусть каждый человек на свете омоется его благодатью и вместе с нами взойдёт к Высшему Блаженству!
Едва прозвучали эти слова, как полмиллиона игроков, рывшихся в руинах, будто повинуясь единому сигналу, вскинули головы. И над руинами базы пронёсся единый, оглушительный вопль:
— Взойдём к Высшему Блаженству! Взойдём к Высшему Блаженству!
Этот фанатичный, истовый рёв многократным эхом разнёсся под ночным небом!
— Заткнулись все! — гаркнул Бай Вэньсин.
Его голос разорвал ночь подобно раскату грома. Могущественная духовная воля Великого Лорда волной хлынула во все стороны, обрушиваясь на подпавших под чары людей тяжёлым прессом. Словно небесная гора давила им на плечи, не позволяя вымолвить больше ни звука!
Лицо Вэньсина стало мрачнее тучи, золотисто-карие глаза метали молнии.
Этот проклятый монах истреблял сородичей, утратил всё человеческое да ещё и снюхался с Системой! Его сияние? Его благодать?
Да кем он себя возомнил?!
То, что эта тварь всё ещё топчет землю — несмываемый позор для человечества! И он смеет устраивать свои крысиные капища на землях Вэньсина?!
Мечтать не смей!!
В следующее мгновение невидимый воздух свился в прочные канаты. Они обмотали каждого человека в руинах и оторвали их от земли на полметра!
На этот раз толпа перестала быть безликой массой. Люди забились в воздушных путах, их фальшивые улыбки сползли, уступив место искажённым от ярости гримасам.
Бай Вэньсин подошёл ближе, его хладный голос отдался в ушах каждого:
— Ну что, всё ещё хотите строить своё бесовское святилище?
Барахтающиеся в воздухе люди замерли. А затем их рты беззвучно, но в едином порыве начали чеканить:
«Священный храм! Священный храм!»
Они жаждали воздвигнуть храм! Даже стоящий перед Вэньсином солдат смотрел на него с тем же безумным исступлением!
Взгляд Вэньсина стал ледяным. Он запечатал им рты плотной воздушной пробкой. Но это не остановило безумцев — они продолжали отчаянно извиваться, пытаясь вырваться на свободу и продолжить стройку.
Бай Вэньсин усмехнулся от кипевшей внутри ярости. Повернувшись к Ян Юйчэню, он процедил:
— Наблюдайте за ними. Пока не образумятся — не выпускать. Раз в три дня давайте воду и немного еды, чтобы не сдохли от голода.
Это было сказано в сердцах, на эмоциях. Ян Юйчэнь не стал возражать и лишь молча кивнул.
Затем Вэньсин сотворил прочную пеньковую верёвку и туго скрутил стоящего перед ним солдата. Изначально он планировал разобраться с жертвами внушения позже, но теперь понял: промедление смерти подобно. Кто знает, какую ещё пакость удумает этот лысый чёрт!
Закинув пленника на плечо, Вэньсин бросил Ян Юйчэню:
— Держите ухо востро. Если что — зовите подкрепление.
С этими словами он шагнул обратно в портал.
Переправившись на нужную точку, он призвал боевой вертолёт, погрузил связанного солдата и взмыл в ночное небо.
В кабине вертолёта Бай Вэньсин въедливым взглядом, словно рентгеном, просвечивал пленника. Солдат же, не замечая опасности, извивался на полу гусеницей, рвясь назад — строить свой «храм».
Вдруг Вэньсин обхватил его за запястье и осторожно направил в чужое тело тончайшую нить Изначальной Ци.
Солдат мгновенно застыл, превратившись в деревянное изваяние.
В глазах Вэньсина блеснула искра. Сработало?
Его логика была проста: раз лысый монах дурачит людей с помощью Изначальной Ци, значит, и бороться с этим нужно той же силой.
Увидев первый успех, Вэньсин увеличил напор. Поток Ци наткнулся на забитые, неочищенные меридианы обычного человека. Пришлось вытягивать энергию в тончайшие нити и бережно вести её по каналу.
Пока Ци скользила по телу, Вэньсин пытался нащупать ментальную метку, оставленную Фаньсинем. Но то ли его собственного чутья не хватало, то ли монах использовал слишком грязно обработанную энергию — никаких следов чужого присутствия обнаружить не удалось.
Прошло полчаса, прежде чем Изначальная Ци совершила полный Большой Круг по меридианам солдата.
И в то мгновение, когда энергия достигла финальной точки, застывший боец всем телом содрогнулся… и на его лице снова заиграла знакомая дурашливая улыбка.
«И это весь результат?»
Вэньсин убрал руку и принялся пристально вглядываться в лицо парня. Но как ни старался, не мог понять, ослабла ли хватка внушения хотя бы немного.
Подумав, он решил повторить попытку. Однако едва его Ци коснулась кожи, как путь оказался закрыт. Меридианы некультивированного человека после одного круга пропитались энергией, словно песок водой, и больше не могли принять ни капли.
Пришлось отступить. Вэньсин открыл личный чат и описал ситуацию Су Е. А затем ответил на сообщения Сейрена Лулопу и Цзи Цзишань, согласовывая детали предстоящей охоты на пятиранговых зомби.
В это же время…
В тайных каналах игровой системы проходил секретный совет лидеров. В нём участвовали представители крупнейших фракций, девять из десяти которых занимали верхние строчки в рейтинге территорий. И на знамени каждой из них красовался герб с Драконьим Знаменем.
О чём именно шла речь на этой встрече, посторонним знать не дано. Известно лишь одно: сразу после неё по всей земле Хуася прокатилась волна скрытых перестроек.
Ань Гуанюй, глубоко погружённый в составление плана развития базы, отвлёкся на звуковой сигнал личного чата. Вчитался в строки — и его лицо застыло.
В другом конце страны Чжао Хунвэй пробежал глазами входящие сообщения, и его брови сошлись к переносице.
Падение Столицы всколыхнуло страну. Напряжение на базах нарастало с каждым часом.
* * *
База Спокойствие Сердца
Если во внешнем мире всё ограничивалось лишь подводными течениями, то здесь атмосфера напоминала жерло готового к извержению вулкана.
Нин Цзыцянь едва сдерживал закипавший гнев. Он был на грани отчаяния, но сделать ничего не мог. Этому старику посчастливилось вернуть моложавый вид, но за последние пару часов он постарел лет на десять.
Ещё бы! Три из четырёх баз вокруг Города G уже присягнули на верность «Заре»! Четырёхугольник распался, и их база «Спокойствие Сердца» осталась последним одиноким островком!
У Цзыцяня от нервов высыпала сыпь на губах. Он мерил кабинет шагами, заложив руки за спину.
Сидевший на диване Нин Юанькай искренне не понимал метаний отца:
— Пап, ну мы же заключили союз с «Зарёй»? Они не смогут на нас напасть. Чего ты паникуешь?
Услышав этот глупейший вопрос, Нин Цзыцянь чуть не захлебнулся от ярости. Он ткнул в сына дрожащим пальцем:
— Дурак! Ты набитый дурак! Сегодня союз есть, а завтра его расторгнут! Война территорий не ограничивается одной битвой!
Разве мало в истории примеров, когда врага покоряли без единого выстрела?! Бай Вэньсин наверняка уже сейчас вынашивает план, как сожрать их базу с потрохами!
Нин Юанькай лишь пробормотал под нос:
— Не думаю, что они на нас нападут… Лорд Бай кажется вполне разумным человеком.
— Ах ты!.. — от этакой беспросветной глупости у Цзыцяня перехватило дыхание. Он едва не схватил инфаркт! Заорав во весь голос, старик схватил со стола фарфоровую чашку и швырнул её прямо в голову сыну: — Да ты даже когда в маджонг играешь, знаешь, что четвёртого добирать надо! А Бай Вэньсин, по-твоему, бросит кость?! Бездарь! Какая же ты бездарь!! Вон отсюда!!
Нин Юанькай ловко уклонился от летящей чашки и, видя, что отец окончательно свихнулся от злости, боком-боком удрал из кабинета.
Нин Цзыцянь остался в комнате один. Помещение погрузилось в звенящую тишину. Чем больше он размышлял, тем сильнее сжималось сердце. Пометавшись ещё немного, старик замер. В его глазах вспыхнул холодный огонёк:
«Нет, я не стану сидеть сложив руки!»
С этими словами он вызвал окно личных сообщений.
* * *
Ночь казалась бесконечной, но стоит затеплиться первому рассветному лучу, как разбегаются скрывавшиеся во тьме тени.
В неизвестном убежище мертвенно-бледный монах Фаньсинь резко распахнул глаза.
В его восприятии оборвалась одна из ментальных нитей.
* * *
На борту вертолёта Бай Вэньсин разглядывал растерянного солдата. Его глаза блеснули:
— Очнулся?
Услышав голос Лорда, боец инстинктивно вытянулся в струнку и привычно выкрикнул:
— Так точно!
И лишь затем осознал, что связан по рукам и ногам…
«???» — читалось на лице солдата.
Вэньсин, видя его живые, естественные эмоции — без малейшего следа жуткого внушения — облегчённо улыбнулся.
Заклятие Направления Ци Инь-Ян не подвело! Потребовалось всего дважды прогнать Ци по его меридианам, чтобы разрушить вражеское заклятье!
Вэньсин взмахнул рукой, и путы опали:
— Всё позади. Вспомни, что произошло. Сколько ты помнишь?
Солдат нахмурился, погружаясь в воспоминания. На мгновение его глаза налились кровью, грудь заходила ходуном. Он тяжело задышал носом, а в голосе послышались слёзы:
— Фаньсинь… Проклятый лысый чёрт!!
Он стиснул зубы так, что затрещали скулы, его колотило от гнева.
Он! Он почитал этого изверга и предателя родины за божество?! Он собирался строить ему храм?!
Позор! Какое несмываемое позорище!!
Боец чуть не плакал от стыда, готовый хоть сейчас выброситься из вертолёта.
Вэньсин, понимая его состояние, мягко произнёс:
— Успокойся. Твоей вины здесь нет.
Голос Лорда звучал ровно и внушал незыблемую уверенность. Солдат перевёл дыхание, поднял глаза на Вэньсина и сдержал подступающие слёзы.
Вэньсин не дал ему снова погрузиться в самобичевание и спросил:
— Помнишь, как этот монах подчинил вас?
Внимание солдата переключилось, он заговорил, тщательно подбирая слова:
— Мы несли дежурство у портала. И тут незваным гостем возник этот лысый. Мы хотели поднять тревогу, но вспыхнул алый свет, а потом… потом… — Он сжал челюсти, не в силах вымолвить ни слова о том кошмаре.
Вэньсин перебил его:
— Вас одурманили. Всё, что вы делали, происходило не по вашей воле. Не казни себя.
Солдат кивнул, окончательно приходя в себя.
Вэньсин продолжил расспрос:
— Что ты чувствовал, находясь под действием чар?
Боец задумался:
— Это… очень странное состояние. В теле появлялась невероятная лёгкость, перестаёшь чувствовать голод или боль. Все дурные мысли испаряются. И ещё… — Он замялся. — В голове чётко ощущается золотой лик Будды. Он словно взирает на тебя с небес и озаряет светом.
— Всех вас?
— Да! — твёрдо подтвердил солдат. — Перед этим ликом мы казались крошечными светящимися точками. Мы не просто чувствовали друг друга — мы ощущали единую волю. И решение строить храм пришло ко всем одновременно именно поэтому.
Бай Вэньсин нахмурился:
«А монах-то непрост…»
Это далеко не обычный кукловодческий трюк. Учитывая слова Тун Цижаня о «невесомых душах», Фаньсинь действительно затягивал частички душ своих жертв в этот золотой идол.
И, скорее всего, монах уже знает, что одна из его жертв вырвалась из сети.
В глазах Вэньсина блеснул огонёк.
Вскоре вертолёт достиг цели. Вэньсин поднялся и обратился к солдату:
— Ладно, дело прошлое. Сейчас отыщешь командующего Чжао и вернёшься в строй.
Услышав, что его не вышвырнут из армии, солдат вскинул голову, его глаза вспыхнули:
— Спасибо… Спасибо вам, Лорд.
Он-то думал, что после подобного позора путь в армию ему заказан.
Вэньсин похлопал парня по плечу:
— Держись молодцом.
Солдат взял себя в руки, выпрямился и выкрикнул с непреклонной решимостью:
— Есть!
Настанет день, и он смыет этот позор кровью врага!
* * *
Спустя двадцать минут Бай Вэньсин вместе с солдатом вернулся на базу «Заря».
Наступило утро. Новый день принёс на базу свежие силы. Всего за одну ночь Ань Гуанюй успел оптимизировать работу десятков служб. Изменения казались незначительными, но эффективность базы выросла в разы.
Бай Вэньсин стоял на площади у алтаря, наблюдая за суетой жителей, и на душе у него становилось светлее.
В десять утра в главном зале Усадьбы Лорда собралось всё высшее руководство «Зари».
На этом втором совете присутствовали новые лица.
Справа, в ряду «гражданских», занял своё место Ань Гуанюй — фактический премьер-министр территории.
Слева, среди «военачальников», расположились два новых генерала — Янь Жуи и Цан Хай.
Впрочем, в условиях постапокалипсиса никто не тратил время на чинопочитание и пустые приветствия. Вэньсин сразу перешёл к делу:
— Я нашёл способ снимать одурманивание монаха!
Эта новость заставила всех встрепенуться! Наблюдать, как их соотечественники превращаются в покорных кукол, было невыносимо. И никто не ожидал, что Лорд найдёт решение так быстро!
Ловя на себе восхищённые взгляды соратников, Вэньсин слегка откашлялся:
— Правда, этот метод довольно медленный. Назвать его полноценным лекарством нельзя.
На базе «Южное Зарево» находилось почти полмиллиона человек. Один сеанс очищения забирает полчаса, а каждому требуется по два захода. Если полагаться только на Вэньсина и Су Е, они не успеют за темпами Фаньсиня.
Вэньсин переглянулся с Су Е, и они по очереди рассказали собранию о Заклятии Направления Ци Инь-Ян. И о том, что эта техника входит в прямое противостояние с Системой.
Эти откровения заставили присутствующих затаить дыхание.
Когда Вэньсин закончил, Чжао Хунвэй грохнул кулаком по столу:
— Отлично! Имея в руках Заклятие Направления Ци Инь-Ян, мы наконец-то сможем дать бой этой чёртовой Системе!
Ань Гуанюй поддержал его:
— Полностью согласен. Зависимость от системных навыков всегда внушала опасения. Нельзя победить врага, играя по его правилам.
Присутствующие единодушно кивнули.
Вэньсин остудил их пыл:
— Однако смену техники нужно спланировать идеальным образом, чтобы враги не застали нас врасплох во время переподготовки. И самое главное… — Вэньсин строго оглядел присутствующих. — Манускрипт Заклятия Направления Ци Инь-Ян ни при каких обстоятельствах не должен попасть в чужие руки.
Фаньсинь даже без правильной культивации умудрился наделать столько бед. Если он овладеет Изначальной Ци в полной мере — с ним уже никто не справится!
Участники совета мгновенно подтянулись. Собрание перешло к обсуждению мер секретности и графика переобучения бойцов.
Спор затянулся больше чем на час. Лишь после этого удалось выработать общий план.
Когда обсуждение подошло к концу, Чжао Хунвэй поднял руку:
— Лорд, у меня есть важный доклад.
Ань Гуанюй тут же поднял взгляд:
— Лорд Бай, мне тоже нужно кое-что доложить.
Профессор Мо посмотрел на них обоих и качнул головой:
— Надо же, какое совпадение. У меня тоже есть новость.