Вся Земля предстала перед ним удивительным гибридом футуризма и древней магии. Ввысь взмывали стремительные, сотканные из стекла и метастали небоскрёбы, а над висячими эстакадами, подпиравшими небо на сотню метров, то и дело пролетали культиваторы в широких, развевающихся халатах, оседлавшие летящие мечи.
Внизу кипела неоновая жизнь мегаполисов, а за их пределами простирались горные кряжи — благословенные обители, пропитанные густой изначальной Ци. Древние пагоды и величественные усадьбы, ютившиеся на вершинах, стояли обособленно, словно отрезанные от шумной суеты.
Удивительно, но два столь противоположных уклада сосуществовали в абсолютной гармонии. Нисходящие с гор бессмертные в грациозных одеяниях беззаботно прогуливались по улицам и играли в видеоигры плечом к плечу с горожанами в джинсах и футболках, а солидные мужчины в строгих костюмах увлечённо беседовали с облачёнными в доспехи воинами.
Наблюдая эту картину, Бай Вэньсин лишь покачал головой — безумный сплав технологий и культивации выглядел ожившей фантастикой. Впрочем, мысленно подивившись своеобразию развития Второго макроцикла, он не стал отвлекаться и полностью сосредоточил дух на разведке.
Первым делом его божественное чутье устремилось за пределы Земли. За пару мгновений невероятно мощный, но совершенно невидимый импульс его восприятия охватил весь космос.
Результаты разведки не на шутку удивили Бай Вэньсина.
Захватчики, что в прошлом макроцикле вели свирепое наступление, теперь жались к дальним галёркам Вселенной — вокруг того самого космического прохода, где некогда явился исполинский глаз.
В точке прорыва Цивилизация Захватчиков выстроила цепь монументальных форпостов. На зубчатых стенах крепостей под началом Низших божеств непрерывно несли караул многочисленные отряды воинов.
Бай Вэньсин приподнял бровь:
«Судя по такой бдительности, на эти укрепления совершаются регулярные налёты... Неужели бессмертные с Земли держат их в страхе?»
Он уже намеревался сместить фокус восприятия обратно к планете, когда его чутье уловило чужой разговор.
— Владыка, из Храма поступил приказ, — произнёс робкий, заискивающий голос. — Требуют отозвать еще пятерых Средних божеств и двадцать Низших.
— Опять отозвать?! — рявкнул в ответ разгневанный баритон. — В Храме совсем из ума выжили?! Разве они не знают, что на Земле в этом месяце появился ещё один Бессмертный Девяти Небес?! Стоит нам ослабить хватку хотя бы на человека, и в следующий раз эти проклятые земляне пробьют нашу оборону! Не бывать этому! Отправляйся к Богам Света и Тьмы, пусть они совместным указом отклонят требование о передислокации!
— Но, мой Бог... — Солдат задрожал от страха. — В метрополии ситуация критическая, силы стягивают со всех колониальных миров. Если мы воспротивимся... что, если это привлечёт внимание Всепочитаемого?..
Раздался сухой хлопок. Не успел воин закончить фразу, как его голова разлетелась кровавыми брызгами.
Совершивший расправу бог брезгливо взглянул на обезглавленный труп:
— Никчёмный мусор. Смеет пугать меня Всепочитаемым.
Он мрачно хмыкнул и процедил сквозь зубы:
— Пока Всепочитаемый жив, с нашей столицей ничего не случится. Это жрецы в Храме паникуют из-за мелких неудач на фронте и действуют по своему усмотрению. Нет, надо сделать так, чтобы эти два идиота — Свет и Тьма — сами взяли на себя вину за отказ.
С этими словами он стремительно покинул свои покои.
Бай Вэньсин запечатлел эту сцену в памяти, и в его глазах блеснул огонёк. Выходит, война на родной планете Захватчиков полыхала уже тогда? И судя по услышанному, дела у них шли из рук вон плохо — похоже, они увязали в тяжелейшей обороне.
Словом, у Земли во Втором макроцикле на руках были абсолютно все козыри!
Но почему же тогда... Земля в итоге потерпела поражение?
Нахмурившись, Бай Вэньсин перевёл взор на родную планету, пытаясь отыскать разгадку.
Вскоре пред ним раскрылись многие тайны того времени, объяснявшие, почему местная цивилизация приняла столь необычный вид.
С падением Первого макроцикла древние знания о пути выше уровня Истинного Бессмертного оказались утрачены. Достигнув вершины этого ранга, практики Второго эпохального цикла упёрлись в глухую стену.
Тогда, неисчислимые века назад, величайшие из них решили проложить собственный путь. Они заключили уговор, разделили сферы влияния и принялись без помех воплощать свои замыслы.
Первой, кому удалось пробить тупик, стала Истинная Бессмертная, решившая полностью отказаться от изначальной Ци и давшая жизнь абсолютно новой, технологической цивилизации. Именно она проложила путь и стала Первым Предком Достопочтенным Богом!
Достигнув небывалых высот, Она щедро поделилась опытом с собратьями по культивации. Вдохновившись концепциями техногенного прогресса, один за другим постигали Дао и другие Истинные Бессмертные, сбрасывая оковы старых ограничений и возносясь в статус Достопочтенных богов. Так на Земле расцвёл этот фантастический, но удивительно гармоничный уклад.
Ныне на планете насчитывалось восемнадцать Достопочтенных богов. Меньше, чем в древнейшую эпоху, но несоизмеримо больше, чем в грядущих веках. С учётом кризиса в стане Захватчиков, Земля обладала колоссальным преимуществом.
И всё же над миром висела гнетущая, тревожная тень.
Бай Вэньсин направил восприятие к скрытой от посторонних глаз бесшовной белоснежной зале.
Здесь собрались душевные проекции всех восемнадцати Достопочтенных богов и нескольких десятков Бессмертных Девяти Небес.
— Достопочтенные! — сурово чеканя слова, произнёс закованный в броню витязь-бессмертный. — Нам удалось перехватить донесение врагов. Похоже, их Всепочитаемый теряет терпение и намеревается лично вступить в войну!
При этих словах Бессмертные Девяти Небес изменились в лице. Лишь Достопочтенные боги сохраняли бесстрастие, не выдавая захлестнувших их мыслей.
— Известны ли сроки? — размеренно спросил восседавший во главе стола Достопочтенный бог в белоснежных одеждах.
— От трёх-четырёх месяцев... до трёх-пяти столетий, — отчеканил воин.
Разброс казался огромным, но для сущности уровня Всепочитаемого вечность спрессовывалась в мгновения. Никто не мог угадать, обрушит ли он удар немедленно или решит сделать паузу длиною в века.
— Панике поддаваться не стоит, — вступил в разговор другой Достопочтенный бог, в пурпурном одеянии. — Сведения держите в тайне. Продолжаем действовать по прежнему плану и совершать налёты на форпосты Захватчиков. Враг не должен заподозрить, что мы осведомлены.
Присутствующие согласно кивнули.
— Цзыан, как продвигаются работы над Матрицей Уничтожения Звёзд? — обратился белоодежский к единственному среди присутствующих практику, выглядевшему по-современному — в длинном белом халате учёного.
Син Цзыан взвесил каждое слово:
— Всё идёт по графику. На завершение первого этапа разработки потребуется около двух месяцев. Однако...
Он поднял взгляд на владык, и в его глазах мелькнула тень сомнения:
— Прошу прощения за свою некомпетентность, но предмет, переданный мне Достопочтенными... Мы до сих пор не сумели постичь его природу.
— Это наше главное оружие против Всепочитаемого, — внушительно произнёс пурпурноодежный. — Лишь оно даёт абсолютную гарантию его уничтожения. Цзыан, бросьте все силы института на изучение этой реликвии. Если потребуется, любой из Достопочтенных окажет вам содействие.
Син Цзыан заметно побледнел и хотел было возразить.
— На этом закончим, — перебил его белоодежский владыка. — Раз противник активизировался, мы обязаны подготовиться к худшему. Возвращайтесь и без лишнего шума приведите силы в боевую готовность. Главное — не спугнуть врага раньше времени.
— Слушаемся! — склонили головы бессмертные.
Владыка взмахнул рукавом, и фигуры гостей начали растворяться в воздухе. Вскоре зал опустел. Лишь Син Цзыан остался стоять на месте, с трудом скрывая бушевавшие в душе эмоции.
Владыка в пурпуре вздохнул и тихо произнёс:
— Цзыан, всё это — ради общего будущего.
— Ради общего? — Голос учёного дрогнул от гнева. — А как же те, из кого вы выточили эти Жемчужины душ? У них нет права на будущее?!
Лица Достопочтенных богов сделались суровыми.
— Цзыан, — попытался сгладить углы белоодежский. — Это преступники, приговорённые к казни. Послужив делу спасения человечества, они хоть как-то искупили свои грехи.
— Искупили?! — Син Цзыан вскинул голову и сжал в кулаке иссиня-чёрную сферу, от которой веяло леденящим душу зловонием тьмы. — Вот это вы называете «искуплением»?!
Син Цзыан за свою жизнь видел немало, но эта Жемчужина душ заставляла кровь стынуть в жилах. Даже дух несчастного, перед смертью претерпевшего тысячу терзаний и снятие кожи, не обладал и малейшей долей той концентрации ядовитой злобы, что таилась здесь. Каким нечеловеческим пыткам подвергали людей, чтобы породить подобное уродство?!
Но ужаснее всего было другое: владыки вручили ему не одну такую жемчужину... Их было триста шестьдесят!
Это было не просто убийство. Это был чудовищный, кровавый грех, способный осквернить Небеса!
Большинство Достопочтенных богов встретили его обвинения с полным равнодушием. Белоодежский лишь задумчиво устремил взор к своду залы:
— Цзыан, у нас нет иного выхода. Ты рассуждаешь так лишь потому, что ещё не узрел истинную суть этого мира. Когда ты встанешь в один ряд с нами и станешь Достопочтенным богом, ты поступишь точно так же.
— Не поверю! — гордо отрезал Син Цзыан.
Он отказался признать, что у целой цивилизации остался единственный, сомнительный путь.
— В прошлые века наши предки, столкнувшись с тупиком, не опустили рук и проложили десятки новых путей! — Его голос звенел сталью. — Как же получилось, что вы, обретя могущество Достопочтенных богов, не смогли найти для будущего Земли ничего лучшего, кроме этой кровавой мерзости?!
Слова звучали святотатственно, но Достопочтенные смотрели на него с едва скрываемой снисходительностью, будто на запутавшегося ребёнка.
— Довольно, — со всей строгостью пресёк его владыка в пурпуре. — Твой талант неоспорим, Цзыан. Достигнув нашего уровня, ты, возможно, сыщешь иной путь. Но сегодня наш ответ остаётся неизменным.
Учёный порывался возразить, но белоодежский поднял руку:
— Кабы у нас оставалось время, мы не стали бы спешить с этим решением. Но у нас его нет. Вражеский Владыка выступит против нас уже через три месяца.
Он горько ухмыльнулся:
— Нам воздают почести как богам, но Всепочитаемый стоит на ступень выше нас. Разница между нами и им — словно пропасть между Истинным Бессмертным и Достопочтенным богом. Без этого оружия даже если все восемнадцать из нас сожгут свои сущности дотла, мы не сдержим и единого его удара!
На мгновение Син Цзыан замер, но пурпурноодежный добавил:
— Если жертвоприношение горстки отпетых мерзавцев дарует спасение миллиардам жизней, любой разумный согласится с этой ценой.
Эти слова пронзили учёного словно молния. Он медленно поднял глаза на этих величественных, окутанных сиянием владык. В его чистом взоре читался первозданный ужас и отвращение. Он и помыслить не мог, что верховные покровители человечества способны опуститься до столь лицемерного оправдания!
И вдруг Син Цзыан расхохотался — безумно, отрешённо:
— Замечательно! Какое благородное слово — «пожертвовать»! Выходит, зверские пытки и истязания теперь зовутся «святой жертвой»?!
Дьявольское нечестие, оскверняющее самые основы мироздания, они умудрились обрядить в одежды добродетели!
В глазах Син Цзыана вспыхнул фанатичный пламень:
— Что ж! Раз у вас не хватило ума сыскать иной путь, я найду его сам! И пусть мне суждено сгинуть вместе с этим миром, я гнушаюсь оставаться в одном ряду с вами!
С этими словами он с силой швырнул под ноги владыкам шкатулку со всеми тремястами шестьюдесятью Жемчужинами душ и, не оборачиваясь, размашисто шагнул прочь.
Достопочтенные боги нахмурились, глядя на строптивца, а затем дружно обратили взоры к той, что восседала выше всех.
Именно Первый Предок Достопочтенный Бог прорубила тупик и заложила основу нынешнего процветания. Хотя с годами она всё реже являлась миру, среди высших практиков о её могуществе ходили легенды. Многие шептались, что она вплотную приблизилась к рангу Всепочитаемого.
Син Цзыан пользовался её особым покровительством, и лишь поэтому боги терпели его дерзость. Теперь решение оставалось за ней.
Окутанная ослепительным золотым сиянием, скрывавшим её облик, она изрекла величаво и отрешённо:
— Оставьте его. Пусть попытается найти иную тропу. Вам же придётся взять разработку Матрицы Уничтожения Звёзд на себя. Завершите проект как можно скорее. Но не забывайте и об обороне — Захватчики не должны воссоздать преимущество.
— Повинуемся, — склонились владыки и растаяли в воздухе. В зале осталась лишь она одна.
Бай Вэньсин вознамерился устремиться вслед за Син Цзыаном, дабы уразуметь его замысел, как вдруг почувствовал на себе устремлённый взор.
Он изумлённо вскинул бронированные веки.
— Кто из собратьев по Дао решил нанести незваный визит? — прохладно донеслось из золотого марева, и в то же мгновение на Бай Вэньсина обрушилась всекрушающая волна убийственной мощи!
Бай Вэньсин лишь брови вскинул — не стал ни уворачиваться, ни выставлять защиту. Сокрушительный удар пронзил его бесплотную форму, не причинив ни малейшего вреда.
На сей раз изумление охватило саму Богиню. Неужели в этом мире сыскался тот, кто способен небрежно проигнорировать её выпады? Кто бы это мог быть, если не сам Всепочитаемый?!
В то же мгновение пространственно-временной континуум вокруг неё сковала лютая стужа, а из глубины небытия выплеснулась сила, готовая разорвать небеса.
Поняв, что дело принимает опасный оборот, Бай Вэньсин пустил в ход бессмертную Ци, слегка качнув сжимавшие его нити Времени. В пространстве расплылась загадочная пульсация.
Аура Первого Предка Достопочтенного Бога мгновенно спала, а в голосе прозвучало замешательство:
— Странник сквозь время?! Но... как такое возможно?!
Во Втором макроцикле на Земле хранился Осколок пространства и времени, и столь великая сущность, как она, не раз ступала в его пределы. Она мгновенно распознала Состояние наблюдения!
Но именно это осознание поразило её в самое сердце. Как и Бессмертный Достопочтенный Цяньюань до неё, Первейшая Богиня мгновенно поняла главную истину: их эпоха пала.
В отличие от Цяньюаня, смиренно принявшего неизбежное, она не была готова к поражению и с трудом удерживала бурю внутри. Потребовалось несколько долгих мгновений, чтобы она совладала с собой.
Золотое сияние рассеялось. Бай Вэньсин впервые увидел её истинный облик — пред ним предстала дева неземной красоты. Золотые волосы вылитым шелком ниспадали на плечи, а золотистые очи сияли, словно два солнца. Она походила на изваяние древнего божества, от которого разило абсолютной, неприкосновенной властью.
— Странник, из какой эпохи ты явился? — спросила Первый Предок Достопочтенный Бог.
Бай Вэньсин вновь коснулся струн Времени. Теперь его могущество позволяло с лёгкостью передавать мысли даже из Состояния наблюдения.
Считав его послание, Богиня побледнела:
— Десятый макроцикл?! Как такое возможно?! Сколько же раз перерождался наш мир, и осталась ли в нём хоть капля былой силы?!
Положение Второго эпохального цикла казалось невероятно выигрышным — пусть над ними и нависала тень Всепочитаемого, она давала их цивилизации не менее семи шансов из десяти на победу. Но раз даже они потерпели крах... способны ли дать отпор потомки спустя девять витков погибели?
Переварив оглушительную весть, она с нескрываемой тревогой спросила:
— Каково ваше положение? Есть ли у вас хотя бы призрачная надежда одолеть Всепочитаемого?
Бай Вэньсин кратко изложил суть происходящего в его времени.
Первый Предок Достопочтенный Бог погрузилась в тяжелое молчание.
— Вот оно что... — наконец вымолвила она. — Захватчики увязли в войнах с иными мирами, и лишь это позволило Земле совершить столько кругов перерождения. Выходит, ваш виток — последний. Каждая гибель и возрождение истощают исток планеты. Если вы потерпите поражение, нового цикла не будет.
Она запнулась и нахмурилась:
— Но... ваша сила невероятно ничтожна!
Всего двое Достопочтенных богов и не более пяти Истинных Бессмертных! Это не просто слабость — это сплошное убожество!
Бай Вэньсин уже давно привык к подобным упрёкам, поэтому с невозмутимым видом передал очередной отклик:
«Именно поэтому мы и исследуем Осколок, надеясь найти способ развить свои силы».
Первый Предок Достопочтенный Бог вздохнула:
— Мы — лишь тени ушедшего прошлого. Всё, что ты сможешь вынести отсюда, — это память. А для Достопочтенного бога нет иного пути обрести могущество, кроме долгих веков уединённой медитации.
Она помедлила и добавила:
— Впрочем, если здесь и есть заветный шанс... то лишь один. Раз мы потерпели поражение, значит, сошлись в битве с самим Всепочитаемым. Смотри внимательно, когда настанет час. Быть может, вы сумеете разгадать секрет его гибели.
Сказав это, она снова нахмурилась:
— Не понимаю... Как мы могли проиграть? Мы ведь знали его уязвимое место! Даже без готовности Матрицы Уничтожения Звёзд, приложи мы все силы, мы были способны увлечь Всепочитаемого за собой в небытие! В чём наша ошибка?
Бай Вэньсин и сам недоумевал: у Второго макроцикла были грандиозные шансы!
«Что за уязвимое место вы отыскали?» — отправил запрос Бай Вэньсин.
— Спустя столетия изысканий мы выяснили, что Всепочитаемый — не живое существо в обычном понимании, а гигантское Сознание цивилизации, — открыла истину Первый Предок Достопочтенный Бог.
«Сознание цивилизации?»
— Это сущность, рождённая из совокупной веры и воли всех разумных особей своей расы. Чем могущественнее цивилизация, тем сильнее её Сознание. При этом оно воплощает в себе её главную черту. Черта Всепочитаемого — Поглощение.
В голове Бай Вэньсина мелькнула догадка.
— Уничтожая очередной мир, Захватчики отдают его Сознание на растерзание Всепочитаемому, — — Это сущность, рождённая из совокупной веры и воли всех разумных особей своей расы, — продолжала Первый Предок Достопочтенный Бог. — Так он становится всё непобедимее.
«У всякой ли цивилизации есть подобный дух?»
— У всякой. И у Земли он тоже есть. Но наш дух ещё слишком юн и слаб — он спит в сердцах людей и пока не явился миру.
Бай Вэньсин ушёл в мысли.
— Сознание соткано из чистейшей веры, — молвила Первый Предок Достопочтенный Бог. — Но Всепочитаемый пожрал слишком много чужих миров. В нём осело немыслимое количество чужеродной веры. Он не в силах её усвоить и вынужден медленно отторгать её.
«И вы решили использовать эти остатки?» — догадался Бай Вэньсин.
— Именно! — В её взоре вспыхнула яростная жажда крови. — Мы создаём Жемчужины душ, напитав их тьмой и страданиями. Стоит внедрить их в тело Всепочитаемого, как порождённая ими скверна катализирует чужеродную веру, превратив её в смертоносный Яд веры! Он пожрёт сам себя изнутри. И пусть это не убьёт его мгновенно, его могущество рухнет! Как мы могли проиграть при таком раскладе?!
Бай Вэньсин и сам в растерянности почесал затылок — замысел казался безупречным.
Поразмыслив, он снова тронул струны времени:
«В Состоянии наблюдения никто, кроме вас и Всепочитаемого, не способен меня засечь. Я отправлюсь на разведку».
Вспомнив недавний раскол на совете владык, он добавил:
«Кажется, я догадываюсь, где искать разгадку».