Хотя грозовое испытание было направлено не на остальных, каждый из присутствующих ощутил эту жуткую, всесокрушающую силу, способную в мгновение ока стереть всё в порошок.
Май Лэшу с трудом сглотнул и сжал руку Бай Вэньсина:
— Б-брат... Это ещё что такое?
Бай Вэньсин вскинул взгляд к грозовым тучам, тяжело нахмурившись:
— Это небесная кара становления бессмертным. Живо уходите отсюда, держитесь подальше от севера!
С этими словами он взмахнул рукой.
Жители пяти баз Столицы в тот же миг перенеслись на другие территории Базы Заря.
Пока они говорили, нависшие тучи расползлись на сотни квадратных километров.
В чернеющих клубах бурлили молниеносные драконы, излучая леденящую душу угрозу, словно настал конец света.
Видя это, никто не смел медлить ни секунды.
Трое лордов и Тан Цицы мгновенно подхватили по четыре человека и, задействовав божественные способности, телепортировались прочь.
Су Е замер лишь на мгновение, вглядываясь в лицо Бай Вэньсина с глубокой, затаённой тревогой:
— Будь осторожен.
— Не волнуйся, — ответил Бай Вэньсин. В его голосе не слышалось ни капли паники — лишь полное спокойствие.
Одарив его последним взглядом, Су Е стремительно покинул зону грозового испытания.
* * *
Небесную кару становления бессмертным можно пройти только в одиночку.
Если кто-то попытается помочь или просто окажется в пределах действия карающих молний, Небеса придут в ярость, и сила кары удвоится.
Су Е, разумеется, не стал бы подвергать Бай Вэньсина такой опасности. Но, сделав шаг за пределы опасной зоны, он замер и отказался отступать дальше.
Остальные же отходили всё дальше и дальше, пока не оказались в нескольких километрах от грозового фронта. Лишь там тяжелейшее давление Небес ослабло настолько, что они смогли устоять на ногах, не падая на колени от ужаса.
Обретя опору под ногами, Май Ли тревожно всмотрелась в клокочущую бездну туч и крепко вцепилась в руку брата:
— Брат... с нашим старшим ведь ничего не случится?
Глядя на свирепствующий над головой стихийный хаос, Май Лэшу и сам не был уверен в исходе.
Однако, судорожно сглотнув, он с наигранной бодростью выкрикнул:
— Да о чём ты! Конечно, не случится! Он же наш старший брат!
— Да, верно... Он обязательно справится, — тихо повторила Май Ли, пытаясь заглушить липкий страх.
Соратники с Базы Заря не сводили глаз с леденящих кровь небес; густая, тяжёлая тишина повисла над людьми, атмосфера накалилась до предела.
Заметив это, Юн Юйци поспешил разрядить обстановку:
— Не тревожьтесь, с Альянсовым главой всё будет в порядке. Хотя грозовое испытание и зовётся карой, для практика с несокрушимой основой это скорее величайшая возможность.
— Очищая тело небесными молниями, практик постепенно сбрасывает смертную оболочку и обретает Золотое тело истинного бессмертного. В этом и заключается суть становления бессмертным. Это награда Великого Дао за усердный труд. И если человек не совершил чудовищных злодеяний, небесные молнии крайне редко испепеляют его насмерть.
При этих словах царившее напряжение немного спало.
Глаза Май Лэшу загорелись, он положил руку на плечо сестры:
— Ну я же говорил! Наш старший не пропадёт! Вот пройдёт испытание — и станет истинным бессмертным! Самым первым бессмертным на всей Земле!
Подхватив его энтузиазм, люди слегка повеселели, хотя при виде свирепствующей над миром стихии животный трепет всё равно стискивал сердца.
* * *
Сам же Бай Вэньсин, стоявший под сенью небесной кары, не испытывал особого страха.
Юн Юйци был прав: Земля сейчас находилась на краю гибели. Воля Небес жаждала вырастить сильных защитников любой ценой — с какой стати ей испепелять своё главное сокровище?
Взглянув на Су Е, замершего у границы грозового фронта, Бай Вэньсин дерзко улыбнулся и махнул рукой:
— Не скучай, я быстро!
С этими словами он телепортировался на Базу Северного района.
Не став ещё бессмертным, Бай Вэньсин мог проходить испытание только в пределах подвластной территории. Чтобы снизить разрушения до минимума, нововозведённая база подходила лучше всего.
Прошло десять секунд с момента появления туч.
Шумная прежде Столица полностью опустела.
А Бай Вэньсин стрелой устремился ввысь над Базой Северного района.
Уйти за пределы территории он не мог, но ограничений по высоте не существовало.
Подойдя вплотную к грозовым тучам, он сможет принять всю мощь разрядов на себя, защитив город от разрушений.
В конце концов, разбор завалов и восстановление построек требуют огромных людских ресурсов и времени.
А время — самый ценный ресурс в их положении.
Двадцатая секунда.
Бай Вэньсин замер прямо под бурлящей тёмной бездной, не доходя до неё и десятка метров.
В тот же миг хаотично метавшиеся молнии притихли, сгущаясь в единую точку.
Из непроглядной тьмы туч выплеснулась угроза, в сотни раз более лютая, чем прежде.
Формировался первый удар кары!
Сложив руки за спиной, Бай Вэньсин застыл в воздухе, выравнивая внутреннее состояние, пока его дыхание не слилось с ритмом самого мироздания.
Тридцатая секунда.
Грохот!
Ослепительный молниеносный столб обрушился из вышины, в мгновение ока разогнав тьму.
Бай Вэньсин, стоявший прямо под ударом, даже не попытался уклониться или поставить блок — стихия накрыла его целиком.
Однако колоссальная энергия молнии не успела даже рассечь его кожу, как была без остатка поглощена Заклятьем Направления Ци Инь-Ян!
Слепящий сполох тут же погас.
Но в тот же миг сквозь поры на гладкой коже Бай Вэньсина проступили капли крови.
Прорвавшись в меридианы, дикая сила стихии принялась крушить всё на своём пути. Вспышка прожгла даже духовную сущность — дикая боль и онемение хлынули по телу волной, способной мгновенно лишить чувств.
* * *
За пределами грозового купола Су Е резко сжал кулаки, застыв как истукан. Потребовалось невероятное усилие воли, чтобы не ринуться следом.
Какое безумие!
Как можно напрямую втягивать небесную кару в каналы меридианов?! Это же безумство чистой воды!
Обычные практики принимают удар на внешнюю оболочку, гася основной импульс телом и впитывая лишь крошечную часть просочившейся энергии.
Другими словами, нормальное испытание — это когда крепостная стена сдерживает вражескую армию, а внутри города идут лишь мелкие стычки.
Бай Вэньсин же настежь распахнул ворота перед всей ордой! Опасность такого подхода превосходила стандартную в миллионы раз!
В глубине глаз Су Е бушевал шторм, его аура на миг вырвалась из-под контроля.
К счастью, бушующий рядом грозовой хаос надежно скрыл любые колебания от взора Небес.
Быстро взяв себя в руки, Су Е подавил эмоции и замер, не сводя прикованного взгляда с фигуры в эпицентре кары.
Секунда, другая, третья...
Его плоть разрушалась, дух разрывало на части, дыхание смерти плотно окутало Бай Вэньсина.
Но, сцепив зубы, несмотря на раздробленные меридианы и стенающую душу, он сокрушительной волей волок всю бушующую силу прямо в даньтянь!
Десять секунд, двадцать...
Бум!
Испепелив девяносто процентов его плоти и духовной сущности, эта колоссальная, необузданная стихия наконец обрушилась в даньтянь.
И в то же мгновение...
Зародилась струя невероятно чистой Изначальной Ци... Нет, это была уже Бессмертная Ци!
Светло-золотая нить новорождённой Бессмертной Ци мгновенно устремилась по телу, латая повреждения.
За одну секунду его готовые развеяться плоть и дух обрели устойчивость. За две — затянулись легкие раны. За три — исцелились смертельные увечья.
На четвёртой секунде аура Бай Вэньсина восстановилась в полном объёме. Нет, она стала мощнее прежней более чем вдвое!
А восстановленное Бессмертной Ци тело засияло мягким, таинственным золотистым светом.
Золотое тело истинного бессмертного начало формироваться!
Гибель и возрождение.
Вот она — небесная кара становления бессмертным!
Пока тебе удаётся закалять тело и дух силой молний до прихода следующего удара, смертельная опасность не грозит.
Но стоит замешкаться — и останется лишь смириться со смертью.
Пусть Юн Юйци и Бай Вэньсин рассуждали об этом легко, грозовое испытание не зря звалось карой — гибнули на нём сплошь и рядом.
Разумеется, если практик находил способ закрыться артефактами и отбить все молнии снаружи, он тоже мог формально шагнуть в бессмертие.
Вот только без закалки огнём и молниями его плоть и дух оставались смертными, а сила едва ли превосходила уровень Стадии Великого Совершенства.
Отсюда простая истина: чем больше ударов выдержишь, тем могущественнее станешь!
Бай Вэньсин горящим взором въелся в грозовые тучи.
«Давай, обрушься на меня! Кара бессмертия насчитывает до девяти ступеней, и на каждой — по восемьдесят одному разряду. Поговаривают, лишь Бессмертный Достопочтенный Цяньюань в древности сумел принять на себя абсолютно всё».
В его глазах вспыхнул азартный огонёк.
«И я заберу всё до единого!»
Первая ступень кары — самая слабая, и Бай Вэньсин вознамерился впитать каждую её молнию без остатка. Только так он сможет стать в несколько раз сильнее рядового Бессмертного Девяти Небес!
Он понимал: среди врагов четверо Захватчиков, и пусть они ранены, обычное, правильное прохождение испытания не даст ему силы сокрушить их.
Не прошло и пяти минут, как с небес с оглушительным грохотом рухнул второй разряд.
К этому моменту Бай Вэньсин уже полностью восстановился. И пусть новый удар оказался на треть мощнее предыдущего, страха он не испытывал.
Мчащийся столб толщиной с дубовый кряж обрушился на него и мгновенно впитался в тело.
По коже вновь выступила светло-золотая кровь, а аура стремительно померкла.
Картина точь-в-точь повторяла предыдущий круг.
За пределами туч Су Е смотрел на балансирующего на грани жизни и смерти Бай Вэньсина с абсолютно непроницаемым лицом.
Чуть дальше Юн Юйци и остальные внимательно наблюдали за ходом испытания.
Из-за бушующих разрядов они не могли разглядеть деталей и понятия не имели, какие безумные трюки проворачивает их лидер.
Впрочем, даже простое наблюдение за небесной карой с близкого расстояния сулило колоссальную пользу.
Юн Юйци, и без того стоявший на пороге прорыва, вглядывался в молнии, и в его глазах то и дело вспыхивали искры озарения.
Вопросы, терзавшие его годами, находили свои ответы.
Если до входа в Осколок пространства и времени его шансы на успешное прохождение кары составляли пятьдесят процентов, а после выхода поднялись до восьмидесяти, то теперь эта цифра стремительно приближалась к абсолюту.
Возможно, как только уляжется буря на Горе Чжаояо, он и сам сумеет стать истинным бессмертным.
Точно так же у Цзи Цзишань, Сейрена Лулопу и Тан Цицы, уже достигших Стадии Великого Совершенства, колебалась и перестраивалась аура.
Остальные, чья культивация была ниже, хоть и не могли постичь суть происходящего до конца, завороженно смотрели на небо.
Прошел час, другой...
С утренней зари до самого заката, ровно десять часов подряд, над землей гремели раскаты. И вдруг всё смолкло.
Май Лэшу, осознав происходящее, подпрыгнул от восторга:
— Я считал! Восемьдесят один удар! Восемьдесят один разряд закончился! Наш старший стал бессмертным!
Глаза Май Ли вспыхнули радостью:
— Нам уже можно подойти?
— Погодите, — остановил их Тан Ияо. — Грозовые тучи не рассеялись.
Май Ли удивленно хлопала ресницами:
— Разве кара не окончена?
В глазах Тан Цицы блеснул огонь:
— Лорд намеревается пройти вторую ступень.
Цзи Цзишань усмехнулась:
— Кто бы сомневался! Этот парень ни за что не согласится на серость.
Небесную кару становления бессмертным можно по собственной воле завершить после первой ступени, став Бессмертным Первой Небесной Сферы.
Но можно продолжить.
Правда, стоит начать новую ступень — и отступить уже не выйдет, пока Небеса не обрушат все восемьдесят один удар.
Услышав это, Май Ли вновь нахмурилась:
— Со старшим ведь всё будет хорошо?
Юн Юйци уверенно ответил:
— Сейчас он в полном порядке. С его талантом пройти первые пять ступеней не составит труда.
После этих слов напряжение окончательно спало.
* * *
Спустя полчаса началась вторая ступень кары!
На этот раз с небес сразу рухнул столб диаметром в десять метров, в мгновение ока поглотив Бай Вэньсина!
Но это поглощение не продержалось и доли секунды.
Бай Вэньсин лишь вскинул руку — и сонмы Правил мертвой хваткой сковали стихийную мощь. Одну десятую часть он развеял, а оставшиеся девяносто процентов вновь втянул прямо в своё тело!
Вот только теперь он действовал куда увереннее и без прежнего хаоса.
Он оплел многочисленными Правилами восемьдесят процентов молниеносной силы, а оставшиеся двадцать процентов, попав в уже сформированное Тело Бессмертного, не могли причинить существенного вреда.
Юн Юйци, наблюдая за этим, прищурился.
«Его контроль над Правилами растёт с каждой секундой».
Грозовое испытание проверяло не только прочность плоти и уровень культивации.
В каждом молниеносном разряде таились фундаментальные Правила Великого Дао этого мира.
Вернее сказать, сама кара и являлась воплощением Правил, а молнии — лишь их видимой формой!
Принимая удары кары, практик как никогда близко соприкасался с законами мироздания.
Поэтому во время испытания требовалось не просто закалять тело, но и всеми силами духовной сущности ловить и подчинять себе эти Правила!
Чем больше Правил удастся захватить и укротить в пламени кары, тем могущественнее станет практик по завершении пути!
На первых сорока разрядах Бай Вэньсин не делал этого просто потому, что его контроль был недостаточен для удержания молний.
Но теперь всё изменилось!
За один заход поглотив девять десятых энергии удара, он подкинул свою ауру на новый уровень, сделавшись мощнее ещё в десяток раз!
Впрочем, его лицо слегка поморщилось.
«Да уж, девяносто процентов — всё-таки перебор».
Малая часть проглоченной силы не успела мгновенно переработаться в Бессмертную Ци, и ему пришлось тратить собственную энергию на её погашение.
Такой объём находился на самом пределе его возможностей.
А значит, в последующих кругах, пусть он и мог гарантировать себе безопасность, вбирать все молнии без остатка уже не следовало.
Бай Вэньсин досадно цокнул языком.
«Как жаль...»
Отпеленать Небеса по полной программе не удавалось, что немного расстраивало.
Грозовые тучи будто услышали его наглые мысли и словно в немом возмущении с грохотом обрушили на его голову очередной разряд!
Бай Вэньсин привычно оплел молнию сетью из Правил, продолжая с удовольствием проходить испытание.
Ощущая, как крепнут его плоть и дух, Бай Вэньсин кайфовал от процесса, мысленно добрым словом поминая Бессмертного Достопочтенного Цяньюаня.
До того как получить Дарование Времени и Пространства, он толком не понимал, как проходить карающее испытание.
Всему виной было количество постигнутых им Правил — их набралось слишком много!
Обычный практик сосредоточен на удержании одной-единственной нити Правил, а ему требовалось захватить всё сразу — задача нечеловеческой сложности.
Не сумев выловить Правила должного качества, после прохождения испытания он остался бы с кучей мелких и слабых сил.
А хаос и поверхностность позволяют любому сильному врагу разгромить тебя одним точечным ударом!
Бай Вэньсин даже подумывал отбросить своё преимущество и сосредоточиться на чём-то одном.
Но это означало бы добровольный отказ от козыря и выбор серого, посредственного пути.
В посредственности нет ничего дурного.
Но в его эпохе и на занимаемой им высоте быть среднячком считалось преступлением!
И пока он терзался сомнениями, Бессмертный Достопочтенный Цяньюань преподнёс ему потрясающий подарок.
Оставленная им аура духа уровня Полушага к Слиянию с Дао позволила духовной сущности Бай Вэньсина раньше плоти и Изначальной Ци совершить прорыв, переродившись в Дух Бессмертного Первой Небесной Сферы.
Выгрести из пламени кары абсолютно все Правила? Легче легкого!
Окончательно поглотив очередную молнию, Бай Вэньсин стоял в сиянии: его белоснежная кожа лучилась таинственным золотом.
А поверх этого свечения струились тысячи и тысячи Правил, от одного вида которых у рядового практика пошла бы кругом голова.
Вскинув взор на грозовую бездну, Бай Вэньсин дерзко расхохотался:
— Красота! Давай ещё!
Его Дух Бессмертного уже достигал Третьей Небесной Сферы — выгребать Правила из второй ступени кары ему было раз плюнуть!
* * *
Пока Бай Вэньсин играючи проходил испытание, Ань Гуанюй, видевший подальше, как тот подшучивает над Небесами, наконец облегчённо вздохнул.
Повернувшись к соратникам, он произнес:
— Глава Юн, Великий старейшина, раз у Альянсового главы всё под контролем, я вернусь на базу. Если надолго оставить дела без присмотра, там могут начаться волнения.
Из-за бушующих разрядов мобильная связь полностью отключилась. Они оказались в абсолютной изоляции от внешнего мира.
Если руководители не покажутся людям, в Альянсе могут вспыхнуть беспорядки.
Ведь хватало баз, чьи лидеры до сих пор не признали власть Бай Вэньсина до конца.
Чжао Хунвэй, тоже всегда думавший о главном, кивнул:
— Я с тобой.
Юн Юйци одобрительно кивнул:
— Полагаюсь на вас, старейшина Ань, старейшина Чжао. Если что случится — шлите звуковую передачу, я сразу вернусь.
Сейчас главный лидер проходил испытание, а второй заместитель застыл статуей, не сводя глаз с грозового неба. Юн Юйци не собирался уклоняться от обязанностей заместителя главы.
Цзи Цзишань бросила своему подчиненному:
— Вэй Нин, забирай людей и возвращайтесь. Поможете старейшинам удержать порядок в Альянсе.
Сейрен Лулопу отдал аналогичные распоряжения своим слугам.
В итоге Ань Гуанюй и Чжао Хунвэй во главе отряда из двенадцати человек с баз Цзи Цзишань и Сейрена устремились к Базе Ихай.
Обладая высокой культивацией, они за считанные минуты преодолели путь и оказались у стен базы.
И еще издали заметили, что на крепостных валах собралась добрая половина солдат Альянса: застыв в полной боевой готовности, они патрулировали каждый метр!
У всех были суровые, мрачные лица, а над территорией витала давящая тревога, словно перед решающей битвой.
У Ань Гуанюя и его спутников ёкнуло сердце.
В тот же миг стражники на стене заметили приближающихся.
Лица бойцов озарились ликованием, по стенам пронесся оглушительный клич:
— Старейшины вернулись! Старейшины здесь!
Крик подхватили десятки голосов, радостное эхо раскатилось по укреплениям.
В этих возгласах слышалось облегчение людей, чудом избежавших гибели.
От этого недоброе предчувствие у прибывших лишь усилилось.
Чжао Хунвэй первым рванул к воротам.
Едва створки отворились, он схватил за плечо выбежавшего навстречу солдата:
— Что произошло?!
Боец в замешательстве отдал честь:
— Товарищ командующий... Кажется, на нас нападает страшный враг!
— Что?! — Чжао Хунвэй изменился в лице. — Когда? С какой стороны? Сколько их? Какова их сила?
Солдат задрожал:
— Не... не знаем...
Чжао Хунвэй опешил:
— В смысле?!
Ань Гуанюй подоспел следом:
— Не стойте у ворот, заходим в город. Не паникуй, выложи всё толком.
— Есть! — сбивчиво выдохнул боец и, сделав несколько жадных вдохов, попытался собраться с мыслями.
Шагнув за ворота, Ань Гуанюй и остальные осознали, что обстановка на базе куда хуже их самых мрачных опасений.
Прежде бурлившая жизнью База Ихай погрузилась в мертвую тишину.
Игроки ходили с бледными лицами.
Одни забились по углам, другие сбились в кучки по два-три человека и, дрожа от страха, с ужасом вглядывались на север.
Лишь солдаты да сильные практики решались передвигаться по улицам, но и они старались не дышать громко.
Завидев Ань Гуанюя и руководство, люди вокруг вспыхнули надеждой — многие едва не разрыдались от захлестнувших эмоций!
Чжао Хунвэй снова нажал на солдата:
— Да говори же, что стряслось!
Боец наконец взял себя в руки и заговорил сбивчивым, дрожащим голосом:
— Сегодня утром с севера пришли жуткое давление и страшный грохот... И вот уже почти целый день они не утихают!
— Мы пытались связаться с Альянсовым главой и старейшинами, но телефоны не работают. Поползли слухи, будто явился высокоуровневый Король зомби... Большинство людей в панике сбежали на свои базы!
Сейчас на Базе Ихай оставались лишь гарнизонные солдаты да обслуживающий персонал, у которого не нашлось кристаллов на портал.
Солдат поднял на Чжао Хунвэя глаза, полные надежды и страха:
— Командующий, на нас правда нападают? Глава не вернулся, потому что бился с врагом? Он... он победил?
Он выплеснул всё, что терзало его душу весь этот бесконечный день.
Окружающие игроки тоже жадно вглядывались в лица прибывших, жаждая услышать долгожданные слова успокоения.
Вот только...
Чжао Хунвэй и его спутники переглянулись с самыми нелепыми выражениями на лицах.
Заметив их странную реакцию, народ вокруг окончательно впал в ступор и ужас.
Ань Гуанюй громко откашлялся и объявил на весь город:
— Не паникуйте! На севере наш Альянсовый глава проходит грозовое испытание бессмертия! Когда он вернётся, то станет истинным бессмертным!
На несколько секунд над базой зависла глухая тишина.
А затем улицы взорвались невероятным гулом!
Истинный бессмертный?! Небожитель!
Их лидер становится божеством?!
Солдат, державший речь перед командующим, застыл с открытым ртом на добрые три секунды.
Опомнившись, он не стал кричать от радости, как остальные, а с тревогой взглянул в сторону севера:
— Но если кара бессмертия настолько жуткая, как же глава...
— Ой, да брось! — добродушно перебил его Ань Гуанюй. — Это только начало. Испытание затянется еще дня на три-четыре.
Привычно возвысив голос, Ань Гуанюй продолжил:
— Хватит пугать самих себя. Чем свирепее гроза сейчас, тем могущественнее станет наш лидер, когда шагнет в бессмертие. Он сделается сильнее этого шторма в тысячи раз!
Эти слова повергли толпу в новый шок.
Оцепенение сменилось буйным, неудержимым ликованием.
Гроза даже на таком расстоянии заставляла поджиматься жилы, а если сила лидера превзойдет её в тысячи раз...
Значит ли это, что чертову апокалипсису пришел конец?!
Игроков колотило от радости.
Весть молнией разнеслась по всему Альянсу!
Не прошло и пятнадцати минут, как бежавшие в панике игроки хлынули обратно через порталы.
На этот раз народ заполнил улицу за улицей — город едва не трещал по швам!
Толпа яблоку не давала упасть, солдаты из последних сил сдерживали натиск.
Вот только никто больше не роптал и не жаловался.
Все до единого смотрели на север.
Словно паломники, они не сводили глаз с горизонта, где восходило их главное солнце надежды.
Уладив эту мелкую смуту, Ань Гуанюй и другие руководители не стали гасить народный восторг и направились в Муниципальный зал.
* * *
Второй этаж здания переоборудовали под Департаменты Альянса.
Разойдясь по своим рабочим местам, старейшины взялись за накопившиеся за два дня дела.
Однако вскоре старейшина Вэй Нин из Департамента сухопутной разведки с крайне озабоченным видом подошел к Ань Гуанюю:
— Старейшина Ань, с Горы Чжаояо только что пришли вести. Нам удалось выследить Фаньсиня.
Увидев его хмурый взгляд, Ань Гуанюй поспешно забрал принесенные бумаги.
Но едва пробежался глазами по строчкам, как лицо его омрачилось:
— Дело дрянь...