* * *
Едва успел Фаньсинь сделать шаг, как прямо перед ним возникли две деревянные марионетки Бай Вэньсина.
Изначально оба человечка намеревались атаковать с ходу, но, заметив друг друга, застыли и синхронно склонили головы набок.
— И-я, и-я! — вторая марионетка замахала цепочкой на запястье, словно пыталась объяснить старшему брату своё происхождение.
Первый деревянный человечек понимающе кивнул:
— И-я, и-я!
Их лепет не имел ничего общего с человеческой речью, но они прекрасно сообразили, в чём дело. Сложив в пару фраз короткий диалог, марионетки разом обернулись к монаху.
Взор Фаньсиня потемнел. Сила внутри него уже была доведена до предела, и он рванулся прочь, вихрем устремляясь назад!
— И-я! — пискнул первый человечек и, сжав крошечные кулаки, ринулся в погоню.
Второй тем временем сорвал с запястья браслет — тот в мгновение ока превратился в длинную стальную цепь, которая с гулом рассекла воздух, перерезая беглецу путь.
Спереди Фаньсиня встретила стальная преграда, сзади настигал раскалённый кулак.
Монах вскинул голову. В его глазах, вспыхнувших нездоровым блеском, проскользнула лютая ярость:
— Владыка Бай, неужели непременно нужно идти до конца?!
Марионетка даже не удостоила его ответом. Быстрый, сокрушительный град ударов стал лучшей отповедью.
Фаньсинь отчаянно призвал на защиту остатки Силы правил. Однако ещё до того, как Бай Вэньсин перешагнул порог испытания бессмертия, монах не мог сладить с Су Е. Теперь же против кукол, обладающих мощью настоящих бессмертных, у него не оставалось ни единого шанса.
Зажатый в клещи, Фаньсинь быстро истощил силы. Стоило ему на мгновение оступиться, как кулак деревянного человечка сокрушительным ударом размозжил его даньтянь.
— Кха-а-а!
Монах рухнул на землю. Изо рта хлынула тёмная кровь, а аура стала стремительно угасать. Могущество, граничившее со статусом истинного бессмертного, на глазах разваливалось: Великое Совершенство, Объединение... и вниз, до самого Зародившегося Младенца!
Но на этом марионетки не остановились. Они наступали шаг в шаг, не намереваясь давать лысому ослу и секунды лишней жизни.
Ощутив исходивший от них ледяной убийственный покров, Фаньсинь выжрал из себя остатки сил, и в глубине его зрачков блеснул зловещий алый огонёк:
— Всё ещё не начинаете?!
Деревянные человечки замерли, настороженно оглядываясь по сторонам.
Однако ничего не произошло.
Первая марионетка презрительно фыркнула:
— Напускает туману. Брат, за мной!
— И-я! — второй взмахнул цепью и намертво скрутил поверженного монаха.
И ровно в этот миг...
В тысячах ли к югу в небо взметнулся колоссальный, удушающий столб энергии!
Не успело эхо этого всплеска затихнуть, как на востоке — тоже за тысячи ли — прорезался второй точно такой же импульс.
Кто-то одновременно пытался сформировать Божественные искры!
* * *
Столица
Бай Вэньсин мгновенно уловил эти колебания. Брови его взлетели вверх, а с губ сорвался холодный смешок:
— А лысый-то оказался с двойным дном.
Подготовил сразу две запасные фигуры для создания Божественных искр.
Оставайся Бай Вэньсин и его соратники на том уровне силы, что был до входа в Башню Инь-Ян, эта троица непременно обвела бы их вокруг пальца. Сорви они чьё-то одно восхождение, двое других тут же воспользовались бы замешательством и прорвались к божественности. И тогда маленькая брешь разрушила бы всю плотину.
Вот только всё это осталось в прошлом.
Ныне на Земле не существовало ничего, что было бы недоступно воле Бай Вэньсина.
Юноша лишь небрежно согнул палец в воздухе, словно накалывая невидимый пузырёк.
И от этого простого движения обе могучие ауры на краю света сокрушительно лопнули.
Два силуэта с грохотом вывалились из небесных сфер. Изливая тёмную кровь, они рухнули на землю, а их духовный уровень мгновенно провалился на самое дно.
Фаньсинь, чётко связавшийся с сообщницами, изменился в лице.
И в ту же секунду из глубины пространства прямо в уши монаху ударил надменный голос Бай Вэньсина:
— Сегодня на этой планете хозяин — я. Вы правда думали, что можете стать богами или бессмертными без моего позволения?
Слова эти принесли с собой колоссальное, нечеловеческое давление. Безудержный вал вселенской мощи навалился на Фаньсиня, намереваясь стереть его в порошок.
Зрачки монаха сжались. Он попытался дернуться, но оказался скован по рукам и ногам. Да и куда бежать? Это давление было непреодолимым — сам мир вокруг него восстал, стремясь уничтожить чужеродную скверну.
С трудом удерживая в теле жалкие капли Силы правил, Фаньсинь вскинул обезумевший взгляд к небесам. Тяжело, со всхлипом дыша, он прохрипел:
— Ты не смеешь убить меня. Иначе... ты пожалеешь!
Бай Вэньсин притормозил сминающий пресс, хотя ухмылки не скрыл:
— Что ж, дам тебе шанс побиться в конвульсиях. Просвети меня: с чего бы мне жалеть?
Злодеи часто гибли из-за своей болтливости, но Бай Вэньсин себя злодеем не считал. К тому же при его нынешнем могуществе спасти этого монаха не смог бы никто — если только не явится лично Всепочитаемый. Впрочем, попытка вытянуть из таинственного перебежчика хоть какую-то ценную информацию о Цивилизации Захватчиков лишней не была.
Фаньсинь ощущал, как вокруг него висят тысячи невидимых лезвий. Стоило его ответу разочаровать собеседника, и он мгновенно превратился бы в кровавую кашу.
Однако, находясь на краю гибели, монах вдруг скривил губы в глумливой, истинно демонической усмешке. Голос его прозвучал глухо, но в нём сквозило ядовитое торжество:
— Убей меня — и Высшее божество ступит на эту землю в ту же секунду.
Бай Вэньсин и обе марионетки разом вскинули головы.
Только сейчас до юноши дошло, отчего второй деревянный человечек, устремившийся на поиски Якоря веры, так удачно выскочил именно на Фаньсиня.
Этот проклятый монах сам являлся одним из Якорей!
Бай Вэньсин чуть нахмурился и едва слышно призвал:
— Старик Та, он не врет?
Дух башни помедлил пару мгновений, прежде чем отозваться:
— Похоже на то. Я присмотрелся... От него и впрямь разит концентрированной аурой Якоря. Один этот монах стоит десятков миллионов верующих.
Иными словами, после смерти Фаньсиня Высшее божество если и не явится моментально, то шагнёт сквозь грань миров с невероятным ускорением.
— И как он этого добился? — неудомевал Бай Вэньсин.
Обычно Якорю требовалось оставаться в живых, чтобы удерживать связь. Почему же этот лысый срабатывал именно после гибели?
Старик Та тяжело вздохнул:
— Не ведаю. Наш враг пока остаётся для нас загадкой.
— Загадкой, говоришь? — Бай Вэньсин перевёл взгляд на семнадцать захватчиков, которые беспомощными тушками висели в небесных сферах. Глаза его блеснули ледяным ожесточением. — Раз так, самое время изучить их получше.
Он мог считывать воспоминания чужаков, но чужая память не давала полного понимания логики мышления и глубинных планов врага. Бай Вэньсин знал о существовании Всепочитаемого, но не мог точно рассчитать пределы его мощи. Захватчики хранили в памяти колоссальные пласты информации, и среди них наверняка таились ключи к победе.
С такими пленниками под рукой докопаться до истины будет не так уж трудно.
Старик Та хмыкнул:
— Дело дельное. Вот только допрашивать их тебе придётся самому. Я всего лишь Дух Небесного Дао, в пытках не смыслю.
— С этим мы успеем, — ровно отозвался юноша. — А вот что касается нашего монаха...
Пальцы Бай Вэньсина слегка шевельнулись.
Цепи, сковывавшие Фаньсиня, опали. Но в ту же секунду его и двух неудавшихся богинь подхватили незримые, стальные тиски.
Все трое ощутили дикую, тошнотворную невесомость.
Бай Вэньсин, точно избавляясь от мусора, выкинул их прямо за пределы защитной оболочки Земли!
Думал, будто статус Якоря веры сделает его неприкосновенным?
В открытом космосе, даже реши они пригнать сюда целую армию Высших божеств, Бай Вэньсин примет бой без тени страха. Называть это шантажом смешно: стоит выбросить крысу из дома, как её угрозы становятся пустым звуком.
Фаньсинь даже не успел осознать происходящее, как мир перед его глазами мгновенно померк.
Острый дефицит кислорода, ледяная невесомость и колоссальное космическое давление обрушились на него одновременно. И без того тяжело раненный, монах хапнул ртом вакуум и выплеснул фонтан крови прямо на защитный барьер планеты.
Но барьер лишь слегка вздрогнул, и алые капли, выбитые за пределы земного притяжения, превратились в очередную горстку космического сора.
Фаньсинь замер, неверующим взглядом смотря на синеющий под ним шар и бескрайнюю, глухую тьму за спиной.
— Где... где я?.. — прошептал он, но звук потонул в безмолвии.
Монах, явившийся из эпохи династии Тан, понятия не имел о том, что такое Земля и космос. Но глухая, леденящая бездна вселенной отозвалась внутри него животным, первобытным ужасом.
Он дико оглянулся и увидел двух женщин, выброшенных вместе с ним. Обе они были значительно слабее Фаньсиня; сокрушительный откат от прерванного ритуала почти добил их, а в условиях открытого космоса их жизни угасали с каждым мгновением.
Однако монаха не волновала их судьба. Он бессмысленно вглядывался в пустоту, пытался разглядеть хоть один силуэт, хоть какую-то опору.
И наконец запаниковал.
Глаза его налились кровавым светом, а татуировка алого лотоса на лбу начала медленно наливаться тьмой:
— Бай Вэньсин! Где ты?! Что ты замыслил?!
Юноша даже не подумал отвечать:
— Старик Та, присмотри за ними. Главное — не дай этому лысому сдохнуть раньше времени. Впрочем... — В глазах Бай Вэньсина проскользнул мрачный огонь. — Если он попытается вызывать подмогу, мешать не нужно.
Выманивать врага по частям и уничтожать его силами истощения — таков был его дальнейший план. Одной дрянью больше, одной меньше — разницы нет. К тому же Фаньсинь, будучи живым Якорем, мог стать отличной приманкой.
Когда придёт время...
Цивилизация Захватчиков, Всепочитаемый... За каждый кровавый долг перед Землей они расплатятся сполна!
Бай Вэньсин перевел взор на Су Е, находившегося в самом центре грозового грота.
За этот короткий промежуток тот успел выдержать уже шестьдесят одну молнию.
Время пришло.
Юноша отправил мыслительный импульс замешкавшимся деревянным человечкам:
— Продолжайте искать Якоря. Всех до единого — ко мне.
Первая марионетка, получив четкую задачу, воинственно пискнула:
— Слушаюсь!
И тут же сгреб младшего за руку:
— Брат, за мной!
— И-я! — второй человечек щедро поделился с ним частью своей стальной цепи.
Сцепившись ручонками, они молнией помчались к следующей цели.
Бай Вэньсин снова скользнул взглядом по захватчикам, висевшим у грани барьера. Те давно смирились со своей долей и безвольно болтались в пространстве, точно снулая рыба.
Фаньсинь, сорвав голос в бессильных воплях, постепенно затих. Обе женщины благодаря присмотру Старика Та всё ещё цеплялись за жизнь.
Главная внутренняя зараза была обезврежена. А значит, наступил черед следующего шага...
Бай Вэньсин вскинул правую руку и сжал пальцы в воздух, словно хватая нечто невидимое.
В ту же секунду над всей Землей взревел штормовой ветер!
Все легкие предметы по всей планете затрепетали, забились и повалились набок под натиском ураганных порывов.
Воздух вокруг Бай Вэньсина превратился в гигантский, всепоглощающий пылесос. Микроскопические частицы, блокировавшие работу технологических устройств по всему миру, потянулись к его ладони непрерывными потоками.
Всего три секунды — и вся Антинаучная материя, витавшая в атмосфере, оказалась собрана воедино, образовав в его руке ком размером с плотный грязевой шар.
Но это был лишь первый шаг.
Юноша поддал в каналы Сяньци, и шторм над планетой закружился с удвоенной силой.
Дети, всё ещё остававшиеся на улице, не удержались на ногах и повалились на землю.
Порывы становились всё мощнее, вытягивая чужеродную скверну из самых глубоких недр, из толщи вод и из внутренних узлов замкнувших электронных приборов.
Десять секунд, двадцать... шестьдесят!
Количество выжимаемой из углов и щелей материи превышало любые ожидания.
Пока Су Е принимает ещё четыре удара небесной кары, за эти полчаса из самых укромных мест планеты вытянуло абсолютно все остатки этой дряни.
В заброшенных зданиях, в глухих диких пустошах внезапно ожили древние приборы. Резко, отчетливо прозвучали забытые сигналы: «Ди-и-и...»
Словно очистились заржавевшие шестеренки в огромном механизме мира, и замершие технологии вновь пришли в движение.
Многие игроки, уловив эти перемены, вскинули головы к ревущему за окнами ветру.
А Мо Цзиншань, находившийся в лаборатории и раздававший указания по массовому выпуску вакцины и лекарств, внезапно застыл.
В то же мгновение, словно рухнули сковывавшие мир незримые цепи.
У всех исследователей и ученых на Базе Хуакэ духовный уровень одновременно совершил скачок — у кого на малый подранг, а у кого и на целый уровень!
Сам Мо Цзиншань мгновенно достиг пика Стадии Великого Совершенства. Теперь и для него путь к бессмертию был открыт!
И это являлось лишь началом.
Ком Антинаучной материи в ладонях Бай Вэньсина разросся уже до размеров хорошего арбуза.
Однако юноша даже не шелохнулся. Он лишь ещё сильнее раскрутил вихри энергии бессмертных!
На этот раз ураганный ветер, от которого люди прятались за стенами зданий, беспрепятственно прошел сквозь каждую постройку, насквозь пронизывая каждого человека.
Антинаучная материя въедалась в планету месяцами. Каждое живое существо с каждым вдохом и с каждым куском пищи вбирало в себя эти невидимые глазу частицы.
Культиваторы ниже Стадии Зародившегося Младенца не имели возможности самостоятельно очистить свои тела от этой скверны.
Теперь же эти микроскопические паразиты вырывались из тел игроков мощнейшим потоком!
Когда безумный шторм пролетел сквозь них, все игроки ниже уровня Зародившегося Младенца синхронно замерли.
Те, чей уровень восприятия был невысок, ощутили лишь странную лёгкость.
Но люди с обострённым чутьём мгновенно осознали: их тела словно скинули тяжелый груз, а дыхание стало невероятно чистым и глубоким!
А наиболее сведущие из них, догадавшись о происходящем, не смогли сдержать ликующих возгласов!
База Заря
Весть о том, что конец света подходит к концу, со скоростью урагана облетела каждую улицу.
Жители сами высыпали из домов на открытые площади, вглядываясь в затянутое ветром и снегом небо.
Прошло ещё десять минут.
Когда из тел людей вырвалась последняя частица чужеродной материи, выживших вновь одолела волна странного трепета.
Никто не мог объяснить суть произошедшего, но внутреннее чувство непреложно твердило: этот мир изменился. Навсегда.
На Базе Заря у многих подступил к горлу ком. То тут, то там среди толпы вспыхивал безудержный хохот, сменявшийся рыданиями.
Но какова бы ни была реакция, чувства у всех оставались едины.
Они увидели.
Сквозь серую, тяжелую пелену небес медленно и упрямо восходила яркая утренняя звезда.
Тьма отступала. Великий Лорд вел их прямо к рассвету!
Тысячи взглядов обратились в сторону Столицы.
Все они знали: человек, совершивший это чудо, находится именно там!
* * *
Столица
Бай Вэньсин устремил взор на юг. Губы его едва заметно изогнулись, а на душе стало необычайно светло.
Сгусток Антинаучной материи в его руках теперь не уступал по размерам баскетбольному мячу.
Юноша сделал небрежный пасс пальцами.
Бушующий над планетой ураган начал стекаться в одну точку, затихнув над самым высоким горным плато Земли.
Этот край, вечно скованный льдами, и раньше не отличался плотностью населения. После наступления постапокалипсиса здесь находился лишь один Алтарь территории, который позже заняла База Забытая Река под началом Цзи Цзишань.
С приходом волны зомби базу пришлось оставить, и весь этот край остался абсолютно безлюдным.
Зато сейчас здесь теснились сотни миллионов ходячих мертвецов!
Шторм вихрем прошёлся по ордам зомби, быстро вытягивая из них микрочастицы материи.
Впрочем, в самих мертвецах её оказалось немного — они не дышали, и скверна практически не проникала в их ткани. Бай Вэньсин извлекал лишь то, что попало в них вместе с сожранной плотью игроков.
Взгляд юноши потемнел, но контроль над ветром остался безупречен.
Спустя минуту последняя крупица Антинаучной материи с поверхности Земли опустилась в его ладонь.
Бай Вэньсин с ледяным презрением рассматривал этот плотный, колышащийся шар.
Подумать только: из-за этой мелкой дряни технологическая цивилизация планеты оказалась на грани полного уничтожения!
Из-за неё в первые же дни бедствия Земля потеряла своё главное оружие и понесла невероятные, невосполнимые потери.
Но теперь с этой второй внутренней язвой было кончено! И это являлось важнейшей частью плана, доверенного ему Стариком Та.
В этот самый момент Су Е принял семидесятый удар небесной кары.
Бай Вэньсин вскинул голову.
Су Е встретил его взгляд.
Им не требовались слова.
Юноша мощным замахом швырнул сгусток Антинаучной материи прямо в сторону возлюбленного:
— Держи!
Освободившись из-под контроля Бай Вэньсина, сгусток попытался разлететься во все стороны.
Но Су Е лишь повел рукой.
И сгусток, пренебрегая законами времени и пространства, мгновенно преодолел разделявшие их тысячи метров, оказавшись точно в его ладони.
Ощутив смертельную угрозу, чужеродная материя забилась, точно живая!
Однако всё было тщетно.
Когда семьдесят первый разряд небесной молнии с оглушительным грохотом обрушился вниз, Су Е без колебаний отправил шар прямо в центр этого ревущего моря плазмы.
Почувствовав смертоносную стихию, Антинаучная материя попыталась мгновенно взорваться и рассеяться!
Но эта попытка лишь спровоцировала небесный разряд.
Прежде чем шар успел распасться, небесная молния, способная накрыть всю Столицу, со скрежетом сжалась до размеров самого сгустка, полностью поглотив его в свою раскалённую утробу!
Чужеродная дрянь отчаянно билась внутри, но вырваться из этой ловушки не могла.
Удар, способный испепелить Бессмертного Восьми Небес, уплотнённый до такой невероятной концентрации, заставил бы даже Су Е почувствовать дыхание смерти — что уж говорить о каком-то комке материи?
Под непрерывный, оглушительный грохот грозы...
Объём шара стал стремительно уменьшаться. Впрочем, и сила небесного разряда выгорала с колоссальной скоростью — куда быстрее, чем таяла сама скверна!
Бай Вэньсин и Су Е молча наблюдали за этой борьбой, и лица обоих оставались крайне серьёзными.
Сработает ли задумка Духа башни?
Если нет, дело решительно зайдёт в тупик.
Судя по воспоминаниям Бога Рыб, эту дрянь тот нашел совершенно случайно. Захватчик сам не имел понятия о её природе, а уж тем более о способах уничтожения.
Старик Та уверял, что структура этой материи куда сложнее, чем кажется на первый взгляд: её прочность и защитные свойства превосходили возможности даже мастеров Стадии Сферы Дао!
Даже Бай Вэньсину при всём его могуществе потребовалось бы лет сто непрерывного воздействия, чтобы перетереть её в порошок обычными методами.
Единственным быстрым и надежным способом оставались последние десять молний в небесной каре девятого уровня.
Эти удары обладали максимальной разрушительной мощью во всем испытании. Предыдущие молнии не смогли бы нанести материи даже царапины.
И нынешнее испытание Су Е предоставляло им единственный верный шанс.
Будь на его месте Тан Цицы или Цзи Цзишань, они бы еле справлялись с собственным выживанием и не смогли бы отвлекаться на подобные манипуляции.
Бай Вэньсин глубоко вдохнул, подавляя тревожные мысли.
Десять минут спустя...
Семьдесят первый разряд иссяк. А объём шара уменьшился примерно на десятую часть.
На первый взгляд всё шло гладко.
Но у Бай Вэньсина почему-то сосало под ложечкой.
Это не было дурным предчувствием — скорее, странная, труднообъяснимая интуиция.
Следом прошли семьдесят второй, семьдесят третий... и вплоть до восьмидесятого удара всё шло строго по плану Старика Та.
Размер чужеродной материи сократился до одной десятой от первоначального!
И теперь наступал черед последнего, самого страшного удара во всем испытании бессмертия!
Бай Вэньсин, глядя на разрастающиеся молниевые тучи, привычно отступил еще на пару тысяч метров.
Небо над Столицей полностью заволокло непроницаемой черной пеленой. Разобрать, день сейчас или ночь, стало невозможно.
Даже вспышки молний, периодически прорезавшие тучи, не могли осветить погрузившуюся в мрак землю.
Стоя за пределами грозового фронта, юноша случайно вскинул взор к горизонту.
Как раз наступил час, когда день сменялся ночью, и на краю небосвода одиноко замерцала яркая утренняя звезда.
И в этот самый миг восемьдесят первый разряд, вызревавший добрых полчаса, с грохотом обрушился на землю.
Су Е уже замахнулся, чтобы бросить остатки материи навстречу удару.
Но происшедшее дальше ошеломило всех: сгусток Антинаучной материи, до этого безумно боявшийся небесного огня, вдруг сам, по собственной воле, рванулся прямо в эпицентр ревущего разряда!