Тан Цицы обеспокоенно вгляделся в лицо внезапно умолкшего младшего брата:
— Сяо Яо?
Оклик заставил Тан Ияо очнуться. Однако под этим пристальным, сосредоточенным взглядом сердце снова забилось как безумное. Не выдержав, Ияо отвернулся. Сделав глубокий вдох, он с трудом выдавил:
— Старший брат, ты видел сообщение Лорда в чате?
— Нет, — Тан Цицы тут же достал телефон и принялся быстро прокручивать сотни накопившихся уведомлений.
Ияо украдкой бросил взгляд через плечо, следя за движениями старшего. Пальцы помимо воли снова сжали край одежды.
Вскоре Цицы добрался до текста, отправленного Великим лордом Баем. Глаза его блеснули:
— Сяо Яо, мы тоже должны пройти этот ритуал.
Сердце Ияо ёкнуло! Он резко обернулся, в глазах вспыхнула надежда:
— Правда?
Тан Цицы серьезно кивнул:
— Да. Так ты будешь в полной безопасности.
Улыбка на лице Тан Ияо мгновенно застыла, а сердце камнем рухнуло вниз. Старший брат даже не понял, что речь идет об аннулировании одиночества — о свадебном договоре! Он просто хотел обеспечить ему еще одну защиту.
Выражение лица Ияо окончательно померкло. Он бессильно опустил взгляд. Вся трепетная радость, все пылкие надежды вмиг обратились в горькое удушливое бессилие.
Цицы всегда был таким — готовым отдавать ему все самое лучшее на свете. Вот только он и понятия не имел: Тан Ияо не нужны гарантии безопасности. Ему нужен был лишь один-единственный человек... Самый лучший во всем мире.
Ияо вскинул голову и встретился взглядом с Цицы.
Внезапно в его голове все прояснилось.
Матушка была права. Впереди у них десятки, сотни тысяч лет жизни! Неужели всю эту невероятную вечность он должен трусливо цепляться за правила, соблюдать грань между братом и братом и убого прозябать до конца дней?!
Первые двадцать три года своей жизни из-за слабого здоровья он только и делал, что уступал и отказывался от всего. Но теперь... Теперь он не выдержит и минуты ожидания! Ему нужен прямой, предельно четкий ответ!
Тан Ияо смотрел старшему прямо в глаза, чеканя каждое слово:
— Этот договор убьет обоих, если хотя бы один предаст свои чувства.
Тан Цицы ответил не колеблясь:
— Я не предам.
— А что вообще у тебя на уме? — Ияо сжал пальцы в кулаки, наступая. — Этот брак заключают влюбленные! А ты? Кем ты меня считаешь?!
Он впился взглядом в лицо Цицы. Ответ был нужен ему прямо сейчас — до безумия, до скрежета зубов! Раньше Ияо ждал, что старший сам сделает шаг, панически боясь ошибиться и разрушить их братские отношения. Но сейчас ему стало плевать.
Если они не смогут стать ближе, к черту эти роли братьев! Зачем продолжать эту пытку, эту несносную неопределенность, изо дня в день разрывающую душу на части?
Ияо шагнул вперед, сокращая дистанцию до минимума:
— Старший брат, ответь... Что у тебя в сердце?
Тан Цицы встретил этот чистый, пылающий взгляд, и его обычно бесстрастное лицо дрогнуло. Он судорожно сжал рукоять меча, опустив веки и пытаясь скрыть нахлынувшую бурю. Губы разжались, но вымолвить сокровенную правду не получалось — слова застревали в горле.
Взгляд Цицы, прикованный к стоящему напротив юноше, был полон сложнейшей гаммы чувств. С того самого дня, как он встретил Тан Ияо, в его жизни существовали лишь две вещи: совершенствовать мастерство меча и защищать младшего брата. Впрочем, первое служило лишь средством для второго.
С пяти лет весь мир Тан Цицы сводился к Тан Ияо. Другие ученики по мере взросления, видя роскошь и соблазны, начинали роптать на свою долю «щита». Но Цицы был другим. Его бросила родная семья.
Когда мадам Тан привезла его в Поместье клана Тан, этот хрупкий, болезненный мальчик стал единственным ярким светом в его жизни. Ияо заботился о нем, улыбался ему так тепло и ласково, звал его старшим братом... И смотрел на него с такой безграничной надеждой и доверием.
Только рядом с Тан Ияо Цицы чувствовал, что кому-то нужен, что его существование имеет смысл. Он не просто принимал свой долг — он был бесконечно благодарен судьбе за право защищать его.
Раньше Цицы казалось, что быть подле Ияо — это предел мечтаний. Но с приходом постапокалипсиса, когда здоровье младшего брата пошло на поправку, в его душе пробудилась неутолимая жажда.
До конца света Цицы мог довольствоваться малым лишь потому, что век Ияо был короток. У того просто не оставалось времени, чтобы впустить в свою жизнь кого-то еще. И Цицы эгоистично наслаждался тем, что занимает подле него главное место. Он готов был шагнуть за ним даже в смерть!
Но теперь...
Цицы поднял глаза. Его кадык дернулся, а голос прозвучал глухо и хрипло:
— Сяо Яо...
— А? — Ияо вглядывался в отражение собственного силуэта в темных зрачках старшего. Сердце замерло где-то в горле. Он страстно жаждал ответа — и панически его боялся.
Цицы с трудом подбирал слова. Тысячи признаний кружили в голове, но не находили выхода. Наконец он выдавил:
— Я хочу всегда быть с тобой. Ты... разрешишь?
Что бы от него ни потребовалось, он жаждал лишь одного — беречь Тан Ияо. Если младший хотя бы иногда будет дарить ему свой взгляд, Цицы станет самым счастливым человеком на свете.
Тан Ияо застыл.
Услышав эти слова, до краев наполненные нежностью, он до боли сжал пальцы на одежде! Кровь оглушительно застучала в висках.
Но... нет, этого мало!
Ияо сделал несколько судорожных вдохов, утихомиривая бушевавшие чувства. Это не тот ответ! Он хотел услышать вовсе не размытые намеки!
Сглотнув, он с показным спокойствием спросил:
— И в каком же качестве ты собираешься быть рядом?
Тан Цицы выпалил без секунды промедления:
— В любом.
Тан Ияо аж зубами заскрипел от досады!
«В любом»?! Что это еще за бред, а не признание?!
Этот глупый чурбан выбивал его из сил! Однако злость быстро уступила место горькой ухмылке. Старший всегда был таким — прямым, упрямым и до невозможности твердолобым. Но ведь именно за это Ияо его и любил. За то, что тот дышал только им одним.
«Ладно. Сам в него влюбился — сам и сделаю шаг!»
Ияо фыркнул, поджал губы и снизу вверх уставился на Цицы:
— Значит, кем тебе быть — решать мне?
— Да, — твердо отозвался тот.
Тогда Ияо сделал еще полшага, сократив дистанцию до нуля. Рука Цицы сама собой дернулась вперед, обхватив юношу за талию, чтобы тот не потерял равновесие.
Заметив это движение, Ияо едва заметно усмехнулся. Встретившись с ним взглядом, он негромко произнес:
— А если я скажу, что хочу, чтобы ты стал моим парнем — ты тоже согласишься?
Рука Цицы на его талии мгновенно сжалась! Он весь одеревенел, а маска хладнокровия на его лице раскололась в дребезги от дикого шока.
Ему ослышалось? Или младший оговорился? Или это очередное сновидение?
Мысли в голове Тан Цицы взлетели на воздух! За всю свою жизнь он и помышлять не смел услышать нечто подобное. От потрясения он буквально лишился дара речи.
Ияо пристально вглядывался в его лицо, и его собственное сердце колотилось где-то у горла. Отвращения нет. Значит, старший не против?!
Хотя он догадывался о чувствах братца, окончательное подтверждение заставило кровь прилить к щекам. Напустив на себя строгость, он нахмурился:
— Ты против?
— Нет! — Цицы очнулся и замахал головой. — Я не против! Я... я...
Слова путались, мозг затуманило немыслимым счастьем. Он просто не соображал, что делать и что говорить дальше.
Видя его растерянность, Ияо ощутил смесь восторга и нетерпения. Он ощутимо щипнул Цицы за стройный бок:
— Да скажи ты наконец, что согласен!
— Я согласен! — выпалил Цицы, хотя сознание все еще витало где-то в облаках. Инстинкт заставил его крепко прижать Ияо к себе. Будто боясь, что тот передумает, он повторял снова и снова: — Я согласен! Согласен! Тысячу раз согласен!
Как он мог быть против?! Сколько раз в несбыточных снах он сжимал младшего в объятиях! Но даже в грезах Цицы не дерзал переступить черту. И сейчас, держа юношу в руках, он все еще не верил в происходящее. Его заветная тайна... сбылась?!
Он обнимал Ияо с такой силой, словно осязаемость этого момента могла развеяться как дым.
Ияо чуть не задыхался от такой хватки, но молчал. Он лишь так же крепко обвился вокруг Цицы и тихо засмеялся. Тихий смех мгновенно перерос в безудержный, счастливый хохот.
В уголках его глаз выступили слезы. Всю жизнь он пытался ухватиться хоть за что-то: за жизнь, за семью, за дружбу, за любовь... И как бы он ни старался, жизненные силы неумолимо утекали сквозь пальцы. Он ничего не мог удержать! Но теперь самое желанное сокровище оказалось прямо в его руках.
Смех угас. Ияо шепнул:
— Старший брат...
— Я здесь, — ответил Цицы. Голова немного прояснилась, и он тут же ослабил хватку: — Я сделал тебе больно?
— Нет, — Ияо поднял лицо. В его голосе прозвучал ласковый приказ: — Поцелуй меня.
Цицы снова замер, мозг опять отказался работать.
— Ты против? — нахмурился Ияо.
— Нет! — вырвалось у Цицы. — Я просто... просто...
Это было слишком прекрасно. Цицы даже усомнился, не попал ли он в иллюзию, сотканную шутки ради младшим!
Ияо обвил руками его шею, уткнувшись лбом в плечо:
— Тогда целуй.
Цицы смотрел на него с трепетом:
— Правда... можно?
— Мы разве не пара? — Ияо приподнялся, сократив расстояние так, что их носы почти соприкоснулись. Его горячее дыхание обжигало губы Цицы. — Покажи мне, действительно ли ты хочешь быть моим парнем, или просто поддался.
Рука Цицы сама рывком притянула Ияо к себе. Их губы почти соприкоснулись. Вглядываясь в любимое лицо, Цицы дрожащим от страсти шепотом переспросил в последний раз:
— Я правда могу?
Ияо не ответил, лишь не мигая смотрел ему в глаза.
Цицы не выдержал. Он наклонился и накрыл его губы своими.
Мягкое, теплое прикосновение отозвалось разрядом тока, прошившим тело от копчика до затылка. Ияо больше не сдерживался — приподнялся на цыпочки и ответил на поцелуй с неистовством.
Дыхание Цицы сбилось. В голове не осталось ни единой мысли — лишь ощущение юноши в руках. Он сжимал его так, словно хотел растворить в себе. Беспорядочный, ведомый лишь инстинктами поцелуй дарил небывалое блаженство... и пробуждал нестерпимый голод.
Мало. Ему было катастрофически мало!
Ияо испытывал то же самое. Сумасшедший поцелуй не мог утолить жажду, копившуюся более двадцати лет. Скромный, послушный мальчик на поверку оказался безумнее всех вокруг.
Ияо привел в движение духовную силу, и в следующее мгновение они оба повалились на кровать. Не давая Цицы опомниться, он снова впился в его губы. А Цицы... разве мог он оттолкнуть того, кого любил больше жизни?
И потому...
* * *
Наступил вечер. Мадам Тан накрыла роскошный стол, с воодушевлением ожидая сына и новоиспеченного зятя.
Однако... их попросту продинамили?!
Мадам Тан ахнула от изумления:
— Неужели у Сяо Яо ничего не вышло? Да быть того не может!
Глава клана Тан со скандалом грохнул ладонью по столу:
— Я пойду и поговорю с Сяо Ци!
— Учитель, остудите пыл! — старший ученик мгновенно повис на его руке.
Второй ученик тут же подхватил:
— Учитель, матушка, не кипятитесь! Я своими глазами видел, как Сяо Ци днем зашел к младшему братцу и до сих пор не выходил! Наверное... разговор затянулся.
Самый младший, девятый ученик, гипнотизируя взглядом вкуснейшие блюда на столе, сглотнул слюну:
— Может, мне сходить поторопить Седьмого старшего брата?
Четвертый ученик покрутил головой и с сальной ухмылочкой высказался:
— Учитель, да они оба — кровь с молоком...
Не успел он договорить, как Пятый с отмаши съездил ему по затылку, так что Четвертый едва не прикусил язык.
— Ауч! Пятый, ты что, прихлопнуть меня решил?! — взревел Четвертый.
Пятый с невинным видом уставился в потолок:
— А я что-то сделал?
Четвертый закипел, засучивая рукава:
— Ах ты! Пошли на тренировочную площадку, силами померяемся!
Пятый закатил глаза и тоже засучил рукава:
— Да легко! Ссучишься — не мужик!
— Эй-эй, вы двое, закройте рты! — устало остудил их старший. — В присутствии учителя и матушки дурака валяете!
Тем временем Отец Тан и Мадам Тан переглянулись и погрузились в глубокие раздумья, уставившись в сторону покоев Тан Ияо.
А ведь в словах Четвертого определенно было зерно истины...
Глаза Отца Тан налились кровью. Он снова грохнул по столу, засучил рукава и направился к выходу, сквозь зубы процедив:
— Ну, я пошел... Поговорю с Сяо Ци по душам!
— Отец, ты куда?! — Мадам Тан кинулась удерживать супруга.
Остальные ученики в ужасе вскочили и тоже гурьбой повисли на учителе.
Нынешняя ночь в Поместье клана Тан выдалась... необычайно бурной!
* * *
На следующее утро.
Бай Вэньсин получил заявку на свадебный ритуал от Тан Ияо. Выгнув бровь, он со свистом выскочил из объятий Су Е ловким кульбитом:
— Ну вот, полный комплект! Су Е, пошли прогуляемся, выберем благоприятный день и местечко с хорошей фэншуй!
— Хорошо, — не стал возражать Су Е. Разумеется, он во всем уступал своему любимому.
Поправив растрепавшуюся одежду Вэньсина, он взял его за руку, и они вместе покинули Усадьбу Лорда.
Жители Базы Заря, встречавшиеся им по пути, тут же расплывались в улыбках и с восторгом приветствовали пару.
Бай Вэньсин никого не обошел вниманием, ослепительно улыбаясь и махая рукой:
— Привет-привет! Отлично выглядите, молодцы!
Его дружелюбную манеру тут же засняли на видео восторженные горожане и выложили в сеть. Интернеты снова захлестнула волна отчаянной зависти.
Тысячи жителей страны ломали руки, кляня себя за то, что в свое время плохо учились и не смогли получить работу на Базе Заря, чтобы своими глазами созерцать Даосского Предка Сюаньмина!
За прошедшие годы Бай Вэньсин превратился в объект всеобщего поклонения во всем мире. От мала до велика — от девяностодевятилетних стариков до едва научившихся ходить карапузов — абсолютно все были его преданными фанатами.
Каждый знал: именно Даосский Предок Сюаньмин вывел их из беспросветной тьмы к сияющему будущему. И он продолжит оберегать их и саму Землю во веки веков!
Поэтому конкурс на вакансии в Базе Заря, где выпадал шанс мельком увидеть Лорда Бая, давно превзошел масштабы «один из десяти тысяч». Там бьются один на миллион, один на десятки миллионов!
Словом, любой дворник на улицах Базы Заря по праву считался лучшим дворником планеты!
Бай Вэньсин смотрел на горящие энтузиазмом лица жителей, и его улыбка становилась только теплее. Повернувшись к Су Е, он спонтанно произнес:
— Как же хорошо...
Су Е ласково посмотрел на него:
— Да.
Действительно хорошо.
Этот мир прекрасен. Все вокруг расцветает, каждому открыт неисчерпаемый океан возможностей.
В глазах Вэньсина аура судьбы каждого существа на планете неуклонно росла, питая и возвышая общую судьбу Земли.
Бай Вэньсин вскинул взор к горизонту:
— Земля, кажется, снова расширилась? Еще пару лет — и сравняется с Девятым макроциклом.
— Верно, — поддакнул Су Е. — Новые территории принесли гигантское количество ресурсов. Ань Гуанюй и его люди прямо головоломку гадают, как бы успеть все собрать и не даром не сгноить.
— Хех, чистой воды понты, — усмехнулся Вэньсин. Вдруг он заметил впереди лавку, окруженную толпой.
Он потянул носом:
— Ого, ну и аромат!
Су Е глянул туда же:
— Лавка фруктов и сопутствующих товаров. Те клубничные сладости, что я тебе приносил...
— Их берешь отсюда?! — у Вэньсина тут же потекли слюнки. Схватив Су Е за руку, он прибавил шагу: — Пошли-пошли, глянем!
По мере приближения насыщенный запах свежих фруктов, выпечки и ягодных десертов ударил в нос с такой силой, что ноги сами несли к дверям.
Собравшиеся у входа люди пришли именно на этот нереальный аромат. Они дисциплинированно стояли в очереди и даже не сразу заметили приближение Великого лорда.
Встав в конец очереди, Вэньсин приподнялся на цыпочки и удивленно хмыкнул:
— О, так это их заведение!
Внутри хлопотали два парня и девушка — самые первые поселенцы Базы Заря!
Девушка — Фэн Хэ, ровесница Май Лэшу и его сестры. В свое время она примкнула к сельхозотряду базы и неплохо себя проявила. И что теперь? Решила уйти в переработку?
Двоих остальных Вэньсин знал еще лучше — это же бывшие ремонтники из костяка автобригады, Жуань Бои и Шань Дань!
Правда, насколько помнилось Вэньсину, они числились в подчинении у Тан Ияо. Чего это их потянуло фруктами торговать? Уволили, что ли?
Пока Вэньсин недоумевал, в очереди кто-то ахнул:
— Великий лорд! Верховный жрец?!
Судя по обращениям — из ветеранов Базы Заря!
И толпу мгновенно взорвало.
Все повернулись к ним с бурным восторгом. Кто-то выкрикивал приветствия, кто-то застыл от шока, а кто-то уже вовсю щелкал камерой смартфона.
Бай Вэньсин с улыбкой ответил на порывы народной любви и помахал рукой:
— Спокойно, народ, стойте спокойно. Я тут просто в очереди за фруктами.
Толпа снова ахнула. Сам Лорд берет те же фрукты, что и они?! Офигеть! Да их теперь не есть надо, а на алтарь ставить!
А у троицы за стойкой глаза вылезли на лоб.
Шань Дань брякнул:
— Ебать-колотить, мы что, настолько круты?!
Жуань Бои поплыл:
— Лорду нравятся наши фрукты...
Фэн Хэ прикрыла рот ладошкой:
— Слушайте, надо вывеску заказать: «Фрукты, одобренные Великим лордом»...
Услышав их перешептывания, Вэньсин расхохотался. Неудивительно, что эти трое сработались — одинаковые чудики!
Впрочем, заминка длилась недолго. Заставлять Лорда долго ждать никто не смел, так что очередь задвигалась со скоростью света.
Почему никто не уступил место? Ну... Лорда они, конечно, боготворили, но вкусненького-то тоже хотелось! К тому же Вэньсин и Су Е лезть без очереди явно не собирались.
Спустя пару минут Вэньсин и Су Е шагнули внутрь.
И тут... Хлоп!
Фэн Хэ с грохотом захлопнула дверь прямо перед носом у стоящих сзади клиентов и крикнула:
— Все распродано! Приходите завтра!
Покупатели снаружи, таращась через окно на забитые товаром полки, испепелили ее взглядом.
Фэн Хэ и бровью не повела, уперла руки в бока:
— Я сказала — не продается, значит, не продается!
И со скрежетом опустила внутреннюю стальную заслонку.
Шань Дань с расплывшейся до ушей улыбкой подскочил к Вэньсину:
— Великий лорд, выбирайте спокойно, не торопитесь!
А про себя подумал: «Хоть до завтра выбирайте, нам такая реклама — на вес золота, хе-хе!»
Жуань Бои глядел на Вэньсина восторженно-обожающим взглядом фаната.
Вэньсин с улыбкой посмотрел на троицу:
— А если я вообще ничего не возьму? Вы же в убытке останетесь.
Жуань Бои откликнулся с детской непосредственностью:
— Не-е, не останемся! Мы за день зарабатываем столько, что три года жить можно.
Вэньсин удивленно изогнул бровь:
— Ого! А бизнес-то у вас прибыльный.
Фэн Хэ подошла ближе и с показным скромничаньем махнула рукой:
— Да так, потихоньку...
Вэньсин придвинул две табуретки и опустился на одну, жестом приглашая Су Е сесть рядом:
— Ладно, отбросьте официоз. Раз уж лавка закрыта, давайте поболтаем.
Глаза Шань Даня вспыхнули, он потер ладони:
— Отличная идея! О чем Лорд хочет поговорить?
Вэньсин вальяжно склонил голову набок:
— Расскажите, как поживали все эти годы.
Ему и впрямь было любопытно узнать, как сложились судьбы первенцев Базы Заря. Какие перемены принесло его присутствие в этот мир — перемены, о которых он сам мог и не догадываться? Где сейчас старые знакомые? Чем они дышат?
Наверняка... они счастливы?