Время не ждало. Не дав лисам толком высказать накопившуюся радость от встречи с Ху Циланом и остальными сородичами, прибывшими раньше, Ся Цинцю сразу же созвал общее собрание всех сотрудников.
На встречу явились все: и совершенствующиеся-призраки с улицы Чжуанъюань, и сказители, уже подписавшие договора, и новоприбывшие лисы, а также Ху Цилан, Хуан Фэннян, Ху Шисань и представители Торговой палаты Дунмин, ведающие делами в городе Хуаян. Людей и демонов собралось не менее нескольких сотен. Большой зал Башни Поклонения Луне был забит до отказа — шумная, пестрая толпа наглядно демонстрировала, что дела Палаты процветают с каждым днём.
— Кхм-кхм.
Ся Цинцю поднялся на возвышение и, применив заклинание усиления голоса, слегка прокашлялся, проверяя звук. Зал, доселе гудевший как улей, мгновенно стих.
— Приветствую вас, дорогие коллеги, — произнёс Ся Цинцю. — Сегодня мы собрались на короткую встречу. Причину вы, полагаю, уже знаете: в наши ряды вступили новые сотрудники — сородичи из клана духовных лис, прибывшие с гор Трех Тысяч Великих Пиков. Они — признанные мастера и тонкие знатоки иллюзорных искусств. Именно им предстоит взять на себя управление Иллюзорным царством Великого Инь и обеспечить проведение Конкурса новелл. Давайте поприветствуем их!
Слыша столь высокую похвалу от Ся Цинцю, лисы смущённо переглянулись. Не успели они оглядеться по сторонам, как в зале грянул подобный морскому прибою шквал аплодисментов.
Они еще не до конца понимали, что это за обычай, но, видя, как будущие сослуживцы осыпают их овациями — особенно дюжина весьма почтенных смертных сказителей, смотрящих на них с невероятным восторгом и надеждой, — лисы пришли в замешательство.
"Что всё это значит?"
Они ведь даже понятия не имели, чем именно им предстоит заниматься!
Впрочем, недолго думая, лисы просто присоединились к общей волне и тоже стали хлопать в ладоши.
Когда овации утихли, Ся Цинцю продолжил:
— Ни для кого не секрет, что Конкурс новелл, да и вся наша деятельность на Площади Цинцю и в Торговой палате Дунмин — ключевой проект на ближайшие полгода, а то и больше. Он крайне важен для укрепления нашего влияния, расширения Палаты и завоевания любви читателей и зрителей. Но чтобы провести его на высшем уровне, мы обязаны решить главную задачу — создание иллюзорных миров.
При этих словах призраки-совершенствующиеся и сказители понимающе закивали.
Причина, по которой Площадь Цинцю и Палата Дунмин развивались столь стремительно, крылась не только в щедрой отдаче для зрителей, но и в непревзойденном качестве создаваемых произведений. И речь шла не просто об увлекательных сюжетах, опережавших свою эпоху, но и о поразительном техническом воплощении. Начиная с самого первого спектакля — «Белая лиса», — для съемок и декораций применялись техники иллюзий.
Для жителей феодальной древности это было равносильно появлению настоящего 3D-кинематографа с живыми актерами, причем магия обеспечивала спецэффекты, превосходящие блокбастеры из далекого мира Ся Цинцю.
Позже, когда сказители объединились с призраками и превратили сказы в регулярные выпуски, выходившие по главам, подобно сериалам, это вызвало невероятный фурор и подтолкнуло к организации нынешнего Конкурса новелл.
Но именно это техническое преимущество едва не сыграло с ними злую шутку. Едва объявили прием заявок, как на них обрушилась лавина рукописей. Прочесть и отсортировать такой массив текста — уже задача на грани истощения, но создавать иллюзорное царство для каждого отобранного произведения... На это у них просто не было ни времени, ни сил!
По правилам, установленным Ся Цинцю, из безумного количества работ следовало отобрать тысячу лучших для первичного читательского голосования, а затем уже формировать сетку турнира: тридцать два сильнейших, шестнадцать... и так до самого финала!
С подобным объёмом работы не справилась бы и сотня совершенствующихся-призраков, даже работай они без сна и отдыха! А выставлять на суд публики сухой, голый текст означало добровольно лишиться главного козыря.
И вот теперь, когда Ся Цинцю привёл с собой три сотни лисов, искушенных в магии иллюзий, глаза призраков и сказителей вспыхнули ярким огнем. В лисицах они увидели не просто новых коллег, а спасителей! Это же триста пар готовых рабочих рук!
Ся Цинцю, прекрасно понимая, с каким трудом сталкивались его подчиненные, улыбнулся:
— Я знаю, с какими трудностями вы столкнулись. И пригласил сородичей из клана духовных лис именно для того, чтобы решить эту проблему.
Один из призраков поднял руку и с надеждой спросил:
— Господин Ся, а когда новые коллеги смогут приступить к работе? У нас тут горы рукописей уже до потолка выросли!
Отсеять из десятков тысяч заявок тысячу лучших — уже колоссальный труд. А ведь создать иллюзорные сценарии хотя бы для завязок этой тысячи новелл... даже по десять тысяч слов на каждую — работа поистине титаническая, сродни попытке засыпать море камешками. Призраки жаждали, чтобы лисы как можно скорее взялись за дело.
Однако Ся Цинцю качнул головой:
— Их задача — не помогать вам вручную клепать иллюзии. Более того, вы тоже освобождаетесь от обязанности воплощать эту тысячу работ. Ваша цель — поддерживать ежедневный выпуск текущих сказов и не более.
— Но... — призрак хотел возразить, но сидевшая неподалеку Госпожа Му одарила его столь прохладным взглядом, что тот мгновенно проглотил слова.
Коль господин Ся принимает решение, их дело — исполнять, а не перечить!
Заметив замешательство призраков, Ся Цинцю добродушно пояснил:
— Я понимаю ваши опасения, вы боитесь сорвать сроки. Но если мы решим вручную воссоздать тысячу иллюзорных миров, у нас на это уйдет лет восемь-десять, не меньше. К тому же, оформив для них завязки, неужели нам придется дорабатывать и продолжение? В таком случае, чьи это будут произведения — авторов или наши?
Цель этого конкурса — не просто привлечь читателей, а взрастить местных, исконных творцов. Если делать всё за них, то в этом мире так и останется единственный автор — сам Ся Цинцю, выступающий под личиной Палаты Дунмин и Площади Цинцю.
— Но как же тогда быть? Неужели они сами должны создавать свои иллюзорные миры? — удивленно спросил Ху Цилан. Насколько ему было известно, большинство участников — обычные смертные, совершенно не владеющие магией.
— Именно так. Они будут делать всё сами, — подтвердил Ся Цинцю.
Он взмахнул рукой, и на его ладони появилось древнее зеркало, от которого веяло таинственным и глубоким духом небожителей — Сокровищное зеркало Великого Инь.
— Наша задача — дать им инструмент. Удобное средство, с помощью которого даже человек, не имеющий ни капли духовной силы, сможет воплотить свою задумку в реальность. А вы, мои дорогие сородичи, поможете мне этот инструмент сотворить.
В мире, откуда пришел Ся Цинцю, творчество давно перестало быть уделом избранных. Писательство, живопись, музыка — всё это стало доступно каждому благодаря технологиям. Достаточно было открыть текстовый редактор, запустить графическую программу вроде Photoshop или набросать партитуру в виртуальной студии — и музыка десятка инструментов оживала сама собой.
Порог входа в искусство снизился до минимума.
Ся Цинцю намеревался создать нечто подобное и для местных писателей: инструмент для построения иллюзий, чтобы каждый из них мог самостоятельно воплотить в жизнь свои многотомные замыслы. Это позволило бы сбить спесь с элитарности искусства и сделать его по-настоящему народным — ведь только народное по-настоящему укореняется в культуре.
В Мире Тяньюань создание подобного средства казалось невыполнимым, но магия способна творить чудеса там, где бессильна обычная логика — особенно когда в руках есть артефакт уровня Сокровищного зеркала Великого Инь.
Еще во времена, когда зеркало хранилось в Учении Высшего Предела, в нем зародилось собственное иллюзорное царство, под воздействием чар превратившееся в прототип виртуальной реальности. Оно умело хранить информацию, связывать пользователей во внутреннюю сеть, обеспечивать дистанционное общение, погружение в виртуальную среду и даже смену обликов. По сути, это было готовое сетевое сообщество, по степени погружения превосходящее VR-технологии Земли.
И пусть Ся Цинцю отделил иллюзии Учения Высшего Предела и оставил им их локальную сеть, сама суть Сокровищного зеркала Великого Инь осталась неизменной. В руках Ся Цинцю артефакт мог превратиться во второй, настоящий виртуальный мир — в Великую Сеть Мира Тяньюань!
Зеркало являлось естественным суперкомпьютером, а властная сила Лунного нектара и его божественные полномочия позволяли связать весь мир единой невидимой сетью.
Ся Цинцю воссоздал функции общения, хранения и форумов. Но главным новшеством должен был стать специальный редактор — тот самый конструктор иллюзорных миров для авторов.
Именно для его создания Ся Цинцю и задействовал лисов. На самом деле он заманил их с гор вовсе не для того, чтобы делать из них режиссеров. Они нужны были ему в качестве... программистов!
* * *
Распределив задачи, Ся Цинцю повел слегка растерянных лисиц на экскурсию по Площади Цинцю.
Они ознакомились с лучшими работами: «Белой лисой», «Улицей Чжуанъюань», сказаниями местных мастеров и популярными книгами. Ся Цинцю хотел, чтобы лисы четко понимали, к какому уровню качества следует стремиться.
Лисы смотрели на всё происходящее с нескрываемым восхищением. Их благоговение перед Ся Цинцю выросло до небес. "Наш Цинцю поистине невероятен!" — читалось в их очарованных взглядах.
Однако по возвращении в Башню Поклонения Луне Ся Цинцю огорошил их новым вопросом:
— Вы видели все эти картины. Сможете ли вы с помощью магии иллюзий разобрать их на отдельные элементы и превратить в готовые заготовки? Растения, дубравы, реки, небесные светила, горы, звери и птицы — нужно собрать как можно больше разнообразных шаблонов!
— В смысле? — лисы опешили. С подобным они сталкивались впервые. Зачем разрушать цельный, гармоничный иллюзорный мир ради каких-то разрозненных кусочков?
Тогда Ся Цинцю наконец раскрыл свой план. Инструмент, который он задумывал, представлял собой простейший конструктор трехмерных сцен. Пользователю предоставлялся колоссальный набор готовых элементов: солнце, луна, твердь, деревья, животные, человеческие фигуры... Ему оставалось лишь комбинировать их на свой вкус, создавая декорации для собственной истории.
Это напоминало игровые движки или творческие мастерские из его прошлого мира: пользователь берет готовый каркас и из доступных деталей собирает свой сюжет.
Трём сотням лисиц поручалось собрать массив исходных иллюзорных материалов, а Ся Цинцю с помощью Сокровищного зеркала Великого Инь должен был создать движок, способный эти материалы соединять.
В мире совершенствования подобная идея звучала как безумная фантазия. В этом мире не было компьютеров, не было языков C++, Python или Java. Но артефакт божественного уровня позволял воплотить в жизнь даже немыслимое.
Если задуматься, в мире заклинателей существовал аналог программирования — это были талисманы!
Нанося на бумагу древние знаки и начертания драконьей письменности, макрокосм связывался с ци. Загадочные символы являлись не чем иным, как командами управления мировой энергией. Знак «Огонь» вызывал пламя, знак «Вода» призывал волны, «Ветер» поднимал ураган, а «Земля» сотрясала твердь...
Врезав эти символы-команды в структуру Сокровищного зеркала Великого Инь, можно было добиться невероятных эффектов. Причём в иллюзорном мире не требовалось тратить реальную духовную силу, и узоры, вызвавшие бы в реальности бурю, внутри зеркала превращались в безобидные визуальные спецэффекты.
Казалось бы, всё просто, однако от разработчика требовалась колоссальная духовная мощь и выдержка. Не будь Ся Цинцю бессмертным небожителем с кристально чистым метафизическим духом и неисчерпаемым запасом ци, он либо мгновенно лишился бы сил, либо сгорел от перенапряжения ума.
Даже при его могуществе на поздних этапах разработки Ся Цинцю зашёл в тупик. Ему пришлось неоднократно обращаться за помощью к Юэ Си, а также задействовать возможности Системы, разблокировав модуль «Виртуальная сеть».
Мудрые советы Юэ Си и знания, полученные при активации модуля, даровали Ся Цинцю вспышки озарения. И вот, спустя полмесяца непрерывных трудов, он наконец воссоздал нужную функцию внутри Сокровищного зеркала Великого Инь!
Лисы за это время тоже не сидели сложа руки. Днём и ночью они сплетали чары, собрав десятки тысяч образцов — реальных, объёмных иллюзорных заготовок!
Конечно, для охвата всего сущего в подлунном мире этого было мало. Но Ся Цинцю требовалась лишь базовая база данных. Применив мантические чары, он создал алгоритм комбинации и трансформации: на основе одного образца система могла генерировать тысячи аналогичных, но уникальных вариаций.
Это напоминало хаотичный алгоритм: имея образ одного кота, система автоматически достраивала котов и кошек разных мастей, от пушистых до гладкошерстных, котят и матерых котов. Из одного шаблона дерева вырастал целый лес — старые дубы, гибкие ивы, засохшие стволы и молодые побеги.
Так Дао рождало одно, одно рождало два, а два порождало тьму вещей. Это касалось как природы, так и внешности персонажей: редактор позволял с абсолютной точностью «настраивать» внешность героев до мельчайших деталей.
Отныне любой смертный, имея лишь задумку в голове, мог с помощью этого инструмента воплотить её в полноценную иллюзию и даже загрузить свои новые наработки в общую библиотеку на благо остальных.
Ся Цинцю назвал этот инструмент без лишней пышности, но емко — [Симулятор творчества]. Простая идея, в которой таилась сила, способная перевернуть весь этот мир!
* * *
Когда Ся Цинцю наконец позволил обессиленным лисицам выйти из мастерской, вид у них был весьма плачевный: многие от усталости еле волочили ноги, а некоторые даже начали линять. И когда Ся Цинцю объявил, что работа завершена, они долго не могли в это поверить.
— Всё... правда закончилось? Божественные предки, вы ведь не шутите?
Переспросив несколько раз и убедившись, что это не сон, лисы едва не расплакались от счастья.
Все эти дни Ся Цинцю вовсе не эксплуатировал их безжалостно — сам он работал втрое больше каждого. Но видя, как их юный Небожитель отдает все силы делу, лисы просто не могли позволить себе лениться. В их глазах Ся Цинцю, пусть и невероятно могущественный, все еще оставался совсем юным сородичем, едва достигшим совершеннолетия! Если сам Цинцю трудится без отдыха, как они могут бить баклуши?
Именно эта верность и упорство позволили завершить создание Симулятора в столь сжатые сроки.
Когда лисицы, замирая от волнения, спросили, есть ли для них ещё какая-то работа, Ся Цинцю ласково погладил каждого по голове и мягко улыбнулся:
— Всё, что требовалось от нас, мы сделали. Теперь вы можете со спокойной душой отдыхать и развлекаться!
Он сделал паузу и добавил:
— А дальше в дело вступает Торговая палата Дунмин!
Пришло время выпустить [Симулятор творчества] в свет и официально дать старт Великому конкурсу новелл!