Поход Ся Цинцю в Подземное царство затянулся. Дорога Желтых Источников, прошивающая насквозь миры живых и мёртвых, существовала вне понятий времени и пространства, поэтому короткий миг, проведённый им в Колесе Шести Путей Перерождения, во внешнем мире вылился в весьма ощутимый срок.
Вернувшись в свои покои на площади Цинцю, юноша к изумлению своему узнал, что его не было больше месяца. К счастью, заведённый на площади порядок не дал сбоя: все дела шли своим чередом без малейших накладок.
Ся Цинцю созвал управляющих площадки и подробно расспросил о событиях последних недель. Ничего тревожного не произошло. Напротив, содружество сказителей с духами с улицы Главного Чжуанъюаня дало потрясающий эффект: их совместные выступления возымели невиданный успех. Они наконец обогнали по популярности «Белую лису», которую жители Хуаяна смотрели взахлёб полгода подряд, и стали самым востребованным развлечением в городе.
Новая затея книжной лавки — совместить устные сказы с печатными новеллами — впервые принесла больше ментальной силы, чем театральные постановки: чистый доход составил около десяти тысяч единиц.
Проверив свои запасы, Ся Цинцю остался доволен: даже за вычетом той доли, что он одолжил чэнхуану Пэю, в его распоряжении оставалось порядка пятидесяти тысяч единиц ментальной энергии.
А стоит судье Цуй приложить свою силу да наладить связи, как предприятия Цинцю пустят корни по всему свету. Вот тогда-то поток ментальной силы устремится к нему неиссякаемой рекой.
Едва переступив порог собственного дома, он обомлел от неожиданной радости.
— Юэ Си!
У дверей на скамье восседал статный, несказанно лихий гость. В руках он держал свиток с новеллой, вышедшей из-под пера Ся Цинцю. Это был не кто иной, как Юэ Си.
— Ты наконец вернулся! Завершил дела в божественной обители? — Ся Цинцю присел рядом и привычным движением налил в пиалу воды. Однако, пока пиала летела к рукам Юэ Си, прозрачная жидкость превратилась в тёмный, задорно шипящий пузырьками напиток.
Сработала чарующая иллюзия: в сосуде по-прежнему оставался обычный отвар, но под воздействием чар и ментальной силы Ся Цинцю он вкусом и видом ничуть не уступал настоящей ледяной коле с Голубой звезды.
Юэ Си принял пиалу и слегка щёлкнул ногтем по ободку. Тёмная газировка на мгновение замерцала, словно барахлящий экран телевизора, попеременно превращаясь то в янтарный чай, то в искрящийся напиток, пока наконец не застыла в форме колы.
— Весьма недурно, — с легким одобрением промолвил Юэ Си и приложился к пиале, выпив всё до капли. — Заметно лучше, чем в прошлый раз.
То было их маленькое тайное условие. Время от времени Ся Цинцю накладывал на предметы свои чары, а Юэ Си пытался разрушить их одной лишь крупицей собственной силы. Чем дольше держалась иллюзия юного лиса, тем выше оценивался его прогресс.
Поначалу мороки Ся Цинцю рушились во мгновение ока, а теперь он удостоился похвалы самого Юэ Си — скачок в мастерстве выходил поистине грандиозным.
И хотя Юэ Си никогда не ограничивал его в выборе заклинаний, Ся Цинцю бессознательно прибегал к магии иллюзий, чтобы воссоздать для божественного друга лакомства и диковины со своей далекой родины — Голубой звезды.
Скрывать своё происхождение юноша не видел смысла: в конце концов, их первая встреча состоялась прямо в заведении КФС, да и Юэ Си, похоже, питал искреннее любопытство к земным штучкам. Ся Цинцю просто нравилось дарить ему минуты радости.
— Всё благодаря пути перерождения, который ты для меня устроил, — смущённо улыбнулся Ся Цинцю. — Вот только... до чего же дорого обошлось это удовольствие!
Из слов чэнхуана Пэя он понял, что плата за такой ритуал исчислялась суммой, способной разорить даже высших божеств. А уж после того, как Небесный император наложил запрет на сбор ментальной энергии, ценность этой силы взлетела в разы.
Глядя на то, как юноша удручённо понурил голову — ровно лис, прижавший ушки, — Юэ Си с тихим смешком решил успокоить его:
— Не бери в голову. Я не потратил на твоё перерождение ни единой крупицы ментальной силы. Более того, даже остался в выигрыше.
Один из владык Яней — мой давний знакомый. Он давно зарился на одну из моих диковин и жаждал выменять её на своё сокровище. Мне было лень возиться, но недавно он снова пристал со своими расспросами. Пришлось уступить. Ну и заодно я выторговал для тебя место в Колесе Перерождений.
Юэ Си говорил об этом так непринуждённо, словно крещение в Колесе Перерождения, из-за которого позеленел бы от зависти любой небожитель, было лишь сущим пустяком. Кабы Ся Цинцю не знал заранее об истинной цене этой милости, он точно принял бы её за копеечную безделушку.
Лис хлопнул ресницами и не стал уличать друга во лжи: некоторые вещи не требуют лишних слов, их достаточно беречь в сердце.
Сохранив этот драгоценный жест в памяти, юноша решил перевести разговор на другое своё открытие, сделанное в Подземном мире. Почесав затылок, он смущённо промямлил:
— Юэ Си... А ведь я раньше во многом заблуждался на твой счёт, верно?
— О? И в чём же? — Юэ Си едва заметно улыбнулся. Неужто маленький лис наконец догадался?
— Ну... например, твой статус... — запнулся Ся Цинцю, невзначай встретившись взглядом с божеством. В его лазурно-чистых глазах плескалось затаённое ожидание. — Я ведь ошибся насчёт того, кто ты такой? Ты на самом деле...
Юэ Си незаметно выпрямил спину, собравшись с духом. Столько подсказок было дано — лисёнок наконец-то понял, кто перед ним!
— Ты наверняка какое-то могущественное божество! — выпалил Ся Цинцю. — А вовсе не нищий дух с разрушенным храмом и без единого почитателя, как я себе напридумывал! Все эти дни я только и думал, как бы тебе «помочь»... Боги, со стороны это выглядело донельзя глупо! Ты ведь на равных общаешься с Владыкой Луны и правителями Преисподней, можешь раздобыть бесценный билет на путь перерождения... Где уж тебе бедствовать!
Юэ Си потерял дар речи.
Он откровенно рассмеялся от досады и, щёлкнув пальцем по лбу опешившего юноши, с выдохом произнёс:
— Ах ты бестолочь... Сходил в Подземное царство и додумался только до этого?
Ся Цинцю жалобно ойкнул и прижал ладонь ко лбу. Щёлк выбил слёзы из глаз — до чего же больным он оказался!
— А этого разве мало?! Я ведь всё это время считал тебя таким же бедным и бедовым духом, как и я сам!
Ему вспомнились те три палочки благовоний, что он зажёг в полуразрушенном святилище Юэ Си — лишь из сострадания к чужой нужде! Ведь вся их дружба выросла из этого наивного заблуждения. Неужели прояснить такой момент — не важно?!
— Не бери в голову.
Глядя на несмышлёного лиса, Юэ Си со вздохом зажёг на кончике пальца серебристую искру и вновь коснулся его лба. Прикосновение отозвалось приятным холодком, и жгучая боль мгновенно утихла.
— И не буду, — Ся Цинцю потёр лбом то место, где сохранялось свежее тепло чужой руки. — Богат ты или беден, Юэ Си, для меня ты всё равно останешься самым замечательным божеством и лучшим другом.
Глядя на эту искреннюю, беспечную физиономию, Юэ Си едва заметно усмехнулся и задал сокрушительный вопрос:
— И кто же, по-твоему, сильнее — я или Владыка Луны?
Ся Цинцю замер. Воровато оглядевшись по сторонам, он подался к самому уху Юэ Си и шепнул:
— Как духовный лис, я на людях обязан твердить, что Владыка Луны непревзойдён... Но раз уж мы наедине — я, конечно же, за тебя!
Посмотрев на него с глубочайшим откровением, юноша добавил:
— Только это между нами, Владыке Луны ни слова!
Юэ Си примолк, а затем кивнул:
— Хорошо.
* * *
Ся Цинцю уладил вопросы с новыми каналами распространения, но судье Цуй требовалось время, чтобы включиться в работу. На площади Цинцю жизнь входила в накатанное русло, а у сказителей запаса историй хватало ещё надолго, так что юный режиссёр неожиданно оказался совершенно свободен.
Однако сидеть без дела он не умел. Воспользовавшись тем, что Юэ Си гостил у него, лис без промедления воззвал к нему за индивидуальными уроками.
И пусть на Голубой звезде дополнительные занятия недолюбливали, в мире Тяньюань всё было иначе. После схватки с Пэн Цзюем, в которой Ся Цинцю выложился без остатка, но так и не смог одолеть противника, он твёрдо решил укрепить свои силы. В этом мире, кишащем богами и демонами, уровень совершенствования — единственный неоспоримый аргумент.
Под наставничеством Юэ Си постижение «Канона Великого Инь и Темного Мороза» продвигалось семимильными шагами. Скорость циркуляции духовной энергии и сотворения чар выросла в разы — Ся Цинцю словно переродился, в один миг превратившись в гениального заклинателя.
Причину этого чудесного взлёта юноша прекрасно осознавал. Юэ Си обладал безграничным могуществом, и любое затруднение в его объяснениях становилось простым и ясным. Не даром говорят: «Одно слово истинного учителя ценнее десяти тысяч мудрых книг».
Сыграли свою роль и благодеяния пути перерождения: пережив опыт десяти жизней и не запятнав разум их скверной, он обрёл колоссальную духовную проницательность.
Воспользовавшись удачным моментом, Ся Цинцю потратил десять тысяч единиц ментальной силы на функцию «Продвижение канона» и успешно освоил второй уровень «Канона Великого Инь и Темного Мороза».
Копчик вновь зачесался от знакомого зуда, и за его спиной вымахнули пышные хвосты. Теперь он был не двухвостым лисом — у него вырос третий пушистый хвост. Второй уровень канона приравнивал его к тысячелетнему повелителю демонов, что для духовных лис означало обретение трёх хвостов.
Осмотрев свои хвосты, Ся Цинцю остался доволен: их кончики выкрасились в белоснежный серебристый цвет, похожий на чистые комья снега. Алый и белый оттенки разделялись чёткой границей, без плешин и некрасивых пятен.
Облегчённо вздохнув, юноша в тот же вечер предстал в образе лисоухого юноши с роскошными хвостами и исполнил во время обряда поклонения луне чарующий, величественный танец в честь Владыки Луны.
Разумеется, это было не хвастовством, а лишь отчётом прилежного ученика перед наставником. В конце концов, «Канон Великого Инь и Темного Мороза» перешёл к нему от Владыки Луны, и показать достигнутые успехи казалось естественным долгом.
К тому же Ся Цинцю всё ещё питал некоторую подозрительность к Системе. Кабы в технику закралась какая-то скрытая ловушка, пред ликом Владыки Луны она не укрылась бы.
Исход увенчался полным успехом. Оценив прилежание юноши, Владыка Луны тотчас после завершения танца одарил его щедрой наградой.
На сей раз это был не лунный нектар и не чудодейственные пилюли, а тонкая рукопись, на обложке которой красовались шесть заставивших его сердце забиться чаще иероглифов: «Семьдесят два земных превращения».
Увидев фолиант, Ся Цинцю на мгновение оторопел. В голову полезли дикие мысли: уж не досталось ли ему наследие Великого Мудреца, равного Небу, не очутился ли он в каком-нибудь продолжении «Путешествия на Запад», а их обитель — лишь филиал горы Цюаньчжэнь... Однако, раскрыв книгу, лис понял, что маху дал.
Сии «Семьдесят два искусства» разительно отличались от умений Царя-обезьяны. Они представляли собой набор из семидесяти двух могущественных чар, среди которых числились «Техника Проникновения в Сокровенное», «Повеление Духами», «Перенос Гор», «Заклятие Запрета Вод», «Призывание Ветра», «Напущение Тумана» и многие другие.
Заклятия «Техника Палящего Солнца», «Заклятие Запрета Вод» и «Техника Извержения Пламени», которыми пытал его Пэн Цзюй, как раз входили в этот перечень.
Искусства сии охватывали все сферы бытия. С виду незамысловатые, они таили в себе сокрушительную силу — по сути, эта книга предназначалась для истинных небожителей.
А всё потому, что Юэ Си прикончил Пэн Цзюя и мимоходом вырвал фолиант из его духа. Для самого Пэн Цзюя этот свод заклинаний был лишь одной из наград от Небесного Дворца за возвышение через Метод Трех Трупов.
Ся Цинцю не отличался великим могуществом и имел скудный арсенал заклинаний, из-за чего в бою с другими заклинателями неизбежно оказался бы в проигрыше. Видя, как бессовестно притеснял его Пэн Цзюй, Юэ Си намеренно добыл для него этот древний канон.
И пока Ся Цинцю в полной растерянности ломал голову над этим «Сводом Божественных Чар», не ведая, с какого края подступиться к обучению, давно молчавшая Система внезапно подала голос.
[Обнаружено уникальное искусство. Желает ли хозяин воспользоваться платной функцией продвижения заклинаний?]
— Да! — мысленно воскликнул юноша. Поистине, лучшая подушка подвернулась ровно тогда, когда одолела дремота.
[Полный свод заклинаний «Семьдесят два земных превращения». Стоимость содействия в освоении: 10 000 единиц ментальной силы за сеанс. Подтвердить?]