Спустя три дня, в самый серединный час месяца, настал долгожданный срок.
Все, кто получил весть от Ся Цинцю — будь то заклинатели, демоны-яо, земные чэнхуаны или призрачные бессмертные из подземного царства, — одновременно достали зеркала и применили «Метод духовной связи через поклонение луне».
И где бы они ни находились в этот миг — в мире смертных, в мрачной обители Инь или в собственных божественных владениях, — с небес к ним устремился ниспадающий луч лунного света. Он бережно подхватил их сознание и увлек за собой в неизведанные выси Иллюзорного царства Великого Инь.
На сей раз гостей встретили не знакомые стены уже обустроенных главных городов. Их разум поднимался всё выше, уходя прочь от призрачной земли и стремительно взмывая к самому небу иллюзорного мира.
Лишь в тот миг до многих дошло: Иллюзорное царство вовсе не было цепочкой разрозненных малых миров, как казалось прежде. Оно простиралось грандиозным пространством — истинным отражением самого Мира Тяньюань.
Прежде оно, быть может, и не обладало столь поразительной величиной, но, вобрав в себя бесчисленные помыслы и чувства смертных, заклинателей, демонов и призрачных практиков, разрослось, обрело плоть и дошло до совершенства.
Именно тогда эти ключевые фигуры, вершившие судьбы земного мира, с невольной тревогой осознали: возвышение Иллюзорного царства Великого Инь стало свершившимся фактом.
Диковинный, невиданный прежде замысел отныне был призван играть ключевую роль в судьбе всего мира.
Вспоминая о той щедрой выгоде, что уже успели принести им эти земли, многие ощутили, как в груди разгорается жаркий азарт.
Пока они предавались раздумьям, их сознание вознеслось к самому своду Иллюзорного царства. Из глубин небес на них пролилась целая река звездного света, сотканная из бесчисленных сияющих созвездий, что кольцом окружили исполинскую серебряную луну.
Не успели гости прийти в себя от величия этого безбрежного звездного океана, как от серебряного диска отделился ослепительный белый луч. Раздавшись вширь, он обратился в белоснежную нефритовую галерею, тянувшуюся на невиданные дали. Едва стопы путешественников коснулись камня, как перед ними возник величественный, подпирающий небеса дворец.
Над его вратами красовалась резная табличка с надписью: «Дворец Великого Инь». Рядом висел нефритовый колокол, а у входа замерли две юные лисички-демоницы. Они спустились на подработку с самой Горы Духовных Лис, и Ся Цинцю поручил им встречать гостей.
И хотя убранство дышало древним изяществом, Ся Цинцю не стал напускать на себя важности. Главной целью сегодняшней встречи было рабочее собрание, поэтому он просто велел лисичкам провести гостей внутрь.
Просторный зал уже разделили на секторы для представителей разных фракций: Учение Высшего Предела, Учение Сокровища Духа, Учение Изначального Начала, Школа Чистой Земли, Школа Лазурита, Школа Мира Саха, Подземное ведомство Инь, чэнхуаны, Династия Дацянь... Каждая сила, имевшая вес в Мире Тяньюань, внесла свой вклад в прошедший конкурс.
Во главе зала возвышались два престола. На одном восседал юноша невероятной красоты в одеяниях, сотканных из лунного сияния, с мягкой улыбкой на губах — главный виновник торжества, Ся Цинцю.
А на соседнем месте покоился лишь призрачный силуэт, словно слепленный из полупрозрачного света. Его черты угадывались с трудом, однако от него веяло таким древним, несущим погибель морозом, что смотреть на него прямо было решительно невозможно.
Стоило кому-то из гостей невзначай бросить взгляд на этот силуэт, как в его дух словно вонзался белый луч. Необъятная, всепоглощающая стужа, пришедшая из эпохи сотворения мира, готова была мгновенно сковать их плоть, дух, первозданный разум и саму бессмертную суть, обратив все в пыль...
Заметив неладное среди собравшихся, Ся Цинцю тихо кашлянул. Легким движением руки он слегка искривил пространство вокруг призрачного образа, отчего тот растворился в воздухе, словно его и не бывало.
— Прошу прощения, случилась небольшая техническая накладка.
Ся Цинцю и сам не ожидал, что даже тень, оставленная Юэ Си, окажется настолько жуткой, так что ее пришлось поскорее убрать. Изначально он вообще не собирался привлекать Владыку Луны к собранию — после запуска Иллюзорного царства тот был загружен делами по горло. А силуэт он оставил лишь с одной целью.
«Это поможет утихомирить глупцов... — передал ему тогда Юэ Си. — Пусть сами небожители и понимающие боги знают свое место, их слуги привыкли властвовать в мире смертных и вполне могут проглядеть реальное положение дел».
Что ж, судя по всему, внушение сработало с избытком.
Лишь когда высшая, вселяющая ужас аура исчезла, собравшиеся наконец осмелились перевести дух. Каковы бы ни были их прежние мысли о Ся Цинцю — признавали ли они новоиспеченного небожителя, пренебрегали им, высоко ценили или презирали, — теперь в их душах остался лишь глубочайший священный трепет.
Большинство из них не были бессмертными и не застали эпоху древних богов. Хотя от старейшин или владык они и слыхали о властелинах первозданных времен, то были лишь абстрактные сказания.
В глубине души многие полагали, что так называемый Владыка Луны — лишь чуть более могущественный небожитель, а Ся Цинцю — просто удачливый выскочка, прикрывающийся чужим именем, которому далеко до древних сект с их многотысячелетней историей...
Однако единственного мимолетного взгляда хватило, чтобы осознать всю глубину своего заблуждения. Перед лицом такой силы они были столь ничтожны, что один лишь прямой взор грозил развеять их дух по ветру.
И оттого их почтение к Ся Цинцю стало поистине безграничным.
Ощутив смену настроений в зале, Ся Цинцю с облегчением вздохнул. По правде говоря, он и сам не ожидал, что его замысел сумеет всколыхнуть почти все ключевые силы этого мира. Многих представителей наставили или заставили прийти их наставники и покровители, из-за чего те чувствовали себя неуютно.
Но теперь все сомнения улетучились.
Убедившись, что в зале воцарился порядок, Ся Цинцю перешел к делу:
— Сегодня я призвал вас, дабы подвести итоги нашей совместной работы над Иллюзорным царством и прошедшим конкурсом, а также обсудить полученные плоды и дальнейшие шаги.
Он взмахнул рукой, и в воздухе над залом развернулась световая проекция, явившая взглядам множество главных городов и локаций Великого Инь.
— За прошедшее время в Иллюзорном царстве Великого Инь было возведено три тысячи пятьсот семнадцать главных городов и создано восемьсот девяносто восемь иллюзорных миров. Из них семьсот семьдесят пять отведено под конкурс новелл, а оставшиеся сто тринадцать входят в категорию ежедневных обновлений...
— Среди участников в личном качестве выступил сто пятьдесят один автор, тогда как в рамках сотрудничества с фракциями в работе участвовали шестьсот двадцать четыре творца. В частности, от Учения Высшего Предела вышли шестьдесят девять авторов, от Учения Сокровища Духа — пятьдесят восемь, от Учения Изначального Начала...
— Всего же Иллюзорное царство посетило шестьдесят три миллиона шестьсот тысяч живых душ. Из них тридцать восемь тысяч обладали духовным развитием: двадцать две тысячи триста относятся к расе людей, среди демонов-яо...
— Число разумных, отдавших силу помыслов, составило... в общей сложности...
— Количество повторных погружений равняется...
— А наибольшей популярностью пользовался иллюзорный мир...
Ся Цинцю подробно перечислял данные за весь прошедший срок: число посетителей, количество погружений, охваченные города, статус участников и объем собранной силы помыслов. Строки цифр шли одна за другой, отчего у любого закружилась бы голова. Впрочем, простых смертных здесь не было — даже самые слабые из присутствующих обладали развитием на уровне Первозданного Духа, а скорость работы их разума ничем не уступала вычислительным машинам Голубой звезды, так что столь обильный поток информации не мог вызвать заминки.
Однако сам подход Ся Цинцю к систематизации, ясность и безупречная логика подачи данных вызвали у них невольное изумление. А вчитываясь в эти колоссальные цифры, они ощущали все нарастающий шок.
Никто из них и помыслить не мог, что Иллюзорное царство Великого Инь обретет настолько оглушительный успех!
Прежде всего — тридцать восемь тысяч заклинателей. Мир Тяньюань вовсе не был местом, где практиковал каждый встречный; ордена и секты отбирали учеников крайне строго. В какой-нибудь обители Сюаньцин набралось бы от силы три-четыре человека, и даже у великих шести школ древних учений, имевших сотни подобных филиалов, общее число адептов не превышало десяти тысяч.
Что же касается плодовитой расы демонов и многочисленных призрачных практиков, то хоть они и превосходили людей числом, но не настолько критично. Иными словами, тридцать восемь тысяч означали, что к делу примкнула добрая половина всего мира заклинателей!
Но еще больше поражало другое — десятки миллионов смертных!
Возможно, к сотням или тысячам обычных людей заклинатели относились свысока, но когда счет пошел на десятки миллионов, даже сильные мира сего не смогли скрыть изумления.
В Мире Тяньюань не было демографического взрыва, как на Голубой звезде, где счет населения шел на миллиарды. Город вроде Хуаяна с его несколькими сотнями тысяч жителей уже считался огромным мегаполисом. И шестьдесят три миллиона человек представляли собой значительную часть всех живущих под небесами.
Ведь порог вхождения был ничтожно мал: достаточно иметь дома зеркало, таз с водой или хотя бы чистый пруд, способный отразить тень. Нулевая стоимость, мощнейшая молва и колоссальная выгода обладали такой привлекательностью, что разжгли азарт у всех, до кого дошли слухи.
И их приток породил настоящий стихийный вал «сетевого трафика». И это был не бестелесный рекламный доход с Голубой звезды, а самая настоящая сила помыслов, возникавшая при малейшем всплеске эмоций!
А эта сила являлась самой твердой валютой во вселенной: для богов она была верой, для духов — фимиамом подношений, для заклинателей — ментальной мощью. Ее можно было задействовать в медитациях, алхимии, ковке артефактов, пополнении духовной энергии и торговле... поистине всемогущая субстанция!
И эта чудовищная прибыль как раз и являлась главным предметом сегодняшней встречи. Каждый из присутствующих, кто приложил руку к созданию Иллюзорного царства, имел полное право на свою долю доходов — словно истинный акционер.
Завершив отчёт, Ся Цинцю наконец огласил долгожданную кульминацию:
— А посему главное событие нашего сегодняшнего собрания — это... делёж прибыли!
Он легко взмахнул рукавом. На холодном, похожем на нефрит полу внезапно мелькнула золотая нить, а в следующее мгновение распустилось ослепительное золотое солнце, озарив весь зал величественным, торжественным сиянием.
То было целое море золота, вздымающееся величественными сияющими пирамидами. Лишь взглянув на этот океан духовного света, присутствующие почувствовали, словно за миг обрели плоды нескольких лет изнурительной практики.
Если бы эти запасы оценивала Система, объем силы помыслов превысил бы миллиард единиц! Ни один из присутствующих заклинателей или призрачных бессмертных не смог бы скопить столь астрономическое богатство со дня сотворения мира и до самого скончания времен.
Ся Цинцю сомкнул ладони, вбирая золотой океан в свои руки. Затем, соразмерно вкладу, усилиям и конкретным результатам каждой фракции, он разделил силу на дюжину сияющих лотосов и направил их прямо к главам делегаций.
Он демонстрировал им богатство не просто так — ему требовалось произвести на своих «акционеров» неизгладимое впечатление. Девятизначный счет на бумаге кажется далеким абстрактным числом, но стоит сложить эти богатства в золотые горы прямо перед глазами — и психологический эффект станет сокрушительным.
Кнут и пряник — безотказный прием, работающий в любом из миров.
Глядя на упоительные сокровища, опустившиеся прямо в руки, представители фракций пришли в неописуемый восторг. Их взоры, обращенные на Ся Цинцю, вспыхнули пылающим энтузиазмом.
Убедившись, что собравшиеся горят рвением, Ся Цинцю непринужденно продолжил:
— Что ж, а теперь перейдем к нашим планам на будущее.